Крокодилдо 2: Искупление

Интерьер башни «V» оказался именно таким, каким и должен быть у трёх верховных демонов Пентаграмм-Сити — вызывающе роскошным и безупречно безвкусным. Золото, бархат, неон, хрусталь — всё это смешивалось в причудливый коктейль, от которого у нормального существа разболелась бы голова. Их провели в просторную гостиную на верхнем этаже. Стены здесь были стеклянными, открывающими вид на весь город — багровое небо, бесконечные огни, хаотичное движение летающих тварей и машин. В центре комнаты стоял огромный диван, на котором с чувством собственного превосходства развалились хозяева. Вокс немедленно занял центральное место, его телевизионная голова светилась приторно-дружелюбной улыбкой. Вельвет устроилась в кресле с высокой спинкой, закинув ногу на ногу и поигрывая мундштуком. Валентино разлёгся на диване, выпуская клубы розового дыма, и не сводил глаз с Момо, которая инстинктивно держалась за спиной Крокодилдо. — Присаживайтесь, гости дорогие, — промурлыкал Вокс, указывая на диван напротив. — Чувствуйте себя как дома. В аду, как говорится, все свои. Крокодилдо не сел. Он остался стоять, возвышаясь над всем этим великолепием, как скала над болотом. Его единственный глаз медленно обводил комнату, отмечая каждую деталь — скрытые камеры, охрану за дверями, оружие, вмонтированное в мебель. — Мы здесь не для светских бесед, — сказал он. — Говорите, что хотите в обмен на информацию. Вельвет усмехнулась, поправляя идеально уложенные волосы. — Прямолинейно. Мне это нравится. Хотя обычно мы предпочитаем... более изящный подход к переговорам. — Изящество — для тех, у кого есть время, — отрезал Горшок, выступая вперёд. — У нас его нет. Так что давайте к делу. Валентино выпустил очередное кольцо дыма, которое приняло форму женского силуэта, прежде чем рассеяться. — Какая нетерпеливость. А мне казалось, что в Аду время течёт иначе. Мы здесь можем позволить себе роскошь не спешить. — Мы не местные, — холодно ответил Кирито. — И нам действительно нужно идти. Вокс рассмеялся — электронным, слегка искажённым смехом. — О, мы знаем, что вы не местные! Таких, как вы, здесь днём с огнём не сыщешь! — Он обвёл их взглядом, задерживаясь на каждом. — Крокодил, музыкант, самурай без меча, два подростка, от которых разит магией, и женщина, от которой разит шпионажем. Интересная компания. Очень интересная. Каге, услышав последнее, даже бровью не повела. — Умный телевизор. Редкость в этих краях. — Эй! — возмутился Вокс, и на его экране вспыхнула красная рябь. — Я не просто телевизор! Я — медиа-магнат! Я контролирую информационные потоки этого города! Без меня здесь никто и чихнуть не смеет без моего ведома! — И при этом ты до сих пор не сказал нам ничего полезного, — заметил Окарун. Слова Валентино, который всё это время не сводил глаз с Момо, становились всё более откровенными. Он уже не скрывал своего интереса, и его улыбка с каждой минутой становилась всё шире и плотояднее. — А знаете, — протянул он, потягиваясь, — у меня есть предложение. Вы оставляете мне эту милую девочку на пару дней, а я даю вам информацию. Бесплатно. И даже провожатых дам до границы. Момо вздрогнула и вцепилась в руку Окаруна. Тот шагнул вперёд, готовый броситься на мотылькового демона, но Крокодилдо остановил его движением лапы. Напряжение в комнате достигло пика. Горшок уже сжимал гриф гитары. Кирито, без меча, но с волей, закалённой в тысячах битв, изготовился к бою. Даже Каге, до этого хранившая холодное спокойствие, напряглась. И тут Крокодилдо, до этого хранивший ледяное молчание, сделал шаг вперёд. Его единственный глаз, горящий жёлтым огнём, уставился прямо на Вокса, чей телевизионный экран показывал насмешливую статику. — Ты