Сквозь холодный туман

      Они возвращаются к костру, и Эйлис замечает на земле еще одну сумку, должно быть, принадлежащую Тристану. Похоже, сначала он нашел стоянку, а потом уже последовал за ней. Интересно, он использовал тепло узора на предплечье или же ее следы так хорошо заметны? Она слегка поворачивает голову, раздумывая и украдкой наблюдая за выражением его лица. Она никак не может понять, ответит ли он, если она спросит прямо, или скажет, что ее это не касается. Да и в целом с момента возвращения он словно задумчивей и серьезней, чем раньше, словно что-то изменилось. Из-за отцовского поручения ил чего-то еще. Но об этом он точно не расскажет. А может, она просто успела отвыкнуть от его присутствия, вот и кажется теперь то, чего нет.       Тристан не задерживается у костра, а снова уходит вглубь деревьев и возвращается уже с длинными ветвями в руках, из которых, как и раньше, мастерит укрепление для подстилки. Сидя на расстеленном одеяле, Эйлис внимательно наблюдает за его действиями. Ей все же интересно кое-что узнать.       — Скажите, — произносит она, стоит Тристану снова подойти, — эти ветви вы обламываете при помощи чар?       — По большей части да, миледи, — кивает он, раскладывая ветви, — изредка подходящие все же попадаются на земле. Почему вы спрашиваете?       — Я старалась соорудить нечто подобное для отдыха, но, если для костра ветви еще находились, то для подстилок их явно было недостаточно, вот мне и стало интересно, — спокойно отзывается она. На одну загадку меньше. Но стоит придумать способ что-то делать и самой.       — У вас получился отличный костер, — вежливо улыбается Тристан.       — Благодарю, — схожим тоном произносит Эйлис. — Если вы не возражаете, я бы хотела больше узнать о ведущихся поисках, чтобы убедиться, что моего настоящего присутствия нигде не обнаружили.        А еще это должно помочь понять, куда можно направиться дальше. По крайней мере Эйлис хочется так думать.       — Разумеется, миледи, я только закончу с лежанками.       Он снова отходит к деревьям и вскоре возвращается еще с охапкой ветвей. Эйлис с легкой задумчивостью наблюдает за его действиями. Жаль, что тайна их быстроты отчасти скрыта за недоступной ей магией, а значит придется придумывать что-то еще, если они вновь разделятся. Но об этом можно подумать и позже, сейчас есть заботы важнее.       Тристан приходит и уходит еще несколько раз, а затем просит Эйлис подняться, чтобы постелить одеяло на ветви, и замечает дыры, оставленные клыками странных существ. Слишком своеобразные, чтобы можно было принять их за случайность.       — Миледи, что произошло? — в его голосе и взгляде хорошо заметно беспокойство.       — Ночью несколько дней назад к моей стоянке приблизились какие-то существа, — Эйлис надеется, что голос звучит достаточно спокойно и ровно, — я не смогла их как следует увидеть, они словно были чем-то скрыты, возможно, какими-то чарами, так что удалось разглядеть только морду, похожую на кошачью с рыжими, сияющими глазами. Я поспешила от них улететь, так что все в порядке, — она выдыхает и словно убеждает в этом в том числе и саму себя, — разве что на одеяле теперь дырки, — она даже находит в себе силы натянуто улыбнуться.       Тристан подходит ближе, вытягивает крылья, мимолетно, словно случайно, кончиками перьев касается ее лица, отчего к щекам приливает тепло и очень хочется отвести взгляд. Но Эйлис продолжает смотреть и пытаться понять, что у него на уме.       — Эйлис, вы правильно поступили, что улетели, — тепло произносит он, — и я очень рад, что вам это удалось. Простите, что не смог оказаться рядом в такой необходимый момент.        — В этом нет вашей вины, — тихо отзывается она, — да и все обошлось, так что единственное, что мне, пожалуй, хотелось бы узнать, что это были за существа, и как от них можно защититься.       — Этих существ называют кэситадж, — Тристан складывает крылья и продолжает смотреть с легким беспокойством, словно не верит до конца, что все действительно в порядке, — они появляются лишь по ночам и далеко не везде, я даже не знал, что они обитают в этих краях. — Он оглядывается по сторонам. — К сожалению, заметить их иначе, чем при помощи магии, бывает затруднительно, как вы могли убедиться, они мастерски скрывают свое присутствие, соответственно и одолеть их легче всего подходящими заклинаниями. Мечом тоже возможно, но заметно сложнее, поскольку их атаки непросто предсказать. — Он бросает мимолетный взгляд в сторону костра и словно о чем-то задумывается на пару мгновений. — Могу также сказать, что несмотря на свое умение скрываться они все же больше похожи на обычных зверей, и их вполне возможно ранить или обжечь тем же пламенем, только это трудно сделать из-за их скрытности.       — Благодарю, что рассказали, — убедившись, что Тристан не собирается продолжать, произносит Эйлис.        Кажется, единственное, что ей доступно — огонь из костра, если удастся его развести. Заклинания она точно не освоит, да и с мечом возникнут трудности. Хотя... она с легкой задумчивостью смотрит на Тристана. Мог бы он ее чему-нибудь научить? Хотя бы основам. Нет. Едва ли он согласится. Точно не сейчас. Но, возможно, стоит подумать об этом чуть больше, найти подходящие аргументы.       — Не беспокойтесь, миледи, — он по-своему истолковывает ее взгляд, — я не допущу, чтобы хоть кто-то способный вам навредить оказался поблизости.       — Я в этом не сомневаюсь, — улыбается она.        Взгляд падает на практически расстеленное одеяло, которое нужно лишь немного поправить, что Эйлис и делает, а затем садится на него, замечая, как Тристан расстеливает ту же ткань, которую использовал раньше. Время от времени она тоже чувствует на себе его взгляд, все еще несколько обеспокоенный. Наконец он садится на свою подстилку и, кажется, собирается завести разговор.       — Что насчет слухов вокруг вашего исчезновения, то они лишь множатся, из разных мест доносятся новости, что якобы вас где-то видели, но ни одни альвинд не оказался прав, а просто спутал вас с кем-то еще. Руководствуясь "интуицией", я посоветовал направить поиски несколько севернее нашего пути, решив, что будет не слишком разумно посылать их совсем в другую сторону, чтобы не возник вопрос, почему я ищу не там, где все. Но, уверяю вас, ничего, что могло бы привести к вашему настоящему местоположению и цели мне слышать не доводилось,        Эйлис выдыхает. Все же от этих слов становится спокойнее. Значит, она все делает верно, и маскировка срабатывает достаточно хорошо.        — Спасибо, что рассказали, надеюсь, ваша интуиция действительно позволит увести поиски немного в сторону.       — Должна, — кивает Тристан и берет в руки лежащую неподалеку сумку. — Не желаете вина? Хорошего, а не того, которое подают в большинстве трактиров.       — С удовольствием отведаю, благодарю.       Тристан достает из сумки флягу и чашу, куда наливает вино, и протягивает ее Эйлис. У костра повисает почти привычная тишина.       Этой ночью Эйлис спит куда спокойнее, чем в предыдущие, даже почти не обращает внимание на звуки вокруг, хоть пару раз они и заставляют ее проснуться, но стоит заметить силуэт спящего неподалеку Тристана, как приходит понимание, что она в безопасности насколько это возможно.        И просыпается она с большим запасом сил, чем обычно, а запах жарящегося мяса впервые за долгое время пробуждает нечто похожее на аппетит.       — Доброе утро, миледи, — произносит сидящий у костра Тристан. — Как вам спалось?       — Хорошо, благодарю, — с легкой улыбкой говорит она. — А вам?       — Достаточно неплохо, — его крылья слегка покачиваются, и Тристан опускает взгляд на пламя. — Завтрак скоро будет готов, я решил, что будет лучше немного его подогреть.       — Это прекрасное решение, — Эйлис садится, оглядывается по сторонам, жалея, что поблизости нет хотя бы ручья, чтобы умыть лицо.        