Единственное сияние

      Шаг этим днем куда более неспешен, чем во все предыдущие, во многом из-за того, что сил на быструю ходьбу у Аин все еще нет. Магические за ночь восстановились достаточно неплохо, пусть она пока не спешит прибегать к чарам даже чтобы исцелить раны, а вот обычным отсутствие сна на пользу не пошло. Их, конечно, больше, чем вечером, но все еще довольно мало. Впрочем, Аин и самой не хочется никуда спешить, вместе с Дэем и Трин они идут чуть позади остальных, неспешно, преимущественно молча и довольно часто останавливаясь. Как и вчера, Дэй слегка придерживает ее, не давая упасть, и в его взгляде заметно беспокойство и легкое недовольство.        Заметив среди травы свежие звериные следы, Агнэ с Лугом просят поохотиться, уверяя, что это не займет много времени. День близится к полудню, так что Аин соглашается, решив заодно устроить привал для обеда. Давно у них не было таких длинных не ночных привалов. Где-то в глубине, среди множества мыслей мелькает, что не стоит им так расслабляться, что тела инквизиторов могут найти в любой момент, но Аин лишь слегка покачивает головой. Следов деревни или людей поблизости незаметно, хочется верить, что в ближайшую пару дней к тому месту никто не забредет, а после отследить, куда они ушли, будет уже сложнее. Сейчас им не помешает хотя бы небольшая передышка. Ей не помешает.       Они находят место среди деревьев, Кей с Ингой собирают немного веток для костра, Дэй отправляется к ручью, который они прошли не так давно, чтобы набрать свежей воды, Трин ищет, что можно быстро приготовить. Аин по привычке предлагает помочь, но ей говорят отдыхать, так что она устраивается около одного из деревьев, прислоняется к нему спиной и прикрывает глаза. Спать она не собирается, но посидеть так, прислушиваясь к голосам друзей, к шелесту листвы, к птичьим трелям, вполне можно.       Вскоре усиленный магией слух различает легкие, приближающиеся шаги Кей, и Аин открывает глаза.       — Я сделала травяного отвара, — Кей протягивает глиняную кружку, — в свежем виде он все же лучше помогает.       — Спасибо, — едва уловимо улыбается Аин и делает глоток. Взгляд сталкивается с внимательными, немного обеспокоенными глазами Кей. — Знаю, мне стоит отдохнуть, а не полагаться на отвар, но сейчас из этого ничего не выйдет. Так что твои отвары очень кстати, если, конечно, не сильно сказываются на наших запасах.       — Пара порций ни на чем не скажется, — Кей слегка покачивает головой, — да и вчера нашлось, чем их пополнить.       Аин слегка отводит взгляд в сторону.       — Хорошо, что что-то нашлось, — голос звучит заметно тише. — Надеюсь, в следующий раз мы пополним запасы иным путем.       Кей лишь кивает в ответ, дожидается, пока Аин допьет отвар и забирает чашку.       До Аин доносятся голоса Агнэ и Луга, довольные, уверенные, а затем и быстрые приближающиеся шаги. Кажется, охота оказалась успешной.        — Мы косулю поймали! — первым заявляет Луг, едва приблизившись к стоянке       — Отличная добыча, — тут же отзывается Трин, — несите сюда, разделаем и приготовим.       Готовка и обед еще сильнее затягивают привал, но все же после него находится еще несколько часов до того, как начинает темнеть и становится пора разбить лагерь на ночь.       После ужина, сытного и теплого, Аин решает, что магических сил вполне достаточно, чтобы исцелить раны. Хотя бы ту, что на бедре, а то идти она все же мешает. Аин снимает брюки и небольшую повязку, листает собственный сборник заклинаний, чтобы вспомнить необходимое, тихо выдыхает и прикрывает глаза.       Теплая энергия источника легко отзывается на безмолвный зов, повинуется воле и собирается у запястья. Аин открывает глаза, кладет руку на покрытую корочкой рану.       — Карно обэокаджи ресанигу, — короткое, простое заклинание срывается с губ.       Под ладонью чувствуется тепло и неприятное покалывание где-то глубоко под кожей. Аин невольно морщится, но повторяет заклинание. Затем еще раз и еще. Чем свежее и сильнее рана, тем больше сил и повторений нужно, чтобы ее исцелить. К счастью, в этот раз их требуется не слишком много.       