Тени Venice Beach

Виктория утирала слезы, сжимая подушку, рядом лежал грустный Лаки, поглядывая на хозяйку. Все пошло не так после поцелуя. Они поехали к нему, сдерживать взаимное влечение было невозможно. Она безумно хотела его, но не смогла. Не сумела сыграть страсть. Испугалась, впервые чувствовала подобное к мужчине. Технически прекрасно знала, что делать, могла бы устроить такое, что надолго врезалось бы ему в память. Но быть эмоционально открытой. Раздеться перед ним, не так как в участке, а по-другому. Это пугало. Миллион раз она представляла секс с ним, но разрыдалась и не в силах остановиться. Не обращала внимания на его «все в порядке». Джеффа не хватило на долгую терапевтическую беседу, минут через пять он быстрым шагом вышел курить. Она не помнила, что он предлагал еще: воды, посмотреть фильм, просто полежать, поговорить. Она схватила Лаки и убежала, пока он пошел за салфетками для собаки. Мия сидела рядом и гладила ее трясущуюся от рыданий спину. Виктория позвонила ей, потому что больше некому. Мия не стала долго расспрашивать, что случилось, коротко спросила адрес и приехала с шоколадом и мороженым в руках. — Перестань, он мог бы и не набрасываться, зная, что тебя изнасиловали, — ей было скучно. Обстановка маленькой квартирки в Пико-Юнион вызывала отвращение, ей было противно сидеть на этом продавленном диване, на котором спали минимум тысяча латиносов. — Нас пригласили в театр. Теодор. Балет. А еще тебя ждут на киностудии. Милая, у тебя столько классных событий, а ты ревешь из-за мужика. — Он не набрасывался, — Вик шмыгнула носом. — Наоборот, он все делал правильно. — Ладно-ладно, если ты считаешь, что такого не было… Мия легла рядом и обняла Викторию, легко поглаживая. — Я такая дура. Мия, я думала, что смогу, — Вик приподнялась. — Поехали в салон, или на массаж, отдохнем, — Мия легонько провела ногтями по ее спине, поднялась, развернула ее к себе, крепким движением вытерла слезы. — Сладкая, смотри, Вселенная подкинула тебе Голливуд и забрала дешевый бар. Мужчина отвалился, но есть другой. Вик напряглась, испугалась, что Мия снова ее поцелует, но та откинулась на продавленную поверхность. — Он тебе рассказывал? Про Эмму? Про Софию? — она подперла голову рукой. Вик помотала головой. — Джефф встречался с актрисой, красивая такая, как куколка. Волосы розовые по пояс, волнистые, как ты раньше носила. Потом она пропала, говорят, он ее убил. Без шуток. Погугли на досуге. Ох, сколько там про него статей и его девушек: актрисы, модели, режиссерки. Даже помолвлен был, но та сбежала перед свадьбой. Известная — София Мур, лет восемь назад весь город был в ее плакатах. Я к чему, видела браслет у него на руке? Винтажный «Тиффани», цену назвать или догадаешься? А София, мы с ней недолго работали, — врала Мия. — Пару контрактов я ей подогнала. Говорят, он ее тоже, того. Вик нахмурилась, бред какой-то. Она вспомнила, как вчера он испугался ее слез, как пытался успокоить, как бережно обнимал. — Присмотрись к Тео, мы хотя бы будем знать, где живет его мамочка, если он тебя обидит. А Джефф сегодня даже на работу не приехал, я поэтому и свалила. Лаки злобно смотрел на Мию и изредка рычал, дергая задними лапами, будто готовился к прыжку. — Ну давай сходим в театр, — жалобно протянула Мия. — Я тоже пойду, посмотрим на мужчин в трико. Взяла ее за руку. — Пожалуйста, я хочу тебя как-то успокоить, а ты куксишься. Завтра вечером, хорошо? Вик улыбнулась и кивнула. Это же просто театр и рядом будет Мия. Ратаковски тоненько взвизгнула и обняла ее, повалив на кровать. Как же рядом с этой брюнеткой сносит крышу, мужики будут сходить с ума, даже она еле сдерживается, чтобы не залезть под юбку этой красотки. — Да? — спросила Мия. — Скажи да. — Да, — коротко ответила Вик. — Ура! Она сказала мне "да"! — закричала Мия, разразившись заливистым смехом, вставая в полный рост и подпрыгивая. Сразу же в пол кто-то постучал и стал ругаться. — Соседи, — шепотом сказала Вик. Мия наморщила нос и взяла с Виктории слово, что та завтра поедет на «Тод Пикчерс». Сидя в машине, ей хотелось поскорее раздеться и помыться. Сколько времени она угрохала на эту недотрогу. Надо ее как-то побыстрее раскрепостить. Мия брезгливо сняла жакет и блузку, оставшись в бюстье, вроде похоже на топ. Смяла одежду и кинула на пол машины. Заметила, что на нее смотрят темнокожие парни, показала средний палец и поехала к «своей девочке», которая вдруг решила свалить. Там играть в подружку не получится.   