Билет в сказку.

Тряска в карете была невыносимой. Белль сидела и искренне недоумевала, зачем вообще понадобилось плестись в этом ненадежном транспорте, когда можно было просто телепортироваться с помощью магии. Румпельштильцхен сидел напротив, стуча ногтями по дереву лука, что он взял с собой в качестве улики для поиска беглеца, и его лицо светилось злорадством. — Я же говорил, — шипел он, тыча кончиком лука в её сторону. — Наивность — это не добродетель, это глупость! Ты отпустила вора, а он всё таки обокрал меня. И теперь ты будешь смотреть, как я сдираю с него шкуру. Это будет твой урок, служанка. Белль покрепче сцепила руки на коленях и старательно посмотрела в окно. «Да поняла я, поняла. Робин — лживый гад. Ты — маньяк. А я — лохушка, которая поверила сюжету.» — думала она устало. — «Господи, меня укачивает, а этот психопат не затыкается. Если он сейчас еще раз скажет слово "урок", я его ударю. Нет, нельзя. Дышим. Мы — фея. Мы — свет». — Мне жаль, — тихо ответила она. — Я думала, он честный человек. Румпельштильцхен ничего не ответил, только посмотрел на неё презрительно. Через полчаса карета резко затормозила. Румпельштильцхен высунулся наружу. Перед дверью кареты стоял отряд лесной стражи во главе с командиром, чья борода лоснилась от жира, а глаза — от похоти. — Ищем вора, — Тёмный показал на лук Робина. — Где хозяин этой вещицы? Шериф Бекингем лениво перевел взгляд с мага на девушку в глубине кареты. Он осклабился, обнажив удивительно белые зубы. — Ну... я могу сказать, где он, — протянул он, раздевая Белль взглядом. — В обмен на время с твоей спутницей. Оставь нам эту крошку на пару часиков. Мы с парнями покажем ей настоящий "лес", хе-хе. Белль словно кипятком в лицо плеснули. «Ах ты ж мразь. "Крошку"? Я тебе сейчас глаза выдавлю, ублюдок. Я тебе этот меч в глотку запихну по самую рукоять. Господи, как же хочется выйти и просто врезать ему с ноги...» — мысленно орала она, у себя в голове рисуя красочные картинки расправы над тупым мужланом. Она скрипнула зубами, сжала руки в кулаки, выпрямилась и уже набрала воздуха, чтобы рявкнуть что-то в духе «Пошел на хер, козёл!», но вовремя опомнилась: Роль. Она — добрая принцесса. А принцессы не матерятся. Принцессы пугаются и ждут защиты от кавалера. Едва вслух не застонав от разочарования и обиды, она с досадой сменила тактику — сгорбилась, сжалась на сиденье, опустила голову и бросила на хозяина максимально умоляющий взгляд из-под ресниц. Румпельштильцхен, с интересом наблюдавший эту пантомиму, перестал улыбаться. Он перевёл нарочито доброжелательный взгляд на болтливого дурака. — Пару часиков? — переспросил он вкрадчиво. — Думаешь, управишься? Сомневаюсь. Зато я считаю, что тебе стоит поучиться манерам. Ленивый взмах худой когтистой руки и командир схватился за челюсть, захрипел от боли. Из его рта прямо в руку Тёмному вылетел окровавленный кусок мяса — язык болтуна. Его товарищи с громкими воплями отскочили от кареты, рефлекторно хватаясь за бесполезные против магии мечи. Белль, глядя на происходящее не смогла сдержать злорадную улыбку. «Что, мудила, схлопотал? И поделом. Румпель, милый, ещё бубенчики этой отрыжке эволюции отхвати для баланса вселенной. Тогда я буду точно счастлива.» Румпельштильцхен небрежным жестом вернул язык на место так же легко, как вырвал. Трясущийся как желе шериф тут же поспешно выложил всё, что знал : лагерь Гуда находится у реки, в двух милях на восток. Дальнейшее путешествие прошло без проблем. Они быстро доехали до места назначения. Вышли из кареты и осторожно пробрались к кустам, за которыми скрывался лагерь Робина. Картина им открылась прямо таки пасторальная: Робин, живой и вполне здоровый, водил сияющей палочкой над лежащей на телеге с соломой молодой женщиной. Мэриан. Она выглядела бледно и болезненно, но с каждым взмахом палочки на её щеки возвращался румянец. — Как трогательно, — прошептал, ухмыляясь , Румпельштильцхен. Он стоял в удобной развилке между двумя тонкими деревцами и уверенно натягивал тетиву волшебного лука. — Исцеление... Какая ирония, что сейчас здесь будет смерть. Он прицелился. Стрела смотрела Робину прямо в спину. Ни он, ни Мериан не видели, не знали об угрозе. Белль, наконец переведя дух после беготни за хозяином, с ужасом поняла: шутки кончились. Он не пугает. Он реально сейчас убьёт лесного идиота, будущего возлюбленного Реджины. «Так, чёрт, думай, думай, голова садовая! Если лучник помрёт — канон рухнет. Реджина останется без своего, пусть и временного, счастья. С другой стороны, нафиг такое счастье — нищий , глупый, безответственный, ещё и женатый. Аааа, блин, нельзя, чтобы он скопытился здесь и сейчас. Но что я могу сделать? Что девчонка там наплела ему? Как остановила его?» Не было больше времени на раздумья. Белль, подобрав юбки, бросилась к мужчине и всем телом повисла на его руке, намертво вцепившись в пышный рукав и стараясь хотя бы сбить прицел. — Нет! Румпель, прошу тебя! — громким шепотом закричала она, вкладывая в голос всю мольбу, на которую была способна. — Посмотри на неё! Она же беременна! Румпельштильцхен даже не шевельнулся, не вздрогнул. Словно девушка на его руке весила не больше пушинки. Он сосредоточено щурился, теперь перемещая прицел на голову Робина. — Он вор. Он должен умереть, — процедил он сквозь зубы. — Но ребенок! — Белль переместила ладонь на древко лука , потянула в сторону и заглянула ему в лицо. — Если ты убьешь его, ребенок останется сиротой! Он будет расти без отца, один в этом жестоком мире! Ты хочешь этого? Хочешь создать ещё одного сироту?! Слова ударили внезапно как таран. Сильнее, чем магия, чем глупая мольба глупой служанки. Сирота, растущий без отца. Румпельштильцхен окаменел. Беспощадная память поднялась, не спрашивая разрешения. Родной Бэй, сын, которого он трусливо бросил, не сумев прыгнуть в портал. Он сам, ещё более жестоко брошенный отцом ради силы и молодости. Разозленный, взвинченный, он всё таки выстрелил. Стрела послушно сорвалась с тетивы. Но секундного сомнения для волшебного лука оказалось достаточно — он промахнулся. Выстрел ушел в соломенную кипу, даже не замеченный двумя людьми, один из которых только что едва не попрощался с жизнью. Робин Гуд, по прежнему ни о чём не догадываясь, с любовью смотрел на выпуклый живот своей жены. Мэриан стояла перед ним совершенно здоровая и улыбалась. Румпельштильцхен опустил лук. Он тяжело дышал, злобно глядя на сладкую парочку. Потом медленно посмотрел на Белль взглядом , где плескалась смесь ярости и растерянности. — Ты... — прошипел он глухо. — Ты слишком много болтаешь, служанка. Резко развернувшись, он пошагал к карете, даже не забрав палочку. Белль сползла по стволу дерева, чувствуя, как дрожат колени. «Попала. Прямо в "десятку". В его главную травму. Фух. Робин жив. Мэриан жива. Канон спасён. А я... я только что успешно манипулировала Тёмным Магом, используя его самое больное место. Я молодец. Я страшный человек. И мне срочно нужно выпить». ********* Они уже подходили к карете, стоявшей в тени деревьев, когда Белль встала как вкопанная. «Палочка. Твою ж мать, палочка!» — подумала она. В голове калейдоскопом закрутились обрывки воспоминаний. Сразу же после этой сцены ценный артефакт дружно убрали на полку до следующего эпизода или даже целого сезона. Но блин, она что зря тряслась в этой дурацкой карете? Зря таскалась за говнюком Робином, чтоб его поцелуем любви шарахнуло. Что, если этот конкретный Румпельштильцхен вспомнит о палочке позже и решит вернуться. А даже если не вспомнит — то всё, палочка попадет не в те руки. Обида на такое пренебрежение и пофигизм сценария, а также искреннее личное скупердяйство не давали ей покоя. — Блин, хотите сказать, что я зря рисковала своей шкурой! — пробормотала она себе под нос. Румпельштильцхен тоже остановился