Царевна-знахарка

Дорога прошла более менее хорошо. Мы ехали молча. Басманов впереди, я сразу за ним, а Белозар с Улу-Актаром сзади.  Буран и правда был замечательным конём. Шёл ровно и слушался малейшего натяжения или ослабления поводьев. Он не брыкался, не кусался, и я чувствовала себя свободно и уверенно, будто уже не первый раз езжу на нем.  Тут Фёдор вдруг приостановил свою кобылу, и когда я догнала его, начал ехать рядом со мной.  — Ты твердо держишься в седле. Чаще всего девицы боятся ездить верхом, — неожиданно сказал он. Я удивленно посмотрела на него.  — На солнце что ли перегрелся? — В смысле?  — В прямом. Скорее снег летом выпадет, чем от тебя похвалу услышать, — ответила я  — Просто я попусту не хвалю. Хочешь не верь, но я сейчас искренне это сделал.  На миг его лицо помрачнело, но он быстро скрыл это и ускорил шаг лошади.  Что это сейчас было?  «Тьфу ты! То он скалится да словами будто ядом плюется, то на похвалу рассщедрится и добрым словом одарит.  Не поймешь его!»  Решив всё же это дело так не оставлять, я щёлкнула поводьями и снова догнала его. — Да тебя не поймешь! То ты ласковый и нежный, то холодный словно лёд в Крещенский мороз. Как мне с тобой быть?! — возмутилась я.  — Ты не лучше, ведьма! Нацепила на меня эти бусы проклятые, и теперь я аки пёс на привязи! Если что не по твоему будет, так ты же меня придушишь, а я даже сделать ничего не смогу. Используешь, если тебе нужен! — высказал мне Басманов, а потом холодно добавил, — Между нами ничего кроме притворства нет. Мы друг другу нужны, пока есть выгода.  Внутри всё обрушилось. Меня словно ударили под дых.  На мой кафтан упала слеза. Я толкнула ногами в бока Бурана и галопом поскакала вперед. Хотелось полностью выжечь это ужасное чувство, чтобы больше не было боли.  Проскакав несколько метров до поворота, я остановилась и начала наспех вытирать лицо, чтобы не было видно, что я плакала. Ни к чему сейчас были лишние вопросы.  — Агния! Я обернулась. Ко мне приблизился Белозар.  — Ты так быстро поехала. Что случилось? — остановившись, обеспокоено  спросил он.  — Ничего. Всё нормально. Я… просто хотела посмотреть долго ли ещё добираться осталось. — наспех придумав оправдание, ответила я, стараясь выглядеть спокойной. Было видно, что Белозар не поверил, но больше ничего спрашивать не стал.  Через час мы подъехали к деревне. На улицах и возле домов не было ни души. В некоторых избах двери были открыты нараспашку или вовсе сорваны с петель. Дворы и огороды заросли густой травой, а хлева и загоны были без единой скотины.  — Что здесь произошло? Будто татары набег устроили, — осматриваясь, спросил Фёдор.  Вдруг дверь одной избы отворилась и оттуда вышла старуха. Она была сгорблена и высушена, будто из неё вытянули все жизненные силы.  — Ещё одни пришли. Снова ночь неспокойной будет, — метнув на нас полный недовольства взгляд пробурчала старуха, — Ох, и зачем их только черти сюда приносят. Я слезла с коня и передав поводья Белозару, подошла к ней.  — Здрава будь, хозяйка! Не подскажешь, что произошло здесь? — насколько можно дружелюбнее спросила я.  — Тебе это зачем?  — Мы здесь по царёву приказу. Государь Иван Васильевич поручил нам разобраться, почему здесь люди пропадают.  — Неужто сам Царь заинтересовался этим, — с сарказмом протянула старуха, — будто бы есть ему до этого дело.  Я молчала. Мне нечего было ей ответить. И так было понятно, что Грозный беспокоится лишь о своей безопасности, но сказать это, значит пойти против него.  Старуха внимательно осмотрела меня. — А почему ты этим занимаешься? Вижу, знахарка ты. Неужто других дел нету, кроме как приказы царя-душегуба исполнять? — удивленно спросила она.  Тут в беседу встрял подошедший Фёдор — Следи за языком, карга старая! Ты сейчас о государе молвишь. Мы все должны его воле подчиняться, а кто ослушается, тому смерть лютая, — с угрозой проговорил он, потом посмотрев на меня, серьезно добавил, — она царская доверенная знахарка. Государь лично повелел ей этим делом заняться, поэтому хватит лясы точить, рассказывай что тут происходит.  