Тени Venice Beach

Джефф курил недалеко от клуба. Если что-то нужно будет узнать — зайдет к коллегам, Милена точно даст ему больше информации, чем остальные. Хотя что скажет? Перерезанное горло, труп за мусорными баками, убийца правша или левша, чем резал, выписка из вскрытия. А вот анализ крови будет интереснее всего. Неон смешался с темнотой, оставляя яркие всполохи. Марго, Гора, Тре, Виктория, пустой дом на Седьмой — все это гудело в голове, как помехи. Может быть большой мужик, который снял Марго — Гора? Может. Может и не быть. Старая «Вольво» проглатывала милю за милей, в салоне лениво расползался трек Sensory – Huck.Joris, замедляя ход мыслей. Даунтаун — стеклянные башни меланхолично возвышались над палаточными лагерями Скид Роу. Голливуд — туристы фотографировали розовые звезды на асфальте, не замечая бродяг, спящих на своих пожитках в двух шагах от них. Беверли-Хиллз — красивый и тихий, недоступный обычным людям. Когда опустил стекло, в салон ворвался далекий стрекот цикад. Через сорок минут свернул на эстакаду, ведущую к мосту Колорадо-стрит. Единственное место, где ему удавалось отдохнуть. Мост самоубийц. Очередная городская легенда с оттенком мистики: в год открытия в жидкий раствор бетона свалился рабочий, достать не смогли, так и остался в одной из опор. Потом другие подхватили и стали рассказывать, как душа погибшего является остальным и зовет с собой. Слабый поток машин, людей и того меньше. Интересно, сколько водителей, проезжая мимо, думали, что он тот самый призрак рабочего? Припарковался у пешеходной дорожки. Обычная июньская ночь, безветренная, душная. Почему-то Виктория умудрилась замерзнуть, дешевый флирт. Дошел до середины и остановился, опершись на перила. На другом конце расположилась парочка, явно настроенная на что-то большее, чем поцелуи, увидев его, стали перешептываться. Вдали разливался звук полицейской сирены. Внизу, в сухом русле Арройо-Секо, горел одинокий костер — кто-то из бездомных устроился на ночь. Огонь подрагивал, и Джефф смотрел на него, пока тот из высокого столба не превратился в оранжевую точку. Здесь спокойно. Спокойнее, чем где бы то ни было в Лос-Анджелесе. Интересно, насколько надо отчаяться в этой жизни, чтобы сигануть с моста? Вспомнил про Джона, сына мисс Андерсон. Засунул себе пистолет в горло и нажал на курок. Что же он такого сделал, что это оказалось единственным выходом? Старуха никогда об этом не рассказывала, хотя подробности наверняка знала. Сел на ограждение, свесив ноги вниз, закурил. Где-то вдалеке, за силуэтами пальм и рекламных щитов, угадывался океан — черная масса, которая дышала в такт городу. Город лежал перед ним, как огромный монстр, который почти никогда не спит. Сейчас, в три часа ночи, двигался, гудел, перемигивался огнями. Еще полчаса-час и ненадолго утихнет. Костер погас. Джефф сделал еще одну затяжку и резким движением указательного пальца выбросил окурок, тот вспыхнул яркой искрой и, рассыпавшись, исчез во тьме. Сейчас бы дорогу для настроения, но с места не сдвинулся, остался слушать город, жалея, что наушники остались в машине, как и пакетик с белым порошком. *** Батлер не спешил выходить из машины, уже десять минут сидел уставившись на парковку. Люди сновали без остановки: в форме, в гражданском, уставшие или, наоборот, радостные. До входа оставалось с десяток шагов, как перед ним в отделение через парковку двое патрульных тащили упирающегося парня. Прилично одет, во всяком случае, не похож на бродягу или опустившегося человека, просто перебрал в баре. Не терял хватку, вырывался, поджимал ноги, кричал, что пора всем открыть глаза и увидеть зло, принять Господа как спасителя. Что-то мычал, пытаясь вырваться, из разбитой губы шла кровь. Джефф отошел в сторону, пропуская их вперед. — Покайся… пока не поздно, покайся… — потянулся к нему парень, заметив на себе взгляд. — Ненавижу этот город, — прохрипел