Тени Venice Beach

Они зависли где-то между входной дверью и гостиной в квартире, украшенной золотыми вензелями и десятками фото. Он потянулся к выключателю, Виктория направила его руку обратно к себе. В гостиной на полу лежал желтый квадрат уличного освещения. Безумный город остался за стенами дома, потеряв из вида двух жителей, дал им короткую передышку перед очередными жизненными неурядицами. Моросил мелкий дождь, и из-за едва слышного стука капель по стеклу обстановка странной квартиры стала неожиданно уютной. Их сбивающееся дыхание смешалось с мерным тиканьем больших настенных часов. Платье никак не хотело сниматься, молнию как-то хитро зашили, и оба никак не могли ее найти. Внезапно Джефф начал смеяться: вспомнился старый рассказ друга по общежитию, пока тот занимался любовью с девушкой, ее собака трахала ему ногу. Пса в комнате не было. Вик отстранилась. — Что смешного? Он сбивчиво рассказал, не размыкая объятий. В ее памяти всплыла похожая история, только там кошка прыгнула на спину девушке. Она тихонько рассмеялась. — Откуда ты берешь эти истории? — провела пальцами по его губам. — Просто ты не училась в колледже. Как от тебя отклеить это платье? — прошептал он. Вик потянула край декольте, украшенного блестящей красной нитью, кожа больно оттягивалась и моментально краснела от раздражения. — Только так, — поморщилась, беспомощно глядя на него. Ткань с шелестом соскользнула к ногам, она перешагнула через нее, прикрывая грудь руками. Виктория пыталась заставить себя не отключать голову, остаться в этом моменте, хоть раз в жизни почувствовать, что значит, когда кто-то искренне нравится, когда бережно целуют каждый изгиб тела, обнимают. Ее тонкие пальцы гладили горячую упругую кожу, провела руками вверх, через твердый пресс, выше через ребра, к лопаткам. Снимая с него ненужную футболку, радуясь, что не запуталась в ней. Прижалась лбом к его лбу. Чужая мягкая кровать со скрипом встретила их. Захотела что-то сказать. Все слова вылетели. Она долго сжимала его коленями, не отпуская, стараясь растянуть этот момент близости. Ей было стыдно за свои стоны, за то, как она тянулась к нему. Но Виктория продолжала прижиматься, растерянно смотрела в потемневшие серые глаза. Все вышло как-то скомкано, сбивчиво, нелепо. Джефф был излишне мягкий, внимательно наблюдал за ее реакцией, боясь сделать что-то не так, она вцепилась в его плечи и не отпускала, обхватив ногами талию. На большее не хватило смелости. Она лежала на его плече, легонько водя кончиками ногтей по груди, от ее прикосновений разбегались мурашки. — Мне так жаль, что родителей нет, — прошептала она, прикрывая спину одеялом. — В такой момент ты думаешь о родителях? — заправил непослушную волнистую прядь ей за ухо, удивляясь. — Нет, просто мама могла бы мне сказать, что нормально, а что нет. Знаешь, — коснулась пальцами его подбородка, колючий. Провела ниже по шее, относительно свежему кривому шраму на предплечье, гладкая, розовая тонкая кожа. — Свежий. Откуда? Смотрела в глаза, ожидая ответа. Джефф слегка прищурился, давая понять, что не помнит. Не рассказывать же ей о том, как он сам себе зашивал ранение, а потом перебрал с препаратами, проверяя в очередной раз судьбу. — Родители всегда обнимались и целовались, как подростки, — продолжила она шепотом. — Хотя маме было пятьдесят четыре года, а папе еще больше. Он старше ее на девять лет. Думаю, и с другим у них проблем не было. — Ты так спокойно об этом говоришь. Звучит ужасно, — он не хотел представлять секс возрастных людей, ему бы разобраться с тем, что произошло сейчас. — Джефф, я росла в любви. Для меня эти проявления были нормой. Понятное дело, что они не открыто при мне целовались, но я замечала. Слышала, как они смеются. — Как? — Влюбленно. Он гладил ее по спине, отмечая, что чувствует каждое ребро. — Все вышло как-то... Никак, — разочарованно начал он. — Ну да. Хотя мне понравилось, — подняла к нему лицо. — Что-то было в этой неловкости... Ну знаешь, когда... У меня же не было, как у других. Когда ждешь свидания и знаешь, что на нем все случится. Глупо. Она запуталась в словах и замолчала, положив