Ответное письмо Киану Ривза

Статуя Будды возвышалась в торжественной неподвижности. Чэнь Вань стоял перед алтарём и тихо переводил буддийские тексты для Сун Цинмяо. Он был настолько сосредоточен, что даже не заметил, как в зал вошёл настоятель. Когда Чжао Шэнгэ услышал, как женщина негромко назвала Чэнь Ваня "Баобао", выражение его лица стало чуть более сложным. Подойдя ближе, он наконец ясно увидел, что эта женщина - Сун Цинмяо, некогда знаменитая в Хайши. Значит, эти двое вовсе не пара. Поколение Чжао Шэнгэ уже плохо помнило события тех лет слишком много времени прошло, и трудно было отличить правду от слухов. Но от Тан Юмина он слышал, что Чэнь Вань не родом из Хайши. Сун Цинмяо была из Цзяннани. Неудивительно, что в Чэнь Ване есть эта мягкая, изящная аура, будто пейзажная тушевая картина. Впрочем, так говорил Цинь Чжаотин. Не сам Чжао Шэнгэ. Люди вокруг приветствовали настоятеля. Чэнь Вань тоже поднял голову, увидел стоящего позади человека, и тихо вздохнул. Ему ничего не оставалось, кроме как произнести: — Настоятель… господин Чжао. Чжао Шэнгэ спокойно кивнул. Настоятель узнал их и приветливо сказал: — Госпожа Сун, господин Чэнь. Сун Цинмяо раньше издалека видела Чжао Шэнгэ на одном из банкетов. Она удивлённо и даже радостно повернулась к Чэнь Ваню. Ей и в голову не приходило, что её сын, которого она считала ничем не добившимся, знаком с таким человеком. — Малыш, представь нас. Услышав снова это уменьшительно-ласкательное обращение, Чжао Шэнгэ чуть приподнял брови. Чэнь Вань будто не заметил этого - он увидел, как Сун Цинмяо поправила прядь волос за ухом. Его лицо оставалось спокойным, но внутри словно медленно сдирали слой за слоем что-то испорченное, выставляя это на всеобщее обозрение. Это вызывало в нём почти физическую неловкость. Он слишком хорошо знал Сун Цинмяо. И прекрасно понимал, что означает этот её жест. Вот почему он никогда не хотел, чтобы Сун Цинмяо и Чжао Шэнгэ встречались. Чжао Шэнгэ не был Чэнь Бинсинем, который когда-то поддался её красоте. И не был Се Цзяцзянем, который тайно встречался с ней за спиной своей семьи. Чжао Шэнгэ - совсем другой. Это человек, которого она не сможет ни просчитать, ни понять, ни использовать. О чём бы ни думала сейчас Сун Цинмяо, надеялась ли на себя или на Чэнь Ваня - это выглядело бы нелепо. Её жадная радость. Его вульгарное происхождение. Всё это сейчас было открыто перед Чжао Шэнгэ. Чэнь Вань тихо вздохнул и коротко сказал: — Это господин Чжао. А это… моя мать. Он явно не собирался продолжать знакомство. Сун Цинмяо говорила что-то ещё, но Чэнь Вань почти не слушал. Он был тише обычного. Это был первый раз, когда Чжао Шэнгэ увидел холодную сторону Чэнь Ваня. Обычно тот всегда был мягким и внимательным. Сейчас же его спокойствие казалось странным. Улыбка на лице оставалась вежливой, но выглядела ненастоящей, словно тщательно выученной. Чжао Шэнгэ не понимал причины. Но, заметив, что Чэнь Вань явно не хочет продолжать разговор, он не стал задерживаться. Он взглянул на своего заместителя рядом, и ушёл. Время, которое он уже провёл в храме Ляньцзин, значительно превысило запланированное. Тратить его дальше было бессмысленно. Сун Цинмяо заметила, что Чэнь Вань держался холодно и без особого энтузиазма, и недовольно сказала: — Ты совсем не понимаешь, как вести себя с людьми. Раз ты знаешь Чжао Шэнгэ, почему не сказал маме? Улыбка на лице Чэнь Ваня исчезла. Он резко повернул голову и посмотрел на неё - взгляд был чужим, непонятным. В этой медленной, глубокой спокойной тишине можно было принять его выражение лица за мягкое предупреждение. Но на самом деле это была очень ясная угроза. Даже несмотря на спокойный голос, в