Реджи: Начало

Дорога заняла день. Я шёл медленно. Ноги проваливались в снег, я выдёргивал их, шёл дальше. Останавливался, когда голова начинала кружиться. Ждал, пока пульсация в виске утихнет. И снова шёл. Лес вокруг был странный. Деревья стояли голые, без коры, будто их ободрали. Некоторые упали, перегородив дорогу, и лежали, утонув в снегу. Я перелезал через них, обходил, пробирался дальше. Ни одной птицы. Ни одного зверя. Тишина. Я думал: где все? Раньше, когда я был маленький, в лесу всегда было шумно. Птицы кричали, ветки трещали, кто-то бегал. Сейчас — ничего. Потом я поймал себя на мысли: «когда я был маленький». Я помню это. Лес. Деревья. Птицы. Но не помню, кто я. В виске запульсировало. Я зажмурился, постоял, подождал. Когда открыл глаза, лес кончился. Я вышел на окраину. Город лежал внизу. Дома — серые коробки, пять этажей, много. Трубы торчат. Снег на крышах. Ни огня. Ни дыма. Ни звука. Я смотрел и не понимал. Где люди? Почему так тихо? Я стоял долго. Ждал, что кто-то выйдет, появится, зажжётся свет. Ничего. Тогда я пошёл вниз. Первый дом был открыт. Дверь висела криво, одна петля держалась, вторая нет. Я толкнул — дверь открылась, упёрлась во что-то внутри. Я протиснулся. В подъезде пахло сыростью. И ещё чем-то сладким, тяжёлым. Я не знал этот запах, но он мне не понравился. На полу — мусор. Бутылки, тряпки, бумага. И что-то ещё, тёмное, в углу. Я подошёл ближе. Кости. Человеческие. Рука, рёбра, череп. Одежда истлела, но висела на костях — куртка, штаны. Я смотрел на это и не чувствовал ничего. Совсем. Просто смотрел. В виске стрельнуло. На миг я услышал женский смех. Тихий, счастливый. А потом — тишина. Я замер. Прислушался. Ничего. Только ветер за окном, только моё дыхание. Потом подумал: надо уходить. Но куда? Я пошёл по лестнице вверх. Квартиры. Первая — заперта. Вторая — открыта. Внутри — бардак. Всё перевёрнуто, разбросано, разбито. Диван вспорот, шкаф пустой, на полу — разбитые тарелки, ложки, тряпки. Я обошёл комнаты. Кухня, спальня, кладовка. Пусто. Ни банки, ни пакета, ни крошки. Я вышел, пошёл дальше. Третий дом, четвёртый, пятый. Везде одно и то же. Разграблено. Пусто. В некоторых — кости. В некоторых — нет. Я перестал обращать внимание. Я искал еду. К вечеру ничего не нашёл. Я сидел на ступеньках какого-то подъезда и смотрел в темноту. В виске пульсировало. Вопросы крутились в голове, как собаки на цепи. Где все? Почему кости? Кто разграбил дома? Где еда? Почему я ничего не помню? Кто на фотографии? Чей смех я только что слышал? Ответов не было.