Мой неземной ангел

—Ваша работа впечатляет, Софья, впечатляет. Такого курсовика по хирургии я не встречал за всю свою карьеру профессора. Откуда такие познания и подробный разбор операции? Ваша операция? - седовласый мужчина закрыл папку "Дело", поправил свои очки и наконец-то смог полностью рассмотреть рыжеволосую студентку. —До первой операции мне ещё далеко, но династия хирургов в семье слегка помогает. Но, эту операцию я разбирала самостоятельно. Без их помощи. Уж очень меня она впечатлила, - сонная девушка, которая за последние полторы недели позабыла, что такое этот ваш сон, стояла слегка шатаясь, мечтая где-то прилечь. Сдать курсовую именно сейчас было одним из самых главных желаний на этот семестр. —Случай и вправду необычный. Многие коллеги говорят о вашей тяге к кардиологии. Похвальная наука. Серьёзная. Почему именно этот случай? - профессор отпил чая из своей кружки, которая стояла на блюдечке на кафедре. —Мужчина прожил 35 лет не зная, что у него серьёзный порок сердца. С таким не доживают и до 5 лет, а он активно занимался спортом и трудился на заводе. Случайно пошёл проверится, потому что появилась отдышка после работы. А тут такое. Перенёс экспериментальную операцию на открытом сердце, под руководством молодых хирургов, восстановился и продолжает работать. Это ли не чудо? - разговор о пациенте разбудил отвечающую. Чудо, которому поверить было невозможно было реальностью. Молодые хирурги сделали чудо, на которое не пошёл бы никто из их коллег, слишком большие риски, но разве можно было бросить такого уникального человека? —Вижу, как вы горите, когда говорите о своей работе. Вопросов не имею. Поставлю вам отлично. Да и на экзамене вас не жду. У вас план бешеный, готовьтесь. Верю, что наша медицина будет в полном порядке. Свободны, Софья Палей. Громадная деревянная дверь аудитории закрылась за спиной студентки. Радость её было невозможно описать. Она прыгала от счастья. Самая сложная часть курса позади. Наконец-то можно будет выспаться, отдохнуть, погулять с любимым, вспомнить, что такое жизнь. Но сначала, библиотека. Фармакология давалась Соне труднее всего. Сплошная химия, самая трудная из наук. Нужно было закончить несколько практических заданий, перед тем, как уйти на заслуженный отдых. В библиотеке университета жизнь кипела, в тишине, конечно же. Студенты трудились над книжками по разным дисциплинам, выполняя задания, которым совсем скоро им будет необходимо сдать. К Палей за помощью обращались ребята курсом младше, хоть они и были ровесниками. Предлагали деньги, шоколадки, всё что угодно, даже пластинки. Но она помогала безвозмездно. Просто потому что могла, она не делала всё за них, а лишь направляла. Как её направляли родители. Вот она суть студенческой жизни - узнай у знающих, сделай выводы и сделай самостоятельно. Последнее предложение вылетело из - под ручки. Конец. Свобода. Сдав книги библиотекарю, девушка наконец-то покинула здание. Только в гардеробе, накидывая курточку, она вспомнила, что всё ещё находилась в халате и шапочке. Белое одеяние скрылось в сумочке, тугой пучок распустился, спуская рыжие локоны на свободу. Голове стало легче. Все 9 шпилек перестали на неё давить. На улице шёл мелкий сентрябрьский дождик, сквозь пару тучек выглядывало солнце. Яркое, но холодное солнце, украшая слегка желтоватые листья на деревьях. Дышать воздухом во время дождя было отдельным видом наслаждения. Космос и Витя опаздывали, впрочем, это давно её не удивляло. У них вечно что-то случалось, но главное, что вообще приехали. Космос вышел из машины с зонтом в руках, провожая девушку из - под свода крыши университета к машине, где их ждал Пчёлкин, пересчитывающий стопку с деньгами. —Ну чё, Пашка, защитила свою работу? Космос мне весь день про неё рассказывал, я уже почти хирургом стал, - обернулся на заднее сиденье, где девушка уже откинулась назад, закрыв глаза. —Хочу я также, как ты быть уверенным в своих навыках, - бровь девушки слегла дёргалась от перенапряжения, указательным пальцем руки она пыталась успокоить тик. —Сдала. Отлично. Мечтаю лечь в кровать, на неделю. —Ооой, боюсь, что мы тебя не обрадуем. Санёк придумал, что собаку себе хочет. Просил забрать. Это в другую сторону. Не, ты приляг, конечно, но не бей нас. Это всё Космос. —Чего сразу я? Кто виноват, что у вас машин нет? Малышка, прости, узнал перед тем, как выезжать за тобой собирались. Саша очень просил, вот и опоздали, - брюнет виновато посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы увидеть реакцию Палей. —Были бы у меня силы вам возразить, так бы и сделала, но у меня их нет. Поехали, раз Саша попросил. Куда ему собака то? —Не доложил, сам первый раз слышу. Ещё какая-то там не простая, космосила не запомнил. Ленин звонил? —Какой Ленин? На Красной площади он, - девушка уже провалилась сквозь сон, машина ехала не спеша, убаюкивая, как мама на прогулке в коляске. Мужчины переглянулись, решили не беспокоить. Пчёлкин продолжил считать бумажки, отдавая долю Холмогорову. Говорили они тихо, обсуждали свои дела, всё шло в гору и было не удивление слишком спокойно. Это насторожило Космоса, а Витя был даже очень этому рад. Больше денег, меньше шума. Такое было по его вкусу. Он слегка сменил свой стиль, прикупил новые вещи, но любимую синию футболку и кепку не менял. Слишком было дорого сердцу. Но новые спортивные заморские кроссовки начищал до бела каждый раз после того, как заходил в помещение или садился в автомобиль. Девчонки хоть и липли к нему, он был не против, но сейчас взор ушёл слегка в другое русло, бизнес, деньги волновали слегка больше. В жизни Космоса поменялось малое. Все свои деньги он откладывал на место, куда планировал уехать вместе со своей драгоценной подальше от родителей. В универе он появлялся редко. Что-то делал, но не охотно, ситуация на рижском будоражила больше, чем какие-то конспекты и лекции. После драки Белова и Мухина, Холмогоров поднялся по так называемой лестнице в их мире, авторитет возрос, все боялись "головореза" Белова. О встрече на дороге с Мухиным по пути за ней, он не рассказал Соне. Она слишком резко реагировала на это всё. Это осталось между тремя мужчинами. Четвёртый так и не появлялся. А дома так никто не открывал, на звонок не отвечал. Они пытались что-то узнать о Валере, но было бесполезно. Тишина. Наконец - то они подобрались к месту, которое указал Белый. Мимо линкольна пролетел синий автомобиль с импозантным мужчиной за рулём. В нём Пчёлкин узнал Александра Иньшакова. Каскадера и боксера. Крик его радости разбудил спящую сзади девушку. А на горизонте виднелась фигура Александра нашего, с щенком в руках. Мастиф. Древняя порода, которой так горел недавно вернувшийся армеец, начитавшийся о породе во время службы. Машина остановилась. Космос и Витя вылетели из машины к другу. Ещё не до конца проснувшиеся Соня думала, что всё ещё спит, тело было обмякшим, коленку в неудобном положении свело. Она осталась внутри, наблюдала за парнями сквозь окошки. —Щеночек, ты мой золотой, - Холмогоров аккуратно почесал за ушком щенка. Следом подлетел и Пчёлкин. —Что-то я не видел, чтобы ты Пашке так говорил, - взглянул на мордашку собаки. —Ну какая красота здесь. —Ну тихо - тихо, не тискайте. —Санёчек, а ты поднимаешься я смотрю, - взглянув в сторону машины, помахал девице внутри. —Ты знаешь кто это был? —Ну... Кинолог наверное какой - то, - Саша удивлённо посмотрел на блондина. —Ага, кино который снимает. Прибывшие залились смехом. Белов переспросил. —Саня, это чемпион Москвы по карате. Понял? И каскадер к тому же. Белый поведал историю, как собака сначала выбрала не его, а добрый лицидей Александр подарил ему его мечту. Вместе они вернулись в автомобиль. —Софа, привет, потесним тебя немного, - хозяин усадил пёсика на сидение между ними. —Привет - привет. Кто это такой хорошенький тут? - протянула ладошку собаке. Щенок оказался очень ласковым, людей совсем не боялся, уткнулся в ладонь девушки, так и уснул на ней всю дорогу обратно. Глаза Белова горели, как у самого радостного ребёнка на свете. В машине все в принципе стали улыбаться ярче с появлением питомца. —Соф, как Велена там? Звонит хоть? —Звонила. Старается отдыхать, но сам знаешь, какого это быть с разбитым сердцем. Осталось то до её приезда два дня. —А привезёт хоть подарков нам? Там песочка, ракушки. Я море последний раз не помню когда видел. —Ты хоть одну ракушку сохранил, которую я привозил? - брюнет встрял в разговор, остановившись на светофоре. —Мама моя вечно их протирает, не переживай. —Может и привезёт. Не спрашивала, Вить, у нас немного другие темы для разговоров есть. Ты лучше мне скажи, куда Филатов пропал? —Ох, на этот вопрос даже моя самая лучшая разведка не знает ответа. Что в принципе она и ожидала на свой вопрос. Ничего не изменилось. Машина остановилась возле дома Беловых. Палей хотела узнать о самочувствие Татьяны Николаевны, как на неё действует лечение. Женщина обрадовалась