Аин убирает руку, разглядывает чуть более светлую кожу на месте раны. Шрама не останется. Хорошо. Их и так достаточно. Она поднимает взгляд и ничуть не удивляется, заметив, что все собрались рядом. Друзьям часто интересны ее чары. Она натянуто улыбается, косится на плечо, но решает его пока не трогать. Пусть магических сил еще много, не стоит тратить их все, да и эта рана вполне подождет до завтра. Позволив Кей осмотреть затянувшуюся рану, Аин надевает брюки, с легкой задумчивостью обводит взглядом друзей.       — Луг, как насчет потренироваться в известных, не огненных заклинаниях? — негромко предлагает она.       Сейчас ей не очень-то хочется этим заниматься, но его дар опять ощущается ярко и отчетливо, и лучше будет ему хотя бы немного. А заниматься лучше под контролем, пусть с не огненными чарами не должно возникнуть проблем. Просто присмотреть Аин сможет.       — Давай! — тут же соглашается Луг. — Я бы и новое что-нибудь выучил.       — Не сегодня, — Аин слегка покачивает головой.       Но можно будет подумать, какое заклинание показать ему следующим. Только, пожалуй, позже.       Они отходят немного в сторону, чтобы не мешать остальным. Аин садится около дерева, опирается на него спиной и позволяет Лугу самому решить, что он хочет показать, лишь еще раз напоминает, что это должны быть не огненные чары.       Тренировка длится недолго, Луг пробует несколько известных заклинаний, которые получаются у него безо всяких проблем, Аин наблюдает, больше сосредотачиваясь на его даре, чем на самих заклинаниях. Когда кажется, что Луг потратил уже достаточно сил, она просит на сегодня закончить. Где-то в глубине все это время была мысль, что привычное наблюдение и обучение помогут отвлечься, быстрее вернуться в норму, но не вышло. Луг соглашается, хоть по нему и видно, что он бы хотел еще попрактиковаться, и возвращается к костру, а Аин замечает рядом Ингу, наблюдавшую за тренировкой.       — Хочешь тоже потренироваться? — усталость в голосе заметна куда сильнее, чем хотелось бы Аин.       — Нет-нет, — Инга быстро качает головой, — просто интересно наблюдать.       — Рада это слышать, — Аин с трудом заставляет голос звучать чуть увереннее и мягче.        Инга улыбается слегка неловко, смотрит по сторонам, словно не решается вернуться ближе к костру.        — Не беспокойся за меня, — произносит Аин, — займись, чем хочется, а я пока тут посижу.       Инга кивает неуверенно, оборачивается и видит приближающегося Дэя.       — Я тогда пойду, — негромко произносит она и направляется к костру.       Дэй садится рядом с Аин, обнимает ее одной рукой, и она привычно кладет ему голову на плечо.       — Поспишь сегодня? — почти шепотом интересуется он.       — Не думаю, — тихо отвечает она, — знаю, что надо, но… не смогу.       — Аин… — выдыхает Дэй, — не забывай, что мы рядом, ладно? И поможем, ты только скажи.        — Вы не позволите об этом забыть, — она бледно улыбается, — и я очень за это благодарна, как и за остальную помощь, но не думаю, есть ли сейчас что-то еще, что может помочь. Я не готова к кошмарам, пока еще нет.       И не уверена, что хоть когда-то будет, но пока есть хоть капля сил, она постарается не засыпать. Дэй проводит рукой по ее рыжим волосам       — Как решишь, что готова, скажи, мы с Трин присмотрим за твоим сном.       — Обязательно.        Темнеет на удивление быстро, — а может, Аин просто путается во времени, — она перебирается ближе к костру и свету пламени, которое он дает. Друзья укладываются на подстилки, готовятся ко сну, ясное небо не предвещает дождя, так что шалаш сегодня никто не готовил. Дэй, как и вчера, караулит первым, большую часть времени проводит рядом с Аин, лишь изредка обходит территорию стоянки. Она же, желая хоть чем-то себя занять, невидящим взглядом пролистывает сборник заклинаний, записи об источнике, все еще не имеющие смысла.       Источник… Если бы не его сила, не его обнаружение, вчерашний день, скорее всего, стал бы последним в ее жизни. Ей бы не хватило сил выстоять против четверых инквизиторов. Против этих четверых инквизиторов. Они были опытнее и сильнее, чем большинство тех, с кем Аин сталкивалась до этого. И все же она выжила. Убила их. Благодаря источнику.       