Через несколько минут он подает завтрак, все еще довольно простой: лепешка с семенами и пряными травами, несколько тонких полос нежного мяса, пара ломтиков сыра, тоже с пряностями, и пара фруктовых пастилок, но за счет тепла и вкуса он оказывается гораздо приятнее всего, что она ела за последние дни. Эйлис даже приходит мысль, что ее отсутствие аппетита может быть связано не только с усталостью, но и с тем, что обычная пища заметно отличается от того, что подавали в замке, а сейчас вкус приносит с собой не только сытость и небольшой прилив сил, но и мимолетные воспоминания, заставляющие задуматься, от чего она отказалась своим побегом.       — Спасибо, — тепло произносит она, — это было очень вкусно.       — Рад, что сумел вас порадовать, — Тристан улыбается в ответ, — я велел подготовить как можно больше припасов, ведь неизвестно, куда заведут меня поиски, так что их должно хватить на пару десятков дней.        Эйлис чувствует, как улыбка на губах становится чуть шире. Это определенно приятная новость, пусть и совсем незначительная.       После неспешного завтрака они собираются в путь, и Эйлис вновь ощущает на себе внимательный взгляд Тристана, а, повернувшись, чтобы понять, что происходит, или спросить, замечает, что он что-то ищет в сумке. Вскоре он достает небольшую изящную склянку с чем-то густым внутри.       — Леди Эйлис, — окликает он, — возьмите, это — простая, восстанавливающая мазь. Я не уверен, что она полностью поможет с причинами, из-за которых вам тяжело ступать ровно, но хуже от нее точно не будет.       — Благодарю, — Эйлис забирает склянку и чувствует, как к щекам приливает легкое тепло. Все же заметил вчера и не переставал об этом думать даже после того, как она сказала, что все в порядке.       — Это меньшее, чем я могу помочь. Если бы вы позволили, я мог бы сделать гораздо больше.       — Тристан, не стоит беспокоиться, — мягко произносит она, — я уверена, мази будет более чем достаточно.       И хорошо бы нанести ее прямо сейчас, пока они еще никуда не ушли.       — Надеюсь, что так и есть, — в его голосе все еще слышится обеспокоенность, но он не продолжает тему, а отходит на пару шагов и поворачивается к деревьям, позволяя Эйлис без лишнего смущения разуться и нанести мазь на кажущуюся грубее кожу ступни.       

***

      Дни пути проходят спокойно и, если бы не постоянное воздействие заклятья, от которого приходится все чаще останавливаться и отгонять дурноту, его можно было бы назвать приятным. Вот только цветные пятна перед глазами теперь появляются почти при каждом резком повороте головы, да и кружится она куда чаще, особенно с утра, когда Эйлис поднимается с устроенной Тристаном лежанки. И в такие моменты становится все сложнее отбросить мысли о возвращении, ведь тогда станет проще, тогда стихнет воздействие заклятья и можно будет снять обжигающее серебро, но она лишь глубоко вдыхает, загонят эмоции и чувства на границу сознания и продолжает свое дело. Если она вернется, она никогда не найдет ответы. Она не может отступить.        Присутствие Тристана с одной стороны помогает, ведь он постоянно рядом, готовит им стоянки на ночь, разводит костер и убеждается, что ни дикие звери, ни разбойники не приблизятся к месту отдыха, да и днем не дает ей устать слишком сильно, время от времени напоминая, что стоит остановиться и передохнуть, а с другой ей не нравится понимать, что чем дальше, тем сложнее ей подстроиться под его шаг, который он и так старается замедлить, не нравится замечать взгляды, в которых все больше беспокойства, а в ее мыслях появляется опасение, что в какой-то момент он решит, что она не способна идти дальше, и будет настаивать на возвращении. И Эйлис не уверена, что произойдет, если она откажется. А она определенно откажется. Но ничего подобного Тристан не говорит, лишь продолжает внимательно наблюдать и размышлять о чем-то своем. И это настораживает, пусть и совсем немного. Хочется верить, что его мысли не скажутся на путешествии, но выходит с трудом.       