Ответное письмо Киану Ривза

海上生明月，天涯共此时

Над морем восходит ясная луна -

и на краю света мы смотрим на неё в этот же миг.

Атмосфера вдруг стала тяжёлой, с лёгкой горечью. Чжо Чжисюань на мгновение замолчал, а затем нарочно пошутил: — Платоническая безответная любовь? Ты это имеешь в виду? Чэнь Вань тихо рассмеялся. Собеседник, по сути, был прав. Безответная любовь означала лишь одно: любить Чжао Шэнгэ - это его собственное дело. Как любить и насколько, он решает сам. Это был основной закон тайной любви Чэнь Ваня - его личный свод правил. Он сам был и законодателем, и исполнителем. В своём собственном мире он следовал этому закону безупречно, держался за него твёрдо и не позволял никому его нарушать. Даже самому Чжао Шэнгэ. И всё же всё это существовало только потому, что этим человеком был Чжао Шэнгэ. Только ради него Чэнь Вань был готов на подобное. Если бы это был кто-то другой, ничего бы не вышло. После ночной закуски всем раздали карточки от кают, и люди начали расходиться. Каюты распределялись случайно, но все были первого класса, разницы почти не было. Чэнь Вань шёл по коридору, устланному мягким ковром. Свет был приглушён. Хотя звукоизоляция на корабле была превосходной, проходя мимо некоторых дверей, всё же можно было уловить приглушённые звуки. Молодые господа продолжали развлекаться вовсю, но Чэнь Вань просто шёл вперёд, опустив голову. Игра с Чжао Шэнгэ отняла у него много сил, и теперь он чувствовал усталость. Вдруг впереди возникла фигура. — Господин Цинь? Вы ещё не отдыхаете? Цинь Чжаотин стоял, прислонившись к окну в коридоре, и улыбнулся: — Ты редко выходишь на палубу. Я решил посмотреть на ночное море. Была уже глубокая ночь. Огромный корабль плыл где-то среди координат долготы и широты. За окном лежала густая темнота. Вдали мерцал слабый свет маяка, а море глухо перекатывалось волнами. Чэнь Вань кивнул. Он уже хотел сказать, что не станет мешать, но Цинь Чжаотин, похоже, был настроен поговорить. — А ты? Почему так поздно? Чэнь Вань по натуре был человеком тревожным и предусмотрительным. После того как молодые господа поели и разошлись, он ещё раз обсудил с капитаном и управляющим круиза завтрашнюю погоду и маршрут. Это вовсе не входило в его обязанности, но ни один из этих господ не казался человеком, который станет заниматься такими вещами. Чэнь Вань привык всё проверять сам - так ему было спокойнее. Он не собирался заводить с Цинь Чжаотином долгий разговор и лишь сказал: — Просто прогулялся после еды, господин Цинь– В этот момент в конце коридора щёлкнула дверь. Из комнаты вышел молодой человек в белом банном халате. Он был очень красив. Чэнь Вань на секунду замер, затем отвёл взгляд, будто ничего не произошло. Номера кают распределялись случайно, но не каюта хозяина корабля. У владельца всегда была собственная, отдельная комната. Первая каюта у носа судна имела лучший вид. У остальных окна были максимум с двух сторон, а там море окружало комнату с трёх. Цинь Чжаотин внимательно наблюдал за выражением лица Чэнь Ваня. Но тот всё так же вежливо разговаривал с ним, без малейшей тени смущения. Цинь Чжаотин улыбнулся: — Ты слишком формален. Как и Тан Юмин с остальными - просто зови меня Чжаотин. Будем друзьями. Чэнь Вань тоже улыбнулся и уже собирался ответить, когда дверь той самой каюты снова открылась. На этот раз вышел её настоящий хозяин. Даже глубокой ночью он был в костюме и при галстуке. Цинь Чжаотин стоял к нему спиной и спросил Чэнь Ваня: — Что случилось? Чэнь Вань слегка склонил голову за его плечом: — Господин Чжао. Только тогда Цинь Чжаотин понял, что появился Чжао Шэнгэ, и усмехнулся: — Почему ещё не спишь? Уже закончил… или только собираешься начать? Чэнь Вань не проявил ни малейшей реакции. Он просто смотрел вниз, будто его это вовсе не касалось. Чжао