и посмотрел на неё с лёгким недоумением. — В чём дело, дорогуша? Передумала и решила пойти пешком? Белль суетливо топталась на месте, кусая губы. — Я сейчас, сбегаю по одному делу, — ответила она. — Скоро вернусь. Буквально через полчаса. Подождите меня здесь. И пожалуйста... — она неожиданно строго посмотрела на него, — не вмешивайтесь. Просто сидите в карете. Не дожидаясь, пока Тёмный Маг решит возразить или превратить её в улитку за дерзость, она развернулась и решительно ломанулась сквозь густые кусты обратно в сторону лагеря. Румпельштильцхен проводил её ещё более удивлённым взглядом, в котором читалось: «Эта девчонка точно сумасшедшая», но послушно открыл дверцу кареты и сел внутрь. Появление Белль в лагере «Веселых разбойников» было лишено грации. Она споткнулась о торчащий корень, с треском проломилась через кусты ежевики и вывалилась на поляну, тяжело дыша и отплевываясь от листьев. — Стоять! Кто идёт! — рявкнул караульный. В следующую секунду на неё смотрел десяток стрел и пара копий. Белль пугливо вскинула руки, чувствуя, как горят исцарапанные щеки. — Эй, полегче! — выдохнула она. — Я не враг. Я та, кто недавно спасла вашего предводителя. Позовите Робин Гуда! Толпа бравых молодцов недоверчиво расступилась. Робин Гуд подошёл на поднятый шум. Увидев знакомое лицо, он жестом приказал своим людям опустить оружие. — Это ты... — он нахмурился. — Служанка Тёмного. Неужели ты сбежала от него? Белль яростно замотала головой. — Нет, ты что! Я не могу, у нас договор. Я пришла за тем, что ты всё-таки украл, Робин Гуд, — в её голосе прозвучал упрек. — Верни палочку, будь любезен. Робин в ответ сжал челюсти, в его глазах зажегся фанатичный огонь «героя». — Я должен был вылечить жену! — Я понимаю, — терпеливо ответила Белль. — Именно поэтому я уговорила его не убивать тебя. Ты получил жизнь, твоя жена здоровье. Но палочка... её нужно вернуть, пока мой Хозяин не обнаружил пропажу. Он сейчас ушёл... эм... по делам. У меня всего пара часов, чтобы вернуть его вещь на место. К ним подошла Мэриан. Она выглядела прекрасно. Ни следа прежней хвори и слабости. — Так это ты та принцесса? — воскликнула она. — Та, что добровольно пошла к Чудовищу ради спасения своего королевства? Белль бегло кивнула ей, по прежнему не сводя взгляда с Гуда. — Приятно познакомиться, Мериан. Робин, палочку. Пожалуйста. Но «благородный разбойник» уперся как баран рогом. — Нет! — он прижал руку к маленькой сумке на поясе. — Волшебная палочка в руках Тёмного — это ужасно. Сколько зла он может сотворить с ней! Я не отдам её. Я спрячу её, защищу мир... Белль почувствовала, как внутри снова закипает злость. «Вот же тупой, упертый осёл!» Увы, кричать было бесполезно. С такими, как Робин, необходимо играть по другому. Белль глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Потом ссутулилась, опустилаплечи, свесила горестно голову и сделала самые несчастные глаза на свете. — Я понимаю, Робин, — теперь она заговорила самым жалобным голосом. — Ты герой. И ты абсолютно прав. Но подумай обо мне. Если он обнаружит пропажу... он же накажет именно меня. За то что я не уследила за его сокровищами. Она почти не притворяясь шмыгнула носом. А слезы вообще навернулись сами собой — стоило только вспомнить холодный пол темницы и сырую вонючую солому. — Отдай палочку мне. Я не буду творить зло, клянусь! Мне бы только иногда наколдовать себе тепла и еды. Я живу в ужасных условиях. Замок не уютный, я сплю в холоде, работы тьма, у меня все руки стёрты в кровь... С помощью магии я могла бы по мелочи облегчить себе работу. Она умоляюще посмотрела на Мэриан. — Пожалуйста... Я просто не хочу зачахнуть в его логове насмерть, пока он занят своими тёмными делами. Впечатленная Мэриан первой прониклась от жалоб бедняжки. Испытывая благодарность за исцеление и главное, помощь мужу, она положила руку на плечо Гуда. — Робин, верни ей палочку. Посмотри