Сценарий, который мы не выбирали

Кинич прошел вглубь комнаты и опустился в кресло, стоявшее в углу у окна.Он молча наблюдал за тем, как Муалани мечется по номеру, перекладывая вещи с места на место. — Сценарий можешь не искать, — ровным голосом произнес он. — Я прекрасно вижу, что ты сейчас не в состоянии прочитать даже заголовок. Девушка замерла, так и не дотянувшись до сумки,а затем медленно забралась на кровать, поджав под себя ноги. — Ну... я просто... — начала она и осеклась. Кинич терпеливо ждал секунд десять, но когда пауза затянулась, он слегка наклонил голову набок. — Муалани? Ты заснула с открытыми глазами или решила устроить сеанс игры в гляделки? — его голос вырвал её из оцепенения. Муалани вздрогнула и мгновенно растерялась. — А! Я... я не... просто задумалась! — Хватит, Лани. Утром ты вскочила рано,хотя обычно тебя не добудиться. Ты весь день подозрительно бодра, но каждые пять минут оглядываешься и дергаешься от каждого шороха. И сейчас ты готова обсуждать что угодно,лишь бы я не уходил. Он чуть наклонился вперед, уперев локти в колени. — Что произошло ночью? Муалани обняла подушку, зарываясь в неё подбородком. Весь её боевой задор испарился, оставив после себя только усталость и тревогу. Она хотела отшутиться, но в горле стоял ком. — Просто дурной сон. Кинич молчал, давая ей возможность продолжить,пока Муалани сбивчиво пересказывала что ей снилось прошлой ночью. — Когда я проснулась, я еще пару минут боялась пошевелиться. Думала, что если посмотрю вниз, то увижу кровь на простынях. Я знаю, что это просто картинки, плод воображения и всё такое... Когда она договорила,парень на секунду отвел взгляд в сторону окна. — Слушай меня. Вероятность того, что кто-то проберется к тебе равна нулю. Но... если тебе от этого станет легче, я не уйду, пока ты не уснешь.

***

Спустя полчаса тишина в номере нарушалась лишь мерным дыханием Муалани. Она наконец уснула, свернувшись калачиком и натянув одеяло до самого подбородка. Здравый смысл настойчиво твердил, что пора уходить. Его собственный организм нуждался в подзарядке, завтра тяжёлый день,а Сяо так и не получил ответа. Но каждый раз, когда Муалани чуть вздрагивала во сне или тише вздыхала, он снова замирал. Кинич тряхнул головой, прогоняя сонливость. Не сидеть же здесь до утра. Кинич уже направился к выходу, но, поравнявшись с кроватью он заметил, что Муалани во сне повернулась, и край одеяла сполз на пол. В номере было прохладно,и завтрашний день мог начаться с её озноба или насморка. Парень подтянул одеяло вверх, укрывая её до подбородка, Муалани лишь что-то неразборчиво пробормотала во сне и чуть глубже уткнулась в подушку, но не проснулась. Уже в коридоре достав телефон, он быстро набрал сообщение Сяо,который наверное уже спал,после чего Кинич пошел в свой номер.

***

Муалани с трудом разлепила веки,и попыталась резко сесть, но комната качнулась, заставив её зажмуриться и вцепиться в край матраса. Сегодня был важный день,и она не могла подвести группу. Муалани на неслушающихся ногах дошла до ванной. Отражение в зеркале не радовало: бледная кожа, припухшие веки. Она плеснула в лицо ледяной водой, но это помогло лишь на пару минут. Достав из косметички таблетки, Муалани выщелкнула две штуки. Горький вкус лекарства на языке заставил поморщиться. Муалани глубоко вдохнула, стараясь унять тошноту, и выпрямила спину. Пора было одеваться и выходить из номера,так как они с Киничем договорились встретиться внизу возле машины.