Шэнгэ не стал отвечать на вопрос Цинь Чжаотина. Вместо этого спокойно заметил: — Невежливо разговаривать у чужой двери посреди ночи. — ... Хотя они говорили так тихо, что в комнате с отличной звукоизоляцией всё равно ничего не было слышно. И даже если подумать - они стояли не так уж близко к его двери. Но Чэнь Вань тут же извинился: — Простите, господин Чжао. Мы помешали вашему отдыху. Цинь Чжаотин молча смотрел на него: — … Поскольку Чэнь Вань признал ошибку и стоял на расстоянии от Цинь Чжаотина, Чжао Шэнгэ больше не стал придираться. Однако он заметил, что Чэнь Вань даже не смотрит на него, когда говорит. Улыбка на его лице была словно механически отработанный жест. Чжао Шэнгэ спросил: — На каком этаже винный бар? Цинь Чжаотин и Чэнь Вань одновременно на секунду растерялись. Вопрос звучал так, будто корабль вовсе не принадлежал самому Чжао Шэнгэ. Тем не менее Чэнь Вань спокойно ответил: — На втором. Хотите выпить? Чжао Шэнгэ взглянул на него, потер глаза и равнодушно сказал: — Да. Вы меня разбудили. — … Чэнь Вань снова вынужден был извиниться: — Мне очень жаль. Позвольте тогда сопроводить вас и помочь выбрать вино - в знак извинения. Чжао Шэнгэ согласился, будто бы неохотно. Чэнь Вань, конечно, не мог оставить Цинь Чжаотина одного: — Господин Цинь, может, тоже спуститесь? — Я же сказал - просто Чжаотин. Чжао Шэнгэ посмотрел на Чэнь Ваня. Тот улыбнулся и кивнул. Для человека без серьёзной поддержки в этом городе чем больше друзей, тем больше дорог. Чжао Шэнгэ, похоже, действительно хотел выпить. Он не торопил его и просто стоял, засунув руки в карманы. Цинь Чжаотин поднял карточку от номера и с намёком сказал: — Пить я не пойду. Ночь любви бывает нечасто. Есть вещи поважнее вина. — ... Чэнь Вань не удивился и лишь вежливо сказал: — Тогда приятной ночи. Чжао Шэнгэ спросил: — Мы можем идти? — Конечно, господин Чжао. Винный бар на втором этаже работал круглосуточно. Дорогие вина были расставлены по шкафам - по годам и регионам. — Что вы будете пить? — спросил Чэнь Вань. Чжао Шэнгэ опёрся щекой на ладонь, постукивая пальцами по столу. — Выбирай сам. Словно не он настаивал на том, чтобы спуститься пить среди ночи. Чэнь Вань заметил, что он сидит за барной стойкой словно большой лев, которого разбудили без причины. Веки опущены, выражение ленивое и расслабленное, совсем не такое холодное, как обычно. Он выбрал для него Parma Queen - не слишком крепкое вино, которое не мешает уснуть. И добросовестно помог ему раскрыться. Красное вино медленно закружилось в бокале лебеде в руках Чэнь Ваня. Аромат достиг носа Чжао Шэнгэ, и Parma Queen словно ожила. Чэнь Вань даже окружил бокал кольцом из сухого льда, чтобы вкус стал мягче и насыщеннее. Но всё же у Чжао Шэнгэ возникло ощущение, что настроение Чэнь Ваня сегодня не самое лучшее. Хотя тот всегда казался весёлым, наблюдательность у Чжао Шэнгэ была исключительной. Сейчас они говорили гораздо меньше, чем при Цинь Чжаотине. Немного подумав, Чжао Шэнгэ неожиданно сказал: — Если устал - можешь идти отдыхать. Чэнь Вань на мгновение замер. Он почувствовал лёгкое недоумение… и едва заметное разочарование. Но, конечно, не стал навязываться. — Тогда наслаждайтесь вином, господин Чжао. Я пойду отдыхать. Если понадобится что-нибудь - позовите. — ... В этот момент под перекрёстный огонь случайно попал Тан Юмин, Чжао Шэнгэ позвонил ему. [Слышал, ты спустился выпить?] — Юмин, — мягко предупредил Чжао Шэнгэ, — я не хочу снова видеть в своей комнате странных живых существ. [...] Тан Юмин взвыл от обиды: [Это не я!] Он знал Чжао Шэнгэ много лет, и не стал бы делать такую глупость и рисковать тем, что его сбросят за борт кормить акул. Но Чжао Шэнгэ уже повесил трубку, даже не дослушав. Он сделал глоток вина, но аромат Parma Queen почему-то уже исчез.