вообще понимаешь, с кем говоришь? — голос Крокодилдо был тихим, но он прорезал гул города, долетавший через стеклянные стены, как нож. — Ты знаешь, кто я? Вокс фыркнул, на его экране промелькнула пиксельная ухмылка. — О, ещё один грешник с раздутым эго? Милый, здесь каждый кто-то. Тут каждый второй был королём или богом в своей реальности. И что? Все они теперь здесь, внизу, и все они... — Я — Крокодилдо. Имя прозвучало не как угроза, а как констатация факта. Как приговор. Как удар грома в ясном небе. Эффект был мгновенным и абсолютным. Статика на экране Вокса превратилась в хаотические всплески белого шума. Его высокомерная поза сломалась, словно кто-то выдернул из него стержень. Он замер, его «тело» задрожало мелкой дрожью. — Кро... Крокодилдо? — его голос, обычно полный пафоса и самолюбования, стал тонким, прерывистым, почти детским. — Тот самый? Убийца Роналду? Разрушитель Маринфорда? Тот, кто... кто бросил вызов самому Правительству? Не дожидаясь ответа, Вокс с грохотом рухнул на колени. Его телевизионная голова склонилась до самого пола, экран погас, сменившись чёрной пустотой. — Простите! — заверешал он. — Я не узнал! Я, я просто болван! Не смейтесь! Пожалуйста, простите моё невежество! Вельвет и Валентино смотрели на эту сцену с откровенным недоумением и растущим презрением. Вельвет даже привстала с кресла, не веря своим глазам. — Вокс, — холодно сказала она, — встань. Ты позоришь нас. Перед кем ты унижаешься? Перед каким-то ящером из другого мира? — Заткнись, дура! — взвизгнул Вокс, не поднимая головы. — Ты не понимаешь! Это же легенда! Это живая легенда! Валентино, наконец, убрал сигару изо рта и уставился на Крокодилдо с новым выражением — смесью страха и любопытства. — Тот самый, что разнёс Ньюфорд? Что убил губернатора? — переспросил он. — Хм... А он действительно впечатляет. Вокс поднял голову, и на его экране теперь было лицо, полное почти фанатичного благоговения. Глаза (пиксельные изображения глаз) сияли восторгом. — Я... я следил за вашими подвигами! — затараторил он. — Как вы прошли через джунгли, через пустыню, через море! Как вы убили Короля Червей! Как вы сражались с Роналду! Как вы... вы... — он запнулся, подбирая слова, — ...вы бросили вызов самому богу! Вы — воплощение настоящего хаоса, настоящей силы, настоящей... настоящей свободы! Он вскочил на ноги и подбежал к Крокодилдо, едва не тычась носом в его грудь. — Я хочу быть с вами! Позвольте мне присоединиться к вам! Я буду полезен! Я знаю всё об этом городе, у меня связи, ресурсы, информация! Я сделаю всё, что вы скажете! Горшок присвистнул. — Ну ни хрена себе. У тебя фанат, Крок. Кирито скептически поднял бровь. — Демон-телевизор, который хочет служить крокодилу. Я видел много странного, но это... Момо, всё ещё напуганная, но уже начинающая улыбаться, прошептала: — Духи говорят... он действительно искренен. Он правда восхищается тобой, Крок. Крокодилдо смотрел на преклонившего колени демона без малейшего выражения на лице. Его единственный глаз изучал Вокса, как биолог изучает необычное насекомое. — Встань, — приказал он. Вокс мгновенно вскочил, вытянувшись по струнке, словно солдат перед генералом. — Хочешь присоединиться? — голос Крокодилдо был спокоен. — Докажи преданность. Вокс замер, ожидая приказа. Крокодилдо медленно перевёл взгляд с него на Вельвет и Валентино. Те, почуяв неладное, напряглись. Вельвет встала с кресла, Валентино поднялся с дивана, его манто распахнулось, открывая кобуру с оружием. — Убей их, — спокойно сказал Крокодилдо. В комнате повисла мёртвая тишина. Даже гул города за стеклом, казалось, стих. — Что? — переспросила Вельвет, не веря своим ушам. — Ты шутишь? — Он не шутит, — прошептал Валентино, его рука