В один из дней они ночуют на постоялом дворе, и Эйлис вновь приходится скрыться за чарами Тристана. Небольшая деревенька показалась так внезапно, что у нее не было сил спорить и убеждать Тристана, что они вполне могут вернуться к образам странствующих влюбленных. Но даже так она рада возможности переночевать под крышей: судя по бродящим по небу тучам ожидается дождь, а может даже и гроза, и лучше будет переждать ее в надежном убежище. Да и кровать удобнее, чем постеленное на ветви одеяло. Разве что еда на постоялом дворе куда более пресная, чем припасы Тристана, но это совсем не мешает. Правда после короткого отдыха и ужина Эйлис решает все же потратить силы и время, чтобы убедить Тристана, что в городе нет необходимости использовать скрывающие чары, и лучше будет воспользоваться уже придуманной легендой. Все же они могут задержаться там на несколько дней, и это будет странно для занятого поисками наследника. И с этим аргументом Тристану сложнее всего поспорить, хоть он и пытается, да и видно, что согласие дается ему нелегко, но Эйлис старается не обращать на это внимание. Главное, что он все же согласился.        А через пару дней после отдыха на постоялом дворе впереди показываются стены Улата. Как и в прошлый раз, Тристан ненадолго улетает, чтобы сделать вид, что продолжает поиски, а Эйлис остается под сенью деревьев на вершине соседнего холма и вглядывается в городские стены. Она не понимает, чего ждать от этого города. Найдется ли там хоть что-нибудь полезное? Ей хочется в это верить, но в то же время она боится снова ошибиться, обнадежить себя, а потом разочароваться. И кажется проще сразу ничего не ждать. Но тогда есть ли смысл во всем этом? Если не рассчитывать, не ждать ничего. Эйлис выдыхает. Смысл есть, должен быть. Есть шанс что-то найти, но не стоит надеяться на это слишком сильно. Она поставила себе непростую цель, и сведения не так легко найти. Неважно, что будет в этом городе, она не должна сомневаться, не должна отступать. Похожие фразы каждый день то и дело звучат в ее мыслях, особенно когда из-за воздействия заклятья вновь сильно кружится голова и пятна перед глазами мешают смотреть. И после нескольких повторений становится спокойнее. Все же она делает это все как раз ради того, чтобы избавиться от заклятья, избавиться от необходимости носить обжигающее серебро.       Эйлис на пару мгновений закрывает глаза, уже привычно отгоняет эмоции и сомнения на границу сознания и вновь смотрит на городские стены. В голове остаются лишь размышления о ближайших действиях. Логичнее всего будет завтра с утра отправиться в храм Создательницы: как она успела убедиться за пару посещенных городов, там должна быть библиотека, а после поспрашивать, нет ли в городе других или хотя бы книжных лавок. И не забыть, что она хотела купить более удобную обувь и узнать, что полезного можно найти в лекарской лавке. Отданная Тристаном мазь хорошо помогает, и боль в ступне совсем уже не чувствуется, но не хочется постоянно полагаться на его средства, стоит обзавестись и своими. Эйлис слегка покачивает крыльями, размышляя, как лучше все сделать. Книги, конечно, в первую очередь. Но на изготовление обуви, скорее всего, требуется время, и Эйлис не уверена, сколько дней оно займет. Возможно, имеет смысл найти подходящую лавку до того, как отправляться в библиотеку? Если книг окажется много, будет повод задержаться в городе, если мало — придется подождать, когда закончат с обувью. Да, так кажется правильно. А в лекарскую лавку можно зайти уже после, когда они соберутся покинуть город. Она все равно хочет пополнить свои припасы. И надо будет посчитать, сколько монет у нее осталось. Тристан, конечно, скажет, что это не проблема, что он приобретет все, что ей потребуется, но она все же намерена хотя бы часть покупок сделать самостоятельно, пусть придется либо убеждать Тристана в своих словах, либо ненадолго уйти до того, как он соберется идти вместе с ней. С этим она уж точно разберется.       