***

В машине девушка забилась в угол заднего сиденья, стараясь дышать неглубоко, чтобы не провоцировать новый приступ тошноты. Когда Кинич подошел к машине, Муалани на мгновение затаила дыхание. Ей отчаянно, до дрожи в пальцах хотелось попросить его сесть рядом с ней,но слова застряли в горле. Кинич привычно дернул ручку передней двери и сел рядом с водителем. Она откинулась на подголовник и закрыла глаза. Таблетки, проглоченные в спешке, наконец начали действовать. Стало чуть легче, и в голову пришла другая мысль. «Надо было всё-таки пройти то обследование в прошлом месяце», — мелькнуло в голове. Врачи давно советовали ей лечь в стационар на неделю, подтянуть показатели, пропить курс укрепляющих препаратов для сердца, но график съемок был неумолим. И вот она снова сидит в машине, заглушая симптомы химией и надеясь на авось.

***

Муалани выскочила из машины первой, едва дождавшись остановки. Кинич вышел за ней,закрыв дверь машины. Муалани уже скрылась в трейлере, так и не дав ему вставить ни слова,и он отошёл в сторону на какое то время. Ветер трепал его волосы, но Кинич не обращал на это внимания.Его мысли стали запутанными. Он представил, как всё могло бы быть, не будь у его подруги этого диагноза. Если бы ей не приходилось каждое утро начинать с горсти таблеток, а лицо не бледнело до цвета мела. Работа стала бы проще? Нет, не в этом дело. Если бы Муалани была здорова, ему не пришлось бы каждую секунду прислушиваться к её дыханию, он бы не вздрагивал от каждого её неосторожного движения. Ему просто хотелось, чтобы она могла смеяться в полную силу, не задыхаясь, и бегать так долго, как ей вздумается. Но тихий писк рации на плече заставил его вздрогнуть.Кинич мотнул головой,понимая что уже надо работать.

