Сценарий, который мы не выбирали

На рассвете Кинич уже был на ногах. Привычка просыпаться по графику, вне зависимости от того, сколько удалось поспать, была сильнее усталости. Он заглянул в гостиную. Муалани спала, и Кинич, довольный этим фактом, ушел в свою спальню. Ему нужно было переключиться,чтобы не сойти с ума от бесконечных расчетов чужой жизни. Сев за стол, он открыл ноутбук. Работа, графики съемок, отчеты — всё это было отложено в сторону. На экране развернулось окно старой восьмибитной ретро-игры, которую он нашел на одном из закрытых форумов для фанатов пиксельной классики. Киничу нравилось проходить подобного рода игры за как можно более короткое время. Это было его способом отвлечься и занять себя чем то.Он не был заядлым геймером, хотя иногда мог составить компанию друзьям в каком-нибудь соревновательном шутере, где неизменно приводил команду к победе. Но по-настоящему живым он чувствовал себя не за монитором, а в спортзале. Кинич бросил взгляд на настенный календарь. Сегодня суббота. Вечером — тренировка, которую он не пропускал ни при каких обстоятельствах. Быть ассистентом такой яркой и своенравной актрисы, как Муалани — задача не из легких. А быть её лучшим другом и хранителем опасной тайны — ответственность, которая давила посильнее. Ему нужно было как-то мягко выяснить, собирается ли она оставаться у него до понедельника или решит вернуться в свою квартиру. Пока Кинич обдумывал это всё,он услышал звонок телефона. Кинич мгновенно перехватил гаджет, подавляя раздражение. На экране высветилось имя одного из старых знакомых — парня, обладающего катастрофическим талантом превращать любое пятиминутное дело в часовой разговор ни о чем. Муалани спала чутко, а после их полуночных посиделок и вчерашнего изматывающего дня любой резкий звук мог выдернуть ее из сна раньше времени, лишая того отдыха, который ей сейчас был жизненно необходим. Поэтому Кинич отключил звук. Он прекрасно знал, зачем тот звонит. Субботнее утро — верный признак того, что его сейчас попытаются вытащить в компьютерный клуб на пару часов, которые неизбежно растянутся до самого вечера. В обычный выходной Кинич, возможно, и рассмотрел бы это предложение как способ расслабиться после работы, но не сегодня. Кинич решил написать ему позже. К тому же предстояло решить еще массу вопросов.Отвлекаться на пустую болтовню сейчас казалось ему непозволительной роскошью. Но спустя ещё несколько минут на телефон одно за другим начали приходить сообщения. Слушай, в клубе наши все будут. Забронировал тебе место рядом со мной, не вздумай слиться. Кинич едва заметно поморщился. Этот парень никогда не понимал слова «нет», воспринимая его лишь как приглашение к долгим и нудным уговорам. Он не был его другом,скорее просто знакомым,с которым иногда можно было приятно провести свободное время. Кинич разблокировал экран,решая ответить.

Занят. У меня планы на день с подругой. Вечером тренировка. В клуб не приду.

После этого он просто перевел чат в архив и выключил уведомления.

