Вызов принят, или Практическое руководство по достижению оргазма

— Земля вызывает Грейнджер! Голос Пэнси вырвал Гермиону из вязкой задумчивости. Она моргнула, чуть отодвинулась от подруги, которая беззастенчиво вклинилась в её интимное пространство и теперь разглядывала с дотошностью молодого следователя. — Выглядишь так, будто совсем не выспалась, — подвела итог своим наблюдениям Паркинсон, вдруг вскинула руки и громко воскликнула: — Боже, скажи, что ты провела ночь с каким-нибудь жарким красавчиком! Все, кто сидели в непосредственной близости от их столика в кафетерии, повернули к ним головы. — Я… Нет… — сжавшись под изучающими взглядами, пробормотала Грейнджер. — Просто смотрела фильм допоздна. Пэнси втянула через трубочку молочный коктейль и уже тише поинтересовалась: — Мммм, и какой? — “Красотку”. Реакция подруги превзошла все ожидания. Паркинсон выразительно закатила глаза и понимающе цокнула языком. — Ну, тогда никаких вопросов. Как говорится, сто процентов понимания. Молодой Гир, да ещё и в роли миллионера — это оружие массового поражения для женской психики. Понятно, почему ты плохо спала. После такого фильма каждой захочется, чтобы её спас принц на белом мерседесе. Особенно когда в личной жизни затишье. Она поиграла бровями и снова обхватила губами трубочку. Гермиона лишь кивнула, не в силах объяснить, что её выбило из колеи не обаяние Гира, а задумчивый, изучающий взгляд серых глаз, который наблюдал за её реакцией на фильм. Поспешно закончив с ланчем, Грейнджер подхватила со стула сумку с учебниками, взяла стаканчик с недопитым кофе и поспешила на следующую пару. Паркинсон махнула ей, чтобы не ждала. Она не любила приходить на занятия заранее. Они встретились в холле второго этажа. Драко шёл к аудитории с другого конца коридора в обществе Забини. Они о чём-то разговаривали, лениво жестикулируя, и Малфой вдруг рассмеялся низким, хрипловатым смехом. Гермиона замерла с бумажным стаканчиком в руке. Внутри вспыхнула мимолётная неуверенность. Стоит ли ей с ним поздороваться? Или проигнорировать, как они делали почти весь второй курс? Взгляды пересеклись всего на секунду. Серые глаза скользнули по ней, абсолютно пустые, без тени вчерашней заинтересованности или той теплоты, с которой он произнёс: “До завтра, Грейнджер”. Так можно было бы смотреть на мебель. Или на пустое место… Затем он, не прерывая разговора с Блейзом, отвернулся и первым вошёл в дверь аудитории, почти вклинившись перед Гермионой. Плечо Драко чуть не задело её, но он этого будто не заметил. Гермиона стояла, сжимая стаканчик, пока несколько капель кофе не перелились через деформированный край. Глупо было ожидать чего-то иного, ведь секретность была главным условием их соглашения. И всё равно на душе было как-то муторно. На что она рассчитывала? На тайные жесты и улыбки? Или на многозначительные взгляды исподтишка, пока никто не видел? Глупо. Очень глупо… Но ведь простое “Привет” никак не выдало бы их секрета. Залпом допив кофе и почти не почувствовав вкуса, Гермиона выбросила стаканчик в мусорку и, стараясь казаться невозмутимой, шагнула в аудиторию. *** Он пришёл неожиданно рано. Гермиона только успела добраться до квартиры после занятий и переодеться в старые растянутые джинсы и просторную футболку с полустёртой надписью. Она вздрогнула, когда в дверь постучали. Выйдя в коридор, Грейнджер бросила на себя взгляд в зеркало и покачала головой. Да уж, видок был не для свидания. Но ведь это и не было свиданием? Ещё один вечер за просмотром фильмов, только и всего. Так какой смысл наряжаться? Вздёрнув подбородок, Гермиона шагнула к двери и решительно открыла её. На пороге стоял Драко всё с тем же рюкзаком за плечом, а по лестничной клетке распространялся аппетитный запах картошки-фри. Взгляд Малфоя скользнул по домашнему виду Грейнджер, и на долю секунды в его глазах мелькнуло одобрение. — Готова к киномарафону? — спросил он, без лишних