Тени Venice Beach

Июль начался с собрания в штаб-квартире. Он давно здесь не был. Прошелся по просторному холодному холлу, пока ждал, когда приедет лифт. Излюбленное место сплетен. Левин поехал отдельно, сославшись на какую-то необходимость приехать раньше назначенного времени. Джефф понял: не хотел светиться рядом с ним. Двери уже закрывались, когда между ними скользнула нога в коричневых оксфордах, и в кабину шагнул Эллиот Вэнс. Бывший детектив наркоотдела, невысокий со смазливой внешностью, ныне — заместитель начальника отдела профессиональных стандартов, вечно сующий нос в наркоотдел на Батлер-авеню. Поднялся не через звания, а через связи. Как и большинство тут. Вэнс окинул его взглядом — от ботинок до плеч, усмехнулся. — Все еще при параде. А я думал, после понижения ты перейдешь на костюм из супермаркета. Или из секонд-хенда. Там, где твое место. Джефф не повернул головы, увлеченно расправляя ремешок часов, отмечая, что пора купить новый, светло-серый оказался слишком непрактичным. — Твой «Мустанг» на парковке два места занимает. Я думал, ты научился парковаться, но деревенские замашки берут свое. Ты всегда был мудаком, Батлер. Джефф промолчал. Лифт мягко тронулся. — Молчишь. Правильно. — Вэнс разгладил ворот рубашки, любуясь собой в зеркало. — Скоро уволят. С твоими закидонами: нюхаешь на рабочем месте, постоянно носом шмыгаешь, баб таскаешь прямо в участок, а толку? Все знают — у тебя не стоит. Маркус только отмашки ждет. А там — привет, склад. Охранником. Будешь гонять воришек и вспоминать, как в итальянских туфлях ходил. Джефф лениво повернулся, встал ближе, поправил галстук. Посмотрел на Эллиота через зеркало. — Не думал, что мою эрекцию массово обсуждают. Говорят, ты свою должность жопой заработал. Скажи только, с кем тебе так повезло? Вэнс дернулся, сжал кулак, но сдержался. Улыбка стала натянутой. — Завидуешь? У меня карьера, у тебя — скорое дно. — Все заработанное у проктолога оставишь. Вся твоя карьера — вовремя оказаться в нужной постели и хорошо выглядеть на фото. Без этого ты бы до сих пор штрафы за выгул собак выписывал. Рывком шагнул вперед и тут же остановился, Джефф не двинулся с места. Разглядывал его в упор, без страха, без вызова, так смотрят на маленьких злобных собак. Вэнс понял: если ударит — проиграет. Не ударит — тоже проиграет. Лифт звякнул. Двери открылись, и в кабину вошел коммандер Окафор — сухой, с брезгливым лицом. Оглядел обоих. — Чего встали, петухи? Собрание через пять минут. Марш в зал. Вэнс выскочил первым, быстрым шагом направившись в конференц-зал, не глядя на Джеффа, тот задержался на секунду, поправил манжет и шагнул в коридор, чертов галстук раздражал, пиджак немного жал в плечах, надо реже ходить в зал. Окафор пошел следом, с завистью глядя на черный костюм Батлера. Собрание текло вязко. Отчеты, статистика, бюджет на следующий квартал. Джефф сидел, откинувшись на спинку стула, рисовал в блокноте ровные геометрические линии. Ручка двигалась плавно, без нажима — переплетение линий. Заметил Эллиота, нарисовал виселицу, а потом и самого Вэнса. Маркус, как обычно, молчал, согласно кивая в такт словам коммандера, периодически вытирая покрасневшее лицо. Батлер задумался: неужели и он через десять лет превратится в тучного гипертоника с потеющим лбом? Вэнс увлеченно вещал про оптимизацию ресурсов и перераспределение фондов. — Вопросы? Предложения? — Лейтенант Батлер, наркоотдел, Западное бюро. Кто-то сзади тихо хмыкнул: — Его опять повысили, что ли? С кем на этот раз переспал? — У меня вопрос по премиальному фонду, — проигнорировал он шепот за спиной. — В прошлом квартале мы закрыли два крупных дела, изъяли товара на четыре с половиной миллиона, дали трех фигурантов федералам. По статистике — лучший результат среди всех отделов. При этом премии урезали на пятнадцать процентов. — Еще на полляма он снюхал, — прошептал кто-то громко, вызвав смешки. В комнате повисла тишина. Вэнс открыл рот, но Окафор опередил: — Это плановое перераспределение. Приоритеты департамента. — Понятно, — повторил Джефф. — Уточняю. А то мои люди спрашивают, почему они рискуют жизнью за голый оклад. Снова взял ручку левой рукой и вернулся к блокноту. Маркус сидел с каменным лицом. «Мои люди». Он, капитан, чувствовал себя в его подчинении. После этого точно ждать проблем, надо сказать Джине, чтобы все проверила. Какого хрена Батлер опять публично