Художник на линии огня

Теёнг сидел в машине у дома брата, сжимая руль так, что кожа на перчатках скрипела. Внутри него бушевал пожар. Он видел, как команда сплотилась вокруг Луки, видел их тихий бунт. Он должен был наказать их, сломать эту связь, но вместо этого... он чувствовал удушающую усталость. Он поднялся к Темину. В квартире брата всегда было светло, пахло ванилью и свежестью — полная противоположность тому гнилому миру, из которого только что пришел Теёнг. — Теён-и! Ты выглядишь ужасно, — Темин сразу подбежал к нему, пытаясь забрать пальто, но Теёнг мягко отстранился и тяжело опустился в кресло. — Мне пришлось... принять жесткие меры на работе, Темин, — Теёнг закрыл лицо ладонями. — Один парень... тот самый, которому я вернул брелок. Он начал проявлять ненужную слабость. Я должен был его переделать. Либо я сломаю его сам, либо его уничтожат другие. У меня не было выбора. Темин замер с чайником в руках. Он смотрел на брата и не узнавал его. Лицо Теёнга было изможденным, в глазах — холодная решимость, граничащая с безумием. — Что ты имеешь в виду под «сломать», хён? — голос Темина дрогнул. — Ты же говорил, что помогаешь ему. Ты... ты бил его? — Я спасал его! — сорвался Теёнг, вскакивая. — Ты не понимаешь этого мира! Здесь доброта — это смертный приговор. Я сделал из него воина. Да, это было больно. Да, он теперь меня ненавидит. Но зато он жив! Темин отступил на шаг, в ужасе прижимая ладонь к губам. — Ты чудовище... — прошептал он. — Ты оправдываешь жестокость любовью? Ты не спас его, Теёнг. Ты просто убил в нем то, что я в нем увидел. Как ты можешь так спокойно об этом говорить? Теёнг не ответил. Он просто ушел, не в силах выносить праведный гнев брата. Он знал, что Темин прав, но в его мире правда не помогала выжить под взглядом Архитектора. Темину нужно было выйти. Воздух в квартире стал слишком тяжелым от признаний брата. Он зашел в небольшой круглосуточный маркет за водой, и именно там его сердце остановилось. В дальнем ряду у полок стоял Лука. Темин замер за стеллажом, боясь даже вздохнуть. Он смотрел на парня у кассы и не верил своим глазам. Это был не Лука — это была его искаженная, мрачная копия. Белые волосы, которые раньше казались мягким нимбом, теперь были небрежно зачесаны назад. В тусклом свете неоновых ламп блеснул металл: проколотая бровь придавала его взгляду постоянную тяжесть и агрессию, а серебряное кольцо в нижней губе, которое Лука нервно прикусывал, делало его улыбку — если бы он вообще мог улыбаться — хищной. Лука, который раньше морщился от запаха краски, теперь сам источал едкий, тяжелый запах табака. Он достал из кармана пачку крепких сигарет и, даже не дождавшись выхода из магазина, чиркнул зажигалкой. Горький дым окутал его лицо, но он даже не поморщился. Он убивал в себе всё, что напоминало о прежнем художнике. Темин проследил за ним до выхода. На парковке стоял новый байк — угольно-черный, лишенный всяких украшений, мощный и злой. Лука перекинул ногу через сиденье с такой естественностью, будто родился в седле. Взревел мотор. Этот звук больше не пугал Луку — он стал его единственным способом заглушить голоса в голове. Парень рванул с места, оставляя после себя лишь облако сезого дыма. Темин вернулся домой в состоянии полного шока. Он не мог просто сидеть и смотреть, как его брат превращает человека в живое оружие. В его голове созрел опасный план. Он знал, что Теёнг скрывает от него адреса своих «сотрудников», но Темин был не так прост — он запомнил номер байка Луки. — Ты не остановишься, да, Теёнг? — прошептал Темин, глядя на семейное фото, где они с братом еще были счастливы. — Тогда я остановлю его сам. Я напомню ему, кто он такой. ******** Лука стоял на крыше парковки, прислонившись к своему байку и выпуская изо рта струйку дыма. Пирсинг на губе неприятно холодил кожу на ночном ветру. Он ждал сигнала от Мисы по поводу новой цели. Его рука невольно потянулась к шее, где под курткой скрывался брелок-пчелка. Единственная вещь, которую он не смог выбросить. Единственная вещь, которая всё еще жгла его кожу, напоминая о том, что он когда-то был человеком. Вдруг внизу, у входа на парковку, мелькнула фигура. Кто-то шел прямо к нему. Лука мгновенно отбросил сигарету и положил руку на рукоять ножа, скрытого за поясом. В его глазах вспыхнул тот самый «мертвый» огонь. Он не знал, что это Темин, решивший выследить его. Для Луки сейчас любой человек, который зашел на его территорию без предупреждения — это мишень. — Еще один шаг, и ты труп, — голос Луки прозвучал как лязг затвора. Темин остановился в десяти метрах. Он был в светлом худи, без оружия, с абсолютно беззащитным видом. — Лука... это я. Помнишь магазин? Лука прищурился. В его памяти всплыл образ «доброго Теёнга», и это вызвало у него приступ неконтролируемой ярости. Он считал, что Теёнг издевается над ним, играя в «хорошего и плохого полицейского». — Уходи, Теёнг, или кто ты там сегодня... — прошипел Лука, делая шаг вперед. — Твои игры на меня больше не действуют. Темин замер. Он понял: Лука настолько сломлен, что не видит разницы между ним и его братом-монстром. Темин почувствовал, как по спине пробежал ледяной пот. Он видел, что Лука не просто угрожает — он готов сорваться. Тот свет, который Темин надеялся найти в его глазах, окончательно задохнулся под слоем пепла и табачного дыма. Понимая, что сейчас любые слова только спровоцируют удар, Темин медленно поднял руки, показывая пустые ладони, и, не сводя глаз с Луки, начал отступать в темноту лестничного пролета. Лука еще долго стоял у байка, сжимая нож так, что пальцы онемели. В голове пульсировала одна мысль: «Зачем он пришел? Зачем снова эта маска?»