***

Муалани открыла глаза и несколько секунд просто смотрела на чужие серые шторы, сквозь которые пробивался утренний свет. Она медленно села на диване. Ей больше не нужно было судорожно проверять, не выпала ли упаковка таблеток из сумки, не нужно было следить за выражением лица при каждом глубоком вдохе. Тайна перестала быть тайной,и теперь Кинич был в курсе её главной слабости. Но Как ей сейчас выйти к нему? Какое лицо сделать? Обычная широкая улыбка теперь казалась фальшивой, а давить на жалость она не умела и не хотела.Ей казалось, что, признав болезнь, она в каком-то смысле проиграла. Подвела и обременила своего друга. Муалани сделала глубокий вдох, стараясь унять внезапно ускорившийся пульс. Муалани вошла на кухню и замерла в дверях. Немного нерешительно она села за стол.Кинич наконец обернулся, ставя перед ней тарелку с тостами и омлетом. — Планы на сегодня такие, — он сел напротив. — Сейчас завтракаем. Днем можем сходить погулять .Свежий воздух тебе не повредит. Но в семь вечера я ухожу в зал. — Кто бы сомневался, Кинич, ты неисправим. Возвращаться в пустую квартиру всё еще было немного боязно, но и злоупотреблять его гостеприимством Муалани не хотела. К тому же, ей нужно было собрать мысли в кучу перед понедельником. — Знаешь, тогда я, пожалуй, после прогулки поеду к себе. Тебе нужно нормально потренироваться, а мне — выспаться в своей кровати и разобрать почту. Так что увидимся уже на площадке в понедельник. Кинич коротко кивнул, принимая её условия. За завтраком Муалани вела себя бодро, слишком активно жестикулировала и смеялась над собственными шутками, но Кинич видел: что-то не сходится. Она то и дело замирала с поднесенной ко рту вилкой, взгляд на долю секунды становился стеклянным. Когда она потянулась за салфеткой, ее пальцы едва заметно мазнули по скатерти, промахнувшись мимо цели на пару сантиметров.Муалани и сама не понимала, что происходит: в голове возник странный гул, а стены кухни начали медленно покачиваться. Она списала это на недосып и вчерашний стресс, даже не догадываясь, что доза препарата, которую она выпила вчера на площадке, начала мстить организму побочными эффектами. — Прогулка отменяется, — сказал Кинич, поднимаясь из-за стола. — В смысле отменяется?! — Муалани возмущенно вскинула брови и попыталась резко встать, вынуждена была тут же сесть обратно, судорожно вцепившись в край столешницы. — Я просто… я просто быстро встала! Подумаешь, голова закружилась, со всеми бывает. — Ты сейчас идешь обратно в гостиную. — Кинич, ты невыносим! Мы теряем время, на улице солнце, и… — она замолчала, потому что он просто молча смотрел на нее, скрестив руки на груди. — Ну ладно! Уложив Муалани ,Кинич вернулся на кухню и начал убирать посуду. Ему самому нужно было время, чтобы решить некоторые рабочие вопросы. Но уже когда он сел за ноутбук,то и дело поглядывал на часы в углу экрана. Спустя час Муалани уже не лежала пластом. Она сидела на диване, подмяв под себя одну ногу, и сосредоточенно пыталась заплести косу. Заметив Кинича, она тут же вскинула подбородок,заверяя его что все уже нормально. Кинич подошел ближе, бесцеремонно сокращая дистанцию. Он не стал слушать её заверения — вместо этого он просто приложил тыльную сторону ладони к её лбу. Муалани замерла, смешно надув губы, но не отстранилась. — Температуры нет, — констатировал он, убирая руку. — Мы выйдем,но ненадолго. Если станет хуже, прогулка закончится.

***

Когда они приехали в парк,Муалани, едва покинув душный салон машины, преобразилась. — Первым делом — контент! — провозгласила она. Кинич тут же сделал три шага в сторону, стараясь слиться с кирпичной стеной ближайшего кафе. Он терпеть не мог попадать в объектив, и уж тем более он не собирался становиться частью сторис, которые посмотрят миллионы. Поэтому он подошел ближе и забрал у неё смартфон, убирая его в свой внутренний карман куртки. Муалани только шутливо закатила глаза, но сопротивляться не стала. — Слушай, Кинич, я вчера полночи не могла уснуть,зашла в приложение интернет-магазина, и... ну, ты понимаешь. — Дай угадаю, ты решила скупить весь склад товаров для интерьера? — Но там всё самое нужное! Представляешь, я нашла огромную плюшевую капибару. А еще куча гирлянд с теплым светом, такие маленькие фонарики в виде ракушек. Я хочу забить ими всю спальню. Кинич невольно усмехнулся. Он представил её и без того не самую пустую квартиру, которая теперь грозила окончательно превратиться в склад уютного хаоса. — Если тебе от этого станет спокойнее, заказывай, — сказал он, глядя, как она воодушевленно описывает ему теперь уже цвет новых подушек. Кинич посмотрел на неё,и в этот момент он осознал, что ему совсем не хочется ни в какой компьютерный клуб. Ему просто хотелось идти вот так рядом, слушать её бесконечную болтовню о чепухе и чувствовать, что сейчас, в эту минуту, с ней всё хорошо.