выделывается. Окафор перелистнул страницу и продолжил собрание, будто ничего не случилось. Джефф продолжил рисовать линии левой рукой. — Когда сотрудникам Западного бюро ждать выплат? — он не поднял головы, перебивая очередной бессмысленный доклад. *** Работа превратилась в бесконечный, выматывающий трип по бетонному аду. На пассажирском сиденье требовательно вибрировал мобильник. Длинные гудки сменились короткими. Джефф не выдержал и скосил глаза на экран. Саманта. Вроде расстались и договорились, что кроме секса между ними ничего нет, но на деле обязательств выходило куда больше. Пятый час в машине тянулся мучительно. Троица вместе с Горой выходить не планировала, и это ожидание начинало давить физически. Раньше такая слежка давалась ему легко, почти на автомате, а сейчас бесило все: натянувшиеся на коленях брюки, прилипающая к лопаткам рубашка и даже носки, в которых ноги варились заживо. Очередная трель только добавила раздражения. — Что тебе надо? — грубо кинул он. — Сколько раз я тебе говорил? Если не отвечаю, значит, занят. На том конце раздалось невнятное хрюканье, со связью были проблемы. — Меня надо забрать, — наконец выдавила Саманта сквозь шум. — Может, примешь еще что-нибудь и отключишься до утра? В этот момент двое наконец вышли: Гора и парень в наушниках. Один пошел вниз по улице, Гора сел в черный седан. Джефф завел мотор, продолжая слушать бессвязную речь в трубке, которая уже ничего не значила. — Ладно, — сдался, трогаясь с места. — Жду адрес. Мигнуло сообщение с адресом. Прикинул расстояние до особняка на Сансет-Плаза-драйв. Есть ли вообще смысл туда ехать? Но, по сути, кроме этой бесконечной слежки у него все равно никаких планов на вечер. Седан ехал в Пико-Юнион и затормозил напротив дома Виктории. Джефф медленно проехал дальше, не отрывая взгляда от зеркала заднего вида. Ничего нового. Вечеринка на Сансет-Плаза похожа на обычное сборище наркоманов в цветном притоне, обстановка выглядела слишком знакомо, только имена погромче и декорации дороже. Действо у бассейна плавно перетекало в богемную оргию. Саманту увидел сразу, сидела на коленях у Дэвида Тарино. Только этого ублюдка сейчас не хватало. Джефф снова окунулся в бочку с голливудским дерьмом, раньше его сюда таскала Эмма, называя происходящее «дружеской посиделкой». Дело о «веселящей субстанции» давно зашло в тупик, но многое по-прежнему сходилось на Тарино, который умело косил под дурака. — Кого я вижу! — заголосил Дэвид. — Сам Батлер пожаловал к нам! Как ловко у тебя выходит: сначала одну на тот свет отправил, — он намекал на Эмму, — теперь Саманта к тебе в лапы попала. Ты у них эстафетная палочка. Саманта разразилась громким, фальшивым смехом, обнимая продюсера за шею: — Там все гораздо приличнее, чем палочка. Количество наркоты ощущалось почти физически, запах крэка висел в воздухе. Джефф пока держал слово, с момента ранения ничего не употреблял, хотя соблазн велик, он с тоской вспоминал приятное расслабление после веществ. Сжал сильнее челюсти. — Ты такой зажатый, офицер. Может, сделать тебе пару дорог? Ты же любишь, — предложила Саманта, запуская руку в карман мужчины. — Где тут у нас веселый порошечек? — Ты меня за этим позвала? — впервые подал голос Джефф. — Слушай, мне всегда нравился твой тембр, — похвалил Тарино. — Ты вообще мне нравишься. Но полиция — это не твое. Давай мы тебе поможем? — Будешь сниматься в порно, — заржала Саманта, раскачиваясь от приступа смеха. От ее обычного лоска не осталось и следа: волосы сбились набок, под глазами потекла тушь, дизайнерское платье перекрутилось и задралось до талии, обнажая загорелые ноги. — В каком-нибудь жестком БДСМ. Другие жанры ты не потянешь. Без обид. Тарино бесило, что даже здесь Джефф был хозяином положения. Разглядывал их, как грязь под ногтями, хотя сам из себя ничего не представлял. Первая стычка произошла в участке несколько лет назад. В памяти всплыло дело двухлетней давности: Тарино привезли вместе с Эммой, проектом Саманты, после рейда в ночном клубе. И та, стала у него частой гостьей. Ее одержимость Джеффом граничила с безумием. Она срывала съемки, если он не отвечал на звонки, могла зависнуть с ним и не приехать вовсе. Он уверен, что Эмма после «Золотого Адама» не просто пропала. Как-то приехала ночью к Дэвиду в стельку пьяная и рассказывала, что Батлер почти силой из нее пытался выбить информацию о наркоте. Она