Слёзы павших

Неделя после отъезда Ривер для Мэла была очень долгой и затянувшейся. Сидя так долго на одном месте, он ужасно хотел выбраться куда-нибудь и что-нибудь сделать, но он застрял здесь, на этой пыльной луне, и ему оставалось только думать. Он не решил, хорошо это или плохо, но в его голове крутилось множество мыслей, в основном о Ривер. Она одновременно и нервировала, и будоражила его, и Мэл, возможно, был много кем, но он понимал, что бесполезно спорить с тем, что было у него перед глазами. Это не означало, что он не мог возражать. Он постоянно повторял себе все причины, почему он не может и не должен быть с Ривер. У него не было права иметь с ней такое. Он был капитаном, и он должен был вести себя соответственно. И все же все эти рассуждения не приносили ему никакой пользы, потому что это было неразумно. А о чём думала Ривер? Этот вопрос не давал покоя Мэлу. Она сказала, что не знает, что он чувствует, и поскольку Ривер никогда ему не лгала, Мэл поверил ей на слово — что лишь заставило его спросить: почему? Почему она это сделала? Из-за любви? У Ривер никогда не было парня, её подростковые годы прошли в пытках или бегах от мучителей, по большей части. Что же так тронуло её именно в нём из всех людей? К счастью, на его лодке сейчас было всего два человека, и у одного из них голова была чуть толще переборки. Зои же, напротив, заметила его угрюмость, и на следующий день после того, как он отправил её узнать, как поживает Ривер, она многозначительно сказала ему. — С ней всё будет хорошо. Мэл бросил на неё взгляд. — Кто сказал, что я волнуюсь за Ривер? Зои снова наградила его одним из своих взглядов и подняла брови. — Она боец. Ни за что не сдаётся. И когда Зои ушла, у Мэла возникло неприятное подозрение, что в этих словах был двойной смысл. Ситуация стала немного интереснее, когда Саймон послал ему волну. Мэл ответил на звонок и понял, что его ждёт долгий разговор, когда Саймон спросил. — Могу я поговорить с Ривер? Мэл скрестил руки. — Её сейчас здесь нет. Глаза Саймона слегка сузились. — Её нет? Где она? — На задании, вроде того, — сказал Мэл. — Вроде того, — повторил Саймон. — Ты собираешься повторять всё, что я говорю? Её здесь нет, док. Тебе что-то нужно или ты просто хочешь поболтать? — Я просто звонил поздороваться. С Ривер всё в порядке? Поскольку Зои только что сообщила, что с ней все в порядке, Мэл посчитал уместным сказать именно это. — С ней все хорошо. Она вернется на борт через несколько дней, и тогда мы приедем за тобой. Я попрошу ее послать тебе волну, как только она сможет. Не дав Саймону времени возразить, Мэл прервал волну и откинулся на спинку кресла. Саймон был еще одной головной болью во всех его размышлениях о Ривер, и причин было больше, чем он хотел обдумывать. У него и так было достаточно проблем — забудьте о Саймоне, он до сих пор даже не знал, что скажет Ривер, когда она вернется на корабль. Как он должен был рассказать ей обо всех причинах, по которым этого не может быть, если он сам не был уверен, что в это верит? Наконец настал день прибытия Рины Дункан, и Мэл был благодарен. Согласно расписанию, которое оставила Ривер, она должна была прибыть в отель в середине утра, и, если повезет, Ривер сможет узнать все необходимое и вернуться на борт к ужину. Конечно, им не всегда везло, как и работа не всегда шла гладко. Этот раз не стал исключением. Вскоре после обеда Зои позвала его на мостик, сказав, что ему послали волну. По её тону он понял, что что-то не так, и бросился в кабину. На экране появилась хрупкая темноволосая женщина, и она, не теряя времени, сразу перешла к делу. — Капитан Рейнольдс? Меня зовут Лорел Ишида, я агент Бюро внутренних дел. Альянс. Блестяще. — Что вам нужно? — Ривер Тэм подстрелили. Удивительно, какое впечатление произвели на него эти 3 слова. Мэл крепко сжал консоль и спросил. — Она жива? — Пока что да. Её доставили в медицинский центр в городе. Мэл резко повернулся к Зои. — Подготовьте мул сейчас же.

