Тени Venice Beach

— Номер дома 1249. Поверить не могу, что мучилась столько времени с этой хренью на животе, чтобы ты в итоге ничего не услышал, — она вздохнула, глядя вниз на пешеходную зону. Джефф сидел на перилах моста на Колорадо-стрит. Протянул ей наушник — хрипы, писк и вой на испанском. — И так все шесть часов. Линда сказала, это какие-то похоронные гимны или что-то в этом роде. Я не удивлюсь, если ты все это время слушала отпевание. Со своими друзьями. У меня уже нет сил злиться на тебя. — Не было такого. Вечеринка, номер дома назвал парень, такой с косичками... Джефф кинул окурок вниз. — Очень ценная информация. Под твое описание подходит почти весь Пико-Юнион и Южный. — Я записала, — открыла заметки в телефоне, — его зовут Тре. На шее игральные кости. Он спускался с верхнего этажа. Заступился за меня. — Что еще? — Он вечно читает проповеди и говорит о Боге. — Узнай, где он живет. — А я уже, в моем доме живет его дед, под Марией, в той квартире я нашла курицу без головы. Джефф спрыгнул с перил, оказавшись рядом с ней. — Узнать, где живет — это полный адрес: улица, номер дома, квартиры. А ты опять ничего не принесла, — он откинул ее волосы назад, отмечая какие они красивые, коснулся пальцами ее шеи. — Узнай, где часто бывает, пусть больше расскажет тебе о своем боге. Сходи с ним куда-нибудь. Ты же девушка, наверняка знаешь, как правильно выстроить общение, чтобы мужчина все тебе выложил. — Мне что с ним спать надо? — отшатнулась Виктория, убирая его руку. — Ну если других способов взаимодействия ты не знаешь или он тебе нравится. Я тебя не ограничиваю, — он ухмыльнулся.   В голове всплыло: мотель. Дешевый, с облупившейся краской и ковром, который когда-то был красным. Там всегда пахло одинаково — потом, приторной гарью крэка и хлоркой. Девушка сидела на полу у кровати, подтянув колени к груди. Порванные колготки, серая тушь на щеках и взгляд, направленный в никуда. Не плакала. Просто смотрела в одну точку. — Ты же сказал, что мне просто нужно с ним поговорить, — сказала она глухо. Джефф стоял у двери, проверяя телефон. — Поговорить. Не надо было ноги раздвигать. Она растянула губы в подобии улыбки, но получилось криво. — Их было трое. На секунду замолчал, будто прикидывая, стоит ли вообще отвечать. — Значит, ты не умеешь договариваться. Девушка посмотрела на него так, будто только сейчас поняла, с кем имеет дело. — Ты же знал, куда меня отправляешь. Пожал плечами. — Я знал, что ты справишься. Справилась. Он сделал шаг к столу, взял пакет, быстро проверил содержимое: чеки, флешка, деньги. — Все, что нужно, ты узнала. Ничего страшного не произошло. Достал купюры, небрежно кинул их на тумбочку. — Заработала. — Оставь себе. — Не надо устраивать сцен, — его голос стал жестче. — Ты знала, во что ввязываешься. — Нет. Он посмотрел на нее впервые внимательно, привычная усмешка скользнула по губам. — Тогда теперь знаешь. Он развернулся и пошел к двери. — И в следующий раз, — бросил он, не оборачиваясь, — не кричи так громко. Мне потом жалуются. До новых встреч.   — Хорошо, я что-нибудь придумаю, — вырвалась из его рук и пошла вперед, желая скорее закончить этот разговор. — Это и есть мост самоубийц? — Он самый, мало кто может пройти его целиком и не сигануть вниз. — Какая-то хрень. Это же просто мост. Почему мне не захотелось с него прыгать? А тебе? Джефф смотрел ей в спину, волосы красиво развевались на ветру. Около машины он стоял рядом с ней, но поне нашел повода задержаться, напоследок поцеловал в щеку на прощание, слишком долго прижимаясь к ней губами. — Только, пожалуйста, не участвуй вместе со всеми в наркотическом угаре.   ***   Дом 1249 походил на хибару из фильмов ужасов, в таком обычно живут маньяки. Если отбросить лишнюю впечатлительность, которой в нем не было, то это обычный заброшенный дом, их в районе много. Крэк-хаус. Место, где собираются наркоманы, или бегунки прячут наркотики. Джефф всегда любил ездить в одиночку, напарник — лишние вопросы. Сейчас только его личная инициатива, которая, как известно, наказуема. Зажав «Smith & Wesson» в руке, пошел к дому. Тихо обошел вокруг, прислушался. Окна изнутри заколочены, внутри свет или огонь, не разобрать. Вход в дом один. Где-то проехала машина с громкой музыкой, старый трек Тупака «Калифорния лайф» тут до сих пор слушали. Толкнул тонкую дверь, вытянув руку с оружием вперед. Под подошвой скрипел песок, грязь. В доме пусто. На стуле стоял таз с красной жидкостью, присмотрелся, не кровь, просто окрашенная вода. Несвежий труп курицы без головы, с прибитыми к полу крыльями, свечи в стеклянных подсвечниках с Гваделупой. На стенах распечатанные фото с выколотыми глазами. Кажется, это