ничего не знала. Никто не знал. «Субстанция» всегда была в огромном количестве, а откуда никого не интересовало. Потом Эмма пропала. Это коп ее убил. Тарино знал, только доказать не мог. Сейчас и Саманта каким-то образом оказалась в странной зависимости от Батлера, что бесило Тарино не меньше. Раздражала холеная внешность, для сорока выглядел слишком молодо, ледяной тон, оседающий в голове, взгляд, под которым невозможно чувствовать себя уверенно. — Ты слишком правильный, Батлер, — в расширенных зрачках Тарино плеснулась паранойя. — Аж тошно. Знаю, втихаря кровь пьешь или в культах состоишь. Ходишь по Бэверли-Хиллс ночами. Иллюминат хренов. Наряжаешься в черный плащ и режешь кого-нибудь. Саманта никуда не едет, — отрезал Тарино. — Не еду? — удивилась та, пытаясь сфокусировать взгляд на бокале, не получалось. — Я вообще-то планировала провести ночь с ним. — Нетвердо ткнула пальцем в сторону Джеффа. — Мы идем танцевать, — Дэвид кивнул в сторону веранды. — А наш гость на сегодня свободен. Саманта неловко поднялась, одернула платье, качнулась и через пару шагов с тугим плеском рухнула в бассейн, утянув за собой девушку в джинсах. Вызвав бурный смех у обеих. — Тебе здесь не рады, — презрительно бросил Дэв. — Тебе нигде не рады. Развернулся и пошел к веранде. Джефф еще раз окинул взглядом месиво из людей, заметил на столике зип-лок с белым порошком, положил в карман и направился к машине. 02:36. «Вторник. Я заеду через сорок минут» — отправил он Виктории. «Давай в другой раз? Я устала» осталось непрочитанным. Через сорок минут он ждал на парковке кафе. Виктория выглядела ужасно: какое-то длинное платье, волосы в высоком хвосте, на скулах, плечах, шее остатки блесток, похожих на чешую мертвой рыбы, но, увидев его, слабо улыбнулась, усаживаясь на пассажирское. — Слушаю. — И я рада тебя видеть, — потянулась к бутылке с водой. — Я была на вечеринке и толком ничего. Парни обсуждали дом 1294. Там хранится наркота и кто-то должен сидеть ее караулить. Ну и кто-то умер от этого. — Что еще? — Ничего. Куча испанских слов. Парень, который не дает мне прохода, религиозный фанатик с крестом. Что такое «эсе», «дилли», и «примо»? Уже два дня не видела Латишу. Это странно. — Два из них типа обращения друг к другу, а другое — гидроморфон. Сильное обезболивающее, — постучал пальцами по рулю, мозг зацепился за религиозного фанатика, но как-то слабо. Где же он это слышал? — Какого числа ты узнала про дом? — В тот день, когда ты приезжал ко мне. Молчала неделю. Отвесить бы подзатыльник. — Раньше не могла сказать? — Ты сам сказал, что все во вторник, так объяснил. Сказали, что неделю-две будут там. Тупая зумерская привычка. Почему нельзя сказать раньше? Джина такая же, есть только поставленная задача и никакой фантазии. Еще бесила рубашка, в которой он с утра. — Давай так, если ты слышишь информацию похожую на эту, ты сразу звонишь мне. До тех пор, пока я не отвечу. — Ты злишься? — она прикусила губу. — Честно? Убил бы. — На следующей неделе крестины, мне идти? Я работаю в этот день. Он кивнул. — Отпросишься, у вас, женщин, много поводов, чтобы прогулять день-другой. Она разочарованно посмотрела на него и вылезла из машины. Не дожидаясь ее «пока», рванул с места к дому 1294 на Седьмой улице. Не думая о том, что его там ждет. Злость на Викторию и на мифического Тре затмевала разум. Дом оказался крошечным одноэтажным строением и выглядел как коттедж пожилых людей. Цветы вокруг, аккуратная дорожка. Джефф постучал в дверь, ему открыла пожилая женщина. — Полиция, — представился он, показывая жетон. — Ищу Тре Гонсалеса или Хавьера Гора. — Минуту, — женщина что-то крикнула вглубь дома, вроде "любимый подойди". Вышел мужчина в возрасте. Никаких Тре и Хавьера они не знали. Джефф показал фото, внимательно глядя на лица семейной пары. Ничего. Они пригласили его пройти в дом. Никаких складов. Телевизор, кресло, кровать. Сбивчиво извинился. Вышел из дома. Хотел достать сигарету, но руки не слушались. Бешенство охватило его. Сейчас поедет к Виктории, вытащит за волосы вместе с ее шавкой, и заставит обойти каждый ебаный дом этой мексиканской дыры. Значит, девчонка не хочет работать по-хорошему. Сука оказалась хитрее, чем он думал. — Слушай сюда, куда ты меня отправила? Решила меня кинуть? У тебя десять минут, если ты не приедешь, я клянусь, я оторву тебе твою пустую голову! — закричал он в телефон.