***

Ривер находилась в вестибюле, обменивая чаевые, полученные за завтрак, на кассе, когда пришла Рина Дункан. Обычно она обменивала их в конце дня, но надеялась к тому времени уже уйти. Ривер не была уверена, чего именно ожидала, но Дункан выглядела меньше похожей на политика Альянса, чем любая другая, которую Ривер когда-либо видела. Конечно, она, вероятно, была одета так, чтобы не привлекать к себе внимания на этой планете Внешнего Кольца. Седовласая, суровая женщина в простой, домотканой одежде, она выглядела как жена фермера. Она определенно не была похожа на ту, кто мог бы помогать порабощать людей и заказывать убийства Мэл и Ривер, но Ривер лучше всех знала, что внешность обманчива. С ней был мужчина в грубой одежде — телохранитель, всего один, и не из тех, кто был на вечеринке. Наличие только одного телохранителя также было необычно для большинства политиков, но опять же, лучше для незаметного передвижения. Ривер ничего не поняла из мыслей Дункан в вестибюле, кроме того, что женщина устала, проделала долгий путь и хотела отдохнуть перед встречей. Так что Ривер хотя бы знала, что встреча состоится. Она могла бы попытаться выведать больше информации из мыслей Дункан, когда та скрылась наверх с чемоданом, но её отвлек менеджер, подошедший к ней поговорить о её дневном выступлении. Когда наступило время обеда, в столовой появились трое федералов. Агент Бернхэм и агент Тристрам сели вместе, а другая женщина, агент Исида, села одна у двери. Ривер чувствовала на себе взгляды федералов, пока она исполняла очередной заурядный танец, даже не думая о движении ног, а сосредоточившись на волнах мыслей, обрушивавшихся на неё со всех сторон комнаты. Вскоре Ривер заметила, как в столовую вошла женщина. Она села на стул у двери и украдкой оглядывалась по сторонам, каждая её поза говорила о нервозности. Ее мысли были очень бессвязными и неясными, но Ривер уловила одно имя в этом хаосе, которое она сразу узнала как псевдоним Рины Дункан в этом мире. Поэтому не стало большим сюрпризом, когда сама Рина Дункан появилась и села за стол напротив странной женщины, в то время как ее телохранитель сидел за столом напротив них. К тому времени Ривер пробралась в ту сторону комнаты, где могла слышать разговор не только мыслями, но и ушами, потому что это требовало меньшей концентрации. Женщина — Сара Эллиот, владелица ранчо, четверо детей, овдовевшая в этом месяце после гибели мужа в результате несчастного случая за пределами планеты — звучала так же встревоженно, как и выглядела, когда говорила. — Вы сказали, что, возможно, знаете что-то, что могло бы мне помочь? Причина ее беспокойства внезапно стала совершенно ясна, когда Ривер охватила волна образов. Поздней ночью в дом ворвались мужчины, кричали, что-то хотели, чего-то, чего у Сары не было и о чем она не знала, а дети кричали Мама, мама, помоги мне, мама, пожалуйста! а потом незваные гости ушли, и ее восьмилетнюю дочь тоже, ее забрали незнакомцы. — Я знала вашего мужа, — тихо сказала Дункан, незаметно оглядываясь по сторонам. Она почти не обращала внимания на Ривер, которая стояла в углу, опустив голову, пытаясь сдержать все, что только что обрушилось на нее. — У нас были деловые отношения. — У моего мужа было много деловых отношений, — ответила Сара. — Уверена, что да, — иронично ответила Рина Дункан. Она подперла подбородок кончиками пальцев. — Миссис Эллиот, вам никогда не казалось необычным, что ваш муж уезжал в командировки? Теперь, чувствуя себя более чем неловко, Сара поерзала на стуле. — Ну, отец оставил мне ранчо после своей смерти. Олли никогда особо не хотел заниматься скотоводством, поэтому я в основном этим занималась, используя наемных работников, — Она помолчала немного, а затем умоляюще спросила. — В вашем сообщении