Марго, белобрысая Лина, танцевала вместе с ней, ужасно торчала. Джефф никогда не думал, что человек может столько употреблять. Работала за дозу себе и своему сожителю, а левее Энцо. Как много знакомых лиц в одном месте. Как это все связано с домом? Какие-то символы нарисованы на обоях, скорее всего маркером. Перечеркнутая дуга, закрашенный черным глаз, детские каракули. Прошел на кухню, здесь все проще: зажигалка, резиновый жгут, ложка. Недоеденная лапша, бутылка пива. Во второй комнате смятая постель, порножурнал с засаленными страницами, использованные презервативы, видимо, духовность быстро наскучила. Громкий хлопок в гостиной заставил его прижаться к стене, выглянул — ничего. Скорее всего лопнуло стекло. Постоял еще. Быстро надев латексные перчатки, открыл шкаф, в нос ударил затхлый запах. Кроме старой одежды ничего, пробежавшись по вещам сверху вниз прохлопывающими движениями, осмотрел дальше. В ящиках пусто. Санузел выглядел так, будто там кого-то недавно рвало, вонь разъедала глаза. Ванная выглядела еще хуже, ржавая с коричневыми подтеками. Поморщился. Пусто. Вернулся в гостиную. Половина свечей не горела. Фото. Их было больше, когда он пришел. Остановился, пытаясь понять, есть ли кто-то здесь, кроме него. Шорох в кухне. Бесшумно проскользнул туда — пусто. Крысы? Опоссумы? Вернулся в гостиную. Свечи погашены. Что за чертовщина? В комнату падал свет из открытой двери, с улицы светил блеклый фонарь. Вдали опять включили «Калифорния». Постоял в темноте, хруст крошки под собственной подошвой показался оглушительным. Ничего. Прикрыл за собой дверь. Послышались отчетливые шаги за дверью. Рывком толкнул дверь, вскинув руку с пистолетом вперед. — Полиция, — громко сказал он в пустоту. Ничего. В ответ только треск внезапно загоревшейся свечи, который заставил его вздрогнуть.   *** Вечером она снова сидела во дворе. Девушки обсуждали лак для ногтей, который держится всего два дня и Хуаниту, та снова залетела от соседа и не успевала сделать аборт. Парни спорили о машинах. Чино сидел рядом и пытался уговорить ее выпить. — Давай, белая, один глоток. Это мощный напиток Вуду. Готовила тетка, к которой постоянно бегает Латиша. — Я не пью. — Ты и не куришь, и не пьешь, и не даешь, — хохотнул кто-то из парней. Чино злобно обернулся, но промолчал. — Говорят, ты вчера дрочила у стены после того, как обнималась с Чино, — издевательски сказала Латиша, толкая сидящую рядом девушку, та прыснула, парни захлопали в ладоши под нарастающий крик. Виктория почти не слушала. Она разглядывала двор, выискивая парня с косичками и большим распятием на груди. Тре не было. Ни у гриля, где жарили мясо, ни на лавке у забора, ни в кругу компании, расположившейся чуть дальше, которые что-то обсуждали вполголоса. Она ждала час, второй. Чино не сдавался, прижимаясь к ней: — Ты сегодня сама не своя. Случилось что? — Нет. Просто устала. — Пойдем расслабимся, у меня есть такая улетная трава, дома никого, — прошептал он ей, запуская руку под платье. — Проведем с тобой время так, что ты обо всем забудешь. — А ты Тре видел сегодня? — она оттолкнула его. — Ну да, он в храме, а что? Виктория дернулась к телефону, почему-то подумав, что Джефф поехал туда, но сдержалась. — Помолиться хотела, — она встала со ступеней. — Где храм? — Так все знают, дом 1249. Только это, может не стоит туда идти? Он не любит незваных гостей... — Мне будет рад, — отмахнулась Виктория, не понимая, что тянет ее туда, не обращая внимания на свистящий шепот вокруг. — Запала что ли? Он не такой, — снова начала Латиша. — Ему нужна чистая душа, а тебя привел Марлон, можно подумать мы не понимаем, как ты это сделала? — она оттянула щеку языком изнутри. Гадкий смех. Она быстрыми шагами пошла в сторону дома. Когда пришла, дверь была заперта, она постучала — ничего. Подергала ручку двери. Обошла дом, пытаясь заглянуть внутрь. Ни информации, ни зацепки. Только усталость и раздражение от того, что вечер потрачен впустую. Всю дорогу до дома ей казалось, что за ней кто-то идет. Обернулась — ничего, пустой переулок около Седьмой. Мусорные баки, пыльная дорога, трек «Калифорния» где-то вдалеке, резкий сигнал машины заставил ее подпрыгнуть, водитель покрутил пальцем у виска, проехав мимо. Зябко сжалась, еще раз посмотрев на дом за спиной. В окне горел свет. Испугавшись непонятно чего, Виктория побежала к дому. Схватив с вешалки куртку, взяла Лаки, быстро пристегнула поводок и поехала на Венис-бич, в надежде, что шум воды приведет мысли в порядок. Находиться в квартире было невыносимо. Тупая усталость растеклась по телу, стоило ей сесть на песок. Остаток вечера Лаки агрессивно крутился вокруг Вик, рыча в пустоту на невидимого преследователя.