Перерождение: внезапная ясность

Падение получилось настолько громким, что все вокруг невольно повернули головы. — … — Ду Кан удивлённо спросил: — Директор Тао, это вы…?     Тао Фанчжэн в панике попытался подняться. Он пробовал несколько раз, но встать смог только после того, как Ли Юйжун поддержала его под руку. Выпрямившись, он с трудом удержал на лице неловкую улыбку, хотя пот уже катился по щекам. Он вытер пыль и пот о брюки и слабым голосом объяснил: — Пол… скользкий… скользкий… — Так не годится. Даже вы поскользнулись — а если бы упал ученик, что тогда? — сказал Ду Кан. — Это нужно исправить. — Исправим, исправим, обязательно исправим! — Тао Фанчжэн беспрестанно кивал. Лишь когда взгляд Ду Кана наконец оторвался от него, он облегчённо выдохнул, но сердце всё равно поднялось к самому горлу. Он сглотнул и по привычке повернул голову — и столкнулся взглядом с таким же испуганным взглядом Ли Юйжун. Ли Юйжун всё время подталкивала его в поясницу рукой. Тао Фанчжэн дважды попытался её оттолкнуть, но чем больше он отталкивал, тем настойчивее она толкала. Помедлив, он всё же шагнул вперёд и осторожно спросил: — Товарищ секретарь Ду… вы и ученик нашей школы Линь Цзинчжэ… знакомы? Увидев, как пот струится по лицу Тао Фанчжэна, Ду Кан тоже почувствовал, что что-то не так. Он вдруг вспомнил, как недавно указывал в ту сторону и спрашивал, что там находится, а Тао Фанчжэн ответил, что там туалет. Туалет? Да, запах действительно был — стоя здесь, его можно было почувствовать. Но ведь там ещё и целый класс! Внутри сидит пятьдесят или шестьдесят учеников! Не говоря уже о том, насколько безответственно заставлять учеников учиться в таком плохо освещённом и пахнущем месте, один только факт, что Тао Фанчжэн только что очевидно солгал, наводил на мысль: он что, хотел просто стереть существование этого класса? Сегодня Ду Кан в основном приехал из-за Линь Цзинчжэ. Но теперь, когда он действительно нашёл его, сердце у него стало ещё тяжелее. Он спокойно посмотрел на Тао Фанчжэна и ответил: — Да, знакомы. Знакомы! Руки Тао Фанчжэна тут же дрогнули. Он повернул голову и увидел совершенно спокойное лицо Линь Цзинчжэ. Ему захотелось подбежать и схватить его за плечи, трясти изо всех сил и кричать: Да ты, чёрт возьми, знаком с таким человеком, как Ду Кан! Почему раньше не сказал?! Почему не сказал?! Почему не сказал?! Эмоции Ду Кана были как бездонная пропасть — Тао Фанчжэн изо всех сил пытался разглядеть в них хоть какую-то подсказку, но ничего понять не смог. Он лихорадочно вспоминал всё: перевод Линь Цзинчжэ в другой класс, бойкот уроков… Чем больше он вспоминал, тем сильнее росла тревога. Он очень боялся, что Линь Цзинчжэ уже рассказал Ду Кану об этих вещах. Или рассказал частично. Или рассказал под каким-то определённым углом. Линь Цзинчжэ поймал на себе странный взгляд директора, в котором было что-то между плачем и улыбкой, и искренне не понял, в чём дело. Из-за появления этой группы людей ученики пятого класса, которые уже собирались идти на обед, остались на месте. Директор и Ли Юйжун редко появлялись в этой части школы, а сегодня ещё привели с собой целую толпу незнакомцев. Что они опять задумали? Нужно держаться вместе и встретить всё сообща. Линь Цзинчжэ понимал, что это, скорее всего, какая-то инспекция, и быстро она не закончится. Он заметил, что ученики в классе смотрят настороженно, словно надвигается буря, и повернулся к Дэн Майю: — Скажи всем, чтобы сначала пошли поесть. Дэн Май колебался, но Линь Цзинчжэ махнул ему рукой — и он по привычке всё равно послушался. Увидев эту сцену, Ду Кан мысленно отметил это для себя. Чем больше он об этом думал, тем сильнее убеждался, что происхождение Линь Цзинчжэ вовсе не простое. Надо будет найти возможность тщательно проверить его прошлое. Он мысленно добавил это в список дел. Когда Линь Цзинчжэ вошёл в столовую, он едва не выругался. Чёрт побери. Столовая первой школы находилась в одноэтажном здании позади главного учебного корпуса. С тех пор как Линь Цзинчжэ переродился, он ни разу не видел её такой чистой, как сегодня. Окна сияли, пол был без обычных жирных пятен. На бетонном полу ещё виднелись не высохшие следы воды — видно было, сколько усилий приложили, чтобы срочно всё отмыть. За идеально вычищенными витринами стояло больше десяти разных блюд! Большие тазы с блестящей жиром красной тушёной свининой, целые золотистые, хрустящие жареные жёлтые рыбки, толстые куриные ножки, рёбра в сахарной глазури… По сравнению с обычным меню это выглядело почти как государственный банкет. Ученики