говорилось, что вы, возможно, что-то знаете о моей маленькой девочке? Внутри этой женщины было столько эмоций, и Ривер чувствовала их все — вину, гнев, отчаяние, страх — ужасный, кошмарный страх. Ее мысли были настолько сильными, что было трудно различить мысли Рины Дункан, которые были расплывчатыми, едва уловимыми и непостоянными. — Я видел вашего мужа незадолго до его смерти, — тихо сказал Дункан. — Он сказал мне, что некоторые люди на него злятся, что они думают, будто он их обманул в сделке. — Олли никого не обманывал, — твердо сказала Сара, хотя в глубине души она не была в этом уверена. Ее муж мало говорил о своей работе по организации торговли в Нью-Кэнане и обратно. — Ну, эти люди считали, что у него есть что-то, что принадлежит им. Когда я услышал, что вашу дочь похитили, конечно, я сразу подумал об этих людях. Наконец, мысли Дункан начали проясняться, и Ривер не нравились последствия того, что она видела. — Олли что-нибудь вам говорил во время своей последней поездки? ​​Отправлял какие-нибудь сообщения домой, или… Сара покачала головой. — У меня ничего нет, иначе я бы им это отдала. Я бы отдала им все, что они захотят, если бы только они вернули мне Саванну, — Ее голос дрогнул. — И это всё? Вы понятия не имеете, кто эти люди? Да, она знает кто эти люди, заметила Ривер. Рина Дункан точно знала, кто эти люди, потому что именно она отправила их на ранчо Сары, чтобы забрать маленькую Саванну. Почему? Всё тело Ривер напряглось, она изо всех сил сосредоточилась на мыслях Дункан, надеясь, что что-то всплывёт на поверхность, что она наконец сможет понять, что всё это значит. Заложница. Они взяли в заложники одного из детей Сары, чтобы, если у неё окажется то, что они ищут, она не догадалась это использовать. Использовать… доказательства. Доказательства связи Рины Дункан с работорговлей. Доказательства сделок и молчания, чтобы империя Альянса могла бесперебойно функционировать. Ривер была потрясена внезапным озарением, и ей потребовалось слишком много времени, чтобы понять, что Рина Дункан никогда не хотела, чтобы Сара вернулась отсюда. Она никогда не хотела, чтобы ее дочь вернули ей. Она была готова убить, чтобы сохранить эту тайну, и не хотела рисковать тем, что Сара когда-либо узнает, как на самом деле погиб ее муж Олли. Ривер слишком поздно заметила мысли телохранителя Дункан. Он уже взводил курок пистолета, спрятанного под курткой, и Ривер рванулась вперед, крича: «Пистолет!» Она схватила Сару Эллиот, резко развернув их обеих в тот самый момент, когда раздался выстрел. Как бы Ривер ни знала, что это произойдет, как бы быстры ни были ее рефлексы, у нее не было времени увернуться. Пуля пробила ей спину, обжигая ее, и она упала на землю поверх оглушенной Сары. Она услышала голос, кричащий: «Федеральный офицер! Замри и положи пистолет на землю», но он казался очень слабым и далеким. В поле зрения появилось лицо агента Ишиды, и она осторожно отодвинула Ривер от Сары, уложив ее на живот. Ривер услышала, как с нее срывают одежду, и тихое шипение Исиды, когда та увидела повреждения. Она подняла глаза и обратилась к кому-то, кого Ривер не видела: «Нам нужно отвезти ее в больницу». Гости отеля запаниковали, а Сара Эллиот все еще сидела на корточках перед Ривер, выглядя ошеломленной. — Мэл, — прошептала Ривер. Ее мозг начал немного путаться, немного затуманиваться, а жгучая боль в спине странным образом притуплялась. Она нашла в себе силы схватить Ишиду за руку. — Скажи ему. Должна помочь. Отведи Сару и ее детей в безопасное место. Они не могут остаться — слишком опасно. Сара вздрогнула, услышав свое имя, а Ишида лишь растерялась. — Кто такая Сара? Ривер! Кто такая Сара? — Я… я, — пробормотала Сара. — Но… — Скажи Мэлу, — пробормотала Ривер, и затем мир закружился и погрузился во тьму.

