Твоя цепь

Как только прозвучало слово «сделка», вся напускная немощь Конхо испарилась, словно её и не было. Глаза азартно блеснули, и он, забыв про свое «умирающее» состояние, отлип от Сонхёна и направился к диванам. Он по-хозяйски уселся на широкий кожаный подлокотник прямо рядом с Джеймсом, слегка поморщившись, когда тело отозвалось на резкое движение, но тут же взял себя в руки. Конхо закинул ногу на ногу и, прихлебывая горячий кофе, уставился на Джеймса поверх края кружки. — Ого, так старик не в обиде за стену? — Конхо дерзко усмехнулся, вскинув бровь. — И че он хочет? Чтобы мы ему весь терминал в наш фирменный ядовито-зеленый закатали? Сонхён, стоя у стола с чашкой в руке, сверлил взглядом затылок Конхо. Его бесило, как быстро этот мелкий переключается с режима «пожалей меня» в режим «ищу приключения на свою задницу». — Конхо, прикрой рот и послушай, что говорят умные люди, — бросил Сонхён, хотя в его голосе сквозило скорее собственническое ворчание, чем реальная злость. Джеймс даже не повел бровью на наглость младшего. — Рисовать ты будешь, но не цветочки, — холодно произнес Джеймс. — Этот человек — владелец сети складов, через которые проходит половина серого импорта в этом порту. Наши «метки» он воспринял как вызов. Он сказал, что у тех, кто залез на его охраняемую территорию и оставил такой дерзкий след, совсем нет мозгов. Джеймс сделал паузу, давая Конхо прочувствовать момент. — Ему нужны «тени». Люди, которые могут незаметно проникать на объекты конкурентов и оставлять там... скажем так, определенные знаки внимания. Пометить груз, который должен «случайно» пропасть, или вскрыть контейнер, не поднимая шума. Конхо поставил кружку на колено и подался вперед, почти касаясь плеча Джеймса. — То есть, мы будем его личными вандалами-диверсантами? — в голосе Конхо послышался восторг. — Джеймс, это же идеальная работа для нас с Мартином! Мы и так это делаем бесплатно, а тут нам еще и приплачивать будут за то, что мы бесим серьезных дядек? — Это не просто «бесить дядек», Конхо, — вмешался Джухун, не отрываясь от чистки инструментов. — Это работа под камерами и с вооруженной охраной. Если тебя там поймают, Сонхён не успеет тебя вытащить. Тебя просто закатают в бетон того самого терминала. Конхо обернулся на Сонхёна, встретившись с его тяжелым, предупреждающим взглядом. На губах младшего заиграла провокационная улыбка. — Так какой первый объект? — Конхо снова повернулся к Джеймсу. — Кому сегодня ночью мы испортим фасад? Джеймс вытащил из папки несколько распечатанных спутниковых снимков и бросил их на низкий журнальный столик. Конхо тут же перегнулся с подлокотника, жадно впиваясь глазами в карту. — Это портовый сектор «Б-14», — Джеймс постучал пальцем по снимку длинного ангара, обнесенного двойным забором. — Владелец — конкурент нашего нового «друга». Сегодня ночью туда прибывает партия электроники, но нас интересует не она. В третьем контейнере с краю будет кейс с документами. Твоя задача  — зайти, вскрыть контейнер, забрать кейс и оставить на стене ангара ваш фирменный кусок. Огромный. — Наглая кража со взломом с элементами перформанса? — Конхо засиял так, будто ему подарили новый байк. — Боже, Джеймс, ты лучший менеджер в моей жизни. — Конхо, это не прогулка, — Сонхён подошел к дивану, тяжело опираясь руками на спинку прямо над головой младшего. Его тень накрыла Конхо, заставляя того невольно притихнуть. — Там военизированная охрана. Это тебе не обкуренные Северные. — Ну так ты же будешь рядом, — Конхо откинул голову назад, упираясь затылком в живот Сонхёна и глядя на него снизу вверх. — Ты и Джухун на перехвате. Если что-то пойдет не так — вы ворветесь и всех порешите. Разве не в этом наш план? Сонхён прищурился, глядя в эти невыносимо азартные глаза. Он чувствовал, как в нем борются желание запереть Конхо в подвале на замок и инстинкт хищника, который понимает: им нужны эти деньги и это влияние, если они хотят выжить в этом городе. — Планировать буду я, — отрезал Сонхён, его ладонь тяжело легла на макушку Конхо, пальцы собственнически сжались. — И если я увижу хоть малейшую угрозу — мы сворачиваемся. Понял? — Понял-понял, командир, — Конхо перехватил руку Сонхёна, потянул её вниз и быстро прижался губами к его ладони, всё еще пахнущей мазутом. — Мартин, — Джеймс перевел взгляд на рейтора, который всё это время сосредоточенно делал наброски в блокноте. — Подбери такие цвета, чтобы их было видно за километр. Нам нужна реклама. — Будет сделано, — Мартин ухмыльнулся, вытаскивая из-за уха маркер. — Сделаем так, что этот ангар будет светиться ярче, чем казино в Лас-Вегасе. Весь день в подвале кипела работа. Сонхён и Мартин перебирали байки, проверяя каждую гайку. Джухун готовил аптечки. Джеймс изучал графики патрулей. А Конхо... Конхо, несмотря на ноющую поясницу и плечо, носился по подвалу, помогая всем понемногу и постоянно задирая Сонхёна. Конхо был в своем репертуаре. Его так распирало от предстоящего дела, что он просто не мог усидеть на месте. Пока Сонхён, сосредоточенный и хмурый, возился с цепью своего байка, Конхо крутился рядом, то и дело задевая его бедром или нарочно подталкивая локтем под руку в самый ответственный момент. — Сонхён-а, — протянул Конхо, склонившись над его плечом так низко, что их щеки почти соприкоснулись. — А ты не боишься, что в своих новеньких перчатках ты не сможешь меня поймать, когда я буду прыгать с трехметрового забора? Может, тебе стоит потренироваться на чем-то более... мягком? Сонхён даже не поднял головы, методично затягивая гайку. — Единственное «мягкое», на чем я буду тренироваться — это твоя голова, когда я впечатаю её в этот самый забор за лишний треп, — процедил он, и уголок его рта едва заметно дернулся в язвительной ухмылке. — Отойди, от тебя несет краской так, что у меня сейчас галлюцинации начнутся. — Это запах успеха,— Конхо ничуть не обиделся. Он схватил со стола тяжелый разводной ключ и начал подбрасывать его в воздухе, опасно ловя за самую рукоятку. — Признай, тебе нравится этот запах. Он напоминает тебе о том, как я вчера прижимал тебя к этой самой стенке... Сонхён резко выпрямился, и Конхо пришлось отступить на шаг, чтобы не столкнуться с его широкой грудью. Сонхён вытер руки о промасленную тряпку, глядя на младшего с тем самым выражением. — Тебя вчера прижимали так, что ты сегодня утром скулил, как побитый щенок, — язвительно напомнил Сонхён, окинув Конхо оценивающим взглядом. — Кстати, ты всё еще прихрамываешь. Если в порту ты отстанешь хоть на метр, я не буду тебя ждать. Я просто подберу твой баллончик и напишу на стене «Здесь лежал дурак». — Ты меня не бросишь, — Конхо сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума и бесцеремонно запустив пальцы в задний карман джинсов Сонхёна. — Ты же без меня заскучаешь. Кто будет доводить тебя до белого каления? Мартин? Или, может, Джеймс начнет тебе глазки строить? — Джеймс в отличие от тебя умеет пользоваться мозгами по назначению, а не только чтобы генерировать проблемы, — Сонхён перехватил руку Конхо, больно сжимая его запястье и заставляя выпустить карман. — Иди проверь респираторы. Если ты надышишься парами и начнешь нести еще больший бред, чем обычно, я тебя прямо там, в контейнере, и закрою. — Звучит как предложение уединиться, — Конхо прикусил губу, глядя на Сонхёна с нескрываемым вызовом.  Сонхён лишь тяжело вздохнул, закатывая глаза, но в его взгляде на секунду промелькнула та самая темная искра, от которой у Конхо по спине пробежал холодок. — Конхо, клянусь... еще одно слово, и ты поедешь в порт в багажнике, связанный по рукам и ногам. Конхо хохотнул и, ловко увернувшись от замаха Сонхёна, отскочил к Мартину. Сонхён проводил его взглядом, качая говолой. Несмотря на все колкости и язвительные ответы, внутри него всё равно сидело это душное, давящее беспокойство. Он знал, что Конхо — магнит для неприятностей, и эта ночь не станет исключением. *** Ночь окончательно вступила в свои права, когда два байка бесшумно замерли в тени заброшенного кирпичного завода, примыкающего к портовому сектору «Б-14». Сонхён выглядел опасно и сосредоточенно. На нем была черная объемная куртка-ветровка с накинутым на голову капюшоном, который скрывал большую часть лица, оставляя