он. — Грязь… грязь… Закрывшаяся дверь прервала разговор патрульных, не стесняясь обсуждали, как правильно соврать в отчете, что мужик сам упал. «Оказывал сопротивление при задержании, при попытке надеть наручники, оступился и упал лицом вниз, находящийся рядом патрульный подтверждает. Видеофиксация отсутствует ввиду технической неисправности», — мысленно проговорил Джефф. Формулировок можно придумать кучу. Чем работа в полиции не творческая? Иногда бывают такие сюжеты, что и не снились голливудским режиссерам. Давний коллега ушел в киноконсультанты и неплохо устроился. А напарник всегда все подтверждает, кроме Джины. Лео вдохновенно врал о ночи с рыжеволосой бестией, не дававшей ему спать до самого утра. В подробностях описывал огромные сиськи, которые видел разве что во сне. Старался говорить громко, чтобы все слышали. Новичок Кристофер сидел рядом и активно кивал, стараясь прибиться в коллективе, хоть к кому-нибудь. В кабинет влетел Рикардо Ро — самый спокойный и неконфликтный в их змеином клубке, любил вкусно поесть, посмотреть бейсбол и всегда ходил в мятой рубашке. Вечно измученный семейными проблемами и набегами бесконечных родственников, обычно помалкивал, но сейчас, взъерошенный, сияющий, почти кричал: — Жена вчера родила! Господи… У меня теперь четыре дочери. В доме пять женщин. Маркус, умоляю, дай мне больше смен. Мне нужно где-то прятаться! Маркус ограничился кивком. Джефф делал вид, что не замечает его, разбирался в ящике стола. Джина по-дружески хлопнула Ро по плечу: — Поздравляем, герой. Она негласно была ответственной за организацию корпоративов, всегда знала, где заказать букет со скидкой или обед недорого. — Вечером собираемся в кафешке на Венисе. Джефф, ты идешь? — явно надеялась на отказ. Последняя подобная посиделка с коллективом закончилась дракой Джеффа и Лео. Последний перебрал дешевого пива и решил вновь докопаться до Батлера. Больше всего тогда возмущался Маркес, по-женски что-то причитал, но разнимать не полез, чтобы случайно не прилетело. — Пойду. — Я пас, у меня смена, — отозвался Лео. — Отлично, — широко улыбнулась она, довольная тем, что, возможно, сегодняшний вечер пройдет мирно. Маркес, немного подумав, тоже отказался, Лео уже кидал в его сторону недовольные взгляды, остальные согласились, но без энтузиазма, скорее ради приличия. Кому хочется тратить остатки свободного времени на коллег, которые и без этого раздражают? *** Кафе на пляже Венис. Ничем непримечательное местечко, в таком обычно сидят подростки, семьи с детьми и околосредний класс, типа сотрудников полиции, учителей. Вызывающе яркое, переполненное смехом и детским визгом. Воздушные шарики покачивались под лиловым потолком, похожие на жирных, полупрозрачных медуз, запутавшихся в люстрах. Стены выкрашены в безобразный флуоресцентный розовый. Будний день не помешал собраться множеству людей: недорого, с посредственной кухней, то, что нужно многодетным и тем, кто хочет вырваться из привычной рутины. Столы, сдвинутые вместе, напоминали утренник в детском саду. — Всем привет! Я Вики! Кто у нас сегодня главный счастливчик? — у их стола стояла Виктория, красная футболка, черные джинсы, волосы собраны в низкий пучок. Никаких безумных стрелок, красных губ — без этого камуфляжа выглядела намного приятнее. Джефф довольно усмехнулся. Какая приятная встреча. Лучше бы с подносом по залу бегал мифический Гора. Или парень с костями на шее. Но и этот вариант неплох. Интересно, заметит или нет? Откинулся на спинку стула, пристально рассматривал ее. Непробиваемая. — У нашего коллеги родилась дочка! — радостно выложила карты Джина, сияя так, будто это ее собственный триумф. — Он сейчас подойдет с женой, хотелось бы поздравление, неожиданное, ну вы поняли. — О, новорожденные леди — мой профиль! Такого в программе нет, но мы что-нибудь придумаем. Вы уже определились с едой или вам нужно время? Не заметила. Пока