гостье и конечно же новому жильцу дома. Парни отправились развеяться. Долго они не собирались вместе, пусть даже не в полном составе. Белова накормила Соню самыми вкусными пирожками с картошкой. Вкуснее девушка ещё не ела. Усталость за день сказывалась сильно, она засыпала буквально за чашкой чая. Смерив давление и проведя небольшой опрос, состояние матери Александра становилось лучше. Приступы миновали. Татьяна не смогла наблюдать за тем, как страдает девушка меж сном и реальностью, уложила её на диван и накрыла пледом. Наконец-то где-то можно было основательно лечь и отдохнуть. Только закрыв глаза, погрузилась в мир снов. Щеночек осваивался в новом доме, немного боялся всего, что видел впервые. Учуял знакомый запах, пристроился возле дивана и уснул. На подъезде к беседке, компания увидела внутри неё знакомую фигуру. Фил. Он был расслаблен, смотрел вдаль раскинув руки. Встречать он их не стал. Продолжал сидеть, хоть и заметил. —Ничего рассказать нам не хочешь, блудной сын? Тебя ищем по всей Москве и дальше, а он спокойно на лавочке сидит. —Какой сегодня день? - нападки Холмогорова проигнорировал. —По-моему, суббота была, - Пчёлкин переглянулся с Космосом. Тот пока тоже ничего не понимал. —А число какое? —С утра 30ое было. —Так запомните этот день. Родился новый чемпион по боям без правил, - спортсмен спрыгнул с лавки и подошёл ближе к друзьям. —Ты что-ли Филя? - Космос усмехался. —Ты что-ли, космическое чудовище? - накинулся на него в "схватке". Деталей своего нового вида спорта Филатов не рассказал. Как и про Велену тоже не произнёс ни слова, как-бы не потался узнать у него Космос. Каменная стена по имени Валера была не пробиваема. Отделался дежурной фразой "не ваше дело". Поддержал в этом выборе его только Саша. Лёгкое напряжение среди парней чувствовалось безусловно. Фил изменился. Удивительно. Как человек, который всегда следовал своим моралям и не менял их, резко стал другим?

***

—Слушаю. —Валентина Львовна, здравствуйте! Соня Нарочинская беспокоит. Вы вернулись с отпуска, а Велена так и не позвонила, хотя обещала. Что-то случилось? Уже прошло несколько дней после возвращения семейства в Москву. От Велены не слова. Это было ну уж очень не похоже на неё. Подруга беспокоилась. —Моя хорошая, здравствуй, не узнала. Заболела наша малышка прям перед отъездом. Температура высокая, антибиотики принимаем, лежит без сил совсем. Наверное поэтому не звонила. Я ей передам, чтобы как ей станет легче набрала тебя. —Ох, ей хоть лекарства помогают? Симптомы какие-то ещё есть? —Сейчас, конечно, чуть лучше, но знаешь же, наверное, ситуацию с Валерой. Она мне рассказала по секрету, ходит вся никакая. Наверное из-за этого так долго и отходит. Ты знаешь что-то о нём сейчас? - Валентина говорила чуть тише, чем изначально. Чтоб никто не услышал. —Он в Москве. Больше ничего не знаю, лично не видела. Пусть Велена выздоравливает. Я переживаю и соскучилась. —Конечно, конечно, передам. Как ей будет получше, заходи к нам, всегда ждём. После телефонного разговора, женщина постучала в комнату дочери, тихонько зашла, боясь, что та спала. Но Рай не спала. Тихо плакала, уткнувшись в подушку. мать присела рядом с ней, поглаживая белоснежные волосы. —Веля, температура же подымается от плача, ещё хуже себе делаешь. Только сбили ночью. —Зачем он мне снится? - развернулась к матери. Глаза были опухшие, на губах от заразы внутри появились болячки, так ещё от стресса девушка всё расковыряла. —Потому что ты думаешь о нём, зайчик. Ты ещё маленькая, ничего не понимаешь в любви, будет у тебя ещё таких Валер вагон и маленькая тележка. —А ты что, много понимаешь в любви? - девушка поднялась с кровати, шмыгая носом. —Вы с папой не глядите друг на друга, так как мы с Валерой... Вы не смеётесь, не играете, не обнимаетесь, живёте, как соседи, - от выплеснувших эмоций, слёзы сменились истерикой, что воздуха в лёгких не хватало, она закашляла. Велена долго держала эти мысли в себе. Она не понимала, как мать терпит столько лет отца. Она не видела счастливой семьи дома, только на показ, когда это надо отцу. Почему они были вместе, если давно друг друга не любят? Почему Валера бросил её, если знает, что он точно любит? Валентина молчала. Понимала, что дочь говорит правду. Но правда настолько резала душу, что найти подходящих слов было невозможно. Женщина обняла сидящую напротив. —Тебе Соня звонила. Переживает. Я принесу тебе водички, перезвони ей, как будешь готова говорить.