Когда дверь за Мией закрылась, Вик сразу нырнула в телефон и стала читать про Джеффа, да уж, личность известная в узких кругах. Лаки пытался укусить край телефона, раздражая Викторию. Много статей про его роман с Эммой Стар, красивая, миниатюрная, огромные голубые глаза. Но как актриса ужасна. Виктория не смогла смотреть и быстро выключила фильм. Джефф рядом с ней смотрелся просто огромным, она ему едва доставала до плеча. Нашла страницу Софии Мур, публикации прерывались в 2017 году. Обычная крашеная блондинка, миленькая. Длинные посты, где описывала свою жизнь, мысли, события. Выбирала свадебное платье. Хэштеги: цветы от любимого, любовь, лавстори. Несколько фото с Джеффом: они в большой компании сидят обнявшись. Он в белой футболке, голубых джинсах, на правой руке браслет, который он и сейчас носит не снимая. В светлой одежде, так странно. Значит, у него были друзья. Второе, они на носу лодки, озеро, горы, высокие зеленые деревья. Счастливые. Он в клетчатой рубашке, намного моложе, чем сейчас, совсем другой, девушка в светлых леггинсах, довольная. Она приблизила фото, чтобы рассмотреть его. Красивый. На остальных фото видны его рука, плечо, спина. Лаки жалобно заскулил, пытаясь отговорить хозяйку от подглядывания за чужой жизнью. Короткое пятнадцатисекундное видео плохого качества. Идут в сумерках по узкой улице, девушка спрашивает: — Как сильно ты меня любишь? Он оборачивается: — Бесконечно сильно, — этот голос, проникающий под кожу. Совсем другая интонация. Камера уходит в сторону, смех. Подпись под видео: "Я все равно сильнее". Писали, что девушка пропала без вести, кто-то обвинял Джеффа, кто-то писал, что бельевая модель сбежала с любовником. Она пересмотрела видео еще раз. И еще. Грустно улыбнулась. Ей почему-то стало жаль эту пару, ведь могло у них все быть хорошо? Светятся рядом друг с другом. Софии повезло. Ее любили бесконечно сильно. Почему судьба так поступила с ними? Другие статьи обсуждали его роман с женой сенатора или мэра, которой было шестьдесят. Смазанные снимки с дальнего расстояния.  Наверное, лучше оставить все как есть. Зашла в контакты, долго смотрела на его имя, в меню нажала удалить. Она ни модель, ни актриса, ни жена чиновника. Один поцелуй ничего не значит. Наверное, вчера ее тело не зря пошло в отказ. Почему от этой мысли стало так больно? Она свернулась клубком и погладила собаку, которая смотрела на нее, как Вик показалось, с осуждением. Завтра она сходит в театр, съездит на киностудию. Может, Вселенная и правда дает ей знаки, а она их упорно игнорирует?   *** Театр был огромным — не просто зал, а настоящий дворец. Широкие мраморные лестницы, ковровые дорожки, позолота на балюстрадах. В фойе толпились нарядно одетые люди: мужчины в костюмах, женщины в вечерних платьях. Звенели бокалы с шампанским, гудели приглушенные разговоры. Виктория чувствовала себя здесь чужой — слишком молодой, слишком татуированной, слишком неправильной для этого места. Когда они вошли в зал, у нее перехватило дыхание. Хрустальная люстра под потолком переливалась тысячей огней, бархатные кресла уходили ярусами вверх, где-то далеко, над галеркой, темнел расписной плафон. Все здесь кричало о деньгах и статусе. Не напоказ, как в соцсетях, а неприятно спокойное, уверенное достоинство, которое не нуждается в оправданиях. Сцена залита холодным голубым светом. Оркестр готовился к выступлению: обрывки мелодий, вздохи скрипок, глухой удар литавр. Виктория смотрела на пустую сцену и чувствовала, как внутри что-то сжимается. Она могла быть там. Когда-то стояла у станка и мечтала о сцене. Теперь она здесь, в зале, не гостья, а самозванка. Ей не хотелось ни балета, ни этих каблуков, ни этого вечера. Она бы с удовольствием сейчас сидела на крыльце дома на Седьмой. Теодор пытался быть интересным, но ей не хотелось поддерживать беседу. Весь первый акт она собиралась с мыслями, не глядя на сцену. В антракте решилась на разговор. Мия тактично ушла пудрить нос и пропала. — Теодор, послушайте, я не могу тут сидеть, я вообще не хотела сюда идти. И в прошлый раз. Это все Мия. — И что? — равнодушно спросил он. — Это, конечно, не русский балет, но тебе понравится. Виктория вздохнула. Теодор продолжал рассказывать ей историю балета в США, и судя по его знаниям, он недавно прочитал первую попавшуюся статью и теперь пытался блеснуть знаниями. Вик это насторожило. Он же представился оценщиком художественных работ. После балета Теодор поцеловал ее руку, надолго задержав пальцы у губ, выражая желание встретиться еще, только без Мии. Ратаковски ждала ее в фойе, покачивая туфелькой. С сожалением посмотрела на подругу, отсчитала четыре тысячи и протянула Виктории. — Не могу смотреть на твою одежду. Платье тебе идет, но выглядит, как