церемоний проходя мимо неё в прихожую. — Домашку можно смело отложить до воскресенья. Уходить от тебя сегодня я не планирую. Ошеломлённая его стремительным вторжением и неоднозначным последним комментарием, Гермиона закрыла дверь. Драко за это время успел скинуть верхнюю одежду и прошёл в гостиную, где сразу начал выгружать на журнальный столик коробки с картофелем-фри и овощных палочек с соусом, чипсы, мармелад в форме забавных зверушек и огромное ведро попкорна. — Основательно подготовился, — заметила Грейнджер, появляясь в комнате вслед за ним. Ей не нравилось быть тем звеном, которое ни за что не отвечает и ничего не понимает в их взаимодействии. Хотелось спросить, почему он настолько откровенно проигнорировал её в институте, сколько фильмов планирует посмотреть с ней, прежде чем перейдёт к основной части их пари и что, чёрт возьми, значит “Уходить от тебя сегодня я не планирую”? Драко уже вставлял кассету в видак, но, видимо, уловил настроение Гермионы. Бросил через плечо: — Надо придумать, как мне нарваться на курсовую, и как привлечь к ней тебя. … Всë же будет лучше, если ты будешь помогать мне, а не наоборот, — он закончил настраивать видеомагнитофон и повернулся к Грейнджер с ехидной улыбочкой. — Как-то естественней и привычней. И не вызовет лишних вопросов. А то так и будем ходить по институту, как неродные. В ответ на лёгкую насмешку в его голосе Грейнджер закатила глаза и цокнула языком, хотя на самом деле почувствовала облегчение. Драко ответил на самый волнующий из незаданных ею вопросов. А остальные два… Что ж, это можно было выяснить и по факту. Жестом указав ей на диван, Малфой сам плюхнулся на мягкие подушки и с видимым удовольствием вытянул ноги. — Что смотрим сегодня? — спросила Гермиона, осторожно занимая своё вчерашнее место на максимально возможном расстоянии от Драко. — “Шаг вперёд”. Обязательная к просмотру классика. Этот фильм Грейнджер видела впервые, поэтому терпеливо помалкивала даже в тех моментах, где язык нестерпимо чесался от желания вставить комментарий. Было непросто. Пришлось переставить ведро с попкорном на диван между собой и Драко, чтобы занять себя чем-то кроме составления психологического портрета главного героя. В этом фильме ей, пожалуй, нравились только музыка и танцы. Во время одного из напряжëнных моментов, когда рука потянулась к попкорну, Грейнджер буквально зависла, глядя на экран. То ли Малфой тоже был слишком увлечён картинкой, то ли сделал это специально, но руку Гермионы вдруг накрыла его ладонь. Контраст с прохладным воздухом квартиры был очень сильный. Грейнджер дёрнулась, как от ожога, задела край картонного ведра и несколько воздушных кукурузин вылетели через край и упали на ковёр. — Прости… я… — залепетала она, чувствуя, как по шее разливается краска. “Прости?! Идиотка! Это же просто прикосновение!” Она потянулась, чтобы подобрать рассыпавшийся попкорн, но Драко еë обогнал. Быстро собрал мусор, закинул в опустевшую коробку из-под овощных палочек и вернулся к просмотру. Грейнджер поëрзала на своëм краю дивана, переставила попкорн на стол и села, положив ладони на колени, но снова, как и вчера, поймала его взгляд боковым зрением. Драко смотрел на неë украдкой и на его губах (или Гермиона себе это придумала?) играла та самая, едва уловимая тень улыбки. Как только на экране появились финальные титры, Грейнджер вскочила на ноги и протараторила, сделав несколько шагов в сторону кухни: — Слушай, попкорн и картошка-фри — это, конечно, хорошо, но я предлагаю съесть что-нибудь нормальное. Не хочу утром мучиться от тяжести в животе. Она ждала, что он ответит согласием или равнодушно махнёт рукой, мол: "Хочешь — делай”. Но она никак не ожидала, что Драко поднимется и с очевидным энтузиазмом направится на кухню. Оторопело наблюдала, как он прошёл мимо неё, переступил через порог и быстро оглядел крохотное помещение. Его взгляд скользнул по потёртым глянцевым