***

Солнечный луч бил прямо в глаза, хотя, откуда солнце, если шторы точно закрывали? Именно с такой мыслью открыла глаза Софа. Время на часах показывало 10 часов утра. В планах было встать намного раньше. Космоса рядом не было. Показалось, что это сон во сне, но нет, она не спала. В дверном проёме она увидела Холмогорова, с подносом в руках. —Доброе утро, соня, - от своих же слов парень посмеялся. —Ну ты поняла меня, люблю так твоё имя. Шикарный завтрак в постель для прекрасной девушки на свете. Овсянка с вареньем, гренки и зелёный чай с ирисками на блюдце. Всё что так она любила. —Спасибо большое, но я чувствую какой-то подвох. Колись. Встал раньше меня, убрался, завтрак приготовил. Что-то натворили уже? - приступила к горячей овсянке. Космос ждал другой реакции. Но она была почти права. Ему что-то действительно надо было. —Тут Валера объявился же, ну, я говорил. Хотим с пацанами собраться, за городом, там наши все будут, старшие тоже. Вернусь к утру. Отпустишь? —Ты знаешь, что крепостное право отменили почти 130 лет назад. Ты свободный человек, езжайте куда хотите. Я займусь работами своими в тишине. Ещё раз спасибо за завтрак, такое утро мне нравится, - послала воздушный поцелуй парню, продолжая завтракать. Космос уехал довольно быстро. Были ещё какие-то дела. Наконец-то наступило время, когда на связь выходила Германия. В суете последних недель они совсем не успевали созвонится. Брагины уезжали в Гамбург на конференцию полным составом, связи практически не было, да и желающих дозвониться до дома было слишком много. Марине и Олегу предложили очень выгодное предложение по работе, только вот это означало, что в Германии придётся оставаться на подольше. Они ещё думали, как сделать лучше. По дому они скучали не меньше. Старшая поддерживала любой из выбор. Она скучала очень, без семьи тяжело, но и их любовь к профессии и делу понимала. Марго поведала о немецкой школе, о её успехах там, о новых друзьях. Конечно же, узнавала всё про Космоса, расстроилась, что дома его не было. Когда время разговора закончилось, на душе повисла тоска. Это расставание почему-то было тяжелей предыдущего. Только усевшись за разбор вопросов очередного экзамена, подготовку прервал звон телефона. —Соф, прости, что не звонила раньше. Разговаривать почти не могла. Температура вот только - только на чуть - чуть спала. —Как я рада тебя слышать. Скучала безумно, одной я мальчиков не выношу. Рассказывай об отдыхе, морюшке, если тебе удобно. Я вся в предвкушение. Рай рассказала о каждом дне, проведённом на берегу чёрного моря. Прерывалась несколько раз для питья воды, горло ещё не до конца пришло в норму. Во время отдыха Велена много рисовала, собиралась небольшая коллекция, которую ей бы хотелось как можно быстрее воплотить в жизнь, несколько эскизов были сделаны специально для Палей. А закончился рассказ болезнью. Единственная из семьи она ухватила где-то вирус. На выполнение долгов сил практически не было. Каждый день Велена лежала в кровати, встала только за порцией таблеток и водой. Соня поделилась своими событиями. Их было не так много, вечная смена дома и учёбы, изредка, короткая прогулка, инициатором которой становился Космос, выводя девушку из дома. —Не знаю, нужна ли тебе эта информация, но, Филатов вернулся. Космос ничего толком не рассказал. Я слишком зла на него. Лично не видела. —Я ему звонила. От этих слов рыжеволосая чуть не выронила кружку чая на пол. —У меня два вопроса. Зачем? Ладно, одного вопроса мне пока хватит, надо переварить. —Мне было очень плохо. Я поругалась с мамой. Он приснился мне. Дома одна осталась и позвонила. Взял трубку, а я ни слова не смогла сказать. Молчала и положила трубку. Теперь молчала Соня. Чувства Велены ей было страшно представить. Она не была в такой ситуации. В чувства подруги она верила, Валера стал для неё всем, а