нём звучал холод: — Мы не знакомы. Не придумывай лишнего. Сун Цинмяо без причины вздрогнула. Она понизила голос и пробормотала: — Почему же? Он ведь поздоровался с тобой. В Хайши было совсем немного людей, которых Чжао Шэнгэ приветствовал первым. — Нет, — Чэнь Вань слегка поднял подбородок, лицо стало холодно-равнодушным. — Мы не знакомы. Он просто ответил из вежливости. На самом деле он даже не знает, кто я. Эти слова, конечно, были сказаны, чтобы обмануть Сун Цинмяо. Хотя он и Чжао Шэнгэ действительно не были близко знакомы, тот наверняка его узнал. Сун Цинмяо нахмурила тонкие брови и хотела что-то сказать, но Чэнь Вань опередил её. — Мама. Его голос был мягким. Он давно не называл её так, и Сун Цинмяо невольно удивилась. Глаза Чэнь Ваня были тёмными, как бездонная пропасть. Он серьёзно посмотрел на свою красивую, жадную мать и терпеливо сказал: — Мы не можем связываться ни с царём ада, ни с ракшасой. Иначе не поможет никакое поклонение бодхисаттвам. Разве не так? Он мог исполнить любые желания Сун Цинмяо - украшения, деньги, статус. Но только не Чжао Шэнгэ. — ... Видя, что обычно послушный сын вдруг стал таким серьёзным, словно действительно может рассердиться, если она продолжит, Сун Цинмяо недовольно замолчала. Хотя мысли её уже были совсем о другом.

***

Чжао Шэнгэ как раз пересекал мост Минчжу, когда ему позвонил заместитель. После покушения в Италии два года назад он всегда заранее организовывал безопасность, когда ехал в районы за пределами центра. Хотя в стране было безопасно, врагов у него накопилось слишком много. В наушнике ясно звучал голос Чэнь Ваня - мягкий, терпеливый, обращённый к матери. Каждое слово отчётливо доходило до Чжао Шэнгэ. Выслушав всё без выражения, он спокойно сказал заместителю, который всё ещё ждал на другом конце видеоконференции: — Бюджет причала... число выглядит не слишком благоприятным. Может, пересчитать? — ... Его голос был настолько мягким, будто он обсуждал мелкую деталь переговоров. Вице-президент поспешно начал что-то объяснять. Но Чжао Шэнгэ уже не слушал. Деревья за окном проносились одно за другим. Тени ветвей скользили по его плечам, делая их чуть более одинокими. Сколько бы ни строили догадок о мотивах Чэнь Ваня… Теперь ответ оказался простым. Чжао Шэнгэ долго не появлялся в храме Мацзу, настолько долго, что Чэнь Вань начал немного беспокоиться. Но это, похоже, была встреча с очень высоким уровнем секретности. Даже Тан Юмин не обмолвился ни словом, а значит, и Чэнь Вань ничего узнать не мог. Они встретились снова благодаря Цинь Чжаотину. Во время того двухдневного круиза Чэнь Вань получил целую стопку визиток. Цинь Чжаотин тоже обменялся с ним личными контактами и пригласил посетить недавно открытый стрелковый клуб. Клуб находился на Холланд-авеню и занимал почти тысячу квадратных метров в крайне дорогом центральном районе. Там было всё: тир, стрельба из лука, скалодром, бильярд. Чэнь Вань приехал рано и принёс небольшие подарки. Цинь Чжаотин спросил, занимался ли он когда-нибудь стрельбой. — Нет, — ответил Чэнь Вань. Цинь Чжаотин уже хотел сказать, что позже научит его, как к клубу подъехал внедорожник. Из машины вышли трое. Шэнь Цзуннянь выглядел совершенно безучастным. Чжао Шэнгэ разговаривал по телефону. Проходя мимо, он, похоже, не услышал приветствия Чэнь Ваня, и не ответил. А может, всё же ответил. Чэнь Вань не был уверен. Тан Юмин, который всю дорогу сидел за рулём, подошёл, вертя на пальце ключи. Он указал на спину Шэнь Цзунняна: — Этот ещё не проснулся. Затем указал на Чжао Шэнгэ: — А этот просто грубиян. Цинь Чжаотин и Чэнь Вань переглянулись: — … Клуб был напичкан техникой. Сегодня они собирались играть в