на неё, она же совсем дитя. Ей и так досталось. Пусть хоть немного облегчит себе жизнь. Под давлением жены и собственной совести Робин сдался. Он неохотно вытащил палочку из сумки. — Бери. Но используй её только во благо. — Конечно, — закивала головой Белль, спешно пряча артефакт в глубокий карман юбки. «Во благо моего спокойствия, надеюсь , считается?» Она уже развернулась, чтобы уйти, как вдруг Мэриан резко вспомнила о гостеприимстве. — Постой! — окликнула она. — Зачем тебе возвращаться? Палочка у тебя. Ты можешь сбежать! Мы поможем. У нас есть друзья в других землях, они скроют тебя, приютят... Выпей чаю, поешь, мы всё обсудим! Белль , поражённая, остановилась. Затем медленно обернулась и посмотрела на них обоих с неподдельным ужасом. «Боже мой, вот уж и вправду: муж и жена — одна Сатана. Два идиота!», — пронеслось в её голове. — «Предлагать побег от Тёмного Мага, который способен достать меня из под земли? Они это серьезно?» Ей захотелось взять ближайшее полено и стукнуть беременную дурочку по голове для просветления. — Спасибо, Мэриан, — процедила она сквозь зубы, стараясь звучать вежливо. — Но это невозможно. Я не могу принять такую жертву от вас. Из за меня вы окажетесь в огромной опасности. Ты беременна! Только встала со смертного ложа! И хочешь рискнуть всем этим? Хочешь, чтобы Робин и все здесь присутствующие погибли из за меня? А твой малыш? Подумай о нём! До сладкой парочки наконец начало доходить. Лица их враз посерели. — Я не могу уйти от него. Никак. — покачала головой Белль. — Наша сделка нерушима. Магия контракта найдет меня везде. Так что спасибо за предложение, за чай, но я пойду. Ради ВАШЕГО же блага. Убедившись, что глупые герои больше не пытаются причинить ей добро, Белль развернулась и со всех ног бросилась обратно к дороге. Выскочив из кустов, она вздохнула с облегчением. Карета стояла на месте. В окошке виднелся профиль Румпельштильцхена. Он сидел неподвижно, сложив руки на коленях и смотрел прямо перед собой. Он ждал. Это было настолько странно и... правильно, что у Белль защипало в глазах. Она подбежала, распахнула дверцу и, пыхтя, забралась внутрь, плюхнувшись на сиденье напротив него. — Можно ехать, — выдохнула она. Румпельштильцхен медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по её растрепанным волосам, царапине на щеке и пыльному подолу. Он ничего не ответил. Просто дважды стукнул ногтями по стенке кареты. Экипаж мягко тронулся. Несколько минут в салоне висела тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием девушки. Отдышавшись и вспомнив о цели своей вылазки, Белль сунула руку в карман, нащупала гладкое дерево и вытащила палочку феи крёстной. — Вот, — она протянула её Румпельштильцхену. — Вы должно быть забыли, господин. Потом вытерла мокрые от пота и листвы руки о платье и подняла на него совершенно измученный, жалобный взгляд: — Можно мне воды? Я сейчас умру от жажды. Губы у Румпельштильцхена непроизвольно дрогнули. В воздухе сам по себе появился большой медный кубок с прохладной водой. Он молча забрал артефакт и просто смотрел на Белль, пока она жадно пила. Конечно Румпельштильцхен не сидел в карете послушно, как наивно думала Белль. На самом деле он сразу пошел за ней и незаметно подслушал весь её разговор с Робином и Мэриан. ... Когда служанка решительно нырнула в кусты, ломая ветки, а её юбка скрылась из виду, дверь кареты бесшумно открылась. Румпельштильцхен изящно выскользнул наружу. Он двигался как тень — быстро, беззвучно, с хищной ухмылкой на лице. — Ну-ка, ну-ка, — прошептал он себе под нос. — Куда же ты намылилась, дорогуша? К своим новым друзьям? Предавать меня? Он растворился в воздухе фиолетовой дымкой и материализовался за толстым стволом дуба, прямо над лагерем разбойников. Идеальная позиция. Чтобы увидеть всё. И он увидел: как на неё наставили луки; как глупая жёнушка разбойника предложила ей побег. Тёмный тут же