теперь этого "всё" нет. Была зла, но в тоже время, хотелось поддержать Рай. —Сонь, не молчи ты теперь. Я знаю, что ты хочешь сказать. Я не могу иначе. Люблю его. —А он тебя? Прошу прощения за эти слова, но реально, Вель, ты точно не стучишься в запертую заброшенную дверь? —Я хочу верить, что любит. Сидела возле берега вечером, думала, почему он так поступил? Что-то случилось у него, поэтому так поступил. Палей хотела начать читать лекцию о том, что она считает поступок Валеры низким, неважно, какая на это была причина. Он мог всё объяснить, но решил сбежать. Хоть бы раз за это время он постарался узнать что-то о Велене, как-то объясниться. Подобного не было. Но, резать по открытой ране она не могла. Подругу она любила больше, чем ненавидела идиотство и трусость. Поэтому продолжила слушать любовные терзания. Расставаться тяжело, особенно, когда бросают тебя, а ты любишь. Расставаться в тишине, без причин ещё тяжелей. Строить планы с человеком, отдавать всего себя, а потом ничего. Когда мы любим, готовы простить всё, отдать всё, сделать всё. Но что случается, когда тебе обрезают кислород? Обида, боль, смешанные непонятные чувства, которые не в силах описать. Любовь - прекрасное чувство, в котором нуждается каждый, но как можно говорить о самом прекрасном, если в момент оно становится хуже смерти? Тогда может просто не любить? А без любви мы не можем. Таков парадокс этого мира. —Я зайду к тебе завтра, принесу чего - нибудь вкусного, чтобы ты выздоравливала быстрее. Готова стать орудием примерок, даже без оплаты труда. —Тебе когда-то говорили, что моя подруга - самая лучшая на свете? - её голос стал радостным, даже был слышен смех. —Да? Не верь им. Они просто мою не видели, особенно, когда она смеётся. Реферат за рефератом выходили из - под ручки Палей. Когда её ничего не отвлекало, играла любимая музыка, она работала с невероятной скоростью. Перевыполнив даже свой план, Соня со спокойствием на душе легла в кровать, правда, сон не шёл. А внутри появилось резкое чувство тревоги. Эти переживания она скидывала на то, что просто рядом не было Космоса, поэтому не предала этому особого значения.

***

Раменское. 3 октября. 01:30. Большой серый холодный ангар вопил. Бои без правил. Жёсткие, до крови, до смерти. Ошивались тут все слои молодёжи Москвы. Несколько взрослых богатых людей. Их привлекал экстрим, что-то запрещённое, но такое модное. На ринге сражались все. От обычных пацанов с района, до мастеров спорта. Последним был Филатов. Некогда блеставший на соревнованиях Союза спортсмен, теперь был заложником опаснейшего недоспорта. Права на ошибку тут не было. Тут ничего не было. Не правил, не чести. Умри, но выиграй. Не было титулов, не было прошлого. Холодные кулаки, кровавые лица и охрипшая толпа. Среди которой затесалась шайка Мухина. Конечно, короли земли были тут как тут. Космос и Витя сразу всё поняли. Ночь будет не тихой. Что-то готовилось. На них. Завязалась драка. Бой без правил продолжался за пределами основного поля боя. Дрались все с другом с другом. Знакомы, не знакомы. Неважно. Бей или бьют тебя. Единственное правило, которое возможно работало там. Толпа на толпу. Удар за ударом. Крики, свист шин и убегающих машин. —Космос, Фила уводи! - крикнул Белов, пропустив удар по лицу от неизвестного Два выстрела. Глухих. Толпа замолчала. Секунда. Нет никого. Разбежались, как муравьи. Космос оттаскивал Валеру от противника по бою. Они ещё не закончили. Но пришлось. Надо было заканчивать это мракобесье прямо сейчас. Линкольн гнал с огромной скоростью. Летел по улицам, несмотря на светофоры и знаки. Нужно было как можно быстрее доехать до безопасного места. Когда они подъехали к Москве, машина наконец-то остановилась. —Чёт я не понял, кто стрелял, Космос? —Да этот, по-моему, у которого грудь колесом. Из машины вышли все, кроме Валеры. Ему