Перерождение: внезапная ясность

Город Лиюнь не был особенно ориентирован на образование. Поэтому, хотя школа №1 считалась лучшей средней школой города, её влияние оставалось довольно скромным. Директор школы Тао Фанчжэн занимал свою должность уже много лет, но никогда прежде не принимал визит столь высокого уровня. Теперь, когда наконец появился шанс показать себя, он не смел проявить ни малейшей небрежности.    Едва положив трубку, он немедленно созвал экстренное собрание всех сотрудников школы. Совещание прошло чрезвычайно строго. Он расписал подготовку до мельчайших деталей — от санитарии до порядка на территории. Даже столовую не оставили без внимания.    Ещё до окончания собрания несколько поваров, получив деньги, которые директор достал из собственного кармана, вскочили на трёхколёсные тележки и на полной скорости помчались на рынок покупать продукты. Рыба, мясо, яйца и молочные продукты заполнили сегодня школьную столовую. Административные сотрудники все вместе вышли наводить чистоту и приводить в порядок зелёные насаждения.        Тао Фанчжэн даже тщательно вытер свой обычно блестящий от жира лоб, чтобы он стал матовым, надел строгий костюм, который почти никогда не носил, и вместе с учителями встал на школьном стадионе, выпрямив спины и с нетерпением ожидая приезда руководства.    Уже наступило начало лета. В южных краях полуденное солнце палило, словно огонь: стояла удушливая жара, от которой становилось трудно дышать. Очень скоро она начинала раздражать и выводить из себя. Ли Юйжун всё ещё была с головой, утыканной бигудями, которые пока нельзя было снимать. Новое платье, которое она только что надела, почти промокло от пота. Не выдержав, она предложила: — Может, мы посидим в офисе, а когда они приедут — тогда и выйдем? — Что ты понимаешь? Не говори глупостей, — впервые Тао Фанчжэн не стал ей потакать.     Он усмехнулся про себя: а что подумают руководители, если приедут и увидят, что вся делегация школы прячется в учебном корпусе, спасаясь от жары? Если бы не боязнь переборщить, Тао Фанчжэн вообще бы купил несколько тысяч хлопушек и повесил их у входа, чтобы торжественно взорвать при встрече гостей. Заместитель директора стоял сзади Ли Юйжун, зажатый в толпе. Он смотрел на мужчину и женщину впереди, которые стояли почти вплотную друг к другу, и хмурился. Стоявший рядом заведующий учебной частью покачал головой и тихо сказал: — Это возмутительно… просто возмутительно.    Сейчас был самый важный этап подготовки выпускников к экзаменам. Все учителя, у которых шли занятия, не смели расслабляться — все продолжали вести уроки как обычно. Так почему Ли Юйжун — исключение? Мало того, директор поставил её стоять впереди заместителя директора! Она обычный учитель, её способности ничем не выдаются. На каком основании?    Стиль работы всей школы уже давно испорчен этими двумя людьми. Заведующий учебной частью, всё больше возмущаясь, сказал заместителю директора: — И это ещё не всё! Ты слышал, что он только что приказал на собрании?! А?! — Что? — повернулся к нему заместитель директора. — Школьная столовая — ученики на неё жалуются уже бесчисленное количество раз. И что он тогда говорил? Что детям полезно есть больше овощей для здоровья и роста! — с горечью усмехнулся он. — А теперь, когда приезжает руководство, он вдруг решил для вида купить мясо! Почему же он теперь не говорит, что овощи полезны для здоровья? Бедные наши дети…    Заместитель директора тяжело вздохнул. Директор много лет работал в первой школе, его влияние было глубоко укоренившимся, его авторитет — давящим. Хотя он сам был заместителем директора, в финансовых вопросах у него не было ни малейшего права голоса. Он ненавидел это положение, но ничего поделать не мог. Заведующий