«Анатомия ненависти, или Скальпель в сердце»

Елена Сергеевна Веснина оказалась не просто новой преподавательницей гистологии. Она оказалась проблемой. Светловолосая, голубоглазая, с вечной улыбкой на лице и невероятной способностью появляться именно там, где её меньше всего ждали. Первые две недели Алина и Вероника просто старались быть осторожнее. Но потом случилось то, чего никто не ожидал. Всё началось в столовой. Алина сидела с одногруппниками, когда к их столику подошла Елена Сергеевна с подносом. — Ой, тут свободно? — пропела она, глядя прямо на Алину. — Можно присесть? — Ага, — буркнула Алина, уткнувшись в телефон. Но Елена Сергеевна не была бы собой, если бы упустила возможность поболтать. — Мы же соседи, да? — щебетала она, нарезая котлету. — Я тебя часто вижу в нашем подъезде. Ты к той красивой рыжей женщине ходишь? Которая на анатомии преподаёт? Алина подняла голову. Внутри всё похолодело. — К подруге, — ровно сказала она. — А, подруга, — Елена Сергеевна улыбнулась ещё шире. — А вы близко общаетесь? Просто вы так часто вместе... ну, я вижу иногда. — Мы правда близко общаемся, — Алина старалась говорить спокойно. — Учимся вместе. Она помогает мне с анатомией. — Как мило! — всплеснула руками Елена. — Преподаватель помогает студентке. Прямо как в кино. В её глазах мелькнуло что-то... Алина не могла понять, что именно. Подозрение? Или просто любопытство? — Ладно, мне пора, — Алина встала, едва притронувшись к еде. — Удачи с гистологией. — А ты заходи как-нибудь! — крикнула Елена вслед. — Посидим, чай попьём! Я вкусные пирожные покупаю! Алина сделала вид, что не слышит. Вечером она рассказала Веронике. — Она подсела ко мне в столовой, — Алина ходила по квартире, Ной следил за ней с дивана, поворачивая голову. — Спрашивала про нас. Про то, как часто я здесь бываю. — И что ты сказала? — Вероника побледнела. — Что ты моя подруга и помогаешь с учёбой, — Алина остановилась. — Ника, мне это не нравится. Она слишком... навязчивая. — Может, тебе кажется? — неуверенно спросила Вероника. — Просто человек общительный... — Нет, — Алина покачала головой. — Там что-то не так. Она смотрит на меня... странно. Вероника хотела что-то сказать, но в этот момент Лис запрыгнул на стол и скинул кружку с чаем. — Лис! — заорали они хором, и разговор пришлось отложить. Но осадок остался. Через три дня случилось продолжение. Алина задержалась в библиотеке, готовясь к зачёту. Когда она вышла, на улице уже стемнело. Идти до остановки через парк — минут десять. Ничего страшного, она сто раз так ходила. Но в этот раз, пройдя половину пути, она услышала сзади шаги. — Алина! Подожди! Она обернулась. По дорожке, чуть запыхавшись, бежала Елена Сергеевна. В лёгком пальто, с развевающимися светлыми волосами, она выглядела как героиня романтического фильма. — Ты тоже домой? — улыбнулась она, поравнявшись. — Пойдём вместе, одной как-то страшновато в темноте. — Я не боюсь, — буркнула Алина, ускоряя шаг. — А я боюсь, — доверчиво сказала Елена, пристраиваясь рядом. — Ты же спортсменка, накачанная такая. С тобой спокойно. Алина промолчала. — Слушай, — продолжила Елена, — а почему ты всё время в чёрном? У тебя такой стиль интересный... готичный, что ли? — Мне нравится чёрный, — коротко ответила Алина. — А мне идёт розовый, — засмеялась Елена. — И голубой. Но на тебе чёрный смотрится очень круто. Подчёркивает фигуру. Алина резко остановилась: — Елена Сергеевна, вы что-то хотели? Та опешила: — Ну... просто поболтать. Мы же соседи, коллеги почти... ну, не коллеги, но... — Вы преподавательница, я студентка, — отчеканила Алина. — Нам не о чем болтать. Извините. И она зашагала дальше, оставив Елену стоять посреди дорожки. Но та не отстала. Догнала, пошла рядом, тяжело дыша: — Какая ты... резкая. Но мне нравится. Прямолинейная. Это редкость. Алина закатила глаза, радуясь, что в темноте не видно. Остаток пути Елена провела, рассказывая о себе: как переехала из другого города, как любит гистологию, как скучает по дому, как трудно найти друзей на новом месте. — Может, как-нибудь сходим куда-нибудь? — предложила