голову ему на плечо. Он привык: когда Виктория хотела сказать что-то искренне, то забывала слова, начинала запинаться. Где-то за окнами шумел город, не хотелось думать ни о работе, ни о Седьмой, ни о чем. Грохот на кухне не предвещал ничего хорошего, пушистые разносили квартиру, но не хотелось выбираться из постели. — Мы увидимся вечером? Только давай у тебя? Мне казалось, что с фото на нас смотрят многочисленные родственники... Он кивнул, прижимая ее к себе, приятное тепло успокаивало. Прикрыл глаза, чувствуя, как слабость расползается по всему телу, лишая возможности думать, анализировать и убеждать себя лишний раз в том, что он ошибся в выборе женщины. Вик боялась пошевелиться, чтобы не разбудить его. Смотрела на расслабленное лицо: ушла морщина между бровей, будто помолодел. Она провела пальцем по спинке носа, поморщился, что-то невнятно пробурчал, поерзав на подушке. До самого утра она почти не спала, обдумывая его недавнее признание. Это же не очередная его шуточка? *** Ее смена начиналась в обед, она приехала на работу несобранной. Забывала заказы, путала тарелки гостей, но, на удивление, никто не высказывал недовольства, будто весь мир чувствовал ее эйфорию. Кайл кривил губы, перешептываясь с Мирандой. — Волосы на работе нужно убирать в пучок, — бросила та, проходя мимо. — Никому не нужна приправа из метровых волос. И да, совсем забыла, — она полезла в карман передника. — Тебе просили передать. Миранда брезгливо протянула Виктории белый небольшой конверт. — Что там? — спросила она, убирая спадающую на лоб прядь. — Откуда я знаю, принесла какая-то малявка. Вик взяла прямоугольник в руки, открыла, три фото. Ее фото. Первое сделано через панорамные окна кафе со стороны пляжа, судя по одежде, несколько дней назад. Второе — она с Лаки и мороженым в руках, в тот вечер, когда ей показалось, что за ней следят. Еще одно в кафе, снова через окно. — Что это? — растерянно протянула она Миранде фото. — Это твои дурацкие шутки? — Спятила? — Это не смешно, Миранда! — Что, папарацци уже достают? — она вырвала фото, рассматривая их. — О, тут у тебя второй подбородок. Кайл встал рядом с красноволосой официанткой. — Ну ты, типа, это, — протянул Кайл. — Спроси у своего копа, может, он расследование проведет. — И хозяину расскажи, — поддакнула Миранда, гоняя во рту жвачку. — И дай автограф. Виктория растерянно смотрела на тех, кого еще недавно считала друзьями. — Как выглядела девочка? — Ну такая, чуть выше стола, — начала Миранда. — Лысая, как морпех, — перебил Кайл, явно довольный своим остроумием. — Ясно, — Вик махнула рукой, собирая на поднос грязную посуду. — Личный сталкер, — Миранда уперлась подбородком в кулак, картинно моргая глазами. — Что может быть романтичнее? Вик посмотрела на телефон, сообщения от Мии. Ждет ее в отеле к 19:00. Она переслала сообщение Джеффу, чувствуя, как дрожат пальцы. А вдруг Мия приедет сюда и силой ее потащит с собой. Почему у нее всегда так? Стоит только появиться в жизни чему-то хорошему, как все портится. Она села в подсобке на низкую стремянку и, стараясь не расплакаться, прочитала ответ от Джеффа. Вечером встретит ее с работы. Жаль, не уточнил с какой: после кафе или около гостиницы, если Мия сюда приедет. Горько усмехнулась. Достала из кармана фото, хотела порвать, но в последний момент передумала. Долго еще Лос-Анджелес будет издеваться над ней? *** Ратаковски собирала вещи на рабочем столе, убирая телефон и зарядку в новенькую «Эрме», которую заказала из Европы почти месяц назад. Красивого винного цвета, под туфли. Сегодня ее и Вик ждут в лобби отеля «Хилтон», надо привести себя в порядок и эту тоже, последний раз, когда Мия ее видела, брюнетка выглядела отвратительно. — Куда собралась? — у стола материализовалась Джина, сверлила надменную коллегу взглядом. — На выезд, — сухо ответила Ратаковски, поправляя голубую блузу без рукавов. — Тебе этого не понять. Бумажки не ждут? — Сейчас собрание, а потом мы с тобой идем в архив. — Ты идешь, — отрезала Мия, нервно щелкая застежкой сумки. — А у меня уже есть планы на вечер. — У нас ОВР. — Передавай им привет! — она победно улыбнулась, надевая