учебной частью сочувственно похлопал его по плечу и мрачно добавил: — Это ещё не всё. Знаешь, что он тайком передал старшим по параллелям? — Что? При этих словах заведующий учебной частью сжал зубы: — Он приказал передать классным руководителям обычных классов: если вдруг начнётся перемена, а проверяющее руководство ещё не уедет, учителя должны строго следить за учениками, особенно за теми, кто обычно ведёт себя слишком активно. По возможности пусть вообще не выходят из классов. А особенно — ученики пятого класса. Даже если им всё-таки придётся выйти, пусть держатся тихо и ни в коем случае не пользуются центральной лестницей учебного корпуса!    Заместитель директора выслушал это и вспыхнул от гнева. Разве директор школы может говорить такие вещи? Классные руководители, которым передали этот приказ, должно быть, почувствовали себя глубоко оскорблёнными! А если ученики обычных классов узнают о таком открытом неравенстве и презрении, как им будет больно? От злости у него даже задрожали руки. Он уже собирался подойти к директору Тао Фанчжэну и потребовать объяснений. Но в этот момент школьный охранник, дежуривший у перекрёстка, с криком прибежал обратно: — Едут! Едут! Приехало много чёрных машин!     Все присутствующие мгновенно собрались. Ли Юйжун поспешно сняла с головы все бигуди. Тао Фанчжэн принял торжественно серьёзный вид. Увидев это, заместитель директора мог только отказаться от своей затеи. Ду Кан посмотрел из окна машины на десятки ожидающих лиц и не удержался от улыбки. Он повернулся к своему секретарю и сказал: — Столько лет прошло, а первая школа совсем не изменилась. Секретарь тоже улыбнулся: — Если бы вы не сказали, я бы и не вспомнил. Ведь первая школа — старейшая ключевая школа нашего города Лиюнь, и к тому же ваша альма-матер, не так ли? Ду Кан кивнул, взгляд его был доброжелательным. — Я до сих пор помню имена тогдашнего директора и своего классного руководителя. Это были по-настоящему выдающиеся учителя — они относились к ученикам с добротой и ответственностью, и именно они заложили прочную основу моей жизни. Только позже их перевели работать в провинцию, и с тех пор мы больше не виделись. Я часто о них вспоминаю. — У нынешних учителей оценки тоже очень хорошие, — сказал секретарь, выходя из машины и открывая ему дверь. — Вы при всей своей занятости нашли время вернуться и проверить свою альма-матер — вы человек, который умеет ценить чувства. Ду Кан улыбнулся и принял эту лесть, хотя прекрасно понимал, что его настоящий мотив гораздо сложнее. Та группа влиятельных руководителей вместе с древностями уже тихо уехала, оставив после себя лишь следственную группу и нервничающее руководство города Лиюнь, во главе с ним. Ду Кан пережил самое большое унижение за всю свою жизнь. Уже несколько дней он почти не спал. Само чувство стыда было ещё не самым страшным — гораздо больше его тревожило, как всё это оценят вышестоящие руководители и не повредит ли случившееся его будущей карьере. Ду Кан не хотел видеть наихудший исход. Ему необходимо было как можно скорее предпринять меры и исправить ситуацию. Он вспомнил того молодого человека, который тогда сопровождал господина Фана во время спасения. В тот день господин Фан ради него почти впервые пришёл в настоящую ярость, а прибывшие специально руководители действовали с беспрецедентной скоростью и даже ясно заявили, что будут расследовать дело до конца. Перед глазами словно стояла густая пелена тумана — Ду Кан никак не мог понять, кто же на самом деле этот человек. По всем имеющимся у него документам это был обычный юноша, родившийся и выросший в Лиюне: родители разведены, воспитывался у дедушки, у которого было немного имущества. Но такой, казалось бы, обычный парень вдруг всколыхнул всю провинцию