Тени Venice Beach

Вик сидела в его кабинете за столом, завернувшись в пиджак, дремала, изредка подрагивая. Хорошо, что вошел он, а не кто-то другой из отдела. — Виктория, — осторожно дотронулся до ее плеча. — Просыпайся, я отвезу тебя домой. Она сонно кивнула, неловко встала, придерживая пиджак. Платье неприятно сжимало тело, мешая дышать. В машине равнодушно уставилась куда-то на парковку, не обращая внимания на происходящее вокруг. Вели двоих: плачущую девушку и пьяного мужчину в грязной одежде, но в удивительно ухоженных ботинках; он просил не трогать девушку. — Ты — гражданка США, борись, борись, моя девочка! Ты — девушка, ты — человек! Борись! А я охуенен, я просто охуенен! — Иди уже, — толкнул его в спину мужчина в форме. Джефф внимательно смотрел на нее, не зная, куда ехать: к себе или в Пико-Юнион. Если к себе, то он хотя бы может быть спокоен, что она не вляпалась в очередную историю. — Вик, если вдруг Мия будет звонить или приглашать куда-то, не соглашайся. Скажи мне. Почему ты не рассказала раньше? Виктория молчала. — Что мне делать с деньгами? — Оставить себе, тебе семь тысяч лишние? — Пятнадцать, — поправила Виктория. — Я их спрятала в сейфе на работе. Не трачу, вдруг она попросит вернуть. Джефф откашлялся, удивленно глядя на брюнетку. Эскорт — действительно золотое дно, только потом никакие деньги не помогут восстановить психическое здоровье. — Отвези меня домой, — тихо попросила она, плотнее запахивая на себе черный пиджак. — Я очень устала. — Высажу тебя на углу, ладно? — уточнил он, с сожалением отмечая, что она унесла на себе «Бриони», подарок его бывшей — пожилой женушки городского советника. Дорогие вещи, которые ему покупала Эвелин Харпер, оказались очень капризными в уходе. В обычной жизни для него не было ничего удобнее любимых «Джорданов» и серых спортивных штанов. Вик рассеянно кивнула, ремень застегнулся с глухим щелчком, она с облегчением откинулась в кресле, закрыла глаза. *** Темный столб дыма поднялся в подернутое золотой дымкой небо. Вик ошарашенно смотрела на улицу, резко выпрямившись. — Останови! — она дернула его за руку. — Быстрее! Ремень безопасности в старом рабочем «Цивике», который брали все сотрудники наркоотдела, заело; она нервно дергала его, нажимая на кнопку, пока тот не расстегнулся. — Лаки, — со страхом выдохнула она и выскочила из машины, на ходу снимая высокие каблуки и кидая их на асфальт. — Стой, — сказанное в приказном тоне слово утонуло в громком хлопке двери. Вот черт. Джефф натянул капюшон толстовки ниже — неугомонная Виктория. На улице подобрал ее туфли, следом валялся пиджак. Она расталкивала толпу зевак с телефонами, протискиваясь к подъезду. Огонь быстро охватил верхние этажи, в воздухе повис запах жженой пластмассы. «Мария живет на пятом, бездельница», — всплыло в голове; может, это горит квартира Марии. Вик остановилась, рассматривая дом в огне. Босые ноги неприятно щекотал разбитый тротуар, в воздухе кружился серый пепел. Рядом, словно из ниоткуда, появился Тре с бутылкой пахучего напитка. Он с благоговением смотрел на языки огня, оранжевые всполохи в темных глазах смотрелись пугающе. — Блудницы сожгли Вавилон. И наш дом. Слышала, нашли тело Латиши около храма? — он едва ли различал, кто стоит перед ним. — Такие дела. «Не попрощалась с духом — к беде», — вспомнила Виктория и обхватила себя руками, по коже пробежал мороз. — Брось, — он похлопал ее по предплечью. — Зато ей сейчас легко. Вик скинула его руку. Он в себе? Тре сделал еще глоток и ушел, напевая себе под нос какую-то песенку, оборачиваясь каждые несколько шагов на полыхающий дом. Вик улучила момент, когда у входа никого не было, и побежала внутрь, не разбирая ступеней из-за густого дыма, разъедающего глаза и легкие. В квартире