Аин закрывает глаза, сосредотачивает внимание на источнике. Теплая, магическая энергия охотно откликается на малейший зов, но сейчас Аин интересно не это. Она не собирается использовать заклинания. Она хочет понаблюдать, возможно, что-то понять. Она пытается вспомнить, как ощущала источник, когда восприятие было усилено влиянием хранителя, как различала его разные части, но того восприятия, которое дают ее чары, для этого недостаточно. Она чувствует энергию, пытается к ней прикоснуться, проникнуть глубже, в ее самое сердце, но может лишь зачерпнуть и направить.       Или же нет? В какой-то момент что-то неуловимо меняется, в груди ледяными уколами ощущаются отголоски влияния хранителя, но Аин не обращает на них внимания. Она продолжает тянуться к источнику, хочет коснуться его. Дышать становится труднее, но она не отступает.       — Аин? — обеспокоенный голос Дэя нарушает концентрацию.       Аин открывает глаза, но это дается с трудом, и приходится несколько раз моргнуть, чтобы картинка перед глазами обрела четкость. Дэй сидит рядом, одной рукой придерживает ее за плечо, смотрит обеспокоенно и словно немного испуганно.       — Что-то случилось? — шепотом, чтобы не разбудить остальных, интересуется она. Голос почему-то немного сиплый.       — Тебе лучше знать. Я подумал сначала, ты задремала, хотел записи убрать, чтобы не мешались, а они едва заметно сиять стали, — Аин опускает взгляд на листы. Собственный почерк кажется все таким же непонятным. — И твой дар, в нем что-то иное, ощущаться стало. Не знаю, что, просто в тот момент он как-то поменялся, но сейчас уже обычный.       Аин задумывается, но в голове странная пустота.       — Я размышляла об источнике, — помедлив, произносит она, — что жива благодаря ему, я не собиралась изучать записи, пыталась ими руки занять. Потом — решила понаблюдать за своим источником, может, что-то заметила бы, — она различает тихое хмыканье Дэя. На “не собиралась изучать” это действительно не очень похоже. — Большую часть времени ничего не происходило, но потом что-то действительно изменилось, я не поняла, что, просто очень хотела коснуться источника, и все остальное стало не так важно. Спасибо, что окликнул. Не знаю, что это было, и к чему бы привело, и не уверена, что хочу знать.       Она откладывает записи, прижимается к Дэю и обнимает его. Он обнимает ее в ответ.       — Пожалуй, я всю ночь сегодня покараулю.       Аин не спешит что-либо отвечать, лишь сильнее сжимает ткань его рубахи и старается унять легкую дрожь, проходящую по телу. Через несколько минут это все же удается, и она осторожно разнимает руки и поворачивает голову. Взгляд падает на записи об источнике.       — Оставишь их пока у себя? — тихо спрашивает она. — Не думаю, что мне стоит изучать их, пока не отдохну, как следует.       И завтра, пожалуй, все же придется поспать. Не хочется, но так лучше. И у друзей будет меньше поводов беспокоиться за нее. Хотя, скорее, повод изменится: спокойным сон явно не будет.       — Конечно, — кивает Дэй и двигает листы к себе. — И, Аин, будь пока осторожнее с чарами, хорошо?       — Угу, — выдыхает она, — хотя не думаю, что на них это повлияет. Скорее дело именно в источнике. Я ведь и раньше к нему тянулась, особенно в первое время после того, как мы покинули холмы, но… — она медлит, собираясь с мыслями, — останавливалась, когда мне чудились отголоски влияния хранителя. А сейчас не вышло, может, из-за усталости, может… не хотелось. — Дэй чуть крепче сжимает объятия. — Ты знаешь, я не люблю использовать магию, чтобы причинять боль, убивать, и, когда все же приходится, мне нужно время, чтобы прийти в себя. А в этот раз почему-то даже сложнее, чем раньше. Может, потому, что сам бой был сложнее, может, потому, что без источника я бы не справилась, погибла бы на том берегу, может еще почему, я не знаю, Дэй. Просто чувствую, что это сложнее, что я словно снова возвращаюсь к нашей встрече, — голос невольно вздрагивает. — Я знаю, что скорее всего это не так, что просто прошло еще совсем немного времени, что рядом с вами я всегда смогу с этим справиться, но от этого, как и от чего-то другого, легче не становится. И я не знаю, что делать.       — Дай себе время, — мягко произносит Дэй, проводя рукой по рыжим волосам. — Как ты мне и сказала. Все случилось только вчера, не требуй от себя невозможного, а постарайся отдохнуть хоть немного. Мы будем рядом. Все вместе.       Аин выдыхает, сжимает в руке кулон и, продолжая прижиматься к Дэю, вглядывается в пламя костра. Он прав. Она давно уже не одна. Друзья помогут, не позволят снова погрузиться в отчаяние или покажут, как из него выбраться. Им уже это удавалось. В этот раз не должно быть иначе.       Но от этих знакомых мыслей не становится проще. Аин вздыхает, нервно и прерывисто. Время. Ей нужно время, только и всего.       Остаток ночи проходит спокойно, насколько это возможно. Аин старается держаться рядом с Дэем, все чаще глотает приготовленный Кей отвар, то вглядывается в пламя костра, то переводит взгляд на спящих друзей. Они в безопасности. Хотя бы пока что. И это — самое главное. Ради этого Аин готова на все. И сейчас, и в будущем. Ради этого она должна справиться, пусть даже пока что это кажется невозможным.        Она сжимает в руке кулон, вновь прижимается к Дэю, который тут же обнимает ее одной рукой, кладет голову ему на плечо.        Ближе к рассвету начинают просыпаться друзья. Луг и Агнэ с легким удивлением интересуются, почему их не разбудили караулить, на что Дэй отвечает, что так было нужно, Трин же крепко обнимает Аин и обменивается с Дэем обеспокоенными взглядами, скорее всего, примерно догадываясь, в чем была необходимость.       Шаг этим днем такой же медленный, как и вчера, а может, даже медленнее, разве что обеденный привал заметно короче, правда и на ночь они останавливаются раньше: небо закрывают плотные, серые тучи, и лучше потратить время на постройку шалаша, чем ждать, когда дождь вынудит это сделать.       Вечером Аин просит Кей приготовить успокаивающего отвара, немного занимается с Лугом известными, безопасными заклинаниями, и старается не думать, что будет, когда она заснет. Не стоит еще больше оттягивать этот момент, мысли итак уже путаются, да и весь день Аин держится скорее на упрямстве и травяном отваре, а сильнее истощать запасы трав не стоит, они еще пригодятся.       Ближе к ночи дождь все же начинается, заставляя всех собраться внутри. Места в шалаше вполне хватает, пусть и приходится потесниться.        Аин устраивает голову на коленях Трин, закрывает глаза, чувствуя, как ее пальцы проводят по рыжим волосам, распутывают пряди, чуть задерживаются на тонких косичках. Знакомо, привычно и приятно. Хоть что-то приятное в этой ночи.       Аин выдыхает, нервно, прерывисто.       — Мы рядом, — шепчет Трин, — и постараемся разбудить, когда заметим, что тебе снится кошмар.       — Спасибо, — едва слышно выдыхает Аин.       И все же, несмотря на усталость, заснуть удается далеко не сразу. Она много вертится, не может удобно устроиться, и только мягкие прикосновения Трин позволяют ненадолго расслабиться.       Поляна на берегу реки залита солнечным светом, Аин быстро приближается к одному из стоящих напротив инквизиторов, начинает произносит заклинание и смотрит ему в глаза, широко распахнутые, наполненные ненавистью, но вместе с тем и страхом. Она пробует, но не может отвести взгляд, голова не слушается, и даже просто моргнуть не выходит. Только смотреть, как страха в глазах становится все больше, а затем в них постепенно угасает жизнь.       Все повторяется снова, затем еще один раз и еще, кажется, инквизиторам нет числа, их глаза, разные по цветам, форме, объединяет страх. Страх перед Аин.        Трава под ногами постепенно окрашивается в алый непонятно откуда взявшейся кровью. Аин пытается остановиться, но ноги сами приближают ее к ближайшему инквизитору, она сжимает зубы, кусает губы, но с них все же срываются слова заклинания.       