на виду лишь жесткую линию подбородка и холодный, сканирующий местность взгляд. В этом полумраке он казался частью самой ночи — собранным, мрачным и готовым к любому повороту. Конхо же, выбравший серое «состаренное» худи, выглядел чуть мягче внешне, но его энергия била через край. Из-под глубокого капюшона выбивались темные пряди, а взгляд карих глаз, обычно искрящийся насмешкой, теперь стал острым и цепким. Несмотря на то, что они были ровесниками, одного роста и схожего, гибкого телосложения, сейчас между ними чувствовалась четкая иерархия. — Слушай меня, — шепнул Сонхён, притягивая Конхо за плечо к себе, когда они притаились у высокого забора с колючей проволокой. — Мартин идет к северному углу, отвлекает патруль. У нас ровно три минуты, чтобы вскрыть контейнер и уйти на крышу ангара. Если я свистну — бросаешь всё и бежишь к байкам. Понял? Конхо ничего не ответил. Он лишь коротко кивнул, и в этом жесте не было и следа его дневного ребячества. Сонхён на мгновение задержал на нем взгляд. Его чертовски заводило то, как преображался Конхо на заданиях. Весь этот придурок, который днем ныл из-за кофе и задирал всех подряд, сейчас исчез. Перед Сонхёном стоял профессионал: его движения стали кошачьими, бесшумными, а лицо застыло в маске ледяного спокойствия. В такие моменты Конхо напоминал натянутую струну — одно неверное движение, и он либо срежет противника, либо лопнет сам. И эта пугающая, безупречная собранность заставляла сердце Сонхёна биться быстрее от странного чувства гордости. — Пошел, — скомандовал Сонхён. Они взлетели на забор синхронно. Конхо первым перемахнул через проволоку, приземлившись на бетон так тихо, будто весил не больше тени. Пока Сонхён страховал его, держа руку на рукояти ножа, Конхо уже был у третьего контейнера. Он достал из кармана небольшой набор отмычек. Пальцы, которые днем не могли ровно держать ключ, теперь работали с хирургической точностью. Сонхён наблюдал за ним со стороны, прижавшись спиной к рифленому металлу. Он видел, как Конхо прикусил губу от напряжения, как он замер, когда вдалеке послышались шаги охраны, и как через секунду, едва патруль прошел мимо, он снова вернулся к замку. Щелчок. Конхо приоткрыл тяжелую дверь ровно настолько, чтобы проскользнуть внутрь. Спустя сорок секунд он уже был снаружи, прижимая к груди черный кожаный кейс. Он посмотрел на Сонхёна и едва заметно, одними глазами, улыбнулся — это была улыбка хищника, выполнившего план. — Теперь — искусство, — одними губами произнес Конхо. Он выхватил из рюкзака два баллона. Пока Сонхён считал секунды до возвращения патруля, Конхо начал наносить краску на серую стену ангара. Это не было хаотичным малеванием. Шипение баллонов сливалось с шумом порта. Конхо двигался плавно, почти танцуя, оставляя за собой жирные, ядовито-зеленые линии, которые в свете портовых прожекторов казались радиоактивными. Сонхён чувствовал, как внутри нарастает адреналин. Ему хотелось сорвать этот капюшон с Конхо, прижать его к этой свежеокрашенной стене и поцеловать прямо здесь, под прицелом камер и охраны. Потому что такой Конхо — сосредоточенный, опасный и гениальный в своем безумии — был его личным наркотиком. Рев моторов разорвал портовую тишину, когда они сорвались с места. Сонхён летел первым, то и дело поглядывая в зеркало заднего вида: серое худи Конхо маячило следом, то пропадая в тени контейнеров, то вырываясь под свет редких фонарей. Позади послышались крики и отдаленный вой сирены охраны, но через пару кварталов промзоны, петляя по узким проездам, которые они заучили по картам Джеймса, парни окончательно оторвались. В подвал они ворвались на адреналиновом взводе. Воздух в убежище показался почти осязаемым после холодного морского бриза. Джеймс сидел за столом, подперев голову рукой. Сонхён, не снимая капюшона, молча подошел к столу. Его лицо всё ещё было напряжено, а челюсти плотно сжаты — откат после того момента с охранником всё ещё давал о себе знать. Конхо зашел следом, стягивая капюшон своего серого худи. Он бесцеремонно уселся на край стола прямо перед Джеймсом, игнорируя тяжелый взгляд Сонхёна.