Я альфа! (не работает)

Место действия: Медицинский центр «Samsung», кабинет УЗИ / Офис Чонгука / Квартира Тэхена. Время действия: Неделя 16. Середина второго триместра. --- 10:00. Медицинский центр, кабинет УЗИ. — Ну что, — доктор Пак улыбнулась, нанося гель на уже заметно округлившийся живот Чонгука, — посмотрим, как ваш малыш поживает. — Наш малыш, — мечтательно повторил Тэхен, пристраиваясь рядом и сжимая руку Чонгука. — Я так ждал этого дня. — Ты каждое утро ждёшь этого дня, — фыркнул Чонгук. — Ты уже неделю только об этом и говоришь. — Потому что это важно! Мы увидим нашего ребёнка! — Своего ребёнка ты видел на прошлом УЗИ. — Но это новое УЗИ! Он подрос! — Она. — Он. — Прекратите, — вмешалась доктор Пак. — Сейчас посмотрим. Она приложила датчик к животу, и на экране появилось привычное серое изображение. — Так, — начала она, — вот головка, вот туловище, ручки, ножки, всё развивается хорошо, сердечко бьётся... — Красивое сердечко, — вставил Тэхен. — ...размер соответствует сроку... — продолжила доктор, — и... Она замолчала. Чонгук насторожился. — Что? Что-то не так? — Нет-нет, всё так. Просто... — доктор Пак поводила датчиком, прищурилась, потом улыбнулась. — Ну надо же. А мы и не заметили в прошлый раз. — Что не заметили? — Чонгук приподнялся на локтях. — Они были друг за другом. Один закрывал второго. Поэтому на прошлом УЗИ мы видели только одного. Чонгук замер. — Второй? — Да. — Доктор Пак повернула экран к ним. — Смотрите. Вот один малыш. А вот здесь, видите? Второй. Тэхен открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Двойня? — выдохнул он. — Двойня, — подтвердила доктор. — Поздравляю. У вас будет двойня. Чонгук смотрел на экран, не веря своим глазам. Два маленьких сердечка. Две головки. Два тельца. Два. — Твою мать, — прошептал он. — Чонгук! — Тэхен дёрнулся. — Ты чего? — Два, — повторил Чонгук. — Два ребёнка. Во мне. Два. — Ну да, — доктор Пак улыбалась. — Такое бывает. Особенно у альф под воздействием Энигмы — иногда организм вырабатывает больше яйцеклеток. Видимо, так и случилось. — Я не про то, — Чонгук сел на кушетке, забыв про гель на животе. — Я про то, что мне — альфе — придётся рожать. И не одного, а ДВОИХ. — Технически — да. — Технически?! — Чонгук, милый, — Тэхен попытался его обнять, но Чонгук отпихнул его. — Не милый! Я в шоке! Я в ахуе! Я... Он посмотрел на свой живот. Живот, который последние недели рос быстрее, чем должен был. Который уже сейчас выпирал, хотя срок был всего шестнадцать недель. — Так вот почему он такой большой, — прошептал Чонгук. — Я думал, это я просто много ем. А там ДВОЕ. — Двое, — эхом повторил Тэхен. И вдруг расплылся в улыбке. — Двое, Чонгук! У нас будет двойня! — Ты радуешься?! — А ты нет? — Я в шоке! — Это одно и то же! — Это разные вещи! Доктор Пак смотрела на них с умилением. — Молодые люди, — сказала она, — может, обсудим это спокойно? У вас двойня, но всё хорошо. Дети развиваются нормально, сроки совпадают, никаких патологий. Вам просто нужно быть готовыми к тому, что живот будет расти быстрее и больше, чем при одноплодной беременности. Чонгук схватился за голову. — Больше, — повторил он. — Чем сейчас. — Значительно больше. — Тэхен, убей меня. — Не убью, — Тэхен наконец-то добрался до него и обнял. — Ты будешь самым красивым альфой с большим животом в мире. — Я тебя убью. — Не убьёшь. Я отец твоих детей. — Двух детей. — Двух, — Тэхен сиял так, что, казалось, освещал кабинет. — Двое наших детей, Чонгук. Представляешь? Чонгук посмотрел на него. На это сияющее лицо, на эти янтарные глаза, полные счастья. И вдруг понял, что тоже... рад. — Представляю, — тихо сказал он. — Двое маленьких засранцев. Один в тебя, другой в меня. — Идеально, — выдохнул