все бурно обсуждали заказ, Джефф вышел покурить, еда на тарелках у других посетителей не вызывала желания открывать меню. Стараясь не задевать чужие стулья, обогнул кухню, быстрым легким шагом выскользнул через черный ход. Хотелось какой-то прохлады, но вместо этого на улице стояла привычная духота. Жадно затянулся, прислонившись к шершавой кирпичной стене. Из служебного входа, откуда тянуло жареным маслом и дешевым парфюмом, донеслись голоса. — Ты серьезно собралась петь? — услышал он чуть сиплый женский голос, пропитанный скепсисом. — Конечно! — Этот акцент ни с кем другим не спутать. — «С днем рождения, господин Президент» этому розовому свертку! Снимут видео, потом покажут на совершеннолетие или когда начнет соображать. Будет весело. Послышался грохот коробок, шорох ткани. — Кстати, в чьей куртке ты вчера была? Откуда деньги на «Musso & Frank»? Явно не за свой счет. Кто? — Мужчина, — коротко ответила Вик. — Ты с мужчиной? — прозвучало недоверчиво. — Ну и как он? Пауза затянулась. Джефф осторожно выдыхал дым. Всегда любопытно, что о тебе говорят за спиной. — Красивый, — она медлила. — Знаешь, такая холодная, пугающая... Внешность. Инопланетная. Интересный. Умный. Полицейский. Внутри служебки раздался издевательский смешок. — И где же ты его подцепила? На пляже, когда он ловил волну? — Именно. Только без серфа, — звук застегивающейся молнии. — Помоги, я не достаю. — Ну, и что у вас было? Не верю, что тебе не предъявили счет после встречи. — Не предъявили, — язвительно отрезала Виктория. — Мы даже не целовались. — А сколько ему лет? Шестнадцать? — Тридцать пять, может чуть больше. — Ясно. Обычный возрастной импотент. Забудь. Копил на ресторан полгода. Джефф усмехнулся, ничего другого от работницы третьесортной забегаловки не услышишь. — И что ты думаешь? — Я не знаю… — последовал короткий, рваный вздох. — Он мне понравился. Очень. Признание приятно пощекотало самолюбие, если понравился, значит, будет более сговорчивой. Через пару дней надо напомнить про куртку. На маленькой сцене, залитой ослепительно ярким светом, Виктория преобразилась. На ней расшитое мерцающими пайетками платье в духе Мэрилин Монро. На любой другой выглядело бы вульгарно, но на ней, с ее татуировками на бледной коже и гривой черных волос, смотрелось притягательно. Она прильнула к микрофону, и зал наполнило бархатное мурлыкание: «Happy birthday to you…». Звучало вызывающе чувственно, совсем не для семейного заведения. Джефф остановился у бара, не в силах оторваться. Заказал кофе у некрасивой официантки с красными волосами. Вик не подражала актрисе, а завораживала гораздо больше, чем голливудская звезда. Спела парочку попсовых песен для развлечения гостей, искренне улыбаясь, словно действительно рада появлению новой жизни в этом безумном мире. Джефф ради приличия посидел еще минут двадцать, он привык к другому шуму, этот не приносил ничего, кроме необъяснимого отвращения, поздравил новоиспеченных родителей и ушел. Парковку ресторана окутала ночная пустота. Воздух медленно остывал, давая небольшую передышку перед началом нового дня. Миранда и какой-то смазливый блондин уехали на мопеде еще полчаса назад. Виктория неспеша вышла последней, все в той же красной форменной футболке, попрощалась с коллегой. Старенькая «Тойота Королла» ждала ее в углу — темно-синяя, с битым бампером. Вик устало плюхнулась на водительское сиденье, одновременно снимая магнитный бейджик. Джефф сидел в неприметном сером «Форде». Ну надо же, натанцевала себе на развалюху, но иначе в этом городе не выжить: пешеход у полиции вызывает куда больше вопросов, чем водитель на убитом авто. Видел, пальцы скользнули по телефону, долго смотрела на горящий экран, будто думая писать кому-то или нет. Машинально покосился на свой. Стартер издал сухой, предсмертный хрип. Джефф с удовольствием наблюдал, как ее ржавое корыто отказывается ехать. Картина более