не различить где что, пришлось двигаться по памяти; она, задыхаясь, подбежала к столу, схватила с него ежедневник и рамку с фото. — Лаки, — крикнула она, пытаясь услышать сквозь треск огня вой или лай — вдруг он забился куда-то от страха и скребется. — Лаки! Голова шла кругом, горло сильно запершило, и она зашлась в сильном кашле. Чьи-то руки подхватили ее и насильно вытащили из квартиры. — У меня там собака, — на улице она оттолкнула пожарного. Перемазанная копотью, прижимающая к себе толстый ежедневник и рамку с фото, Виктория выглядела особенно несчастно. — Понимаете? — Мэм, вы пересекли ограничительную линию, к вам сейчас подойдет офицер... — Идите на хер! — сорвалась на крик Виктория, проведя рукой по лицу. — Найдите мне мою собаку! Громкий взрыв лопнувшего стекла заставил посмотреть на ее бывшие окна. Вырвавшийся столб огня резво охватил стену дома. Горело все то, чем она успела обрасти за полгода жизни в Лос-Анджелесе. Ей было жаль не одежду, а оставшиеся фото своей семьи: бабушки, родителей, ее детские фото, фото с выступлений. Она почувствовала, как на глазах выступают слезы. Город отнял у нее воспоминания. Тяжелая рука опустилась на плечо. — Поехали, — знакомый низкий голос выдернул из оцепенения, неведомая сила почти поволокла ее к машине. — Быстрее. От нее воняло гарью, Джефф раздраженно чесал нос. В черной копоти, взлохмаченная, Виктория напоминала чертенка из детского мультфильма; она растерянно прижимала к груди спасенное имущество. — Ты в своем уме? Ты побежала в горящий дом! — У меня собака пропала, ее надо найти, — упрямо начала Вик, глядя в одну точку. — Давай так. Я отвезу тебя к себе. Ты помоешься, поспишь. Вечером поедем искать твоего полушпица. — Нет, надо ехать сейчас, надо обойти дворы! — она, не соображая, что делает, потянулась к двери. — Открой дверь! Джефф почесал лоб — до чего же упрямая. Желание курить пропало, после увиденного и от ее запаха першило в горле. — Мне через час надо быть в управлении, я не спал. Не еби мне мозги своей псиной. — Так выпусти меня из машины, и никто не побеспокоит тебя! — закричала она во весь голос. — Катись куда хочешь! А мне нужна моя собака! Виктория дернула ручку двери. Безрезультатно. Джефф равнодушно завел мотор и повез ее в Мар-Висту, не обращая внимания на ее угрозы. Она вышла из машины, с ненавистью глядя на него. Демонстративно отвернулась к стене, когда они прошли в дом, осталась стоять у тумбы в прихожей. — Послушай, я приеду ближе к вечеру, узнаю, где твой Лаки. Пока отдохни, — он протянул ей ключи от «Мустанга» и банковскую карту. — Магазин вниз по улице, ехать минут пять, если вдруг будет лень идти пешком. Только не вздумай таскаться по всем питомникам города. И помойся, — он поморщился. — От тебя невыносимо несет гарью. Она осталась стоять, рассматривая стык стены и пола; он положил на тумбу карту и ключи и вышел на улицу. Своенравная девица взбесила его. Очередная ночь без сна, а он выслушивает капризы малолетки, которая вздумала искать собаку. Джефф пересел в «Вольво», позвонил Джине, попросил забрать служебную машину и срочно узнать, не привозили ли куда-нибудь бежевого пса, похожего на шпица, с фиолетовым ошейником в стразах. Зачем он оставил Вик «Мустанг»? После своей развалюхи она точно расхреначит его машину. Ни капли сомнения, что сейчас она дождется, пока он уедет, и будет разъезжать по всем приютам города. Посмотрел на окна, заметил движение занавески — так и есть: не может дождаться, когда он свалит. Через двадцать минут ему нужно быть на Уэст-Ферст, на внеплановом разборе после очередной проверки. Вэнс, Маркус, Окафор — полный набор для утренней мигрени. От него несло костром, глаза резало от дыма, больше всего хотелось спать, а лучше принять волшебный