Тэхен. — Кто кому будет подгузники менять? — Будем по очереди. — Договорились. Они сидели в обнимку, глядя на экран, где два маленьких человечка шевелились в животе Чонгука. — Я люблю тебя, — сказал Тэхен. — Я знаю. — И их люблю. — Они тоже знают. — Чонгук? — М? — Мы справимся. — Знаю. Но если ты не купишь мне сейчас кимчи, я обижусь. Тэхен расхохотался и чмокнул его в нос. — Поехали. За кимчи. И за всем, что захочешь. Они вышли из кабинета, и Чонгук поймал своё отражение в стекле. Живот уже выпирал, и скрывать это становилось всё труднее. — Чёрт, — пробормотал он. — Как я на работу пойду? — В чём проблема? — В том, что у меня живот, Тэхен. Я начальник безопасности. Я должен внушать страх, а не умиление. — Ты и так внушаешь страх. С животом или без. — Меня засмеют. — Кто? — Мои подчинённые. — Они и пикнуть не посмеют. — Посмеют. — Я их уволю. — Нельзя увольнять всех. — Можно. Я генеральный директор. Чонгук закатил глаза, но улыбнулся. — Пошли уже. Кимчи ждёт. --- 14:00. Офис Чонгука. Чонгук сидел за столом и смотрел на себя в маленькое зеркальце, которое всегда носил в ящике. Рубашка, которая ещё месяц назад сидела свободно, сейчас натягивалась на животе. Пуговицы жалобно скрипели. — Твою мать, — прошептал он. В дверь постучали. — Войдите. Зашёл Джисон с бумагами и замер. — Шеф, вы... поправились? Чонгук посмотрел на него волком. — Что? — Ну, вы вроде как... — Джисон замялся. — В лице округлились. — Я поел хорошо. Иди работай. — Но шеф, у вас рубашка... — ИДИ РАБОТАЙ. Джисон вылетел быстрее молнии. Чонгук откинулся на спинку кресла и застонал. Телефон загудел. Тэхен: «Как там мой беременный альфа?» Чонгук: «Меня уже заметили». Тэхен: «Кто?» Чонгук: «Джисон. Сказал, что я в лице округлился». Тэхен: «А ты?» Чонгук: «Послал его». Тэхен: «Правильно. Но долго не получится скрывать». Чонгук: «Я знаю. Но пока кое-как могу». Тэхен: «Люблю тебя. И животик твой люблю». Чонгук: «Он мне мешает». Тэхен: «Привыкнешь». Чонгук: «Посмотрим». Он убрал телефон и посмотрел на себя в зеркало. Провёл рукой по животу. Там, внутри, шевелились двое. Два маленьких существа, которые совсем скоро появятся на свет. — Вы там как? — тихо спросил он. В ответ что-то толкнулось. Слабо, едва заметно. — Ого, — выдохнул Чонгук. — Вы шевелитесь? Ещё один толчок. — Тэхен расстроится, что пропустил, — пробормотал Чонгук и схватил телефон. Чонгук: «ОНИ ШЕВЕЛЯТСЯ И ТОЛКАЮТСЯ» Тэхен: «ЧТО?! Я ЕДУ!» Чонгук: «НЕ НАДО, Я НА РАБОТЕ» Тэхен: «МНЕ ПЛЕВАТЬ» Через пятнадцать минут Тэхен ворвался в кабинет Чонгука. — Где? — выдохнул он. — Покажи мне! — Тут, — Чонгук взял его руку и положил на живот. Тишина. — Ничего, — разочарованно сказал Тэхен. — Успокойся, они не по заказу. — Но ты сказал... — Сказал. Было. А сейчас спят, наверное. — Разбуди! — Тэхен, я не могу их разбудить по команде. — Попроси! — Они ещё не понимают слов. — Тогда подуй на живот! — Ты серьёзно? — Очень! Чонгук вздохнул, подул на живот. Ничего. — Я хочу чувствовать, как они шевелятся, — капризно сказал Тэхен. — Будешь. Всю оставшуюся жизнь будешь чувствовать, как они пинаются. — Но сейчас хочу! — Тэхен. — Что? — Ты как ребёнок. — Я будущий отец. Имею право капризничать. Чонгук закатил глаза, но в этот момент внутри толкнулось — сильно, отчётливо. Тэхен ахнул. — Это! Я почувствовал! — Поздравляю. — Они там! Они живые! — Да, я в курсе. — Чонгук! — Тэхен сгрёб его в охапку. — Это чудо! — Отпусти, задушишь. — Не могу! Я счастлив! — Ты каждый день счастлив. — Сегодня особенно! Чонгук вздохнул и позволил себя обнимать. В дверь заглянул Джисон, увидел картину маслом: генеральный директор обнимает начальника безопасности, который сидит с круглым животом, и быстро закрыл дверь. — Ничего не