фотоэлектронную стрельбу по десятибалльным мишеням. В траншее стояли пятнадцать машин для выброса мишеней. Дисковые цели могли двигаться свободно. Стрелки стреляли в разных направлениях, а система автоматически фиксировала попадания и подсчитывала очки. Пока выбирали оружие, кто-то заговорил о земле в бухте Баоли. Новость о том, что Чжао Шэнгэ собирается строить новый причал, уже разошлась по всему Хайши. Цзян Ин спросил: — Слышал, ты хочешь увеличить бюджет? Тан Юмин ответил за него быстрее: — Он говорит, число неудачное. Все на несколько секунд замолчали. Чжао Шэнгэ медленно снял защитные очки, примерил их и спокойно уточнил: — Это Чжао Маочжэн считает. Когда люди стареют, они становятся суеверными. Многие отнеслись к этому скептически. Потому что господин Минлун уже давно не принимал окончательных решений. Чжао Шэнгэ уверенно сказал: — Вы же не хотите отправиться в круиз на Титанике? После этого все снова потеряли дар речи. Многие из присутствующих занимались бизнесом, связанным с судоходством и круизами. Если терминал в бухте Баоли действительно будет построен, не меньше восьмидесяти процентов грузовых судов Хайши будут заходить именно сюда. Глубокая вода, защита от ветров, длинная береговая линия, огромная пропускная способность. Кто-то сказал, что когда причал достроят, он обязательно подаст заявку на первый пробный рейс. Другие полушутя заметили, что всё решит конкуренция - пусть они и друзья, но речь всё же идёт о бизнесе. Событие такого масштаба наверняка попадёт на страницы финансовых новостей. Чэнь Вань слушал молча. Он почувствовал лёгкую зависть. Не к чужому богатству. Просто в этом было что-то странно романтичное. Чэнь Вань был человеком очень практичным. Но когда дело касалось Чжао Шэнгэ, в его голове иногда возникали нереалистичные, почти романтические фантазии. Стать первым кораблём, который выйдет из гавани Чжао Шэнгэ… Это звучало невероятно захватывающе. Но даже если Чэнь Вань будет работать десятилетиями, эта мечта может так и не осуществиться. Чжао Шэнгэ не скрывал своей деловой природы. Он спокойно сказал: — Всё обсуждаемо. Побеждает тот, кто предложит больше. — ... Он переоделся в белый стрелковый костюм. Плечи стали казаться шире, а ноги длиннее. Он выделялся среди остальных. Он поднял пистолет Void Wing с маленьким якорем на рукояти. От прицеливания до выстрела прошло всего 0,3 секунды. Мишень на расстоянии тридцати трёх футов - десять из десяти. Раздался громкий бах. Цифровая система показала облако дыма и пыли, словно демонстрируя его бесспорную дерзость. В этот момент Чэнь Ваню показалось, что выстрел попал и в его душу. Цинь Чжаотин подошёл и спросил: — Ну как, нравится? Чэнь Вань на самом деле прекрасно владел оружием. Но никогда этого не показывал. Как настоящий энтузиаст, Цинь Чжаотин терпеливо объяснял ему разные виды оружия - как держать, как целиться, как стрелять. Чэнь Вань выглядел мягким и вежливым, словно никогда в жизни не держал пистолет. Цинь Чжаотин был хозяином сегодняшней встречи, поэтому считал, что должен уделить ему больше внимания. Чэнь Вань слушал объяснения о базовых принципах стрельбы почти скучающе. Он улыбнулся и сказал: — Идите занимайтесь своими делами. Не беспокойтесь обо мне. Я сначала попробую сам. Как раз в этот момент Цинь Чжаотину позвонили. Он извиняюще улыбнулся, похлопал Чэнь Ваня по плечу и сказал, что если будут вопросы - пусть обращается. Когда Чэнь Вань брал пистолет, он осторожно избегал прикосновения к руке Цинь Чжаотина. Опустив голову, он возился с зарядкой. И вдруг, словно почувствовал что-то. Он резко поднял голову. Зрачки его мгновенно сузились. Дуло пистолета Чжао Шэнгэ было направлено прямо на него.