фасадам, цветочному горшку на подоконнике, аккуратно сложенным контейнерам. — Повар из меня, прямо скажем, никакой, — признался он, открывая холодильник и заглядывая внутрь. — Но порезать что-нибудь могу. Только дайте задание, мисс. Гермиона замерла, глядя на него. Высокий, в дорогой футболке, максимально инородный в стенах маленькой кухни, он выглядел так, будто попал в свою стихию. Картина была настолько сюрреалистичной, что мозг Грейнджер на миг завис. — Эм… помидоры, огурец, перец, — наконец выдавила она, указывая на отделение для овощей. — В пакете зелень. — Принято, — кивнул Малфой, деловито выгружая продукты в раковину. Пока он с сосредоточенным видом мыл овощи, Гермиона быстро подготовила цыплëнка для запекания, завернула в фольгу несколько крупных картофелин и отправила всё это в духовку. Когда она обернулась, Драко почти закончил нарезать салат. Получалось у него и правда неловко. Дольки огурца были разной толщины, помидоры выглядели немного измученными, а среди листьев зелени были заметны стебельки. Но переживать об этом Малфой явно не собирался. Нарезая перец, он с удовольствием закидывал в рот самые неровные кусочки, а один из них протянул Грейнджер, сделав шаг от столешницы в еë сторону. Она так растерялась, что машинально открыла рот для угощения. Подмигнув ей, Драко вернулся к своему занятию, будто для него и Гермионы этот эпизод был самым обычным. Через пару минут он крутил салатник в руках, критически разглядывая готовое творение, и на его лице появилась смущённая, почти детская гримаса. С убийственной самоиронией в голосе Малфой произнёс: — Не шедевр. Но, думаю, есть можно. До конца таймера оставалось ещë пятнадцать минут. Драко устроился за маленьким столом, разместив салат по центру. Выглядел он при этом, как участник кулинарного шоу в ожидании дегустации. Грейнджер достала тарелки, вилки, поставила салфетницу и два стакана. Долго возилась с фильтром для воды и возвращала на места баночки со специями, которыми натирала курицу. И всë равно до срабатывания таймера оставалось ещë много времени. Когда всë, чем можно было занять руки, закончилось, Гермиона села напротив Драко. Она перебирала в голове темы — институт, фильмы, погода — и все они казались не совсем уместными сейчас. Первым нарушил молчание Драко: — Надеюсь, я не шокировал тебя своими скудными успехами в готовке? — спросил он, откровенно посмеиваясь над собой. — Нет, — поспешно ответила она. — Скорее уж тем, что вообще умеешь держать в руке нож для овощей… Мой отец заходит на кухню, только если нужно поменять лампочку или достать что-то с верхней полки, куда мы с мамой не дотягиваемся. Ни разу не видела его за готовкой. Да и парни… — она запнулась, чувствуя, как щёки наливаются жаром. К счастью, в этот самый момент в кухне громко и требовательно зазвенел таймер. Звук был, как спасение. Грейнджер тут же вскочила, схватила с крючка прихватки и поспешила вытащить готового цыплëнка. Драко ничего не говорил. Лишь наблюдал, как она, вся розовая от смущения, суетится вокруг формы для запекания. Когда еда была разложена по тарелкам, а Гермиона снова села за стол, Малфой демонстративно взял вилку, наколол на неё кусочек курицы, придирчиво осмотрел и отправил в рот. Долго пережёвывал с видом ресторанного критика. Затем промокнул губы салфеткой и вынес вердикт: — Неплохо. Но с моим салатом не сравнится. Грейнджер резко втянула воздух, подняла на Драко взгляд… Появившееся было возмущениие, тут же сошло на нет. Драко смотрел на неё, лукаво ухмыляясь. Откровенно, но по-доброму потешался. Впервые за этот вечер губы Гермионы дрогнули в расслабленной улыбке. — А теперь, рассказывай, — велел Малфой, счищая с горячей картофелины фольгу и кожуру. — Что рассказывать? — Делись впечатлениями. Я же видел, тебя весь фильм распирало. — Ты говорил, этот фильм — классика? — вкрадчиво уточнила Гермиона. — Тогда боюсь, что у меня снова будет непопулярное