приготовил огненный шар, чтобы испепелить этот лагерь вместе с предательницей, как только она скажет «Да». Но она сказала «Нет». Румпельштильцхен в недоумении застыл. Огонь в его руке погас и осыпался искрами ему под ноги. Он внимательно слушал, как она жалуется на боль и холод. Как с искренним ужасом вдалбливает в головы двум дуракам последствия их подвига. — «Я не могу уйти... Наша сделка нерушима...» — Румпельштильцхен прищурился. Она защищала его интересы? Она отказалась от защиты героев? И действительно решила соблюдать правила сделки? До последней буквы? Настолько хорошо понимает механизмы магии? Как? ». — Любопытно, — прошелестел он. — Очень любопытно. Когда Белль, мысленно проклинающая безмозглых персонажей, побежала обратно, Румпельштильцхен исчез. За секунду до того, как она вышла из кустов внутри кареты, на сиденье, соткался Тёмный Маг. Он поправил манжеты, принял скучающую позу и сделал самое равнодушное лицо. «Я живу в ужасных условиях... чуть не замерзаю...» — сказала она Робину. Это была правда. Отчасти. Румпельштильцхен почувствовал неприятный укол где-то под ребрами. Не совесть, нет. Скорее досада на собственную невнимательность. Он забыл. Просто забыл, что люди — это не вещи. Они мерзнут, они хотят есть, они умирают от болезней и ран. Он вспомнил, как она споткнулась о ковер в замке пару дней назад. Неуклюжая. Слабая. Глупая. «Она же убьется», — подумал он с внезапным ужасом. — «Поскользнется на лестнице, свернёт себе шею ненароком, или простудится и умрет от какой-нибудь человеческой напасти. И что тогда? Искать новую служанку? Опять привыкать, опять терпеть женские истерики?» Эта мысль ему не понравилась. Эта девчонка...была удобная.Послушная. Умная. Не сбежала, когда могла (хотя он бы поймал, а от лагеря Робина осталось бы пепелище, но всё же — она избавила его от этой мышиной возни). Она выбрала его. Вернулась к нему. Он посмотрел на неё и осознал : её лучше беречь. Как редкий, полезный, но очень хрупкий инструмент, который по глупости недавно чуть не сломали. Белль уже допила всю воду и теперь безуспешно пыталась привести в порядок гнездо на голове, а он всё продолжал изучать бывшую принцессу поверх сцепленных пальцев. «Ладно. Больше никаких темниц. Если она умрет от простуды , это будет... расточительно. Да и скучно без неё станет». Раз она такая умная : читать умеет, героев дурит и такая верная — пусть живет. По-человечески. Комната. Хорошая. Всё для комфорта и безопасности. И пожалуй , библиотека — пусть занимает свои мозги книгами, а то еще придумает чего доброго сбежать по-настоящему. — Вот, возьми, — буркнул он, подавая ей небольшое зеркало и расчёску. Белль с искренней благодарностью приняла подарок и тут же занялась собой. Румпельштильцхен молча отвернулся к окну, чтобы скрыть странное выражение лица — смесь интереса и ворчливой заботы. ********* Обратный путь прошёл в тишине. Румпельштильцхен сидел, отвернувшись к окну, и задумчиво крутил в пальцах одну из золотых пуговиц на камзоле. Белль сидела напротив, чинно сложив руки на коленях. «Ну что, надулся, как мышь на крупу? Сидит, переваривает». — думала она с лёгкой нежной насмешкой. — «Как же так, я, Великий и Ужасный, не убил идиота в трико. А я сижу и думаю: правильно ли я сказала про сироту? Вроде в каноне было что-то про "мальчика", а я сказала "ребёнок". Но сработало же. Фух. Главное теперь — не лыбиться. Держим скорбное лицо. Я — совесть нации. Я — голос морали. Я спасла его душу (на самом деле — задницу Робина, но пусть Румпель думает про душу)». Ещё через час унылой тряски карета въехала во двор замка. Белль всё ещё с непривычки неуклюже вылезла наружу, мечтая только об одном — горячей ванне и своей пусть не самой удобной кровати. Она уже морально готовилась топать в свою постылую келью, когда Румпельштильцхен пошёл не к себе, а за ней. — Иди за мной, — коротко приказал он. Они вошли в замок. Но