Мы собрали зоопарк

      — Поскольку Британские острова не могут предложить больше ничего интересного, нужно отправляться дальше.       Гермиона застыла с папкой в руках. Что он имеет в виду под словом «дальше»?       — Начнем, я полагаю, с Франции, — лениво ответил он на незаданный вопрос. — Затем южная Европа, восточная, Греция, северная Африка, Азия…       Гермиона смотрела на него, как на умалишенного. Малфой что, и в самом деле решил закатить мировое турне на всю железку?! Ну это, во всяком случае, без нее.       — Хорошо, — она коротко кивнула. — Я подниму свои рабочие контакты и порекомендую людей в Министерствах этих регионов, которые смогут тебя проконсультировать.       А когда он уедет отсюда, она наконец-то будет свободна!..       — Не меня, а нас. Ты едешь со мной, Грейнджер       Спятил?! Нет, ну точно, спятил.       — В этом нет никакого смысла, — она досадливо поморщилась. Почему снова надо объяснять очевидные вещи? — Здесь у меня есть доступ к документам министерства, данным по заповедникам и охраняемым зонам. В другой стране я буду абсолютно бесполезна.       — Ты хорошо ладишь с животными.       Она фыркнула и закатила глаза. Как будто этого достаточно, чтобы отправиться в кругосветное путешествие с Малфоем!.. Мерлиновы домашние тапочки, да это даже звучало, как абсолютный бред!..       — Малфой, ну подумай сам: это же глупо! Мало ли кто хорошо ладит с животными, да даже ты ладишь с животными — посмотри, как Бадди к тебе привязался! Чтобы искать редких животных, недостаточно записей Скамандера, они безнадежно устарели, и если нет возможности сопоставить их с актуальными данными, не имеют никакой ценности! Тебе нужен кто-то, кто хорошо знаком по крайней мере с местностью, с текущим положением вещей, кто-то со связями. И этот кто-то — не я!       Она почти умоляла и, должно быть, выглядела чертовски жалко, но Гермионе было плевать. Ей нужно было, чтобы этот огрызок ежиной пуповины признал, что она сделала для его проекта все, что могла, и подтвердил это Брустверу. А потом пусть отправляется хоть во Францию, хоть в Тибет, хоть к лекротте на рога!..       — Если понадобятся официальные данные, я просто куплю их — да и все, — пожал плечами Малфой. — Это не имеет значения. Все продается и все покупается, а информация — самый ходовой товар. Это вообще не проблема. А найти человека, который сможет расположить к себе единорога — это задача совсем другого уровня. Я уже решил её и не вижу никакого смысла решать повторно.       Он говорил в своей обычной манере, лениво растягивая слова, и слегка улыбался — одними уголками губ. Так легко было вообразить его в виде большого, упитанного кота, который вот так же лениво поддевает лапой мышку, которой некуда деваться…       — Ты издеваешься, да? — с надеждой спросила она.       — Ничуть. После того, как получим лекротту, в Британии будет нечего делать — ну, если ты не передумала насчет кельпи, конечно. Мне понадобится неделя, чтобы закончить здесь дела. А значит… — Малфой на мгновение задумался, что-то прикидывая, — восемнадцатого числа можем отправляться. Я закажу портключ.       Прелестно!.. Восемнадцатого сентября. Значит, свой тридцать пятый день рождения ей предстоит встретить во Франции у двурога на рогах в компании, чтоб его флоббер-черви сжевали, Драко Малфоя!.. Головокружительная перспектива — и совсем, совсем не в хорошем смысле.       — Рассматривай это как командировку, Грейнджер, — он самодовольно усмехнулся. — Ты ведь бывала в командировках, не так ли?       Бывала, конечно. Два раза во Франции, когда они обсуждали вопросы сохранения популяции двурогов, и один раз в Румынии, в драконьем заповеднике. А теперь Малфой говорил о Франции лишь как об отправной точке, а потом… Греция, Северная Африка, Азия… На мгновение у нее перехватило дыхание от такой перспективы.       — Командировки обычно оплачиваются работодателем, — колко сообщила она, чтобы скрыть смятение, которое поднималось в груди все выше и выше. — Не думаю, что Министерство…       — А при чем здесь Министерство? — он вскинул левую бровь. Снова на сцене Малфой Недоумевающий, вы только поглядите! — Все расходы оплачиваю я.       Ну разумеется.       — Допустим, — Гермиона быстро прикинула. Малфой оплатит портключи и гостиницу… На все остальное ей вполне хватит собственных средств, тем более, что на днях на ее счет поступила круглая сумма отпускных. — А что ты собираешься делать с животными?       Две симметричные морщинки, как знак параллельных прямых, залегли между его темных бровей.       — Мы возьмем их с собой. Парк пока не готов.       — Ничего не выйдет! — она даже не пыталась скрыть звенящее торжество.       — Это еще почему?       — А потому, Малфой, — сладким-пресладким голосом протянула Гермиона, — что ввоз магических зверей и существ полностью или частично запрещен законодательством практически всех стран — исключения, если они есть, мне неизвестны. Правилами предусмотрен ввоз животных с определенной целью — но тогда это согласовывается на уровне Министерства магии, либо можно попытаться доказать, что транзит совершенно необходим, но не в твоем случае. В твоем случае ни одно Министерство такого разрешения не даст — даже на одно животное, не говоря уже о целом чемодане.       — Хочешь сказать, тебе впервой нарушать правила? — усмехнулся он.       Ее бросило в жар — так, будто кто-то опрокинул в желудок чашку горячего кофе пополам с огневиски. Воображение моментально пририсовало Малфою красные рожки и изогнутый хвост, и вкупе с этой усмешкой, с этим дразнящим взглядом его насмешливых, дымчато-серых, как сернистые испарения Преисподней, глаз…       Она не нарушала правил очень, очень давно. И внезапно поняла, что чертовски, нестерпимо соскучилась по этому ощущению: электрического потрескивания обнаженных нервов, искристых пузырьков азарта в крови, зуда между лопаток, там, где того и гляди вырастут крылья…       — Ты предлагаешь мне нарушить правила — ради тебя? — она выгнула бровь, надеясь, что через крохотный столик не слышен оглушительный стук её сдуревшего сердца.       — Что ты, Грейнджер, и в мыслях не было, — улыбка в полутьме бара рассыпала искры адского пламени. — Исключительно ради зверушек. Все ради них. Как мы можем оставить Пикетта, Бадди и остальных?       Она фыркнула и закатила глаза, чтобы не рассмеяться. Мерзавец и манипулятор!..       — В таком случае придется отказаться от портключей и путешествовать маггловским способом.       — Это значит, что ты согласна?       Его улыбка была ослепительной. Так, должно быть, улыбается кипактли перед тем, как раскрыть все свои пасти и с удовольствием пообедать.       — Но… — Гермиона попыталась собраться и вернуть себе ясность мышления. — Ты ведь не собираешься отправиться в кругосветку на самом деле? Хорошо, насчет Франции я согласна, но ведь потом мы вернемся?       — Какой смысл? Уверен, ты хочешь покончить со всем этим как можно быстрее — так же, как и я. Нет смысла разъезжать туда-сюда. Из Франции мы отправимся дальше — так что, если тебе нужно завершить какие-то дела, у тебя есть полторы недели.       Гермиона многое могла бы ему сказать — о, еще как могла!.. — но начисто лишилась дара речи.       Кругосветное путешествие с Драко Малфоем?!