порошок. Но нет. Надо собраться с мыслями и объяснить, почему он до сих пор не смог навести порядок в своем отделе. Вик нервно искала адреса мест временного содержания животных, копируя адреса в заметки. Если Джефф не приедет в семь, она возьмет его машину и поедет сама. В ванной нашла маску для окрашенных волос, шампунь и какой-то цветочный гель для душа в розовой бутылочке. Запах ей понравился, похож на ее духи. Такая мелочь немного подняла настроение: неужели Джефф запомнил, что она в прошлый раз говорила про маску для волос, еще и перенюхал весь отдел с гелями для душа, чтобы угадать с ароматом? Захотелось есть. В холодильнике пусто, в шкафах тоже ничего нет. Покосилась на карточку — брать чужие деньги неловко. Потерпит. Желудок заурчал. Может, зайти к его соседке, добродушной мисс Андерсон, и напроситься на чай? В прошлый раз они поладили, как ей показалось. Но дом соседки оказался закрыт. Вик попила горячей воды — балетная привычка на время отлично перебивала аппетит. Она легла на диван, поглаживая урчащий живот, решила поспать, пока Джефф на работе, но из головы не шел Лаки. Пошла в спальню, обняла его подушку, едва заметный аромат ладана приятно пощекотал нос. Устроилась удобнее и вспомнила: как-то вечером к ней постучал Тре — она дорабатывала в клубе последние смены. Гордость гордостью, а три сотни на дороге не валялись. — Привет, вечером гуляем. Ты с нами? — начал он, рассматривая ее огромными зрачками, на лице блуждала непонятная улыбка. Она пожала плечами. — Последнее время дома не ночуешь. — Работаю, вот и сейчас еду на репетицию, — она кивнула на небольшую черную сумку у входа. — Тебя наши ребята видели с копом в Гриффит-парке, — он смотрел внимательно. — Коп? Не знаю, он не говорил, кем работает. Мы недавно познакомились. Ходили вот... — Вначале Марлон, голову морочишь Чино. Если тебя привел наш, значит, ты своя. Понимаешь, о чем я? Знаешь, по правилам улицы как это? Всевышний все видит, — улыбнулся Тре, обнажая белые крепкие зубы. — Лучше приходи после репетиции. А какие в кафе репетиции? — вдруг прищурился он. — Я в клубе хореограф. Безумие промелькнуло в глазах Тре. — Учишь других торговать телом? — Нет. У нас это... — Лучше брось, — неожиданно грубо произнес он, поправляя капюшон толстовки. Постоял какое-то время и пошел вниз. Когда дверь подъезда за ним закрылась, Вик опять постучалась к Латише. Ее уже не было два дня. А сегодня Тре сказал, что ее убили. Сейчас это показалось странным. На часах было шесть. *** Джефф вышел из здания, голова раскалывалась. Маркус не то случайно, не то специально завел разговор о Карлосе так, чтобы это услышали. Карлоса нашли убитым на Седьмой, с рисунком на лбу. Батлер пил воду из пластикового стакана, параллельно мечтая о порошке и легком онемении в деснах. Не для себя, а для продуктивной работы. Он обещал завязать совсем, но как же тянуло к этой дряни. — Два дня назад Карлоса Лопеса нашли на Седьмой, на перекрестке, — слишком громко для личного разговора начал Левин. Джефф покосился в сторону окна, где стояли Вэнс и Окафор. Показательное выступление капитана. — Я тут при чем? — Джефф сделал большой глоток, вода встала в горле комом. — Это твой информатор. Именно он привел нас на склад, где ты упал с забора. — Ты что-то путаешь, я не падал, мы упустили из-за нехватки рабочих единиц и плохой видимости, — вспомнил он формулировку Джины. — А что касаемо Карлоса, он оформлен на отдел, а не на меня. Мои беззаботно бегают и приносят информацию. Левин покрылся багровыми пятнами и дрожащими руками полез в нагрудный карман за платком. — На лбу вырезан глаз, рана набита золой и кирпичной крошкой. В крови — синтетический фентанил. — У каждого второго фентанил, — усмехнулся Джефф, представил, как приедет