чем комичная. На третий раз мотор неохотно ожил. Она вырулила с парковки. Подождал пару секунд и тронулся следом. Две машины дистанции — старая привычка, въевшаяся под кожу глубже ее татуировок. Улицы сменялись, дома становились все хуже — приличные пентхаусы, потом одноэтажные обшарпанные коттеджи или неухоженные многоквартирники. Водила Виктория небрежно, постоянно отвлекалась на телефон, на зеркало, изредка придерживая руль, как ему казалось, коленкой. Один раз проехала на красный, на ее счастье, дорога была пустой. Пико-Юнион. Не обманула. Район застрял где-то между колониальным прошлым и криминальным настоящим. Надписи на стенах сплошь на испанском языке. Почти на каждой метка "7th Street". Разбитый асфальт, фонари, горящие через один. Остановилась у облезлого пятиэтажного дома без номера, едва не протаранив соседнюю машину. У входа в подъезд зеленое граффити — тег улицы. Подпирая входную дверь, закутавшись в рваное одеяло, сидел бородатый бездомный. Виктория протянула ему бумажный пакет с логотипом кафе. — За тобой хвост, крошка, — проскрипел старик, указывая на проезжую часть. — Это точно копы. Им верить нельзя. Перевела взгляд на улицу, где только что проехал серый «Форд». — Я никого не видела, Диего. Тебе кажется. Какой хвост, кому она интересна? Скорее бы лечь спать, но вначале надо погулять с Лаки, бедняга целый день сидел один в квартире. Усталость валила с ног, даже крики соседей ей сегодня не помешают. Джеффа ждали в Ван-Найсе, опять вся ночь в разъездах. У стены заброшенного промышленного строения топтался информатор Карлос. Четыре года приносил нужную информацию в обмен на деньги. Неплохие. Больше него никто не платил, и это лишало Карлоса соблазна работать на кого-то еще. Безопасность шла в комплекте. Опустил стекло, немного подавшись к испанцу. — Снова в деле. Таскают товар крупными партиями, — прошипел парень, нервно поправляя капюшон. — Где? — Склад у железки, — махнул рукой вперед. — Промышленная зона, тупик. Завтра ночью. Пятеро. Может, шестеро. Со стволами. Ты же не полезешь туда один? Еще один любитель ненужных вопросов. Джефф достал сигарету, протянул Карлосу, тот скривился. Щелчок зажигалки, огонь выхватил из темноты лицо на пару секунд и погас. Странно, Карлос и не курит. Обычно дымит как паровоз, чередуя вейп с сигаретами. Три. Смысла ехать домой уже нет. Встал в переулке, откинул спинку ниже, привычные пару часов сна в машине дадут о себе знать напряжением в шее и плечах. Прикрыл глаза. В мыслях появилась Виктория, казалось, он до сих пор помнит чистый высокий голос. Она уверенно держалась на публике, ни капли неловкости, наоборот, была на своем месте. Еще месяц и побежит по кастингам и прослушиваниям, может быть, ей повезет. Если будет умной. Все сюда вначале приезжают "залечивать раны", а потом близость киностудий и золотистое марево над городом делают свое дело, захочется популярности. Сон не шел. Языком дотронулся до шрама над губой, потянулся за телефоном. — Привет. Сделай одолжение. Найди мне информацию про одного человека. Номер машины — 4KLY812, синяя «Королла». Зовут Виктория. Фамилию не знаю. На том конце провода что-то спросили. — Неофициально. Все, что найдешь, абсолютно все. Жду. Полежал с закрытыми глазами. К черту. Вырулил на дорогу, скоро утро, заедет в дорожное кафе выпить крепкого кофе, может, съест яичницу с беконом, представил вкус, поморщился, главное, чтобы поменьше жира. Поехал на Седьмую, около двух часов петлял между домами, внимательно всматриваясь в редких прохожих, но ничего. Мусор, пакеты, старые стулья, венки на дверях, небольшие алтари во дворах. На перекрестке увидел двух девушек в коротком мини, они разбивали куриные яйца, смешивали с чем-то красным и жгли длинную траву в пучках, потом быстрым шагом забежали в подъезд, стараясь не оглядываться. Завтракать яичницей расхотелось, пусть найдется что-то другое. Например, тосты.