Билет в сказку.

С неудавшегося покушения на свободу Тёмного мага незаметно пролетел целый месяц. Белоснежка на последних сроках донашивала долгожданную дочку. Её принц и супруг каждый раз с нежностью смотрел на прекрасный круглый животик жены. Рождения маленькой принцессы ждали все. Семь гномов с энтузиазмом принесли в королевскую опочивальню всё золото и драгоценности, что смогли добыть в своих шахтах. Красная Шапочка с бабушкой одарили и мать и дитя сундуком, полным ярких красных нарядов и обувки. Принцесса Эбигейл ( бывшая невеста Дэвида) прислала целую карету подарков и письмо с пожеланиями счастья и здоровья королевской чете. Золушка и принц Томас ( живой, здоровый и никуда не исчезнувший — благодаря вмешательству глупой служанки Тёмного договор так и не был подписан) выразили Дэвиду искреннюю признательность и готовность помочь всеми силами. Но даже это не могло скрасить жизнь и успокоить нервы напуганной злыми обещаниями Реджины Белоснежки. Не способная ни на минуту расслабиться, она каждый день думала об угрозах Королевы. Ни поддержка друзей, ни любовь Принца не давали ей спокойствия и веры в счастливый финал. Слишком уж хорошо она знала свою мачеху. В один из дней Белоснежка уговорила Девида обратиться к тому, кто всегда всё знал и предугадывал наперед. На следующий день ранним осенним утром к воротам замка Тёмного подошли двое названных гостей. Дэвид постоянно оглядывался и нервно сжимал рукой в кожаной перчатке рукоять меча — в прошлый раз встреча с колдуном закончилась позорным полетом в кусты. На этот раз Румпельштильцхен не стал тянуть время и мучить венценосных просителей: почти сразу вышел к ним и небрежно облокотился на золотые перила витой лестницы. Он был на своей территории, неуязвимый и бесконечно довольный тем, что эти гордецы всё равно приползли к нему на поклон. Белль тихонько стояла в тени арки за его спиной. — Чего вам? — лениво спросил Тёмный. — Пришли извиниться за попытку превратить меня в статую? Или хотите предложить ещё одну сделку с "сюрпризом"? — Нам нужна твоя помощь, — сказал Дэвид, переступая через гордость. — Мы хотим спросить тебя... — Да, да, я знаю зачем вы пришли, — перебил его Румпельштильцхен. — Хотите узнать, что задумала Королева. Белоснежка скинула с головы меховой капюшон: — Что нас ждёт? — Ох, как же вы напряжены, — усмехнулся Темный. — Мне действительно есть что рассказать. Но это не бесплатно, вы же понимаете? — Нет, мы только зря теряем время! — воскликнул Девид и решительно потянул за собой жену, прочь из владений колдуна. — Что ты хочешь? — Белоснежка упрямо вывернулась из рук мужа и сама обратилась к Тёмному. — Даже не знаю, — фыркнул Румпельштильцхен. — После того, как вы пытались меня пленить цена многократно выросла. Будете должны мне вдвойне. Итак первый мой вопрос: скажи, как ты назвала малышку? Второй я задам после. — Это исключено! — тут же отказался Дэвид, хватаясь за меч. Но Белоснежка уже решила за них обоих. — Согласна. Говори. Румпельштильцхен весело посмотрел на посрамленного Принца и громко рассмеялся. Потом заговорил неожиданно певуче: — Наш мир уже проклят. Расправа грядёт. Никто не спасётся. Скоро каждый из нас станет пленником. Замёрзшее, застывшее время будет нашим стражем. А мы обречены на бесконечные страдания. Нашей тюрьмой будет место, где всё, что мы любили, всё, чем дорожили, всё это у нас отнимут. Единственной счастливицей останется Королева. Добру уже не победить. — Что же нам делать? — прошептала беспомощно Белоснежка. — Мы уже ничего не сделаем. — А кто