тряпка из секонда. — Оно оттуда и есть, — честно ответила Виктория, провела руками по телу, разглаживая ткань. — Держи, купишь себе что-нибудь, — скривилась она. — Как балет? Мне папа позвонил, долго болтали, заходить в зал уже было неловко. — Честно? Скучно. — Значит, больше с Тео мы никуда не идем. Еще сидеть с ним, скучать. Ты ездила на киностудию? — Да. Сказали, мне позвонят, когда начнутся съемки, там даже роль со словами. Целых три реплики, — хмыкнула Вик. — И я подписала огромный контракт там, наверное, тысяча страниц. — Дорогая, иногда за эти три реплики готовы убить. Слушай, меня тут пригласили. Большая тусовка от «Тод Пикчерс», светский раут, люди из высшего общества, — врала Мия. — Платят семь тысяч за ночь, с 22.00 до 4.30. Надо ходить с бокалом, улыбаться и фоткаться для прессы. Просто светить красивым личиком, — Мия наклонилась к ней и прошептала. — Даже платье дадут и туфли. — А то у тебя этого нет, вся гардеробная забита. — Халява, а это всегда приятно. Пойдешь со мной? — А почему так много платят? — напряглась Виктория. — Хрен поймешь этих киношников, вроде фильм какой-то будут обсуждать. — Да, я что-то мельком слышала сегодня… — Подумай, подружка, — Мия чмокнула ее в щеку и вышла из великолепно украшенного холла, довольная собой, как умело она ее развела на поход на закрытую вечеринку. Пора бы ей отработать вложенные в нее деньги. Батлер точно не спасет обожаемую Викторию Линн. Или она предпочитает Линнеа?  *** Туфелька светилась над входом. Он вошел внутрь, клуб жил привычной жизнью. Глухая музыка, смесь запахов и развязный смех. Вчерашний вечер звоном стоял в голове. Зачем ему это надо? Еще бы понять из-за чего она вчера впала в истерику. Попытался вспомнить, что сделал или сказал не так. Старался не говорить, был тошнотворно нежным. Сбежала, пока он пошел в туалет, чтобы достать салфетки для ее собаки. — Лав, твой хозяин пришел, — усмехнулась Сара, проходя мимо, — Добрый вечер, господин. Простите, что не на коленях. Лав разболтала или хвалилась заработком, другого от стриптизерш ожидать не стоит. В темной комнате с пыльными шторами все шло не так. Он не мог договорить фразу до конца, в голову ничего не шло. Когда она потянулась к его ремню, перехватил ее руку, не осознавая, что он делает. Лав села рядом. — Тяжелый день? Хочешь поиграем? Могу притворяться маленькой девочкой, многих это заводит. — Ты ненормальная? По-твоему, дети могут возбуждать? — поморщился, и без того слабое желание пропало окончательно, он приехал сюда скорее по привычке. — Ну или что ты любишь? Хочешь массаж? Анал? Могу я тебя, если хочешь? Я никому не расскажу. Джефф молчал, ничего из перечисленного он не хотел, особенно последнее. Разве что массаж, шея и плечи болели от сидячей работы. — Массаж. Шея и плечи, только это. Лав послушно поднялась и начала массировать его плечи. Руки сильные, умелые. Он прикрыл глаза, напряжение в мышцах отступало. — Слушай, — она наклонилась к его уху. — А может ты влюбился? Он резко открыл глаза. Глупости. — Нет, точно нет. — Чего ты испугался? Это хорошо, любовь прекрасное чувство. Семья, дети. Разве это не смысл жизни? Ты в целом мужик неплохой. Кто счастливица? — она перешла к шее. — Странно говорить о семье в таком месте. — Если хочешь знать, семейные у нас тут чаще всего, — она перешла к голове, мягко проводя ногтями по массажным линиям, почувствовала, как он расслабился. Наклонилась, расстегнула ширинку, запустила руку под ткань. Потрогала. Погладила. Сжала. Ничего. — У меня двое детей, еще месяц работы тут, и я заработала младшему на операцию. — У тебя есть дети? — Ну да. Вообще я медсестра, знаешь, скольких девчонок тут откачала? У младшего диагноз, муж сразу свалил, моих денег не хватало, чем еще заработать? У меня есть то, что всегда в цене. Вначале противно. Сейчас ничего так. Почти психолог. Ну ничего, поставлю младшего на ноги, переучусь на косметолога и буду делать красоту. Она наклонилась ближе к нему. — Шел бы ты к своей любимой, ничего тебя не берет. Но плати как положено. Джефф обернулся к ней, Лав смотрела по-доброму. — С тебя еще массаж спины, и я пошел. Они вышли из кабинета вместе, Лав приметила нового гостя, которого побежала встречать с радостными возгласами. Джефф отправился на улицу, на удивление ему дышалось легко этой ночью, может так и ходить к Лав на массаж? Достал сигарету, дверь сзади скрипнула, Джефф повернулся, не веря своей удаче. Мелкий латинос, кости на шее. Вот так встреча. Тре рванул вперед, на бегу обернулся, перекрестился. В этот момент Джефф споткнулся, чуть не упав, рванул дальше, только улица снова была пуста.