потянулась к оружию. Вокс замер на мгновение. Его экран погас, став абсолютно чёрным. А потом он улыбнулся — страшной, хищной улыбкой, которую никто из них никогда на нём не видел. — С ЛЮБОВЬЮ, ДОРОГИЕ! — его голос прорвался оглушительным, искажённым до неузнаваемости рёвом. Он не стал драться в привычном смысле. Он использовал свою силу — абсолютный контроль над средствами информации, доведённый до уровня боевого искусства. Все экраны в комнате — от огромных телевизоров на стенах до маленьких дисплеев на приборах — взорвались ослепительной вспышкой. Вельвет и Валентино, не ожидавшие атаки от своего союзника, закричали, закрывая глаза. В ту же секунду Вокс метнулся вперёд. Его трость-микрофон трансформировалась — из неё выдвинулось острое как бритва лезвие, сверкающее в неоновом свете. Вельвет попыталась защититься, выставив перед собой мундштук, но Вокс был быстрее. Одно движение — и лезвие пронзило её голову, выйдя с другой стороны. Она даже не вскрикнула. Просто рухнула, рассыпаясь на лету цифровым пеплом, который тут же развеялся по комнате. Валентино, ослеплённый, отшатнулся к стене, пытаясь вытащить оружие. Но Вокс был уже рядом. Он схватил мотылькового демона за крыло, дёрнул на себя и с силой, которой от щуплого телевизионного демона никто не ожидал, швырнул его в стеклянную стену. Стекло треснуло, но выдержало. Валентино сполз по нему, оставляя кровавый след. Вокс подошёл, нависая над ним. — Прости, Валентино, — сказал он почти извиняющимся тоном. — Но ты сам виноват. Не надо было смотреть на его девочку. И одним точным ударом трости пробил мотыльковому демону голову. В комнате воцарилась тишина. Только тихое гудение техники и далёкий гул города за окном. Вокс стоял посреди комнаты, тяжело дыша, его экран пульсировал красноватым светом. Он повернулся к Крокодилдо и... улыбнулся. Почти по-собачьи преданно. — Готово, босс. Мусор убран. Горшок смотрел на эту сцену с открытым ртом. — Ни хрена себе... Он реально их убил. Своих же. — Они не были своими, — спокойно ответил Вокс, вытирая лезвие трости о край дивана. — Они были партнёрами. Пока были полезны. А теперь... — он снова посмотрел на Крокодилдо с обожанием, — ...у меня новый босс. Кирито нахмурился. — И ты готов убивать всех, кого он прикажет? — Абсолютно, — без колебаний ответил Вокс. — Потому что он — легенда. А я хочу быть частью легенды. Момо, всё ещё шокированная произошедшим, тихо спросила у духов. Те ответили: он не лжёт. Он действительно готов на всё. Крокодилдо смотрел на Вокса долгим, тяжёлым взглядом. Потом медленно подошёл к нему и встал прямо перед ним. — Ты силён. И быстр, — сказал он. — Но сила без видения — всего лишь дубина. Ответь мне, Вокс. О чём ты мечтал, пока правил этим жалким городом? Задумывался ли ты когда-нибудь о том, чтобы бросить вызов самому Правительству? Чтобы низвергнуть тех, кто стоит над всеми нами? Вокс замер. Его экран на мгновение погас, выдавая замешательство. — Пра... Правительство? — переспросил он, и в его голосе впервые появились нотки неуверенности. — Вы имеете в виду... тех, наверху? Тех, кто управляет всем? — Их самых, — кивнул Крокодилдо. Вокс нервно рассмеялся. — Нет, босс, честно... Я об этом даже не думал. Это же... это же невозможно. Правительство — это абсолют. Это сама структура реальности. — Я убил Роналду, — напомнил Крокодилдо. — Он тоже был частью структуры. — Да, но... — Вокс запнулся, подбирая слова. — Роналду был губернатором. А Правительство... это же совсем другой уровень. Это... — он махнул рукой куда-то вверх, — ...