видел, — прошептал он. — Я ничего не видел. --- 19:00. Квартира Тэхена. Чонгук стоял перед зеркалом в ванной и рассматривал себя. Живот уже было не скрыть — круглый, аккуратный, но вполне себе беременный. Но не это его беспокоило. Он снял футболку и посмотрел на грудь. Соски изменились. Стали больше, темнее, набухшими. И главное — они торчали. Постоянно. Как будто их кто-то трогал. Чонгук потрогал сам — и отдёрнул руку. Чувствительность была бешеной. Даже лёгкое прикосновение отдавалось внизу живота. — Твою мать, — выдохнул он. В дверь постучали. — Чонгук? Ты там живой? — Живой. — Можно войти? — Нет. — Почему? — Я не одет. — Я тебя голым сто раз видел. — Это другое. Тэхен всё равно вошёл. — Ого, — сказал он, глядя на грудь Чонгука. — Не смотри. — Красиво. — ЗАТКНИСЬ. — Я серьёзно. — Тэхен подошёл ближе. — Это... ну, нормально. Для беременности. — Я знаю, что нормально. Врач говорила. Но я не ожидал, что... что они будут такими. — Какими? — Чувствительными, — буркнул Чонгук. — До них дотронуться нельзя. — Можно проверить? — НЕТ. — Один раз. — Тэхен. — Я аккуратно. — Ты не умеешь аккуратно. — Умею! Чонгук посмотрел на него с подозрением, но Тэхен смотрел с такой надеждой, что он сдался. — Ладно. Только быстро. Тэхен протянул руку и едва коснулся кончиками пальцев. Чонгук дёрнулся и зашипел. — Больно? — Не больно. Чувствительно. — Приятно? — Не знаю. Странно. Тэхен убрал руку. — Я потом, — сказал он. — Когда привыкнешь. — Когда привыкну, они уже не будут такими. — Будут другими. Ко всему привыкнем. Чонгук посмотрел на него. На этого человека, который принимал все его изменения — и токсикоз, и капризы, и грудь, и живот. — Ты правда не против? — спросил он тихо. — Что я теперь... такой? — Какой? — Беременный. С животом. С... этим. — Он кивнул на грудь. Тэхен шагнул ближе, обнял его, прижимая к себе. — Ты — самый красивый человек на планете, — сказал он. — Был, есть и будешь. А всё остальное — просто детали. — Даже живот? — Особенно живот. — Даже это? — Чонгук кивнул на грудь. — Это вообще отдельный вид искусства. — Тэхен! — Что? Я честно. Чонгук фыркнул, но улыбнулся. — Идиот. — Твой идиот. — И отец моих детей. — Двух, — Тэхен мечтательно закатил глаза. — Я до сих пор не верю. — Я тоже. Но живот не даёт забыть. — Какой план на вечер? — Есть. И чтобы ты пожарил мясо. — Я сожгу. — Я проконтролирую. — Договорились. Они пошли на кухню, и Чонгук поймал своё отражение в тёмном стекле. Живот, грудь, татуировка дракона на руке. — Страшный альфа, — усмехнулся он. — Самый страшный, — согласился Тэхен. — И самый красивый. — Иди уже мясо жарь. — Иду. Чонгук улыбнулся и пошёл за ним. Двое детей, беременный альфа, Энигма, который не умеет готовить, и впереди — целая жизнь. Идеально. --- 22:00. Спальня. Чонгук лежал на спине, Тэхен пристроился рядом, положив руку на живот. — Они шевелятся? — спросил Тэхен. — Нет, спят. — Жалко. — Завтра будут шевелиться. У них режим. — Откуда ты знаешь? — Я чувствую. Днём активные, ночью спят. — Как ты. — Я тоже активный днём. — И ночью, — Тэхен многозначительно поднял бровь. — Тэхен, у меня живот. — И что? — И то. Не поместимся. — Поместимся. Я аккуратно. — Ты никогда не аккуратно. — Буду. Чонгук посмотрел на него с подозрением. — Ты сейчас про секс? — А про что ещё? — У меня грудь болит, живот, и я устал. — Я всё сделаю сам. Ты просто лежи. — Звучит подозрительно. — Звучит как план. Чонгук вздохнул. — Ладно. Но если мне станет неудобно — остановимся. — Договорились. Тэхен наклонился и поцеловал его. — Я люблю тебя, — шепнул он. — И твой живот. И твою грудь. И всё. — Ты ненормальный. — Твой ненормальный. — Мой, — согласился Чонгук и потянулся за поцелуем. Ночь обещала быть долгой. И приятной.