сделает? — Белоснежка всегда была догадлива. — Твоя ещё не рождённая дочь. Она — наша единственная надежда. Её необходимо спрятать. А когда ей исполнится двадцать восемь, она вернётся и разрушит заклятье. — Мы узнали достаточно, — вновь заговорил Принц и решительно потащил Белоснежку из замка. — Имя! — возмущённо крикнул Румпельштильцхен. — Ты должна мне её имя, Белоснежка! — Его, — попытался снова перебить Девид. — Это мальчик. — Я спрашиваю не у тебя, а у матери! — рявкнул Румпельштильцхен. — Я ведь угадал — это девочка? Отвечай! — Эмма, её имя Эмма. — ответила наконец Белоснежка. — Отлично! — воскликнул Румпельштильцхен. — А теперь моё второе условие. Он спустился вниз прямо к ним. Посмотрел презрительно на надутого недовольного Принца и снова обратился к Белоснежке. — Мне нужна от вас Клятва. — Клятва? Зачем? — удивился Дэвид. Румпельштильцхен не удостоил его ответом, он чуть обернулся назад, махнул рукой, и Белль послушно вышла из тени. Она старалась держаться скромно, но с достоинством. — Это Белль, — представил её Тёмный. — Моя... экономка. Когда Проклятие настигнет нас, мы окажемся в другом мире. Я знаю многое, но не всё. Возможно, нас разлучат. Возможно, я потеряю память и силу. Он насмешливо посмотрел на Прекрасных. — Вы, герои, так любите кичиться своим благородством. Так вот, пусть оно послужит и мне и вам. Вы дадите мне слово, клятву, что в Новом Мире, где бы вы ни были, кем бы вы ни стали, вы никогда не причините вреда Белль. А если вдруг ей понадобится помощь — вы первые дадите ей всё: защиту, кров, еду. Вы будете оберегать её так же, как своих близких. Дэвид нахмурился, бросил подозрительный взгляд на девушку и Тёмного. — Это же она перехватила в тот вечер перо? Она твоя пособница, помогает тебе творить зло. — Она спасла мне жизнь, — отрезал Румпельштильцхен. — Клянитесь. Или убирайтесь и ждите, пока Реджина превратит ваше счастье в ничто. Белоснежка с искренним любопытством разглядывала Белль. Она уже достаточно наслышалась о принцессе-вечной-пленнице Тёмного. На одном из общих дружеских ужинов такая же беременная Мериан успела посплетничать о юной бедной служанке, что вынуждена уживаться с ужасным Чудовищем. Что она спасла жизнь Робину и самоотверженно, ради безопасности других людей, отказалась от предложения о побеге. Сообразительная, наблюдательная и чуткая Белоснежка увидела не помощницу злодея, а просто девушку, чья судьба полностью зависит от настроения и капризов её жестокого хозяина. — Мы клянёмся, — сказала Белоснежка. — Что не причиним ей вреда и всегда поможем ей. — Клятва коронованных особ, — ухмыльнулся Румпельштильцхен. — Сильная вещь. Даже в мире без магии Честь — это валюта, которая всегда имеет вес. Он взял их за руки и тут же скрепил словесную клятву магией. Золотая нить скользнула по запястьям принца и Белоснежки и мгновенно растаяла, вплавилась в их кожу. «Ох, Румпель. — восхищённо думала тем временем Белль. — «Да ты просто гений. Если я вляпаюсь в беду, или мне некуда будет идти, у меня есть пожизненный абонемент на защиту от самых главных героев. Они же в лепёшку разобьются, но слово своё сдержат. Чёрт , это реально самое романтичное признание в любви, которое только может без слов сказать Тёмный. Ты буквально застраховал мою жизнь у своих же должников». Когда Прекрасные ушли, полные надежды и упрямого мужества, Румпельштильцхен с довольным выражением лица обернулся к Белль. — Ну вот, — сказал он, потирая руки. — Это наш запасной план. На всякий случай, если я вдруг... потеряюсь. Эти двое зануд