домой, нальет себе виски со льдом и включит плойку. А еще дома его ждет стройная брюнетка, которая хочет заполучить свою собаку. Домой расхотелось. — Энцо Гомес тебе говорит о чем-нибудь? Джефф покачал головой. — Нет. — Тоже вещество в крови. — Дай угадаю, тоже Седьмая или Центральный Южный? — ехидно сказал Джефф. — Я все сказал, — резко оборвал Левин. — Есть, кэп, — Джефф сделал еще глоток и с треском сжал пластиковый стакан. Кажется, Маркус поверил в себя. *** Когда он зашел домой, на диване сидела Вик в его любимых джинсах, которые он недавно постирал, и его черной футболке. Спасибо, что не завязала узлом на животе, иначе испортила бы. Она утащила его куртку, в прошлый раз уехала в его толстовке, стащила из кабинета пиджак и сейчас забрала себе часть его вещей. Хорошо, что пиджак он успел подобрать, в отличие от куртки и толстовки, сгоревших на Седьмой. — Надеюсь, у тебя не одиннадцатый размер ноги, — он снял ботинки и с удовольствием пошевелил пальцами ног. — Нет, твои кроссовки мне велики. Я уже проверила. Он с грохотом бросил ключи на стол. Надо же, разговаривает с ним, а он думал, показательная обида будет длиться дольше. — Я ужасно хочу есть, — начал он. — А я хочу свою собаку. — Вик, я устал, можно я посплю хотя бы два часа, мы поедим и поедем искать Лаки. — Какого черта я тебя ждала весь день? — вспылила она, вскакивая с дивана. — Я бы сама его уже нашла! — Как? У тебя даже документов нет на собаку, у него чип есть? — Какая разница? Это моя собака. Поехали! — И не подумаю, я хочу отдохнуть. Я не спал! Я живой человек! — Джефф сел на диван, взял в руки геймпад, выбирая игру. — Я тоже не спала и не ела! — встала перед ним, уперев руки в бока, пытаясь загородить собой экран. — Ты обещал! — Черт с тобой, истеричка, — он пошел в гардеробную, чтобы переодеться, со злостью снял рубашку, чуть не вырвав пуговицы. — Найду твою тупую псину, и катитесь отсюда обе, чтобы я никогда больше не видел ни ее, ни тебя! А тебя вообще депортирую куда-нибудь в Австралию или к пингвинам. Он выскочил, чуть не сбив ее с ног, и прошел мимо улыбающейся Виктории в душ, продолжая смешно ругаться. *** Им принесли заказ, Джефф ел так, будто голодал неделю, казалось, еще немного, и он начнет грызть тарелку. Вик вспомнила, что недавно читала статью о том, что как человек ест, так и занимается сексом. Ей стало смешно от этого сравнения, но она сдержалась, стараясь выглядеть обиженной. Короткая вибрация его телефона, он мельком посмотрел на экран. — Твою собаку нашли. Северный приют, Лейси-стрит, 3201. Почти на другом конце города, — сказал он с набитым ртом, поймав ее взгляд. — Дай мне поесть. Вик вздохнула и принялась за свой салат, мысленно отсчитывая минуты. Она продолжала кидать на него полные грусти взгляды. — Прекрати, — он почти залпом осушил стакан воды. — Не смотри на меня так. Джефф заметил, как покорно она принялась за салат, и довольно ухмыльнулся. Северный приют встретил их низким бетонным зданием на Лейси-стрит, запахом мокрой шерсти, хлорки и дешевой еды из соседней забегаловки. Судя по всему, за животными здесь не убирали. За столом сидел толстый парень в сером спортивном костюме, смотрел стендап и громко смеялся, похлопывая себя по бедру. Рядом остывал тако, щедро приправленный майонезом. Оглянулся по сторонам, проверяя, что его никто не застукает, включил лесби-порно и жадно уставился в телефон на двух рыжих девушек. Животных он не любил, его раздражали эти пушистые морды. Школу не закончил. Мать отказалась содержать двадцатисемилетнего оболтуса, пришлось идти работать куда взяли. Платили до смешного мало, но он быстро нашел способ, как разводить на деньги хозяев, которые пришли за питомцами. Только он запустил руку в штаны — на пороге появились двое: высокая девушка на каблуках и хмурый мужик с прямой спиной, будто ему сзади прицепили палку. То ли отец с дочерью, то ли парочка извращенцев. — У вас мой шпиц, — начала девушка, нервно убирая волосы за ухо. — Мы закрыты, — отозвался лениво парень, прикрывая рукой телефон. — К вам сегодня привезли бежевого полушпица с фиолетовым ошейником в стразах, — продолжила терпеливо девушка. — Это мой. Отдайте. — А, — парень лениво вытянулся на стуле. — Так это ваш дикий зверь? Невоспитанный, больной и без чипа. Утром его усыпят. Вечно эти размалеванные девицы считают, что им все должны. — Это моя собака, — начала терять терпение Вик. — Документы на собаку, дорогуша, потом иди в полицию, и только тогда собака, возможно, попадет к тебе. Но у него, как пить дать, бешенство. Не отдам. Еще кинется на кого-нибудь. Утром спишут как опасного. — Полиция уже тут, — Джефф показал жетон. — Я таких, знаешь, сколько могу сделать, — сотрудник понял: им нужна собака, и за бежевое недоразумение дадут столько, сколько он скажет. — Представься по уставу. — Лейтенант наркоотдела полиции Лос-Анджелеса, Западного бюро, Джефф Батлер. — А, Западное бюро, еще и наркоотдел. У нас тут север, друг. Потом придут оттуда, спросят про собаку, и что я скажу? Нет, не отдам, — он покосился на экран телефона. — Эй, туда нельзя! Виктория, не слушая противного сотрудника, шла между рядами с клетками, всматриваясь в решетчатые двери, где же сидит ее любимый хвост. Наконец нашла. Лаки грустно смотрел на замок, забившись в угол. Перед ним стояла пустая пластиковая миска. — Малыш, — позвала она. — Я пришла. Робкое движение пушистым хвостом, и следом раздался счастливый лай. — Эй, красотка! Отойди от клетки! — закричал парень. — Вы что, даже воды ему не дали? — возмутилась Виктория и попыталась самостоятельно открыть клетку. — Послушай, — тихо начал Джефф, — девушке нужна собака, именно эта. Зачем тебе шавка? Ее все равно усыпят, так? — Так, — довольно кивнул парень, понимая, что разговор идет в нужную сторону. — Ты выключишь камеры, я дам тебе, ну... сто. И мы ушли. — Пятьсот, — поджал губы работник. — Не жадничай. Три сотни, моя спутница довольна, а ты дальше продолжишь смотреть порнуху, — Джефф кивнул на экран телефона, где одна из девушек наигранно облизывала пальцы. — Триста пятьдесят, и ты купишь два свитшота с котами, — показал пальцем на стену с мерчем питомника. — Каждый по двести пятьдесят, средства идут на содержание животных. Безобразные свитшоты серого и розового цветов с котами висели на деревянных плечиках. У одного из котов вместо глаз были спирали. — Мне нужна собака, а не тряпки. — Как хочешь, — он залип в телефон. — Без кофт собаку не отдам. Джефф полез в бумажник, резкими движениями отсчитал наличку, швырнул деньги на стол. Сложенные пополам купюры проехались по поверхности и упали на пол. Парень кинулся их поднимать и жадно пересчитывать жирными пальцами. — Подавись. — Вот так бы сразу. Неуклюжей походкой он пошел к клетке, открыл и отдал Вик собаку. Она возмущалась, что животных содержат в ужасных условиях, требовала налить каждому хвостику воды и дать корм. Толстый сотрудник игнорировал ее просьбы, огрызаясь в ответ. Вместо этого пихал ей в руки две кофты с котами. Вик не выдержала, потянулась за свитшотом, висящим на стене, вытащила вешалку и с размаху швырнула в парня; тот с трудом увернулся. — Больная дура! — закричал он, отнимая свитшоты обратно. — И твоя псина такая же. Джефф едва сдерживал смех, уводя разбушевавшуюся брюнетку на улицу. — Ты видел? Нет, ты видел? На двери мелькнула табличка «закрыто» и щелкнул замок. Она вышла, прижимая к себе Лаки, и продолжала громко возмущаться. Вдруг замолчала, остановилась и повернулась к нему. — Спасибо, — поцеловала Батлера в