досталось сполна. Саша отдал свою олимпийку. Филатов сидел в одной майке и лёгких штанах, босой. Витя был расстроен, что потерял любимую кепку. Космос стоял в стороне, говорил себе под нос. —Пацаны, а какой сегодня день, а? —Ты че? - Белов присел перед Филом, выглядываясь в глаза товарища. —Ничего не помню. Послышалось тяжёлое Холмогоровское "беда". Пчёла не знал, что сказать. —Я должен был Велену провожать. Куда мы так неслись? Истерический смех. Никто ничего не понимал. Валера действительно ничего не помнит? —А как меня зовут? —Да кончай ты уже, - Саша не верил. —Зоофил - прижался к машине в порыве смеха. Казалось бы, всё хорошо, не считая юмора Филатова. Только когда тот резко потускнел и отключился, стало не до смеха. Все перепугались знатно. Он не реагировал на попытки для пробуждения. Тут стало не по себе. Что делать? Не аптечки, ничего рядом не было. В больницу ехать не вариант. Можно было жёстко влететь. Космос побежал в сторону ближайшей будки телефона. Саше и Вите удалось привести в чувства друга, но как тот вернулся, тут же снова провалился. Раз звонок. Два. —Ну ответь, Красавица. Проснись. Третий час ночи. В спальной комнате кричал телефон. Только девушка в кровати продолжала спать. —Космос, возьми телефон, - рукой дотронулась подушки. Никого не было. Софа проснулась и поняла, что звонят ей. Подскочила к телефону. —Красавица, у нас проблема. Нам нужна твоя помощь. И если как-то возможно, пройти в квартиру незаметно. Не привлекая внимания. Долго говорить не могу. Минут 15 и будем. Всё объясню. Девушка только хотела что-то сказать, но звонок прекратился. Ещё около минуты она слушала тишину в трубке. Пока не дошло. Беда. Как она оказалась на первом этаже буквально за секунду, не помнила. Только пыталась отдышаться, чтобы не вызвать подозрений. —Милая моя, чего же ты в такой поздний час спустилась? Что-то случилось? - Валерия Борисовна включила свет на столе, осветив входную часть дома. Думать времени не было. —Доброй ночи. Приехал знакомый родителей с Германии. Привёз мне таблетки новые. Он в Москве буквально на пару часов, надо дальше уезжать куда-то. Вот спустилась забрать, - какую же чепуху она несла. —Через сколько он будет? —Обещал минут через 15, - от волнения щёлкала пальцами. —Посиди здесь, подождёшь, а я бы отошла, полежать очень хочется на диванчике, спина устала. Камеры всё ране работают, никто не узнает. Постучишь, как уйдёшь. Вот она удача. Не думая не секунды согласилась. Через минут 10, как ей казалось, ожидания, решила встретить ребят сразу на улице. Открыла массивную дверь и ждала. Было холодно, она совсем не заметила, как совершенно не оделась. Стояла в лёгкой рубашке, застегнутой на три пуговицы, спальных шортах и тапках отца. Линкольн остановился недалеко от входа. Высадив друзей, Космос отъехал припарковаться. Пчёлкин и Белов несли Валеру под руки. В темноте было трудно рассмотреть, что с ним было. Времени спрашивать тоже не было. —Как мыши. В лифт, - скомандовала шёпотом девушка. Пока ребята поднимались, добежала до коморки консьержки, доложить, что та уже уходит. Возле лифта стоял Космос. Его взгляд был потерянный. Он молчал, пока поднимались, слегка коснулся руки девушки. Его руки были холодными и слегка тряслись. Поднявшись на 12ый этаж, дверь в квартиру была открыта на распашку. В суматохе, будучи сонной, Софа совсем забыла про дверь. Главное, чтоб там никого не было. В гостиной Филатова уложили на диван. Вооружившись фонариком, холодной повязкой и аптечкой, Палей стала осматривать Филатова. Как жаль, что он в отключке. Ей так хотелось высказать ему всё, что она думала о нём за последние недели. Но, судя по его лицу, кто-то сделал это за неё. —Паш, ты всегда так встречаешь гостей? —Пчёлкин, заткнись. Объясните, где вы были? Почему все потертые и что с Филатовым? Вообще, кто - нибудь, поднимите ему ноги.