***

Муалани стояла в кадре, босая на холодном песке, и изо всех сил старалась не думать о том, как противно пульсирует в висках. Ей нужно было просто улыбнуться. Просто пробежать пару метров, обернуться к партнеру по сцене и выдать порцию своего фирменного оптимизма. Но стоило ей сделать резкое движение, как желудок предательски сжался. Весь мир на мгновение смазался. Она заставила себя вдохнуть. Холодный воздух немного остудил пылающее горло. Внутри всё ходило ходуном. Каждое слово давалось с трудом. Девушка зачерпнула горсть морской воды, как того требовал сценарий. Холодная влага обожгла пальцы, и это помогла сфокусироваться. Она смеялась,и выглядела как воплощение здоровья и счастья, хотя в этот момент её единственным желанием было упасть прямо там, где стоит. — Стоп! Снято! Муалани не расслабилась. Она медленно, очень осторожно выпрямилась, поправила волосы и, сохраняя на лице остатки улыбки, неспешно направилась к своему креслу. После короткого технического перерыва солнце окончательно вышло из-за туч, заливая пляж ярким светом. Муалани заставила себя встать, игнорируя слабость в коленях, и вернулась на исходную позицию. В следующей сцене к ней присоединился молодой актер, игравший ее незадачливого попутчика. По сюжету их герои должны были спорить из-за потерянной карты, стоя на самом краю прибоя. Девушка должна была резко развернуться к нему, схватить за плечо и указать на маяк. Стоило ей совершить этот маневр, как мир на секунду превратился в размытое пятно. Она мертвой хваткой вцепилась в рукав актера, используя его как живую опору. Парень даже не заметил подвоха. Она держалась на чистом упрямстве. Когда объявили перестановку света для сцены с Нилу, Муалани едва доплелась до своего шезлонга. В сцене с Нилу для Муалани же каждый поворот был пыткой. Девушка на секунду зажмурилась, продолжая улыбаться, двигаться, подстраиваясь под ритм Нилу, отвечая на ее реплики и даже умудряясь импровизировать. Часы тянулись бесконечно. Пальцы ног уже свело судорогой от ледяной воды. Когда наконец то настал перерыв,она медленно выдохнула, не в силах сделать и шага. Солнце палило, шум давил на уши. Кинич не ждал, пока Муалани позовет на помощь или упадет в обморок,и пошел к ней. Муалани просто навалилась на него, и в следующую секунду её пальцы мертвой хваткой впились в его предплечье. — Кинич... Он перехватил её поудобнее, придерживая за талию и ведя в сторону навесов. Они шли медленно,и Кинич чувствовал каждый её судорожный вдох. Ему хотелось не просто довести её до стула, а подхватить на руки, унести подальше от этих камер и дать ей тот отдых,которого она заслуживала. Муалани же было невыносимо стыдно за свою слабость, но этот стыд тонул в волне странного, пугающего тепла. Она списывала всё на болезнь, но не могла нормально объяснить себе почему от его близости дышать становилось одновременно и легче, и в сто раз труднее. Кинич осторожно усадил её, но Муалани не спешила разжимать пальцы. — Муалани, мне нужно принести тебе еду, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Тебе нужно поесть. Сиди смирно, я скоро. Муалани проводила его взглядом, и обессиленно откинулась на спинку шезлонга. «Что со мной не так?» — Муалани прикрыла глаза ладонью. Сердце пропустило удар, а затем забилось в бешеном, рваном темпе. Муалани знала: таблетки уже должны были подействовать. Тогда почему жар в груди только усиливался, стоило ей вспомнить,как рука Кинича коснулась её талии? Девушка посмотрела на свои руки, которые только что сжимали его локоть. Она ведь не просто искала опору.Ей хотелось, чтобы он не отпускал ее. В голове мелькнула мысль,которая заставила её вздрогнуть. Если она признается в этом хотя бы самой себе, всё рухнет. Муалани постаралась отогнать эти мысли. Кинич подошел к шезлонгу, неся пластиковый бокс с обедом и стакан теплого чая. Стук контейнера о столик заставил Муалани вздрогнуть и вынырнуть из своих мыслей. — Лани,остарайся осилить хотя бы половину. У неё внутри всё перевернулось,и девушка на мгновение забыла, как дышать. — Спасибо, — она уткнулась в тарелку, стараясь не выдать своего смущения. — Слушай, Кинич... Скоро же домой. Он взял свой стакан и посмотрел на море. — Дома будет легче. Да, впереди еще немного съемок,но мы почти у цели. — Когда всё закончится, — мечтательно протянула она,— я хочу просто поехать на море. Хотелось бы хоть ненадолго снова встать на доску. Кинич молчал, зная что сейчас с серфингом надо быть осторожнее.Но рушить её хрупкую мечту прямо сейчас он не стал.Он просто кивнул, соглашаясь с тем, что отдых ей необходим.Однако и не сказал,что поедет с ней. — Это хорошо, — коротко отозвался он после паузы. — Тебе нужно восстановиться. Муалани почувствовала укол разочарования. Глупо было надеяться, что он сам напросится, но это его спокойное «тебе нужно» вместо «нам нужно» отозвалось в душе пустотой. Она сделала большой глоток чая, пытаясь смыть горечь. Кинич посмотрел на неё,словно хотел что-то добавить, но в последний момент передумал. — Подожди, — Муалани отставила бокс с едой на край столика. Голос её невольно стал тише. — А ты что, разве не поедешь со мной? Кинич слегка повел бровью. — Я вообще не планировал, — спокойно ответил он. Муалани почувствовала, как внутри закипает обида, перемешанная с новым, пугающим чувством. Она закусила губу. — Но я хотела поехать именно с тобой! — выпалила она. — И Качину можно было бы вытащить из дома. А Лаки? Ты же сам говорил, что ему нужно больше активности. Кинич наконец повернул голову. Он смотрел на Муалани, которая сейчас выглядела взволнованной. У неё на щеках проступил слабый румянец — то ли от жары, то ли от возмущения, и эта деталь заставила его мысли снова пойти по неверному пути. Его мозг уже начал подбирать аргументы,но глядя в её глаза, ему представилось, как Муалани стоит одна на берегу, и рядом нет никого, кто мог бы вовремя подать ей полотенце или помочь,если ей станет плохо. — Ладно, — выдохнул он, и его голос прозвучал чуть мягче, хотя лицо осталось таким же непроницаемым. — Если этот твой план доживет до реализации и ты действительно договоришься с Качиной... я поеду. Муалани буквально просияла,хватая его за руку — Правда? Он осторожно высвободил руку. — Да,правда. Кинич понимал, что поездка на море с Муалани — это гарантия отсутствия покоя. Но он поймал себя на мысли, что этот хаос пугает его гораздо меньше, чем перспектива оставить её там одну.