небритую щеку, абсолютно счастливая. Такой он не видел ее ни разу. За эту улыбку и взгляд он был готов заплатить еще десять раз по тысяче и скупить весь идиотский мерч в этом питомнике. — Довольна? — Очень, — она потерлась носом о бежевую шерстку и нежно подула в ухо Лаки. — Сколько ты ему заплатил? — спросила вдруг Вик. — Нисколько. — Я все верну. — Давай так, — Джефф развернул ее к себе, посмотрел в зеленые глаза. — Считай, что это мой подарок. — Подарок? За что? — На твой будущий день рождения. — Но это еще нескоро. До февраля пять месяцев. — Тогда это на прошедший день рождения. Лучше поздно, чем никогда. Ветер трепал распущенные волосы, она прикусила губу, рассматривая вывеску «закрыто». — Можно я останусь у тебя? Мне совсем некуда ехать. — Можно. Есть одно «но»: боюсь спать один, — он улыбнулся, наблюдая за ее реакцией. — Поехали, пока я не передумал. --- — Развела тебя, как по учебнику, — он жадно ел пасту, наматывая спагетти на вилку. Вик только поковыряла свою и отодвинула в сторону. — Ты точно не хочешь? Я доем. Он придвинул к себе ее порцию. Они сидели на кухне в его доме в Мар-Висте, напротив нее стояла чашка с чаем. Джефф с удовольствием пил виски со льдом, о котором мечтал днем. Для человека, не спавшего вторые сутки, он выглядел неплохо. — Вообще, ты уже на этой вечеринке должна была с кем-то переспать, и не с одним, — сказал он с набитым ртом. — Дальше — больше: она повесила бы на тебя денежный долг и заставила отрабатывать. Ну там... платье, например, макияж, обувь. Схема проста как мир, но до сих пор работает. Почему ты мне не рассказала? — Ты мне тоже не все рассказываешь, — заметила Виктория, желая скорее сменить тему. Она не хотела обсуждать с ним Мию, но он ловко вывел ее на этот разговор и вытянул из нее все, что хотел. — Например? — он крутил бокал с медовой жидкостью, лед постукивал о стеклянные стенки. — Твоя бывшая София, например. Она заметила, как он едва заметно нахмурился, — делал так, если ему что-то не нравилось. — В интернете почитай. Можно и без моих комментариев обойтись, — допил одним глотком. — Читала. Там еще про Эмму, которая тоже пропала. — Что ты хочешь услышать? — он вздохнул, проведя рукой по волосам. — Ничего, просто узнать... Мы же вроде как пытаемся стать... — густо покраснела. — Софию нашли? — Нет, не нашли, — подтянул колено к груди, обхватив его руками. — Ты искал? — она пододвинулась ближе, Джефф видел в ее глазах искреннее переживание. — Искал, — прижался губами к колену. — Может, она просто испугалась и сбежала? Так бывает... — Она не могла. — Прости, — Виктория пожалела, что завела этот разговор, отошла к окну. Кто тянул ее за язык? Молчание затянулось. — Это было давно, — нарушил тишину Джефф. — И неправда, — добавил, чуть помедлив. Она подошла к нему сзади и нежно обняла за шею. — София обязательно найдется, — прошептала Виктория. Он прижался щекой к ее предплечью, слегка поглаживая запястья. Едва заметно покачал головой, отгоняя ненужные мысли. — Я уже давно не верю в сказки. И тебе советую. «— Ты всегда будешь любить меня? — Я буду любить тебя вечно.» «Вечно» раздирало горло изнутри. Ничего не было. Никогда. Резко встал, поставил посуду в раковину, выкинул контейнеры из-под пасты. — Пойдем спать? Только ты ляжешь со мной. Джефф настолько устал, что стоило ему лечь и обнять Викторию, как он моментально провалился в сон, крепко прижимая к себе стройную брюнетку. Проснулся посреди ночи, осторожно вытащил руку из-под Виктории, сел на край кровати, глядя перед собой в коварную темноту. Оглянулся: черные волосы разметались на подушке, в полумраке белеют круглые упругие ягодицы, между колен зажато одеяло. Тихо прошел в соседнюю комнату, закурил и достал из сейфа небольшой пакет с белым порошком.