И снова она не может отвести взгляд, но в этот раз различает в нем не только страх, но и свое отражение. Бледное, с ярким рыжим пятном коротких волос.       Аин просыпается, резко выдыхает, садится и прижимается к Трин, не сдерживая тихих рыданий. Трин обнимает ее, проводит по рыжим волосам.       — Я пыталась разбудить, но ты не просыпалась, — мягко произносит она, — я здесь, с тобой.       За спиной слышатся шаги Дэя. Он садится рядом и обнимает и Аин, и Трин.       Постепенно рыдания сходят на нет. Аин выдыхает, все еще немного прерывисто, сжимает в руке кулон. Она не может понять, принес ли сон хоть немного сил, знает лишь, что не хочет снова засыпать.       — Спасибо, — тихо произносит она еще через пару минут, и аккуратно выбирается из объятий.       Дэй протягивает ей чашку с отваром, судя по запаху, успокаивающим. За стенами шалаша все еще льет дождь, и стоит говорить как можно тише, чтобы не разбудить остальных. Аин делает глоток, оглядывается на спящих друзей. Ее кошмар никого больше не разбудил. Хорошо. Им не помешает отдохнуть. Как и Дэю с Трин, но они не согласятся, по крайней мере не вместе.       — Отдохни, я пока покараулю, — шепчет Трин, заметив зевок Дэя.        Аин и сама могла бы справиться с караулом, но сейчас друзья не станут об этом слушать.       — Ладно, — помедлив, соглашается он, — разбудите, если что.       — Конечно, — тут же отзывается Трин.       Аин кивает, хоть и менее охотно.       Время до утра тянется медленно. Аин все же удается убедить Трин поспать, пусть и приходится разбудить Луга, а позже и Агнэ, поскольку их очереди караулить следующие.       К утру дождь стихает, давая возможность идти дальше, пусть даже влажная земля и ветви замедляют и без того не быстрый шаг.        Ближе к вечеру, когда Аин думает, что можно начинать искать поляну для стоянки, Луг, ушедший вперед, возвращается практически бегом и выглядит довольно беспокойно Аин приглядывается к его дару, но он вроде бы не собирается выходить из-под контроля.       — Там впереди… — он замолкает, переводя сбившееся дыхание, — город! Точно город!       Аин сжимает сапфировый полумесяц так, что золотая проволока впивается в кожу. Город поблизости может быть только один. Ксад. Ей казалось, они должны были его обойти, но в попытках оторваться от преследования не слишком следили за направлением.       Она глубоко вдыхает, пытаясь понять, что делать. Точно не выходить к городу. Лучше уйти как можно дальше, вот только скоро начнет темнеть.       — Вернемся назад, где-то в часе пути я видела поляну, которая подойдет для ночлега, — тихо произносит она, — переночуем, постараемся замаскировать костер, а с рассветом обогнем город и пойдем ко второй реке.        Все же Ксад стоит у их слияния, и просто так обойти не выйдет, поэтому она надеялась, что они где-то южнее, где две реки уже слились в одну. Это было бы проще.       Она чувствует на плече руку Дэя, чуть поворачивает голову и сталкивается с его обеспокоенным взглядом. Аин слегка покачивает головой и продолжает сжимать кулон. Она пропускает вперед друзей, то и дело оглядывающихся в сторону, откуда прибежал Луг, идет последней и по пути расставляет оповещающие чары. На всякий случай. Рядом с городами куда больше патрулей инквизиции.        Поляна, которую приметила Аин, оказывается дальше, чем ей помнилось, но сейчас это даже лучше.        — Дэй, Трин, Луг, расставьте оповещающие чары с других сторон, в пределах часа, не больше, — просит она, останавливаясь в центре поляны, — я хочу разведать, что есть поблизости. — Пристальный взгляд Дэя дает понять, что он не сильно верит ее словам. — Кей, Агнэ, Инга, займитесь стоянкой и костром, небольшим, чтобы можно было скрыть.       Жаль, что ночью, скорее всего, станет заметно прохладнее, и совсем без костра не обойтись.       — Хорошо, — кивает Кей.       — Аин, будь осторожна и рассчитывай силы, — серьезно произносит Дэй.        Она кивает, находит среди ветвей птицу, еще не улетевшую от их разговоров, садится на траву, зачерпывает немного энергии и произносит заклинание. Восприятие знакомо меняется.       