очки. Но в коридоре наткнулась на Вэнса. С ослепительной улыбкой он взял ее под руку, увлекая упирающуюся Мию в старый душный конференц-зал. За столом с довольной ухмылкой сидел Батлер, сложил самолетик из листа бумаги и кинул в Ратаковски. Старый идиот. Она смяла бумажный самолетик и положила рядом. И он еще метит на повышение. Мия подчеркнуто недовольно кинула сумку на стол и села, скрестив руки на груди. Написала Виктории, что задержится, но на ее имя в салоне запись на прическу и макияж, может не ждать, а идти к мастеру. Правда, это на ней продержится недолго. Она довольно улыбнулась. Заказчик богат. Вик ничего не ответила. Не придет. Ничего, Мия ее силой вытащит из клоаки на побережье и приведет куда надо. В перерыве она подошла к Джеффу: — Думаешь, я не понимаю? — О чем ты? — он наливал воду в пластиковый стакан, даже не обернувшись. — Об этом собрании. Вэнс одно и то же говорит уже третий час. Джефф пожал плечами. — Очень много ценной информации, слушай. Изменения в законах, нормативах, обновленные регламенты работы, — он остался стоять на месте, хотя допил воду, сминая пластиковый стакан. Вэнс, подозрительно радостный, встал рядом с Мией. В дорогом сером костюме и нежно-жемчужной рубашке. Безвкусица. — Какие красивые туфли, — похвалил он ее выбор. — «Прада»? — «Прада», — язвительно ответила она, эти двое что, серьезно думают, что она не замечает, как они переглядываются. С каких пор они снова общаются? Все знают, что Батлер и Вэнс лет пять как на дух друг друга не переносят. — Откуда денежки? — на ухо спросил Вэнс, подняв одну бровь. — Богатый папик. Уж тебе ли не знать, как это, когда мужик за тебя платит. Батлер поджал губы, многозначительно посмотрев на Вэнса. — И только я живу на нищенскую зарплату копа, — наигранно вздохнул Джефф, оперся предплечьем о стену, скрестив ноги. — Весь в кредитах. Долгах. Догадка осенила Мию, не зря Линда нагадала ей казенный дом. Понимание происходящего ударило по голове страшным узнаванием. — Ты что, копать под меня удумал? — прошипела Мия. — Нет, — издевательски ответил Джефф. — Куда мне до тебя? Я голодранец из провинции. Ем руками, сплю на соломе... — После собрания мне хотелось бы проверить кое-что, — Вэнс засунул руки в карманы, рассматривая в упор Ратаковски. — Особенно у тебя. Ты удивлена? Тебя должны были предупредить, например, лейтенант Батлер. — Это я, — кивнул Джефф. — Мне никто не говорил. — Незнание не освобождает от ответственности, — протокольно отозвался Батлер. Что за шуточки у этих двух придурков, как в средней школе, толкнув Джеффа плечом, она пошла обратно в зал. — Не женщина, ураган, — услышала в спину. Мия сидела за столом в опен-спейсе, 20:30. Телефон разрывался от звонков и сообщений. Она нервно качала ногой. Брюнетка молчала, заказчик сыпал проклятиями. Замена Вик на связь не выходила. Неужели Джефф из-за этой малолетки устроил этот цирк? Неужели она стоит того или он и правда влюбился? Предчувствие тяжелым камнем легло на плечи. Осмотрелась по сторонам. Обычный рабочий вечер. Привычная вонь в кабинете, Лео сыплет спермотоксикозными шуточками. Линда что-то ищет в папках, нервно щелкая мышкой. Штатная проверка. Она стала слишком мнительной в последние дни, ей нужен хороший массаж и шопинг. Джефф склонился над компьютером Рикардо, непривычно любезно поинтересовавшись, как младшенькая. Тот, решив воспользоваться внезапной добротой, попросил отпустить его завтра пораньше. Она видела Батлера насквозь, эта мразь точно что-то придумала. У него что, своего кабинета нет? Во главе с Маркусом зашли люди. Не свои. Отглаженные чистые костюмы. Четверо. Отработанное годами безэмоциональное лицо. Смешно. Позади Вэнс. В отделе сразу стало тише, Джина торопливо убрала со стола зеркальце. — Детектив Мия Ратаковски? — один подошел к ее столу. Она медленно подняла глаза от телефона, не первый раз с ней такое. — А в чем дело? — старалась сохранять спокойствие. — Положите, пожалуйста, руки на стол. Кто-то нервно усмехнулся у дальнего стола, Лео присвистнул. Мия перевела взгляд на Джеффа. Выпрямился, смотрит немного удивленно, притворяется. — Зачитайте мне права