это боги над богами. — Значит, ты не думал о них, — констатировал Крокодилдо. — А о чём ты думал? Какие у тебя были амбиции? Вокс выпрямился, на его экране появилось выражение гордости. — Я хотел захватить Рай! — заявил он. — Уничтожить этих самодовольных, сияющих ублюдков и доказать, что Ад — величайшая сила во вселенной! Я построил бы мост через Бездну и повёл армии демонов на штурм небес! В комнате повисла тишина. Горшок фыркнул. Кирито покачал головой. Момо и Окарун переглянулись. Крокодилдо смотрел на Вокса без тени улыбки. — Разрушить Рай, — медленно повторил он. — Ты хочешь разрушить Рай. — Да! — с жаром подтвердил Вокс. — Это же грандиозно! Это изменит всё! — Это мелко, — оборвал его Крокодилдо. Вокс замер, его экран мигнул. — М... мелко? — Мелко, — повторил Крокодилдо. — Разрушить Рай — это борьба двух кварталов в одном городе, пока весь город принадлежит мэру. Ты хочешь уничтожить соседей, но даже не задумываешься о том, кто управляет всем городом. Кто построил эти стены. Кто установил эти законы. Он повернулся и направился к выходу из комнаты. — Ты не готов, Вокс. Твои амбиции слишком малы для моей войны. Я не могу взять тебя с собой. — Но... но босс! — Вокс бросился за ним, его голос сорвался на отчаянный фальцет. — Я могу научиться! Я сделаю всё! Я буду самым преданным! Я... Крокодилдо остановился у двери и обернулся. Его единственный глаз смотрел на Вокса без злости, но и без тепла. Скорее — с чем-то похожим на сожаление. — Возможно. Когда-нибудь. — Он сделал паузу. — Вырасти из своих мелких обид. Подумай о чём-то большем, чем вражда между Адом и Раем. Пойми, что настоящий враг — не тот, кто напротив, а тот, кто наверху. Он шагнул за порог, но на мгновение задержался. — И когда мы встретимся вновь... если ты поймёшь это... тогда я, возможно, приму тебя в свою команду. Дверь закрылась. Вокс стоял посреди роскошной гостиной, среди тел своих бывших партнёров, которые уже начали растворяться в небытии. За стеклянными стенами сиял огнями Пентаграмм-Сити — город, который он считал своей империей. Теперь он казался таким маленьким. Таким ничтожным. — Вырасти, — прошептал Вокс, глядя на дверь, за которой скрылась легенда. — Подумать о чём-то большем... Он медленно подошёл к стеклянной стене и прижался лбом к холодной поверхности. На его экране, сквозь статику, начало проступать одно-единственное слово, пульсирующее в такт его новому, только что родившемуся пониманию: «ЖДАТЬ». Где-то там, внизу, Крокодилдо и его команда уже покидали башню, унося с собой адрес того, кто мог знать путь к границе. А Вокс оставался здесь — учиться ждать. Учиться думать. Учиться мечтать о чём-то большем, чем война между Адом и Раем. — Я дождусь, — пообещал он пустоте. — И когда мы встретимся снова, я буду готов. — Ты уверен, что поступил правильно? — спросил Горшок, когда они вышли из башни и затерялись в уличной толпе. — Он был готов на всё. Мог бы пригодиться. Крокодилдо шёл молча, глядя прямо перед собой. Потом ответил: — Тот, кто готов убивать по приказу, не задумываясь, — это оружие. А оружие не думает. Оно стреляет туда, куда направят. — Он сделал паузу. — Мне нужны не оружия. Мне нужны те, кто понимает, за что они сражаются. — И ты думаешь, он поймёт? — спросил Окарун. — Не знаю, — честно ответил Крокодилдо. — Но шанс у него есть. А это больше, чем было у многих. Момо, шедшая рядом, вдруг улыбнулась. — Духи говорят... он будет ждать. И он изменится. — Посмотрим, — ответил Крокодилдо. — А пока у нас есть другие дела. Где там тот, кто знает путь? Каге сверилась с координатами. — Недалеко. В старом городе. Демон по имени Аластор. Говорят, он знает всё о границе. — Тогда идём, — сказал Крокодилдо, ускоряя шаг. — Время не ждёт. И они растворились в багровых сумерках Пентаграмм-Сити, оставляя за спиной башню с буквой V и демона, который только что начал свой путь к чему-то большему.