мнение. — Жги, Грейнджер. Я весь в предвкушении. Она укоризненно вздохнула, отправила в рот немного салата и наколола на вилку кусочек курицы, но не съела, а принялась жестикулировать рукой с зажатой вилкой. — Ну вот смотри… Весь фильм — одна сплошная серая мораль. Угон автомобилей, драки, проникновение со взломом. Тайлеру место в тюрьме, а не на паркете. Даже если опустить моменты нарушения закона… Он главный герой, а нам показывают инфантильного, безынициативного мямлю. Почему он соглашается танцевать с Норой? Потому что у неё травмирован партнёр? Нет. Потому что это шанс для него отмазаться от мытья полов. Гермиона сделала паузу и бросила взгляд на Малфоя, высоко подняла брови, как бы спрашивая: “Понимаешь, к чему я веду?” Драко коротко кивнул, криво ухмыляясь. Всё это время он слушал её, подперев щёку кулаком, и в его глазах читалось нескрываемое удовольствие. — А дальше он замахивается на приз покрупнее, — продолжила Грейнджер. — Поступить в школу искусств. Заметь, — она резко подняла вверх вилку, акцентируя внимание Драко, — ещё недавно он насмехался над этим местом и над учащимися, но вдруг понял, что у него есть шанс вырваться из беспросветной тьмы в свет. И на чьей спине он туда едет? Кто открывает для него дверь? Нора! Он использует её как социальный лифт. Вся их “любовная история” — это цепочка взаимовыгодных услуг, приправленная гормонами. — То есть, в них ты тоже не веришь? — уточнил Драко. Понимая, что уже и так сказала слишком много, Гермиона лишь отрицательно мотнула головой. Малфой откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на неё. Протянул: — Ну хорошо. Следующий фильм выбираешь ты. Но пусть в нём будет пара, у которой, по твоему мнению, отношения не закончатся сразу после титров. *** Они быстро закончили с едой, а пока Гермиона осталась на кухне, чтобы помыть тарелки, Драко вернулся в гостиную. Через пару минут, войдя туда, Грейнджер оторопело замерла. Диван, на котором они сидели, был разобран и теперь напоминал размерами двуспальную кровать. Малфой уже устроился на своей половине, с блаженным видом закинув руки за голову и вытянув ноги. — Я подумал, так будет удобнее, — заявил он и кивнул в сторону стопки с кассетами. Быстро пробежав по обложкам, Гермиона выбрала “Сабрину”, включила фильм и, перебарывая неловкость, легла на свою сторону дивана. На этой картине она, наконец-то, оживилась. Комментировала стиль, игру актёров, поведение героев. — Не понимаю, почему Сабрина сначала выбрала Дэвида, — с жаром говорила она. — То ли дело Лайнус. Серьёзный, надёжный, умный. С ним ей будет… — Гермиона запнулась, подбирая нужное слово. — Спокойно. — Спокойно? — переспросил Драко. — Ты считаешь, что в этом залог счастливых отношений? Грейнджер повела плечом и кивнула: “Да, считаю”. *** Последним фильмом на этот вечер Малфой выбрал “Грязные танцы”. Его они досматривали за полночь, притушив в комнате свет. Гермиона к этому времени съела половину мармеладных мишек и свернулась калачиком, поджав под себя ноги. Её комментарии к фильму были тихими, задумчивыми, зато она с удовольствием постукивала ладонью по бедру в такт любимым мелодиям. На моменте, где Бэби впервые пришла к Джонни, Грейнджер неожиданно оживилась и села на диване в позе лотоса. — Смотри! — кивнула она в сторону экрана и для пущей убедительности ткнула в ту сторону указательным пальцем. — Обращал когда-нибудь внимание на смену эмоций на его лице в этой сцене? Очевидно заинтригованный её реакцией, Драко тоже сел и подался корпусом вперёд. Их плечи почти соприкасались, но Гермиона была так увлечена, что даже не заметила этого. — Джонни изначально понимает, зачем она пришла. Стандартный сценарий, который повторялся в этой комнате много раз. Секс за деньги. И хотя Бэби вроде бы не платит напрямую, но он чувствует себя обязанным за помощь Пенни. И если сначала он ещё надеется, что она не такая, как все, что ошибается на её счёт, то вот здесь, во