в столовой настолько поразились, что просто остановились на месте. В первой школе питание было бесплатным, поэтому обычно самым «мясным» блюдом считалась яичница с помидорами. И даже её удавалось получить только если повезёт. Ученики бесчисленное количество раз жаловались на столовую, но школа всегда делала вид, что ничего не происходит. Им отвечали, что финансирование на питание ограничено, у школы нет лишних средств, поэтому может быть только такой стандарт. Не нравится — можете не есть. Ду Кан, разумеется, не знал всей подоплёки происходящего. Увидев такое количество блюд, он остался очень доволен, кивнул и похвалил: — Неплохо. Дети как раз находятся в возрасте, когда организм растёт, так что так кормить их очень правильно. Ни в коем случае нельзя экономить на питании. Продукты каждый день должны быть свежими и питательными. Я думаю, можно было бы ещё добавить суп на костях. Тао Фанчжэн поспешно закивал: — Обязательно, обязательно! Я непременно строго выполню ваши указания. Линь Цзинчжэ, которого непонятно как втянули в эту компанию, подумал про себя: Ха-ха. Он размышлял, играет ли Ду Кан просто роль для вида или говорит искренне, и насколько он вообще осведомлён о том, как обстояли дела в первой школе раньше. Тао Фанчжэн, кивая, всё это время внимательно следил за выражением лица Линь Цзинчжэ. Он нервничал так, что ему казалось — ещё немного, и случится сердечный приступ. Ему казалось, что этот ученик — как бомба замедленного действия, которую невозможно обезвредить. Никто не знает, когда именно она взорвётся, поэтому каждая секунда ожидания до этого момента была настоящей пыткой. Какими бы вкусными ни были блюда перед ним, сейчас для него всё это было словно жевать воск. Тао Фанчжэн чувствовал мучительное беспокойство и невольно начал в душе ворчать на Ли Юйжун, которая, перепугавшись, уже спряталась в самом конце делегации, стараясь, чтобы Линь Цзинчжэ её не заметил. Ду Кан оглядел столовую. Смотря на эти чёрные макушки, густо толпящиеся, словно цыплята, он почувствовал удовлетворение и подумал, что эта поездка в целом прошла успешно. Его альма-матер всё ещё оставалась той самой школой, которую он помнил — школой, где воспитание учеников стоит на первом месте. Нынешний директор первой школы, хоть и имел некоторые недостатки в способностях, в целом был человеком довольно неплохим. По крайней мере, на еде для учеников он явно не скупился. Подумав так, Ду Кан вежливо отказался от приглашения Тао Фанчжэна пообедать в отдельной комнате для руководства. Он просто выбрал обычный стол, сел за него и жестом пригласил Линь Цзинчжэ сесть рядом. Ду Кан не обращал внимания на тревожное выражение лица Тао Фанчжэна — он был занят собственными мыслями. Он думал, что ему всё же следует спросить Линь Цзинчжэ, какие именно указания дал господин Фан по делу о расследовании древностей. Но начинать разговор резко было бы странно. Подбирая слова, он начал издалека: — Если посчитать по времени, в выпускных классах первой школы скоро должны проходить пробные экзамены, верно? Тао Фанчжэн поспешил ответить: — Уже прошли на прошлой неделе. — Вот как? — Ду Кан улыбнулся и посмотрел на Линь Цзинчжэ. — Соученик Цзинчжэ, как у тебя прошёл экзамен? Выпускной класс — переломный момент в жизни. Если в учёбе возникают трудности, обязательно нужно сразу об этом говорить. Тао Фанчжэн, желая подлизаться к Линь Цзинчжэ, сразу же вмешался: — Товарищ секретарь Ду, вы, возможно, не знаете: ученик Линь Цзинчжэ очень трудолюбив и старателен, а его результаты просто выдающиеся. На втором пробном экзамене он занял первое место во всём выпускном классе, а по математике и химии получил полный балл! Линь Цзинчжэ остановился, держа палочки над тарелкой. Кончиком палочек он лениво постукивал по блюду, опёрся рукой о стол и с лёгкой усмешкой посмотрел на него. — Настолько хорошо? — Ду Кан кивнул, похвалив, но затем вдруг нахмурился. — Соученик Цзинчжэ, при таких результатах… почему ты не в ключевом классе? Как только прозвучал этот вопрос, лицо Тао Фанчжэна мгновенно застыло. Линь Цзинчжэ отвёл взгляд, взял кусок мяса и равнодушно ответил: — Раньше был. Ду Кан слегка опешил: — Раньше? — Угу. — Линь Цзинчжэ отодвинул кусочек имбиря из тушёной свиной ножки. — Потом перевели. Ду Кан совсем запутался: — Почему перевели? Линь Цзинчжэ усмехнулся, повернул голову и посмотрел на него: — Это вы лучше у нашего директора Тао спросите. Услышав это, Ду Кан сразу посерьёзнел. Смысл слов Линь Цзинчжэ был очевиден — перевод произошёл не по его желанию. Его острый взгляд