Тени прошлого

Красная Долина встретила его тишиной. Не той тишиной, что бывает в спящих мирах, полных скрытой жизни. Это была тишина смерти. Ваффен стоял на краю обрыва и смотрел вниз, туда, где когда-то кипела жизнь одного из самых ярких миров. Теперь здесь не было ничего. Красный камень, который дал долине имя, превратился в серую, спекшуюся корку, потрескавшуюся от жара давно угасших пожаров. Небо над головой было чёрным — не ночным, а мёртвым, лишённым звёзд. Даже ветер умер здесь столетия назад. Ваффен: Люцифер... Эхо не ответило. Здесь вообще не было эха — звуки просто проваливались звуки просто проваливались в пустоту. Он шёл по руинам того, что когда-то было городом. Угадывал очертания площадей, храмов, жилых кварталов. Всё превратилось в обугленные остовы, покрытые слоем пепла, который не сдувало уже пятьсот лет. И вдруг — след. Ваффен замер, глядя вниз. На серой корке, там, где пепел был чуть тоньше, виднелся отпечаток ноги. Не его. Меньше. И свежий — пепел вокруг ещё не успел полностью осесть обратно. Сердце пропустило удар. Он пошёл по следам. Они петляли между руин, то исчезая на твёрдых участках, то появляясь снова там, где пепел был глубже. Следы вели в центр того, что когда-то было сердцем Красной Долины. Там, на возвышении, кто-то сидел. Человеческая фигура, сидевшая на обломках чёрного камня. Светлые волосы, спутанные и длинные, закрывали лицо. Худые руки обхватывали колени, пальцы сжимались так сильно, что кости, казалось, вот-вот прорвут кожу. Ваффен остановился в десяти шагах. Ближе он не мог. Ноги не слушались. Ваффен: Люцифер... Фигура дёрнулась. Медленно, очень медленно, голова поднялась. И Ваффен увидел его глаза. Они были теми же — синими, как небо над Илириумом в день, когда всё рухнуло. Но теперь в них горело что-то чужое. Тьма не просто коснулась его — она поселилась внутри. Её отблески плясали в глубине зрачков, как языки чёрного пламени. Люцифер: Ты пришёл. Ваффен: Я искал тебя. Пятьсот лет. Я... Люцифер: Зря искал. Он попытался встать, но ноги подкосились, и он рухнул обратно на камень. Ваффен рванулся вперёд, но Люцифер выставил руку, останавливая его жестом. Люцифер: Не подходи. Ваффен: Люци, я... Люцифер: Не называй меня так! — Голос сорвался на крик. — Ты не имеешь права. Ты оставил меня. Ты... меня бросил. Ваффен замер, чувствуя, как слова врезаются в него глубже любого клинка. Ваффен: Я пытался. Я бежал к тебе, но портал... Люцифер: Ты бежал. Ты не успел. — Он поднял на брата глаза, полные слёз — а я слышал, как ты кричишь моё имя. С той стороны. Слышал каждое слово. И ждал. День за днём. Год за годом. Пока не понял, что никто не придёт. Тишина повисла между ними, тяжёлая, как вся скорбь этого мёртвого мира. Ваффен: Прости. Это слово вырвалось само. Ваффен стоял перед братом и не мог сказать ничего, кроме этого прости. Люцифер: Поздно. Ты опоздал на пятьсот лет, брат. Он наконец поднялся, держась за обломок скалы. И только сейчас Ваффен увидел это — тонкие чёрные нити, тянущиеся от его спины, от позвоночника, уходящие в пустоту за спиной. Они пульсировали, двигались, как живые. Ваффен: Что это? Люцифер: Это я. Теперь это я. Она кормила меня тобой. Твоей силой. Твоими воспоминаниями. Каждый раз, когда ты взвешивал судьбу, каждая капля твоей силы уходила сюда. Ко мне. Ваффен похолодел. Он вспомнил все эти столетия — иногда ему казалось, что Весы требуют чуть больше энергии, чем обычно. Он списывал это на усталость, на возраст, но такого он предполагать не мог. Это была не усталость. Это была Тьма, ворующая его силу через брата. Ваффен: Люцифер, я вытащу тебя. Я найду способ... Люцифер: Нет. Не ищи. Я не хочу, чтобы меня спасали. Я хочу, чтобы это закончилось. Он сделал шаг вперёд, и чёрные нити за его спиной натянулись, зазвенели, как струны. Люцифер: Она здесь, Ваффен. Тьма. Она ждала тебя. Не меня — тебя. Я был просто приманкой. И ты пришёл. Ваффен почувствовал это одновременно с его словами.Древнее, голодное, бесконечное. Оно поднималось из-под земли, из-под пепла, из-под руин Красной Долины. Тьма пробуждалась. Неожиданно ваффен услышал чей-то голос: Наконец-то. Вся семья в сборе. Ваффен развернулся, инстинктивно вставая между братом и надвигающейся угрозой. Из трещин в спекшейся земле поднимался чёрный настой туман. Тьма: ангел Смерти пришел спасать свою кровь. Как трогательно. Как предсказуемо. Ты думал, я не замечу? Ты думал, судьба защитит тебя? Ваффен чувствовал, как кристалл связи в его кармане нагревается — Асард пытался пробиться, понять, что происходит. Но сейчас не было времени на разговоры. Ваффен: Люцифер, отойди за меня. Держись рядом. Люцифер : Зачем? Чтобы ты снова меня не спас? Ваффен: Чтобы я хоть раз в жизни сделал это правильно. Чёрный туман сгущался, принимая очертания — не человеческие, не звериные, просто форму, способную вместить бесконечность. И в центре этой формы горели два белых глаза, не знающих ни жалости, ни сомнений. Только голод. Тьма: Твоя сила питала меня пятьсот лет. Теперь я хочу попробовать источник напрямую. Иди ко мне. Или я заберу Люци. Снова. Ваффен выдохнул. Медленно. Спокойно. Впервые за долгие столетия он не думал о судьбе, о балансе, о долге. Он думал только об одном — о брате, стоящем за его спиной. Ваффен: Попробуй. Тьма рванула вперёд