***

— Капитан Рейнольдс. Возле операционной в небольшом городском медицинском центре, не совсем больнице, но чуть больше, чем кабинет врача, Мэл и Зои увидели рыжеволосую женщину, а рядом с ней стояла агент Исида. Исида, заметил он, была испачкана кровью, но, похоже, она совсем не пострадала. Внезапно его осенило, что это, вероятно, кровь Ривер, и у него закружилась голова. — Где она? — спросил Мэл. У него было множество вопросов, но они могли подождать, пока он не узнает, что с Ривер все в порядке. — Она на операции, — сказала Исида. — Ее ранили в спину. Выглядело довольно ужасно… Она замолчала, увидев тёмный взгляд Мэла, и рыжеволосая женщина быстро вмешалась. — Я Кари Бернхэм, агент, отвечающий за расследование. — Какое расследование? — спросил Мэл сквозь стиснутые зубы. — Что, чёрт возьми, делают агенты Альянса на этой планете, и какое отношение вы имеете к Ривер? Если это вы виноваты в этом… — Уверяю вас, мы не причинили Ривер никакого вреда, — сказала Бёрнэм. — Откуда вы знали, кто такая Ривер? Откуда вы вообще узнали, что мы здесь? — спросила Зои. Бёрнэм и Исида обменялись взглядами, а затем Бёрнэм вздохнула. — Это долгая история. Мэл скрестил руки. — У меня полно времени. — Боюсь, я знаю лишь обрывки, — Бёрнэм быстро объяснила, как она и четверо её агентов следили за ними из Олимпии, а затем выследили Зои до отеля. — Мы разговаривали с Ривер прошлой ночью, но она не хотела говорить нам точно, что делала в отеле. Мы считали, что она их знает следующий шаг в этом работорговом кольце, и, судя по тому, что произошло, я бы сказала, что мы были прав, — Она скрестила руки на груди. — Всё просто… взорвалось. В одну секунду Ривер была в порядке, а в следующую уже кричала о пистолете. Она приняла на себя пулю, которая предназначалась какой-то женщине… — Саре Эллиот, — вмешалась Исида. Мэл покачал головой, это имя ничего ему не говорило. — Кто? — Миссис Эллиот обедала с… — Исида достал планшет и посмотрел на него — …Эль Берджесс, и… — Она замолчала, увидев выражение лица Мэла. — Вы знаете это имя? Эль Берджесс — псевдоним Рины Дункан. — Вы знаете, что с ней случилось? С этой Берджесс? — Она сбежала из отеля во время суматохи. Мы не смогли её найти, хотя стрелок задержан. Пока что мы не можем его опознать, — сказала Бёрнэм. — Я сейчас пойду его допрошу. Мэл пробормотал несколько ругательств на английском и китайском. — А как же эта Сара Эллиот? — Сразу после того, как Ривер подстрелили, она сказала передать тебе, чтобы ты помог. Миссис Эллиот и её детей нужно перевезти в безопасное место. — Где она сейчас? – спросила Зои. — Один из моих агентов перевёз её и её детей на наш корабль, пока мы не разберёмся, что происходит, – сказала Бёрнэм. Мэл пощипал переносицу и попытался собрать всё воедино. Ривер приняла пулю за женщину, которая встречалась с Риной Дункан, женщиной, которая, как он явно видел, была в опасности. И хотя казалось, что эти два агента говорят правду – и они доставили Ривер в медицинский центр, что, по крайней мере, дало им небольшое преимущество – Альянс лгал ему слишком много раз, чтобы просто полностью принять их слова. Единственный способ точно узнать, что происходит, – это поговорить с Ривер. Если она выживет. Боже, о Боже. Всю чертову неделю он пытался понять, как ему следует и как не следует с ней общаться, и он даже не задумывался о том, что у него может и не быть шанса это понять. Увидеть её снова. Она многое пережила — однажды