точно не дадут тебе пропасть. Белль подошла к нему и мягко взяла его за руку. — Ты потрясающий стратег, Румпель. Ты предусмотрел всё, что мог. Спасибо тебе большое! — Конечно, ведь я тот, кто всегда впереди всех! — рассмеялся надменно он. И , конечно, он не смог удержаться и украдкой сжал её пальцы в ответ. ********** Румпельштильцхен неторопливо прял очередной моток золота. И очень спокойно ждал прибытия своей проштрафившейся ученицы. Белль, с книгой в руках, тихо сидела в небольшом плетёном кресле. Она как обычно сильно не отсвечивая, внимательно наблюдала за дорогим хозяином. Внешне он был спокоен, но Белль уже достаточно хорошо знала его и понимала: скоро он получит что-то очень важное и необходимое лично ему. Она оказалась права. Тяжёлые деревянные двери в покои Тёмного с грохотом распахнулись. Стремительной летящей походкой, без стука и приглашения к ним ворвалась сама Злая Королева. Взвинченная, прекрасная и как всегда элегантная, даже в ярости. В очередном роскошном, чёрном как ночь платье, с ослепляющим декольте и струящимся длинным подолом. Приторное счастье Белоснежки комом стояло у Реджины поперек горла. Захудалое королевство падчерицы расцветало, подданные искренне и беззаветно любили законную наследницу. Но больше всего её бесила святость Снежки. То унизительное помилование, то тошнотворное представление, что устроила девчонка, когда остановила уже объявленную казнь своей мачехи. Такого унижения Королева простить не могла. Разглядев сидящую неподалеку Белль, она поморщилась, как будто обнаружила пятно на скатерти. — Ты всё еще держишь это недоразумение здесь? — бросила она вместо приветствия. — Я слышала, она сорвала тебе сделку с Золушкой. Безмозглая девчонка полезла к опасным артефактам? Румпельштильцхен только добродушно хихикнул, поднимаясь навстречу воинственной гостье. — О, не суди её строго, дорогая. Она просто любит красивые блестящие вещи. Как сорока. Но она предана мне, а преданность нынче — редкий товар. Белль поспешно отвела глаза, прекращая слишком восторженно пялиться в восхитительный вырез платья гневной красотки. Она старательно изобразила пристыженную, обожающую хозяина дурочку. Подумала: «Да, Реджина. Ты права: я — пустое место, декорация. Продолжай в том же темпе. Чем меньше ты видишь во мне угрозу, тем я целее». — Заклятие, что ты мне дал, оно не работает! — взвилась в гневе Реджина. — Что за фальшивку ты мне подсунул? Румпельштильцхен с интересом на неё посмотрел. — Ого, ты взволнована, — заметил он , усмехаясь. — Прямо как Белоснежка и её муженёк. — Что? — враз потемнела лицом Реджина. — Они ко мне приходили. Ужасно обеспокоенные твоими угрозами и заклятьем. — Что ты им сказал? — голос у Королевы заметно сел. — Правду! — радостно осклабился Румпельштильцхен. — Что тьму не остановить. Ну разве что, только это сможет сделать их ещё не рождённая дочь. Он замолчал и издевательски медленно прошёлся по комнате, отвлёкся на то, чтобы переставить на столе несколько склянок. Как будто это было намного важнее, чем месть стоящей перед ним Королевы. — Видишь ли дорогая, даже самоё мощное заклятье всегда может кто-то разрушить. — продолжил наконец он, наблюдая как Реджина едва держится, что не сорваться на крик. — Их дитя это ключ к твоему поражению. Конечно только если заклятье подействует. — Что я сделала не так? — сквозь зубы спросила Реджина. — За такие подобные инструкции нужно платить. — Что ты хочешь? — Ничего особенного. В этом новом мире мне всего лишь нужен комфорт. Я хочу жить хорошо. — Ладно, — бросила