***

      В четверг, ровно в восемь утра, Драко трансгрессировал в крохотную деревушку, стоявшую на самой окраине Килдерского леса. Ему удалось не расплескать взятый с собой кофе, и в ожидании Грейнджер он мог бы даже попытаться насладиться этим светящимся жемчужным утром, которое могло бы быть прекрасным, если бы непрекращающаяся морось не затекала за шиворот.       Стакан опустел едва ли наполовину, когда раздался знакомый хлопок трансгрессии — и в нескольких ярдах перед ним появилась Грейнджер. Драко скользнул по ней глазами, отмечая факт присутствия, и хотел было вернуться к своему кофе — он твердо намеревался прикончить взбитые сливки прежде, чем сдвинуться с места, — но взгляд, как магнитом, притянуло обратно.       Не то чтобы он не видел подобной одежды раньше. И не то чтобы она ему не нравилась — возможность оценить во всех подробностях ножки, бедра и ягодицы какой-нибудь дерзкой прелестницы могла не понравиться разве что убежденному импотенту, коим он, разумеется, не являлся. Но на Грейнджер эти обтягивающие штаны выглядели как минимум неуместно, а как максимум — непристойно!.. Que Dieu le foudroie, она что, собиралась не ловить, а соблазнять эту merde лекротту?!       Впрочем, если у лекротты не слишком притязательный вкус, могло бы получиться. Вряд ли кто-то в этом лесу знал, что свой абсолютно асексуальный пучок Грейнджер позаимствовала у Минервы МакГонагалл, а если смотреть только на ноги…       Драко чуть не отвесил себе оплеуху. Он не желал, чтобы ноги Грейнджер занимали хоть какую-то часть его мыслей, пусть даже самую саркастическую — а в последнее время он замечал их непростительно часто. Отбросив стакан с остатками недопитого кофе и испарив его на лету, Драко направился к ней, старательно сосредоточив взгляд на темнеющем перед ними лесом.       — Доброе утро.       — Доброе, — отрывисто бросила она и, поморщившись, направила свою волшебную палочку вверх, раскидывая над головой зонт из отталкивающих чар. — Чудная погодка. Может, перенесем?       Признаться, он и сам думал об этом. Даже на открытом месте мерзкая морось не доставляла ни малейшего удовольствия, а каково будет продираться сквозь лес… Но следующие дни у Драко уже были расписаны под завязку, чтобы успеть уладить все дела к отъезду.       — Nom de Dieu, Грейнджер, только не говори, что боишься намокнуть, — демонстративно поморщился он.       — Что ты! — она картинно округлила глаза. — Я просто подумала, что влажность непременно испортит твою прическу. Неужели ты готов пойти на такие жертвы?       — Я готов провести ближайшие месяцы в твоей компании — мне кажется, это в полной мере доказывает мою абсолютную жертвенность.       Он совершенно отчетливо видел, как приподнялся уголок её губ. Покачав головой, она пошла дальше — и Драко не оставалось ничего другого, кроме как следовать за ней.