ей выстрелили в руку, её ранили ножом, она была вся в синяках и крови, но ничто из этого не представляло угрозы для жизни. И несмотря на всё, что он знал о том, как быстро может кто-то уйти, как быстротечна жизнь, по какой-то причине он стал полагаться на мысль, что Ривер всегда возвращается. В те моменты, когда любой другой пал бы, она держалась. Он отпустил многое в своей жизни — был вынужден. Война за независимость. Бук. Уош. Инара. Он не был готов потерять Ривер. Вот почему, хотя он всё ещё сомневался, он молился, как никогда прежде, чтобы, если Всемогущий Бог действительно существует и хоть немного заботится о нём, Он не забрал у него Ривер. Глубоко вздохнув, Мэл отвёл Зои в сторону. — Я хочу, чтобы ты вернулась на корабль. Я хочу, чтобы вы с Джейном забрали Саймона и Кейли, возможно, понадобится врач. Не знаю, как там эти медики из пограничного мира. И хотя это воссоединение не обещало быть приятным, Мэл гораздо больше верил в медицинские способности Саймона, чем любого другого врача. Конечно, учитывая, что поездка за Саймоном займёт двадцать четыре часа в обе стороны, Ривер, скорее всего, либо уже вне опасности, либо… — Ты в порядке? — спросила Зои, бросив взгляд на агентов. Мэл кивнул. — Я буду следить за ситуацией. Просто забери их и возвращайся как можно быстрее. Зои кивнула и направилась к двери. Бернхэм тоже ушла, чтобы допросить стрелка, а Исида осталась — чтобы присматривать за ним или, может быть, за Ривер, но Мэлу было все равно, лишь бы она не стала сейчас задавать ему вопросы. Что, к ее чести, она и не сделала. Прошло несколько часов, прежде чем в приемную вошел врач и огляделся. — Ривер Тэм? Мэл встал. — Как она? — грубо спросил он. — Стабильно, — ответил врач. — Нам удалось остановить внутреннее кровотечение. С ней все будет в порядке. Мы перевели ее в послеоперационную палату. Облегчение обрушилось на Мэла, словно вес Джейна, и огромный узел, скручивавший его желудок, слегка ослаб. — Я хочу ее увидеть. — Возможно лучше… — Я хочу ее увидеть, — повторил Мэл, его тон не оставлял доктору места для возражений. Доктор мгновение изучал его, затем неохотно кивнул. — Следуйте за мной. Он провел Мэла в небольшую комнату. Ривер лежала на кровати, прислонившись к боку. Ее волосы были растрепаны и наполовину собраны, и кто-то смыл большую часть белой краски с ее лица, но Мэл все еще видел ее следы. Она была бледна как смерть, в нос ей шла трубка, а в руку — капельница, но, глядя на нее, лежащую там живой, она была прекрасна. Мэл остановился рядом с ее кроватью и осторожно накрыл одну из ее рук своей. К его удивлению, ее глаза приоткрылись, хотя и были тусклыми и расфокусированными. Она моргнула, на ее лице появилось растерянное выражение. — Мэл? — Эй, привет. Ты тут попала в неприятную ситуацию, да? — Что… — Ривер сглотнула, и нахмурилась. — В меня выстрелили. — Я это заметил. — Слишком многолюдно. Всегда слишком многолюдно. С ней все в порядке? На мгновение Мэл не понял, говорит ли Ривер о себе в третьем лице или о женщине, которую спасла. — Ты имеешь в виду Сару Эллиот? Все отлично, по словам агентов Альянса. — В безопасности. Береги ее, — прошептала Ривер. — Она — ключ, нужно только найти замок. — Ключ к чему, ай рен? — К тому, чтобы остановить это. Остановить… — Но ее глаза закрылись, и она не закончила свою мысль. Мэл долго стоял, держа её маленькую руку, а затем, подняв взгляд к небу, пробормотал. — Это одно очко в твою пользу.