время танца, уже всё прозрачно. Во взгляде Джонни злость, презрение и почти сразу смирение. Видишь? Гермиона резко повернула голову к Драко, отчего кончики её волос хлестнули его по щеке. — Вижу, — тихо подтвердил он, ловя её взгляд совсем рядом. В его голосе была полная, почти абсолютная концентрация на её словах. Расстояние внезапно стало физически ощутимым, горячим от дыхания. Гермиона замерла, осознав, как близко они оказались. Как она сама невольно стёрла безопасную границу. Видела, как его зрачки расширились в полутьме, и уловила, как взгляд на мгновение скользнул с её глаз на губы и обратно. Шумно сглотнув, Грейнджер повернулась к экрану и продолжила, стараясь сдерживать дрожь в голосе: — А дальше — понимание, что он у неë первый. И это ПЕРВОЕ, из-за чего она становится особенной для него. Подозреваю, девственницы Джонни ещë не соблазняли. Гермиона произнесла это таким тоном, что Драко не удержался от смеха: — Грейнджер, ты неподражаема! Даже самый романтичный фильм свела к логике. Насупившись, она вцепилась пальцами в край футболки и принялась нервно теребить его. Проговорила едва слышно: — Что поделать, если с включением логики сказка ломается о суровую реальность? По тому, как прогнулся диван, было понятно, что Малфой придвинулся ближе, но Грейнджер всё равно не ожидала услышать его шёпот возле самого уха, так, что теплом дыхания защекотало щёку: — А как же эмоции? Неужели ты ни разу не испытывала чего-то настолько сильного, что голос разума замолкал? Она не ответила. Только судорожнее вцепилась в тонкий трикотаж. — Грейнджер, — хрипло выдохнул Драко. — Ты хоть раз влюблялась? От этого вопроса она дёрнулась в сторону и повернула к Драко голову, стремительно заливаясь краской. Отрывисто заговорила: — Мне казалось, в пятницу в клубе ты продемонстрировал неплохую осведомлённость о моей личной жизни. — Как это связано с моим вопросом? Малфой смотрел на неё, слегка сощурившись, как сытый хищник на проходящую мимо добычу. Гермионе не нравился этот взгляд. И ещё больше ей не нравились его вопросы. Конечно, она испытывала чувства к тем, с кем встречалась. Разве что, кроме Кормака… Но вот была ли это влюблённость? Гермиона сложила руки на груди и бросила с вызовом: — То, что я не верю в экранную романтику, не значит, что я не умею любить, Малфой! — Воу-воу, спокойно, тигрица! — качнулся от неё Драко и вскинул руки, показывая, что сдаётся. Но улыбка на его губах и хитрый взгляд были максимально красноречивы. Он нащупал её болевую точку. Фильм досмотрели молча. И Драко даже не стал спрашивать, верит ли она в “долго и счастливо” для Бэби и Джонни. Очевидно же, что нет. Бросив взгляд на часы, он встал с дивана, прихватил опустевшие коробки, ведро с остатками попкорна и кое-как запихнул в рюкзак. — Выброшу по дороге. Взгляд Гермионы тоже метнулся к часам, и она поняла, что значило его “Уходить сегодня не планирую”. Короткая стрелка приближалась к единице. “Завтра” наступило. Стоя в коридоре, Грейнджер молча наблюдала за тем, как Драко одевается. Только когда он закинул за спину рюкзак, она решилась. Тихо позвала: — Драко… Когда ты планируешь… перейти от теории к практике? Или мы так и будем анализировать чужие истории? Он стоял неподвижно несколько секунд. Потом медленно шагнул к Гермионе. Остановился так близко, что она снова почувствовала тепло его дыхания. Рука поднялась к её лицу, подушечка большого пальца мазнула по щеке. Но это было не проявление нежности. Грейнджер почувствовала, как он смахнул что-то, возможно, прилипшую кокосовую стружку от мармелада. Прикосновение длилось меньше секунды. Но оно было таким интимным, таким неожиданно нежным на фоне его ухмылки, что у Гермионы перехватило дыхание. — Всему своё время, — прошептал Драко. — Самые интересные открытия происходят, когда не бежишь за результатом, а наслаждаешься процессом. И ушёл, оставив Грейнджер во внезапно ставшей душной тишине квартиры.