для начала, — процедила она, выдыхая через нос. — Вы задержаны по подозрению в хранении и распространении наркотических веществ, — продолжил мужчина, уже доставая бумагу. — Просьба не оказывать сопротивления. Она спокойно протянула руки, ждала, пока застегнут наручники. Это недоразумение. Потом посмеется в кабинете какого-нибудь начальника за бокалом, приведет ему девочку, и все забудут. Но, кажется, не в этот раз. — Вы имеете право хранить молчание... Пятьдесят семь слов, которые знает каждый, сидящий в этом кабинете. Разбуди ночью — отчеканят без запинки. — Я согласна сотрудничать со следствием. И я не одна в этом дерьме. Батлер хранит дома и в машине наркотики в крупном объеме. Слышите? В машине. И дома. Полный сейф. Стаффа больше, чем у половины дилеров в этом городе! Джефф с искренним непониманием посмотрел на Мию, руки в карманах. — Вчера у лейтенанта Батлера был проведен обыск, — откашлялся Маркус. — Ничего не обнаружено. — Да что ты, Левин, а то ты не знаешь, что он сам долбит! — завизжала Ратаковски. — Ездит за рулем под кайфом! Все это знают! В опен-спейсе повисла тишина, нарушаемая писком принтера. В коридоре собрались зеваки из других отделов. Новенькая, рядом с чьим столом разворачивалась чужая драма, сжалась в комок. Первая неделя работы — и задержание коллеги на рабочем месте, будет что рассказать друзьям. Ратаковски вышла из кабинета с гордо поднятой головой, зря он это устроил из-за тощей шведки. Очень зря. — Так бывает, — Джефф сочувствующе кивнул новенькой, положив руку ей на плечо. — Ты нормально? Ушел в свой кабинет, насвистывая знакомый мотив. Левин проводил его взглядом. Никакого обыска у Батлера не было. И не будет. Это не его игры. *** Кафе давно закрылось, а Виктория ждала Джеффа. Выключила свет, оставив одну лампу в подсобке, окна завесила рулонными шторами. Все разошлись час назад. Опуская полотно, она видела, что напротив сидят Кайл и Миранда. Смеются, показывая на нее. Чтобы не сходить с ума от давящей тишины, она включила музыку на телефоне. Наконец он приехал. — Безобразная подружка тебя ждет? — он кивнул в сторону притихшей парочки с бутылкой пива. — Больше не подружка. — Парня не поделили? — Не сошлись во взглядах на жизнь, — возразила Виктория, пряча ключи в красный рюкзак. Она не расскажет ему о неделе жизни у Миранды. Джефф присмотрелся, опять расстроена, не смотрит в глаза, ковыряет заусенец на большом пальце. — Все в порядке? Невпопад кивнула, черные волосы, забранные в высокий хвост, метнулись в сторону. — Давай прогуляемся немного, — она застегнула бомбер в цвет рюкзака. — Терпеть не могу Венис, — поморщился Джефф, но решил уступить. За спиной раздался противный смех Миранды. Эта потрепанная официантка напоминала ему шлюху на трассе, скорее всего, когда-то этим и зарабатывала. Редкие прохожие напоминали потерявшиеся тени. Холодный ветер с океана пробирал до костей. — Мне сегодня передали конверт, — тихо сказала Виктория. — Три моих фото. Наверное, какой-то прикол Миранды и Кайла. — Покажи. — В машине, ладно? — порыв ветра унес ее слова. Они шли молча вдоль пляжа, держась за руки. Джефф изредка поглядывал на нее. — Мия звонила сегодня. Писала. Я не ответила. — Она тебя больше не побеспокоит. — Как это? — не поняла Виктория, остановилась, нахмурившись. Поправила сползающую лямку рюкзака. Его недавнее признание прозвучало в голове слово в слово. Стало еще холоднее. — Вот так, — Джефф обнял ее. Оказывается, ничего, когда девушка примерно твоего роста, удобно. Он поцеловал ее. Долго. Поглаживая. Она снова смутилась и отвела взгляд. — Я заказала доску Уиджа, — сбивчиво сказала она, пытаясь избавиться от чувства неловкости. — Она нас ждет у тебя дома. Поехали? Джефф вздохнул. Детский сад. Лучше бы заказала чулки, кружевные трусы или что там покупают женщины из белья? Он бы оплатил. Но рядом с ним была Виктория, которая купила игрушечную доску, чтобы поговорить с духами. Вышла из ванной, наконец-то появился фен, Виктория хитро улыбалась, бросая довольный взгляд на Джеффа. Он делал вид, что ничего не замечает, уткнувшись в экран макбука, голубой свет от монитора окрашивал лицо в