презрительно Королева. — Будет у тебя собственность и богатство. — О, это ещё не всё!, — умыкнул Тёмный. — Я хочу больше. — Тебе всегда мало, — сказала , как выплюнула Реджина. — Да, конечно! — подтвердил спокойно Тёмный. — Я хочу, чтобы в этом новом мире ты никогда не смела приближаться к моей собственности. К ней. — он небрежно ткнул пальцем в, казалось забытую всеми, Белль. Однако выражение его лица было очень серьезным и совсем недобрым. — Эта служанка моя вещь. И я не потерплю, если у меня её заберут или как нибудь испортят. Реджина посмотрела на девушку так, словно только что вообще вспомнила о её существовании. — Ты же знаешь, что если у меня всё выйдет, ты ничего не сможешь вспомнить. Также как и она. Вы даже не узнаете друг друга, если вдруг встретитесь. — Ну вот видишь. Значит, тебе вообще не о чём беспокоиться. — Ладно, согласна, — поджала полные губы Реджина. — Что нужно, чтобы заклятье сработало? Румпельштильцхен качнул головой, указывая острым пальцем сначала на Реджину, а потом себе на грудь: — Я же говорил: сердце того, кого ты любишь. — он даже изобразил руками в воздухе что-то вроде вытянутого неправильного овала. — Я уже принесла в жертву сердце своего любимого коня! — яростно воскликнула Реджина. Румпельштильцхен перестал улыбаться. В змеиных глазах мелькнуло презрение. — Сердце коня? — переспросил он с усмешкой. — Это заклятье сильнее всех прочих! Думаешь, сердца твоей домашней зверушки достаточно? Великая сила требует великих жертв! Ты должна вырезать сердце у кого-то более ценного. — Скажи мне, у кого именно? — настойчиво делала вид, что не понимает его намёков Реджина. — Я же сказал, у того, кого ты любишь сильнее всего. — Тот, кого я любила давно метв! Из-за Белоснежки! — вспыхнула Королева. — Уу, неужели, не осталось совсем никого, кого бы ты любила? — Он смотрел на Реджину, паскудно ухмыляясь. — Заклятье непростое дело, и месть никогда не бывает лёгкой. Подумай хорошенько, и задай себе простой вопрос: насколько далеко ты можешь зайти? — Настолько, насколько нужно! — Тогда перестань мучиться. И пойди и сделай это. Ты знаешь, кого любишь больше всего. Так убей его. Реджина только испепелила его тяжёлым взглядом, развернулась, махнула высоким хвостом чёрных длинных волос и покинула жилище своего наставника так же эффектно, как и пришла. Румпельштильцхен только улыбался, глядя ей вслед. — Она сделает это, — сказал он уверенно. — А значит скоро этот мир перестанет существовать. Белль молча согласилась с ним. Уж она то, как никто другой знала, на что способна пойти эта отчаявшаяся, глубоко несчастная, одинокая и вечно преданная почти всеми женщина. И право слово, ей было искренне её жаль. Однако даже намекнуть упертой гордячке, чём обернётся в дальнейшем её жестокая жертва, Белль не могла при всём своём желании. Вряд-ли высокомерная Королева вообще стала бы слушать какую-то принцессу - поломойку, вдобавок прислужницу «любимого» учителя. Скорее прибила бы на месте, не дав и рта открыть. А если вдруг и случилось бы невозможное — Белль не имела никакой возможности наставить Злючку-Колючку на путь истинный. Сложная моральная трансформация Злой Королевы не могла произойти за пять минут по хотению и из-за добрых слов какой-то посторонней девицы. Так что увы, но стать лучшими бести с прекрасной и ужасной Реджиной не получится. В далёком будущем, через тридцать лет ( и два сезона) только истинная светлая волшебница, избранная Спасительница ( и один очень милый и настойчивый мальчик) смогут достучаться до сердца гордой Королевы.