вместо того, чтобы свернуть к лестнице в подземелье, он повёл её по широкой парадной лестнице на второй этаж. Туда где лежали ковры и было очень тепло. Румпельштильцхен остановился перед одной из резных дверей и толкнул её. — Твоя старая комната.. тебе не подходит, — заявил он, не глядя на неё. — Ты постоянно шмыгаешь носом, дрожишь и мешаешь мне сосредоточиться. Мне не нужна больная служанка. Лечение нынче дорого стоит. Белль заглянула внутрь и чуть не запрыгала от счастья. Это была нормальная светлая спальня. Большой каменный камин, в котором весело трещали поленья. За тяжёлыми шторами пряталось окно. Новая кровать была шире , богаче, с толстым матрасом, горой подушек и пуховым одеялом. Рядом стояли тумба и комод. В углу — два больших сундука , наверняка с кучей разных вещей. «Да ладно, ты это серьёзно? Новые улучшенные апартаменты? Неужели за возврат палочки?Румпельштильцхен, а ты оказывается умеешь быть благодарным. Спасибо , нет правда спасибо. Я бы сейчас даже расцеловала твою чешуйчатую морду, если б не боялась отхватить! ». — Это... — отчего то севшим голосом спросила она. — Это правда мне? Чтобы я не болела? — Именно, — фыркнул Румпель. — И чтобы больше не жаловалась на условия. Он быстро пересек всю комнату, подошёл к ещё одной двери и распахнул её. — А это... чтобы ты не болталась у меня под ногами. За второй дверью открылся вид на библиотеку. Точнее, это был проход на балкончик библиотеки, откуда винтовая лестница вела вниз, к стеллажам. — Уговор такой: ты сидишь здесь, читаешь, греешься и не лезешь в мои дела, — он поднял палец. — И не пытаешься больше "спасать" воров. Ясно? «Да! ДА! »— завопила Белль мысленно — « Наконец то! Интернет и Нетфликс в одном флаконе! Я смогу читать, а не только тереть полы. Тут наверняка есть справочники по магии, истории королевств, реестры сделок. Я смогу понять, где я, какой сейчас год по местному календарю и как тут вообще всё устроено». Она медленно прошла к лестнице , глянула вниз, в тёплый сумрак библиотеки. Затем подняла сияющие нескрываемым восторгом глаза на ставшего враз послом добродетели хозяина. — Это... это правда всё мне? — повторила она, всё ещё не до конца веря в реальность. Румпельштильцхен наблюдал за ней. Он очень хотел увидеть, обрадуется ли она его подарку, чтобы снова почувствовать себя хозяином положения. «Смотри, я не только монстр, я могу быть лояльным хозяином». — говорил этот жест внезапной щедрости. — Ну, не мне же, — фыркнул он почти весело, без злости. — Я это всё уже читал. А тебе... может, хоть это заставит тебя меньше болтать и лезть под стрелы. Белль снова улыбнулась. — Спасибо, — воскликнула она. — Большое спасибо! «Ты даже не представляешь, какой это подарок, золотой мой. Теперь у меня есть база данных. И пока ты будешь думать, что я читаю любовные романы, я буду искать мелкий шрифт в твоих магических контрактах. Берегись, Румпель. Тихушница вышла в сеть». — Хм, — он явно ждал, что благодарная девчонка кинется ему на шею, но и её сдержанность его устроила. — Обед принесут сюда. Не шатайся по замку без дела. Он вышел и плотно закрыл дверь. Белль подождала, пока стихнут его шаги. Затем скинула обувь, корсет, выбралась из кучи верхних юбок и, оставшись в одних панталонах и нижней рубашке, с разбегу прыгнула на широкую кровать. Довольная как слон, растянулась поперек , раскинув в разные стороны руки и ноги. Как же мягко, удобно и тепло. И пахнет чём то вкусным и цветочным, а не опостылевшей темной сыростью. «Ну что ж,» — подумала она, глядя в потолок и блаженно щурясь. — «Уровень намбер уайн пройден. Отлично. Вот видишь какая ты умничка, Белль. Всего то нужно было немножечко потерпеть и вот — ты получила, что хотела. Так, отдохнём полчасика и проведём румтур по новому жилищу. Потом надо помыться и распечатать обновки. А обед принесут, почти как в отеле. Ну и после наконец можно будет что-нибудь почитать».