мертвенно-белый. Села рядом, в руках большая картонная коробка, домашняя длинная рубашка спущена на плечо, обнажая ключицу. Помедлила, прежде чем начать. — Попробуем? — она потрясла темно-серой коробкой. Джефф посмотрел на Вик, как на идиотку. — Только не у меня дома. И не со мной. — Боишься? Пойдем в гараж, — она закрыла ноутбук. — Я же сказал нет, — долго смотрел ей в глаза, уверенный в том, что она отвернется, но она не сдавалась, выдерживая пристальный взгляд. — Ладно, пойдем в дом к соседке. Он взял ключи и вышел через дверь на кухне. — Раз уж Андерсон уехала, а я пообещал ей поливать цветы... Ты как раз поиграешь в свою мистику. Они сидели на полу в гостиной, между ними лежала картонка с алфавитом и цифрами. — В инструкции написано, что надо положить пальцы на планшетку, позвать духа и ждать. Он что, поздоровается, когда придет? — Джефф внимательно читал сложенную в восемь раз бумажку, которая прилагалась к игре. — Не знаю, — она пожала плечами, рассматривая гостиную в чужом доме, на полу ярко-желтые ковры, шторы в тон, много разных цветов с горшками, ей нравилось, уютнее, чем стерильный белый, как у Джеффа. — А что мы спросим? — У меня пока один вопрос, и тот к себе: какого хера я на это согласился? — он покрутил бумажку, инструкция была написана на двенадцати языках и больше ничего. — Спросим про Тре, он ли убил Латишу и связан ли он с наркотиками. — Кто спросит? — он поднял на нее глаза, которые сейчас казались светлее обычного. — Ты. Ты полицейский, умеешь это все, допросы, что там еще. Сложили пальцы на планшетку. Три раза сказали: дух, приди. Тишина. Слышно, как тикают часы. Планшетка под пальцами дернулась. — Очень смешно, — скривился Джефф, и без этого чувствуя себя идиотом. — Это не я, — растерянно подняла глаза. — Дух, ты здесь? Кусок дерева медленно пополз к «Д». — Это ты? — она удивленно смотрела на него. — Нет, это ты. Жду, пока ты наиграешься. У меня пиво в холодильнике остывает. Ладно. Тре убил Латишу? — желая скорее покончить с этой игрой, спросил Джефф. Планшетка медленно поползла к «Д», «А». — Хорошо, тогда... кого она видела последним? Вик прыснула. — Ты же не на допросе. Тре связан с наркотиками? — перебила она. «Да». — Адрес, где хранится партия? — с нажимом сказал Джефф, с превосходством смотря на Викторию. «7». — Кто убил Марго? — фыркнул Джефф. «Т», «Р», «Е». — Так, ладно, — Джефф только открыл рот. — В какое время Тре будет в доме 1249... В комнате с грохотом упал горшок, белая керамика разбилась на куски, черная земля рассыпалась по ковру, цветок отлетел в сторону. Виктория подскочила на месте и отдернула пальцы. — Это дух, мы его разозлили. — Вик, не неси ерунду. Это землетрясение, машина проехала, соседи включили генератор. — Угу, и часто в Мар-Висте так горшки падают? Надо все убрать, — она стала собирать на доску Уиджа рассыпавшуюся землю, сгребая ее ладонями. — Вот черт, — на пороге она замерла, не давая Джеффу выйти. — Мы забыли отпустить духа. — Дух, пока! — противным голосом протянул он. — Довольна? Он подтолкнул ее к выходу через кухню, закрывая дверь на замок. На выходе из дома Джефф выкинул доску в мусорный бак вместе с цветком и разбитым горшком. Рядом с ним Виктория, и он знает игры интереснее, чем толкать кусок пластика по картонке. Звук сирены заставил ее подпрыгнуть, Виктория, прикрывшись одеялом, подбежала к окну, Джефф сел на край кровати, взлохмаченный после сна, не сразу понял, что происходит. — Горит дом твоей соседки, — меланхолично прокомментировала она, повернувшись к нему. — Тогда мы тоже не отпустили духа, и дом сгорел. — В доме старая проводка, я говорил об этом мисс Андерсон. — Это все мы, понимаешь? — Не понимаю. Я не хочу слушать этот бред, дай сюда одеяло. — Мы не попрощались с духом, я убрала руки — это к беде. Он включил ночник у кровати, тот появился в доме недавно. Вик боялась темноты, чтобы она не будила его посреди ночи или не сшибала в темноте углы, что Джеффа изрядно достало за несколько дней, пришлось его купить. — Дому больше пятидесяти лет, старая проводка. Никаких духов и прочей херни нет. Спи. Она легла рядом. Что-то обязательно случится.