Тристан возвращается только через пару часов, так что Эйлис успевает не только несколько раз обдумать возможные действия, вспомнить выбранные образы, но и записать еще немного наблюдений о заклятье.        — Прошу простить мою задержку, миледи, — произносит Тристан, опускаясь на землю, — как оказалось, капитан стражи Улата очень дотошный альвинд, и отчет о ваших поисках, который он мне предоставил, включал в себя столько деталей, что затянулся на непозволительный срок. Но теперь я знаю едва ли не о десятке альвинд, которых приняли за вас в разных деревнях и даже в самом Улате. — Тристан тихо усмехается. — Кажется, многие решили, что если найти кого-то пусть даже отдаленно похожего на вас и назвать вашим именем, то удастся заработать хоть что-нибудь, — в его голосе проскальзывает капля раздражения, причины которого Эйлис не до конца понимает.       Гораздо больше ее занимает другой вопрос.       — Мил… Тристан, вы сказали, что капитан стражи — весьма внимательный альвинд, — он едва заметно кивает. — Могут ли быть у него в подчинении альвинды с таким же качеством? — Она ненадолго замолкает, набираясь решимости перед следующей фразой. — И не могли ли они запомнить вас и после узнать даже в странствующем альвинде? Пусть даже мы будем вдвоем, — к концу фразы в интонации все же прорывается неуверенности, и Эйлис стремиться ее скрыть.       — Не думаю, что с этим возникнут проблемы, — Тристан слегка покачивает головой и убирает в сумку родовой артефакт и жилет с золотой вышивкой. — Как вы правильно подметили, мы будем вдвоем, да и после того, как я отказался от весьма настойчивых предложений задержаться хотя бы на обед, я сильно сомневаюсь, что хоть кто-то заподозрит, что я снова посетил город. К тому же родовой артефакт никто не увидит, а без него даже сходство во внешности можно списать на очень интересное совпадение. Но даже если кто-то решит задаться вопросом подобного сходства, вам не стоит беспокоиться, я смогу убедить любого, что это и правда просто совпадение.        — Благодарю за объяснение, — вежливо улыбается Эйлис, — надеюсь, нам все же не придется им воспользоваться.       — Не думаю, что кто-то станет всерьез приглядываться к паре альвиндов, занятых своими делами, — спокойно произносит. — Но если вы все же опасаетесь, я всегда могу скрыть ваше присутствие чарами.       — В этом нет необходимости, — Эйлис покачивает головой и крыльями.       — В таком случае, — Тристан протягивает ей руку, — предлагаю отправиться в город.        Эйлис с легким кивком принимает приглашение. Ей тоже хочется оказаться за стенами до темноты. И пусть кажется, что город совсем близко, нужно еще спуститься с одного холма, немного пройти и подняться на другой, а на это у нее в последние дни уходит слишком много времени и сил.       Перед подъемом на холм она поправляет вуаль на шляпе и просит Тристана подтвердить, что очертаний лица совсем не видно. Если уж за нее пытаются выдать девушек лишь отдаленно похожих, стоит быть особенно внимательной к собственной маскировке и убедиться, что никто не заметит лишнего.       Стражники у ворот останавливают каждого из небольшого числа желающих войти, и вскоре в их голосах Эйлис различает требования заплатить за вход в город, а, украдкой заметив, как слегка хмурится Тристан, слегка сжимает его ладонь и мягко улыбается в ответ на его вопросительный взгляд, позабыв, что за вуалью не видно жестов. Если здесь так принято, будет лучше не спорить, а принять правила игры. Хотя бы на время.       — Добрый вечер, — один из стражников перегораживает проход и расправляет иссиня-черные крылья, показывая, чтобы его даже не пытались обойти. — С какой целью вы прибыли в Улат?       — Добрый, — сдержанно произносит Тристан. — Отдохнуть несколько дней, пополнить припасы и продолжить путь.       — И куда же вы направляетесь? — интересуется второй стражник, подходя ближе и переводя взгляд с Тристана на Эйлис.       — В центральный храм Создательницы, — возможно, Эйлис лишь кажется, но она различает в тоне Тристана легкое недовольство, — мы много слышали о его красоте и хотели бы провести там свадебный обряд, — он добавляет в голос долю мечтательности, желая соответствовать придуманному образу.       — Далековато собрались, — хмыкает первый стражник и тоже смотрит в сторону Эйлис. — А что твоя спутница лицо прячет? Неужели такая уродина?       Эйлис прикусывает внутреннюю сторону губы, не желая ничем выдать свои эмоции.        — Разумеется нет, — в голосе Тристана отчетливо слышится злость, а перья на крыльях слегка приподнимаются. На лицах стражников появляются схожие усмешки, кажется, провоцируют они намеренно, только Эйлис не может понять, с какой целью, — это традиция. Никому до свадьбы нельзя видеть лицо своей суженой, иначе быть беде, — его голос звучит чуть спокойнее, но все еще достаточно раздраженно.       — Традиции или нет, но нам велено досматривать всех, кто посещает город, наследница рода Дэ’Лэй пропала, если вы каким-то образом пропустили эту новость.       Стражник тянет руку к вуали, и Эйлис невольно отступает, чувствуя, как внутри все сжимается, однако Тристан успевает перехватить его запястье. Эйлис различает едва слышные непонятные слова. Второй стражник кладет руку на рукоять меча, явно собираясь его достать, но замирает, столкнувшись взглядом с Тристаном.       — Можете мне поверить, если бы альвинда, которую я знаю всю жизнь, каким-то образом оказалась бы наследницей правящего рода, я бы об этом знал, — голос Тристана звучит холодно и жестко, отчего Эйлис становится немного не по себе, но при этом он продолжает придерживаться легенды, и она не совсем понимает, чего он стремиться достичь. — Поэтому у вас нет никаких причин осматривать что-либо еще, вы пропустите нас и не будете считать нас хоть сколько-то отличающимися от других альвиндов.       Он не сводит со стражников пристального взгляда — они же пытаются его отвести, но словно не могут — и лишь через несколько долгих мгновений полной тишины отпускает руку одного из них.       — Идемте, — он поворачивает голову к Эйлис, — они не станут мешать.       Она выдыхает, с опаской смотрит на неподвижных стражников, оглядывается по сторонам. К счастью, в столь поздний час других путников поблизости нет, и хочется верить, что произошедшее обошлось без лишних свидетелей. Тристан вновь подает ей руку и уверенно направляется к воротам.       — Прошу прощения, что вам пришлось услышать подобную грубость, — уже за воротами произносит он. И пусть его голос звучит уже гораздо мягче и теплее, в нем все еще слышится недовольство. — У этих стражников совершенно отсутствуют манеры.       — Не беспокойтесь, их слова меня совершенно не волнуют, — она старается говорить спокойно, но все же оборачивается, замечая, что стражники уже пришли в движение и стоят рядом друг с другом. Возможно, о чем-то тихо разговаривают. — Но что за заклинание, если это было оно, вы использовали в конце?       — Вы все верно поняли, это действительно было заклинание. Магическое убеждение, с его помощью можно убедить в своей точке зрения, но оно требует хорошего контроля и определенного количества сил, и чем сложнее внушаемое, тем больше всего требуется, но в этом случае проблем возникнуть не должно. Да и для убеждения нужно обладать большей уверенностью в своих словах чем те, на кого оно воздействует. Так что не стоит об этом волноваться, лучше найдем приличное место, чтобы остановиться на ночь, — он едва заметно улыбается и направляется все глубже в город.        Эйлис следует за ним, раздумывая над услышанным.