***

Разговор перетек на обсуждение их общего знакомого. Кинич слушал, чуть щурясь от заходящего солнца. Внезапно Муалани осеклась на полуслове. Она замерла, наклонив голову вбок. — Ты слышал? — шепотом спросила она. Кинич прислушался. Из густых кустов доносился тонкий, прерывистый звук. Муалани уже решительно направилась к зарослям. Они осторожно раздвинули ветки. В корнях дерева, запутавшись в старой пластиковой сетке, возился крошечный комок шерсти. Щенок отчаянно пищал, перебирая лапками и тычась мокрым носом в сухую листву. Ошейника на нем не было. — О боже мой... — Муалани прижала ладони к щекам. — Он же совсем один. — Либо потерялся, либо... — он не договорил, но по его жесткому взгляду было ясно, что он думает о людях, оставляющих животных в парке. — Мы не можем его здесь оставить, — Муалани уже тянула руки к щенку. — Смотри на него, он же крошечный.Я заберу его. — Ладно. Но не хватай его так резко, напугаешь. На её лице расцвела такая искренняя улыбка, которой Кинич не видел уже очень давно. В этот момент она не выглядела больной или уставшей. — Ты лучший ассистент и лучший друг, ты это знаешь? — Муалани пошла к выходу из парка, осторожно придерживая щенка. Машина плавно припарковалась у дома Муалани. Вечернее солнце уже начало прятаться за крыши многоэтажек. Муалани бережно прижимала к себе сонного щенка, стараясь не тревожить малыша. — Кинич, слушай.Ты на тренировку не опоздаешь? Кинич бросил короткий взгляд на время и отстегнул ремень безопасности. — У меня есть время.— он открыл дверь и вышел из машины, обходя её, чтобы помочь Муалани выбраться. В квартире Муалани, как всегда, царил творческий беспорядок: на вешалке висело слишком много ярких шарфов, а на тумбочке высилась стопка сценариев. И только сейчас она осознала, что из-за внезапного спасения щенка её собственные вещи — пижама, сменная одежда и, что важнее, часть лекарств — остались в квартире Кинича. — Ой, — она замерла посреди коридора, аккуратно опуская щенка на коврик. — Кинич, я же всё у тебя оставила. Рюкзак, зарядку… — Я в курсе, — он стоял в дверях, не снимая куртки, и внимательно наблюдал, как щенок начинает несмело обнюхивать ножки стульев. — После зала заскочу домой, заберу твой рюкзак и привезу. Буду у тебя около десяти. — Обещаю! — Муалани уже вовсю металась по кухне, хлопая дверцами шкафчиков. Девушка вытаскивала из холодильника продукты, едва не роняя упаковки, и при этом умудрялась что-то ласково приговаривать щенку.

***

Кинич вел машину уверенно, но быстрее обычного. Тренировка затянулась, и после пришлось еще заскочить в зоомагазин, чтобы купить корм новому питомцу Муалани. Когда он наконец припарковался у ее дома, окна квартиры Муалани были темными. Кинич нажал кнопку домофона. Тишина. Он подождал и нажал снова. Потом еще раз, длинно и настойчиво. Он уже начал всерьез прикидывать, не случилось ли чего, а в голове пронеслись худшие сценарии.На четвертый раз из динамика наконец раздалось невнятное шуршание, а затем сонный, охрипший голос. Когда Кинич поднялся на ее этаж, дверь уже была приоткрыта. В коридоре стоял полумрак. Муалани, закутанная в какой-то безразмерный махровый халат, щурилась от света лампы в подъезде. — Кинич... — она зевнула, прикрывая рот ладошкой. — Ты так долго. — Я же сказал, что приеду, — он прошел мимо нее, ставя пакет с кормом на тумбочку. — Задержался в магазине. И долго не мог до тебя дозвониться. Девушка включила свет, и Кинич увидел на кухонном коврике свернувшийся комок шерсти. Щенок даже не поднял головы. Кинич молча положил ее рюкзак с вещами.Затем достал из пакета несколько банок корма. — Вот. Завтра утром покормишь этим. И не забудь выпить вечернюю таблетку, — он внимательно посмотрел на нее. — Ой, да ладно тебе, — Муалани попыталась улыбнуться, но вышло как-то слабо. Она подошла ближе и вдруг уткнулась лбом в его плечо. Кинич замер. — В понедельник буду у тебя в восемь утра. Без опозданий. Выходя из подъезда, Кинич наконец позволил себе выдохнуть.