тут же впился в лицо Тао Фанчжэна: — Что происходит? Тао Фанчжэн в этот момент почти возненавидел Ли Юйжун. Он выдавил натянутую улыбку и стал объяснять: — …Главным образом… главным образом потому, что у ученика Линь Цзинчжэ… тогда на первом пробном экзамене результаты были немного ниже обычного… — Что?! — Ду Кан мгновенно понял, какие тут скрываются махинации, и тут же рассердился. — Это же полный абсурд! Несколько членов инспекционной группы, сопровождавших его, тоже не смогли промолчать: — Да, именно! Выпускной класс — самый важный период для ученика. Из-за одного неудачного пробного экзамена произвольно переводить ученика в другой класс — это просто издевательство над образованием! — Вы хоть подумали, как это скажется на психике ребёнка?! — Да-да-да… — Тао Фанчжэн уже не мог даже удерживать свою натянутую улыбку. — Это моя ошибка, я уже осознал её и как раз собирался перевести ученика Линь Цзинчжэ обратно в прежний класс… Линь Цзинчжэ спокойно перебил его: — В этом нет необходимости. Тао Фанчжэн замолчал. Линь Цзинчжэ повернулся к Ду Кану и пояснил: — По сравнению с первым классом мне больше нравится атмосфера пятого класса. Моя нынешняя классная руководительница, учитель Ху Юй, тоже очень ответственная. Поэтому возвращаться в другой класс не нужно. — Но если говорить не о переводе… — Линь Цзинчжэ небрежно бросил фразу, которая прозвучала как гром среди ясного неба: — По сравнению с переводом в другой класс… не важнее ли восстановить уроки английского у пятого класса? Ду Кан сначала даже не понял, о чём речь. Он смотрел, как Линь Цзинчжэ после этих слов спокойно продолжает есть, и машинально повторил: — Восстановить уроки английского у пятого класса? Но уже в следующую секунду он внезапно осознал смысл сказанного: — Ты хочешь сказать… что у вашего пятого класса сейчас вообще нет уроков английского? Линь Цзинчжэ, как и прежде, спокойно кивнул: — Раньше были. Раньше были! Раньше были! Раньше были! Ду Кан не мог поверить своим ушам. Второй пробный экзамен уже прошёл. Выпускники стоят на пороге самого важного экзамена в своей жизни — гаокао. И в такой критический момент школа №1 не проводит у учеников уроки английского?! Его лицо мгновенно стало таким серьёзным, что стало страшно смотреть. Он с грохотом бросил палочки на стол. Остальные члены инспекционной группы тоже были потрясены. За столом лишь один Линь Цзинчжэ продолжал спокойно жевать. Рядом с Ду Каном один из членов группы — мужчина лет пятидесяти — так разозлился, что у него задрожали руки. Он указал на Тао Фанчжэна: — Это правда или нет?! Тао Фанчжэн даже дышать боялся. Он поспешно начал оправдываться: — Послушайте, тут есть причины… ученики пятого класса сами не хотели ходить на уроки… они выгнали прежнего учителя английского… Он ещё не договорил, как за соседним столом ученики не выдержали. Дэн Май вскочил на ноги и громко крикнул: — Директор Тао, вы вообще собираетесь говорить по справедливости?! Что значит «мы сами не хотели учиться»? Вы бы посмотрели, что за уроки ведёт учитель Ли! Она хоть чему-нибудь нас учила? Кроме самостоятельных занятий и домашнего задания?! — Что ты несёшь! — резко оборвал его Тао Фанчжэн. — Немедленно сядь! — Нет! — Ду Кан уже совсем потерял аппетит. Он широко расставил ноги и опёрся руками о колени. — Пусть говорит. Дэн Май посмотрел на Линь Цзинчжэ. Линь Цзинчжэ едва заметно кивнул. Дэн Май сразу почувствовал уверенность. Он полностью проигнорировал угрожающий взгляд Тао Фанчжэна и вместе с несколькими одноклассниками закричал: — Каждый день она входит в класс и садится у кафедры, чтобы насмехаться над нами! Говорит, что мы мусор! Что наш классный руководитель никчёмный! Что мы в будущем станем отбросами общества! Кто захочет такого учителя?! — Вот именно! Вот именно! Ли Юйжун, сидевшая в конце стола, слушала это — у неё начали дрожать ноги. В душе она кипела от злости. Сжимая палочки, она скрипела зубами и уже мысленно решила: после этого случая обязательно жёстко проучит этих наглых учеников. Но в этот момент сверху раздался низкий, властный голос: — Кто раньше был вашим учителем английского? Кто? В выпускных классах всего один учитель английского. Кто ещё это мог быть? Взгляды всех людей одновременно устремились в одну точку. Увидев это, Ду Кан почувствовал, как у него запульсировали виски. Он глубоко вдохнул, от злости даже усмехнулся, и с подчеркнутой вежливостью спросил Тао Фанчжэна: — Директор Тао… так это и есть та самая классная руководительница ключевого первого класса, которую вы только что мне представили?