она, когда они подошли к подъезду. — В кино, например. Или просто погулять. Ты мне очень нравишься, Алина. Алина замерла с ключом от домофона в руке: — В смысле? — В прямом, — Елена улыбнулась, и в свете фонаря было видно, как блестят её глаза. — Ты красивая, интересная. Я бы хотела узнать тебя получше. — Елена Сергеевна, — медленно начала Алина. — Я... — Лена, просто Лена, — перебила та. — Мы же не на работе. — Лена, — Алина глубоко вздохнула. — Спасибо, конечно, но я... я не одна. — Не одна? — Елена нахмурилась. — А с кем? С тем парнем с волейбола? Я видела, вы общаетесь... — Не с парнем, — отрезала Алина. — Просто не одна. И не свободна. Извините. Она открыла дверь и скрылась в подъезде, оставив Елену на улице. В квартире её ждала Вероника. Строгая, красивая, в шёлковом халате, с раскрасневшимися щеками — она только что вышла из душа. Лис и Ной крутились под ногами, требуя ужина. — Ну как прошёл день? — спросила Вероника, целуя Алину в щёку. — Ох, Ника, — выдохнула Алина, падая на диван. — Эта Елена... она... — Что она? — Она ко мне клеится, — Алина закрыла лицо руками. — Сегодня в парке догнала, предложила в кино сходить. Сказала, что я ей нравлюсь. Вероника замерла с полотенцем в руках: — Что?! — То, — Алина посмотрела на неё. — Я сказала, что не одна. Что занята. Но она... блин, Ника, она не отстанет. Я чувствую. Вероника села рядом. Молчала долго, потом тихо спросила: — А она... красивая? — Ника! — Нет, правда, — Вероника смотрела в стену. — Она молодая, светленькая, улыбчивая. Может, ты... — Ника, заткнись, — Алина резко повернулась к ней, взяла за плечи. — Смотри на меня. В глаза. Вероника подняла глаза. В них стояли слёзы. — Я люблю только тебя, — твёрдо сказала Алина. — Одну тебя. Эту гистологическую куклу я видеть не могу. Она меня бесит. Она лезет, куда не просят. И единственное, чего я хочу — чтобы она оставила нас в покое. Поняла? — Поняла, — прошептала Вероника. — Вот и хорошо, — Алина поцеловала её в лоб. — А теперь давай кормить котов и ложиться спать. Завтра новый день. И пусть только эта Веснина сунется... Она сжала кулак. Ной, наблюдавший за ними, одобрительно фыркнул. Но Елена не думала сдаваться. На следующий день она подкараулила Алину после волейбольной тренировки. — Алина, привет! — пропела она, выныривая из-за угла спортзала. — Я тут подумала... ты вчера сказала, что не одна. Но я не видела никого. Может, ты просто отмазываешься? — Я не отмазываюсь, — устало сказала Алина. — Елена, отстаньте, пожалуйста. — Но почему? — та обиженно надула губки. — Я же ничего плохого не делаю. Просто хочу познакомиться поближе. Ты мне правда очень нравишься. — Слушай, — Алина остановилась, повернулась к ней. — У меня есть человек. Я его люблю. Мы живём вместе. У нас коты. Мы планируем будущее. Ты здесь вообще ни при чём. Иди найди себе кого-то другого. — Вместе? — глаза Елены расширились. — С кем? С той рыжей? С Змеевой? Алина поняла, что проговорилась. — Не твоё дело, — резко сказала она. — Забудь, что я сказала. И ушла, чеканя шаг. Но по лицу Елены было видно: она не забудет. Она уже всё поняла. Вечером Вероника была сама не своя. — Она знает, — твердила она, ходя по квартире. — Она теперь знает. Если она расскажет... — Не расскажет, — пыталась успокоить Алина. — Откуда ты знаешь? — Вероника остановилась, посмотрела на неё. — Алина, мы пропали. Если она пойдёт к завкафедрой... — Ника, сядь, — Алина подошла, усадила её на диван. — Мы что-нибудь придумаем. Может, поговорить с ней? Объяснить, что если она расскажет — пострадают люди. Что это не просто интрижка, а настоящие отношения. — Она не поймёт, — покачала головой Вероника. — Она в тебя влюблена. Она захочет тебя заполучить. А я — помеха. — Ты не помеха, — Алина обняла её крепко. — Ты — всё. Ной запрыгнул к ним на колени, словно поддерживая. Лис, почувствовав напряжение, притих в углу. Они сидели втроём — Алина, Вероника и чёрный котёнок — и ждали. Чего? Неизвестности. Страха. Завтрашнего дня. А за окном светила луна. И где-то в темноте улыбалась Елена Сергеевна, придумывая новый план.