Цюньнань. В последние дни до него также дошли слухи из провинции: якобы этому юноше, пожертвовавшему древности, собираются вручить серьёзную государственную награду. Тогда Ду Кан сразу понял — тянуть больше нельзя. В его собственном городе оказался человек такого масштаба, а он сам, словно слепец с открытыми глазами, ничего не заметил. Директор первой школы уже поспешил навстречу и даже раскрыл зонтик от солнца, осторожно держа его над головой Ду Кана. Ду Кан улыбнулся: — Директор Тао, в такую жару мы вас побеспокоили. — Что вы, что вы! Какое же это беспокойство! — Тао Фанчжэн почти не смел дышать и изо всех сил растягивал улыбку. — Все учителя и ученики нашей первой школы искренне рады и глубоко польщены вашим визитом. Сказав это, он поспешно подозвал стоявшую позади, немного растерянную, Ли Юйжун и представил её: — Это классный руководитель нашего ключевого выпускного класса — первого класса, Ли Юйжун. Она очень восхищается вами. Когда узнала, что вы приедете, она была так взволнована! Ду Кан посмотрел на Ли Юйжун, глаза которой буквально светились, слегка пожал ей руку и кивнул: — Учитель Ли в таком молодом возрасте уже руководит ключевым классом — значит, её педагогические способности действительно выдающиеся. Настоящая женщина, не уступающая мужчинам. Он говорил обычные вежливые слова, но на самом деле внутри уже начинал терять терпение. Бросив взгляд на учебный корпус, он сразу понял, что сейчас идёт урок. Тем временем из машин позади уже вышли остальные члены инспекционной группы. Ду Кан прервал Тао Фанчжэна, который собирался ещё что-то рассказывать о Ли Юйжун. Его улыбка слегка исчезла, а от всей его фигуры стало исходить тихое, но внушительное давление. — Директор Тао, все уже ждут. Давайте без лишних разговоров — лучше быстрее зайдём внутрь. В это время ученики первой школы как раз сидели на последнем утреннем уроке. Ду Кан шёл по школе спокойно и незаметно, но на самом деле внимательно наблюдал и прислушивался ко всему вокруг. Краем глаза он постоянно вглядывался в лица учеников, словно что-то искал. Особенно когда они проходили мимо ключевых классов, он замедлял шаг и почти просматривал лица одно за другим. Но, к сожалению, той самой знакомой и запомнившейся ему лица он так и не увидел. Неужели разведданные ошиблись? Неужели он вообще не учится в первой школе? Но это же невозможно! Ду Кан немного занервничал, хотя на лице это никак не отражалось. Разве что взгляд, которым он смотрел в классы, стал чуть более внимательным. Ли Юйжун заметила, что по дороге Ду Кан дольше всего задержался именно возле её ключевого класса, и её радость была почти невыразимой. Она переглянулась с директором Тао Фанчжэном, и тот сразу вышел вперёд, чтобы представить: — Это как раз ключевой класс, за который отвечает учитель Ли. Ученики первого класса показывают отличные результаты, они и по успеваемости, и по поведению — лучшие из лучших среди учеников нашей первой школы. Ду Кан рассеянно кивнул и автоматически произнёс вежливую фразу: — Похоже, всё это благодаря хорошему руководству учителя Ли. Услышав это, Ли Юйжун чуть не подпрыгнула от счастья. Она изо всех сил прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться вслух от восторга. Ду Кан снова огляделся и посмотрел в сторону другого конца коридора. Они уже поднялись на третий этаж, но Тао Фанчжэн ни разу не повёл его туда. Там освещение было заметно более тусклым, и отсюда почти ничего нельзя было рассмотреть. Ду Кан не удержался и спросил: — А что находится там? Это же пятый класс! Тот самый пятый класс, куда в каждом потоке собирают всех самых проблемных учеников! У директора Тао сердце сразу подскочило. Он быстро обменялся взглядом с Ли Юйжун и с улыбкой ответил: — Там… туалеты. У Тао Фанчжэна