Аин заставляет птицу взлететь над деревьями, оглядывается с высоты. Дыма костров поблизости не видно, а вот стены Ксада — вполне. Знакомые, когда-то родные. Аин заставляет себя не смотреть в ту сторону, опускается к деревьям, привычно летит по спирали от лагеря, высматривая внизу людей. Поблизости, в пределах пары часов ходьбы никого не видно. Повезло, что стоянка все же немного в стороне от основной дороги, к ней лучше не приближаться.       Еще один виток спирали проходит совсем рядом с границей деревьев, и Аин опускается на ветку. Не стоит лететь дальше, даже в птичьем облике рискованно.       А город, кажется, стал больше. Многие дома ей совсем не знакомы. Нет, не стоит об этом думать, сравнивать, вспоминать. Очень хочется сжать кулон, но у птицы его нет, как нет и ладоней.        Аин срывается с ветки, летит обратно к лагерю, пока еще чувствует в себе силы это сделать. Нельзя возвращаться. Слишком рискованно, да и там ничего уже не осталось. Вот только глупое желание совсем не хочет слушать доводы разума.       Стоит только вернуть контроль над собственным телом, как Аин сжимает в руке кулон и глубоко, судорожно выдыхает. Золотая проволока впивается в кожу, ладонь отчетливо чувствует сапфировые грани. Аин поднимается с травы, замечает Ингу и Кей у небольшого костра.       — Давайте помогу, — приблизившись, предлагает она.       Ей нужно чем-то заняться, чем угодно, что не позволит поддаться глупому желанию. Она не станет рисковать друзьями.       — Приготовишь ужин? — интересуется Кей. — Я Агнэ помогу веток для подстилок набрать.       — Конечно, — кивает Аин и переводит взгляд на Ингу. — Что готовим?       В глазах Инги проскальзывает удивление. Вариантов у них не так-то много, но все же имеются.       — Я думала мясо пожарить и там вроде еще грибы оставались, — неуверенно отзывается она.       — Отлично, так и сделаем, — с излишним, явно фальшивым энтузиазмом отвечает Аин.       Дэй первым возвращается после расстановки оповещающих чар, следом, через десяток минут — Трин, а затем и Луг. Стоянка наполняется тихими, но активными разговорами, в которых Аин старается принимать как можно больше участия.       И все же с постепенно сгущающейся темнотой друзья начинают готовится ко сну. Дэй, как и в прошлые ночи, остается караулить первым, Аин садится рядом с ним, кладет голову на плечо.       — Я опасался, как бы твоя разведка не закончилась у границ Ксада, — тихо, обеспокоенно произносит он.       — Я едва заставила себя улететь, — выдыхает Аин, сжимая кулон, — и все не могу перестать об этом думать. Не вовремя мы к нему вышли. — Впрочем, едва ли “вовремя” хоть когда-то наступит. — Знаю, что там ничего нет, но все равно хочу пойти, убедиться, но не стану вами рисковать.       — Нами? Опять забываешь про себя? — в голосе Дэя проскальзывает недовольство.       — Не забываю, — Аин качает головой, — просто… — она замолкает, пытаясь подобрать слова, — это словно важнее. Глупо, я понимаю, но ничего не могу поделать с этими мыслями.       Если бы она была одна, она бы пошла, скрылась бы чарами, понадеялась, что никто не заметит. Но, если ее поймают, пострадают друзья, так что она останется здесь.       Дэй обнимает ее одной рукой, молчит и явно о чем-то размышляет.        — Твой дом далеко от городских стен? — неожиданно интересуется он через несколько минут.       Аин покачивает головой.       — Он на окраине, по крайней мере был.       — Пообещаешь вернуться к рассвету и не попасться? — тихо и очень медленно спрашивает Дэй.       — Дэй…       — Я вижу, что тебе это важно, — он не дает ей возразить, — и если мы сейчас просто уйдем, ты ведь так и будешь об этом думать. Так что сходи, убедись, только, прошу, очень осторожно, чтобы никто не увидел.       Аин крепко его обнимает и поднимается с травы.       — Я вернусь, обещаю, — произносит она, — и мы вместе пойдем дальше.       — Надеюсь на это, — кивает он.       Она делает пару шагов, оглядывается на Дэя и произносит отводящее взгляд заклинание, для надежности зачерпывая чуть больше силы, чем необходимо. Если двигаться тихо, никто ее не заметит. А к рассвету она обязательно вернется. К Дэю, к друзьям.