***

В шесть утра следующего дня "Кит №17" прошёл через пролив Цзиси, и пейзаж внезапно открылся. Чэнь Вань встал рано. Он хотел увидеть знаменитый рассвет над островом Шадао. Но кто-то оказался ещё раньше. На палубе стоял Чжао Шэнгэ. Морской ветер трепал его волосы, и он выглядел как холодный модель для морского журнала. Чэнь Вань высунул голову… и тут же втянул обратно. Подойти сейчас означало бы выглядеть слишком нарочно. И сразу же он почувствовал, что это движение вышло неловким. Чжао Шэнгэ обладал почти сверхъестественной наблюдательностью. Он наверняка понял бы, что кто-то пытался тайком посмотреть и тут же спрятался, как крот. Однако Чжао Шэнгэ решил, что Чэнь Вань ушёл. А на самом деле тот стоял в конце коридора каюты и смотрел на тот же рассвет через окно. Чэнь Вань всегда умел утешать себя. Он даже вспомнил строку из стихотворения, чтобы развлечься: "Над морем восходит ясная луна - и на краю света мы смотрим на неё в этот же миг." С восходом солнца всё так же. Он сам, без разрешения другого, позволил себе разделить этот момент. В итоге он так и не стал его беспокоить. Хотя он и Чжао Шэнгэ находились очень близко, на самом деле между ними лежал целый мир. И потому Чэнь Вань счёл этот общий миг чем-то, что стоит беречь и тихо праздновать.

***

Корабль вошёл в сердце моря. Из-за тёплого течения в этот месяц огромное количество глубоководной рыбы поднималось вверх. Тан Юмин объявил, что в полдень устроит большой морской пир. Рыбу можно было ловить прямо на борту. Круиз такого уровня имел полный комплект рыболовного оборудования и все лицензии. Гости могли сами заняться морской рыбалкой и затем передать улов кухне. Но молодые господа после ночной игры спали до полудня, так что рыбалка их не интересовала. Кухонный персонал начал ловлю ещё до рассвета. Креветки, крабы, моллюски, ракушки, морские улитки, глубоководная рыба - улов оказался впечатляющим. Чэнь Вань заглянул на рыболовную палубу. Хотя каждый гость перед посадкой заполнял подробную анкету о здоровье, аллергиях и ограничениях в еде, он всё равно решил проверить всё с кухней ещё раз. В открытом море любая ошибка могла стать слишком дорогой. Убедившись вместе с управляющим и кухней, что всё в порядке, Чэнь Вань поднялся на лифте на третий этаж, собираясь принять душ и переодеться. На палубе всё ещё шевелились живые морские существа. Низ брюк намок, одежда пропиталась слабым запахом моря. Когда двери лифта открылись, навстречу шли несколько человек. Они поздоровались с Чэнь Ванем. Он ответил улыбкой, и краем глаза заметил Чжао Шэнгэ. Тихо, почти незаметно, он сдвинулся на полшага влево и спрятал руки за спину. На палубе недавно огромная треска весом в несколько десятков килограммов выпрыгнула из воды, и он помогал морякам искать инструменты. Чжао Шэнгэ увидел, как Чэнь Вань выходит из лифта, и невольно остановился рядом с Цинь Чжаотином, приветствуя остальных. Коридор был длинный и узкий. Проходя мимо, Чэнь Вань максимально отступил к стене, будто разделив узкое пространство на две широкие полосы - оставив Чжао Шэнгэ столько места, словно это была автомагистраль. Очень вежливо. Чжао Шэнгэ прошёл мимо, не оглядываясь. Но вдруг остановился и обернулся, глядя на удаляющуюся фигуру. Шэнь Цзуннянь спросил: — Что случилось? Чжао Шэнгэ сунул руки в карманы брюк, поглаживая зажигалку Cartier. — Ничего.

***

Обед оказался роскошным. В Хайши ценят свежесть морепродуктов. Их готовят множеством способов: на пару, быстро ошпаривают, варят супы, жарят с бадьяном или подают сырыми как сашими. Приправы используются самые простые - несколько капель соевого соуса, кунжутное масло или чесночное масло. И тогда естественная сладость и нежность морепродуктов раскрывается полностью - без тяжести и без лишней остроты. Все ели с большим удовольствием. Все, кроме Чжао Шэнгэ. Он ел без особого интереса. Чэнь Вань тихо вздохнул про себя, встал и пошёл на кухню попросить сварить кастрюлю морской рисовой каши.