был свой расчёт. Ученики пятого класса, особенно выпускного пятого класса, просто не признают никаких правил и авторитетов. Они даже посмели бойкотировать уроки английского Ли Юйжун, а их оценки — сплошная катастрофа. Кто знает, что они могут выкинуть перед руководством? Во время такой важной инспекции нельзя допустить ни малейшей ошибки. Поэтому лучше вообще не позволять им выходить и позорить школу. Ду Кан ничего не заподозрил и кивнул. Тао Фанчжэн сразу продолжил: — Скоро прозвенит звонок. Может, сначала зайдём в мой кабинет? Выпьем по чашке горячего чая? Мы уже подготовили все списки ученических наград и списки на целевое зачисление, остаётся только, чтобы вы их просмотрели и утвердили. А к обеду, если позволите, вы могли бы пообедать в нашей школьной столовой. В столовой первой школы блюда всегда сбалансированы — и мясо, и овощи, питание полноценное. Уверяю вас, руководители не будут разочарованы. Ду Кан тихо вздохнул про себя, размышляя, где же могла возникнуть ошибка, и на такое предложение мог лишь кивнуть в знак согласия. Едва Тао Фанчжэн договорил, раздался звонок на перемену. Ду Кана поспешно прикрыли в углу коридора, чтобы поток учеников, выходящих из классов, не столкнулся с ним. Всем пришлось несколько минут подождать. Когда они уже собирались идти дальше, вдруг краем глаза Ду Кан заметил что-то. В тот момент словно ударил гром, вспыхнуло золотое сияние, и весь мир вокруг — люди, предметы, птицы и звери — будто исчезли. В конце коридора, в тусклом свете, появился юноша в обычной школьной форме, окружённый одноклассниками. Он выглядел точно так же, как при их первой встрече: худощавый, с мягкими чёрными короткими волосами, с красивым, но холодным лицом без выражения. От него исходила естественная аура, благодаря которой он сразу выделялся среди других учеников. Линь Цзинчжэ! Он нашёл его! Ду Кан едва удержал на лице своё обычное спокойствие. Его взгляд намертво прилип к цели. Увидев, что юноша уже собирается развернуться и уйти, он поспешно окликнул: — Линь Цзинчжэ, соученик (одноклассник)! Линь Цзинчжэ по привычке повернул голову. Увидев Ду Кана, он сначала как будто присмотрелся, а затем его слегка нахмуренные брови расслабились. Вокруг того сейчас стояло много школьного руководства — похоже, они занимались делами. Линь Цзинчжэ кивнул в знак приветствия и подумал, что лучше не мешать их работе. Но неожиданно Ду Кан прямо раздвинул толпу и быстрым шагом направился к нему. Подходя, он уже улыбался тёплой и дружелюбной улыбкой. Подойдя ближе, он даже первым протянул руку: — Соученик Цзинчжэ, значит, это действительно ты. Мы снова встретились. Линь Цзинчжэ не понимал его намерений, но тоже улыбнулся. При этом он незаметно внимательно наблюдал за его поведением, протягивая руку: — Здравствуйте. Ду Кан обхватил его худую и тонкую ладонь обеими руками и серьёзно пожал её. На его лице появилась самая искренняя и тёплая улыбка с тех пор, как он вошёл в ворота школы №1. А позади него, в углу коридора, все школьные руководители, которых он внезапно бросил, стояли совершенно ошеломлённые. Тао Фанчжэн тупо смотрел на его спину — на ту самую спину, которая выглядела совсем иначе, чем когда он разговаривал с ним самим. Он даже начал серьёзно размышлять, не слишком ли он сегодня перенервничал и не начались ли у него галлюцинации. В его сердце бушевало невыразимое потрясение. Он механически сделал шаг и, следуя за секретарём, который уже пришёл в себя и поспешил вперёд, попытался заставить свой заторможенный мозг работать. Ду Кан только что назвал чьё-то имя… чьё же? Взгляд Тао Фанчжэна внезапно остановился. Он наконец вспомнил. И наконец увидел ясно. И тут же ноги у него подкосились. Он запутался в собственных шагах и с грохотом грохнулся на пол.