Офисталия

      Артуру тяжело переставлять ноги, а в голове будто вата вместо мозгов. Подниматься по лестнице так тяжело, будто он только что разучился ходить, да еще и дышать в придачу. Португалия подхватывает его под руку. — Ты что-то бледный больно. — Все нормально, давление подскочило, — Артур кладет руку на лицо. Португалия помогает Англии залезть на нужный этаж и доводит того до кабинета. Открывает окно, пуская в комнату прохладу. — Спасибо, Порт, не стоило. Все нормально. — Отдыхай, старикашка, и давление измерь, — Португалия улыбается и уходит в свой кабинет, оставляя Артура сидеть у открытого окна, тяжело вдыхать свежий холодный воздух. Делать что-то подобное, специально выводя Франциска, было настолько странно, что мужчине становилось дурно. Идея прусака уже не казалась такой хорошей, и в удачном завершении их небольшой игры с Франциском Англия начинал сомневаться.       Дверь скрипнула, и в помещение зашел смущенный чем-то Канада и принялся судорожно искать что-то в куче папок у шкафа Франции. Он рылся в бесконечном количестве глупых бумажек и писем достаточно долго, чтобы Артуру стало неловко не помочь ему. — Что ищешь, Мэтт? — Англия медленно встает, чтобы не потемнело в глазах, и подходит к канадцу. — Германия просил сдать отчетность у нашего отдела, и не хватает только статистики Франциска, а я не могу его нигде найти, чтобы сказать, и трубку он не берет, — Канада заметно нервничал, иногда покусывая пальцы. — Может, домой уехал? — Англия задумчиво потер подбородок. — Думаешь, он заболел? — Вряд ли. Сегодня доканывал он меня, как будто здоровый и полный сил. — Но вы не ругались сегодня. Даже картины на стене и не упали, — Канадец хлопнул ресницами, продолжая перебирать бумажки в стопке. — А эта бумага не могла быть у него дома? Англия щелкает пальцами, резко вспоминая, что просил Францию не забыть об отчете. — Да ты Ватсон, Мэтт! — Керкленд вздыхает, складывая руки на груди и отходя к своему рабочему месту. — Вечно он меня не слушает и все забывает! Один раз не напомнил, и все! — черезчур громко шлепает ладонью по столу, садясь, чем пугает Мэтью, заставляя его выронить документы, а потом в спешке собрать и затолкнуть обратно на полку. — Тогда я, пожалуй, попробую позвонить ему еще раз, — Канада выходит медленным шагом в коридор, где достает телефон и ходит кругами у кулера под неторопливые гудки. Франция берет трубку не сразу, но все-таки берет, оглушая канадца писклявым фальцетом. — Мэтьё! Прости, дорогой мой, я сейчас ужасно занят, я не могу найти один сраный лист из стопки, которую должен был передать Люду сегодня, — Франция ужасно тараторил, проглатывая половину букв и прерываясь, чтобы, ругаясь, трепыхаться среди горы бумаги. — Может, я могу помочь? — Канада перебирает в руке подол своего пиджака, косясь в сторону, чтобы через окно найти глазами дорогу к дому Франции. — Ох, мой милый, эта бумажка точно была где-то у меня дома, но я понятия не имею, где она! — Может, Артур мог бы тебе помочь? Франция недовольно цокает на той стороне провода. — Он кажется, слишком гордо обижен на меня, чтоб помогать. — Вы до сих пор не помирились? — Канада немного озадаченно повернулся на пятках, когда сказал это. Редко когда ссоры этих вечно спорящих, женатых идиотов заходили дальше двух дней обид друг на друга. Франция подозрительно долго молчит в трубке, лишь тихо шурша перебираемыми бумагами. — Давай я приеду, помогу, пап? — Давай, Мэтти, — устало вздыхает Франциск. — Жду тебя. Звук оконченного вызова, и Канадец медленным шагом идет к лифту и спускается на парковку. Отписавшись в сообщениях, что отлучится из здания по делам, он садится в машину и выезжает к отцу.       Дом Франции не то чтобы далеко от офисного здания находится, но идти по холодной, продрогшей улице не хотелось совсем. Парковка занимает всего пару минут, и вот Мэтью наконец заходит в дом, сразу подмечая необычный, для помешанного на эстетике француза, беспорядок. Сам виновник разбросанных вещей сидит на диванчике у кресла-качалки, придерживая рукой лоб. — Ты так и не нашел, да? Франциск вздрагивает от неожиданного касания к плечу и улыбается, увидев там Уильямса. — Мэтти, это ты. Да, я все обыскал, так и не нашел. Канада медленно обходит полки, размышляя, куда бы мог положить такой документ, будучи Англией. Думать как англичанин оказалось непонятно и сложно, учитывая разницу в пару веков возраста и степени сумасшествия.       Канадец медленно осматривает приятную, хоть и замусоренную сейчас гостиную, подмечая, что места, где чаще всего сидит Артур, черезчур пустые и будто бы… пыльные? Что за бред. Канада отгоняет странные мысли и движется к двери в спальню, огибая полки и выход в кухню. — А ты смотрел в спальне? — Канада дергает ручку и входит с удивлением, обнаружив, что на тумбочке лежит листок. — Франц, а это не он? Франция заглядывает в комнату и злобно стукает каблуком по полу. — Да он издевается! — Кидает листы из рук в сторону, и те медленно рассыпаются в разные стороны по полу. — Могу подвезти нас вдвоем, если хочешь. — Давай, Мэтти, разберемся с этим. Уже сидя в машине, Канада решается спросить. — Вы с Артуром собираетесь помириться? Может, я мог бы помочь? — Ох, Мэтьё, я не хочу впутывать тебя в наши разборки, — Франция улыбается, поправляя распущенные волосы канадца. — Но я имею право знать, хотя бы что произошло… мы вроде как семья… Я бы хотел надеется, — тихонько и смущенно говорит Уильямс, выезжая с парковки. — Артур просто имеет другое мнение относительно людей, я могу это понять. Но обвинять меня в измене это смешно, мне не за что извиняться. — А тебе разве не было бы обидно, если бы Артур переспал бы с человеком? — Канада задает этот вопрос неожиданно, и они оба не знают, Франция так вздрогнул из-за поворота или вопроса. Но он точно, серьезно задумался, уставившись нахмуренным взглядом в окно. — Нет, ты все надумываешь, — голубые глаза отводятся в сторону. — Я бы не стал так переживать об этом, как он.