Бабка усмехнувшись, обратилась ко мне. — Идём, милая, в дом. Там я тебе всё и расскажу Я отправилась за ней, Басманов вместе с Белозаром и Улу-Актаром последовали за мной, но старуха жестом остановила их.  — Вы на крыльце подождите. Изба у меня маленькая, вчетвером не поместитесь.  Когда я уже хотела зайти внутрь, Белозар схватил меня за руку.  — Стой! Может не надо? Мало ли что случится. Не нравится она мне, — почти шепотом сказал Белозар.  — У меня нет выбора. Нам надо узнать что здесь случилось. Не переживай за меня, всё будет хорошо, — успокоила его я и шагнула в дом.  Изба и правда оказалась маленькой. Посередине стоял стол и две лавки, в углу была печь. Чувствовался запах снадобий и пыли. Хозяйка села за стол и указала мне на противоположную лавку. Я аккуратно села и начала разглядывать разные склянки и пучки трав, которые были разложены по всему столу.  Старуха не обращая на меня внимание, начала толочь в ступке какой-то травяной сбор.  — Как звать тебя? — спросила я. — Агафья. — Ты тоже знахарка? — Ну да, знахарка. Когда здесь ещё люди жили, ко мне всегда за помощью приходили: от хвори вылечить, на суженного погадать, сглаз отвести.  — А куда нынче люди делись?  — Кто-то ушёл в другие деревни, а кто-то… сгинул вовсе, — пробормотала старуха, потом пристально посмотрев на меня, добавила, — Вы тоже лучше уезжайте отсюда поскорее. Место это гиблое, как бы вам беду на свои головы не накликать.  — Мы не можем так просто уехать, — покачав головой, ответила я, — царь приказал разобраться здесь, ежели ослушаемся, нас казнят.  — Да уж… нелегка жизнь у тебя, — сочувственно произнесла старая знахарка.  Тут вдруг она хитро прищурилась и заговорщицки прошептала. — Давай-ка я тебе погадаю, что тебя в будущем ожидает.  — Спасибо, но пожалуй не надо. Честно говоря не верю я в гадания.  — Что же это, неинтересно тебе узнать и про милёнка твоего? Какое у вас будущее?  — Нету у меня никого. И узнавать нечего, — протараторила я, и быстро отвернулась, стараясь скрыть смущение.  — Жаль… а вот ты соколику, голову-то вскружила. Не есть, не спать теперь не может, про тебя не думая. В очах его васильковых в миг огонь страстный вспыхивает, как только ты рядом появляешься, — игриво проговорила старуха и резко понизив голос добавила, — и ночами тёмными лишь только об одном грезит… чтоб ты его по имени ласково позвала — Феденька.  Мои щёки тут же вспыхнули и я ошарашенно посмотрела на неё. Откуда она про Басманова знает?! Пока я ломала себе голову вопросами, знахарка высыпала из ступки травы в большую деревянную кружку и залила горячей водой из котелка, стоявшего на печке. Немного помешав отвар ложкой, она протянула его мне.  — На-ка, выпей. Для здоровья полезно, да и мысли в порядок привести поможет. Взяв в руки кружку, я настороженно принюхалась.  — Не бойся, не отрава. Уж больно ты мне приглянулась, поэтому травить не стану, — усмехнулась старуха.  Немного поколебавшись, я всё же выпила напиток. Через несколько минут мир вокруг меня поплыл. Голова стала тяжёлой и начало клонить в сон.  — Что со мной… происходит? — еле выдавила из себя я. Говорить стало тяжело, язык перестал слушаться.  — Спи, дитя, спи. Утро вечера мудрее, — ворковала старуха, нежно поглаживая меня по голове.

***

Сидя на лавке в просторной горнице, освещенной солнечным светом, я вышивала яркие незабудки и васильки, на большом полотне белой ткани. От ощущения спокойствия и умиротворения мои губы подрагивали в легкой улыбке. Вдруг я услышала голоса. Я отвлеклась от рукоделия и выглянула в окно. Моему взору предстало очаровательное зрелище. Во дворе резвились дети. Два мальчика и девочка бегали друг за другом и громко смеялись. — Петя, Ваня, смотрите, как я могу! — крикнула девочка, и взмахнув аккуратной ручкой послала огненные искры. Оба мальчика остановились, завороженно глядя на волошбу. Один из них воскликнул. — Перестань, Акся! Отец не велит колдовать. — Ну и что! Хочу, и колдую. Матушка говорит, что у меня хорошо получается, — гордо вздернув голову и тряхнув густыми, иссиня-чёрного оттенка волосами, ответила юная чаровница, — И не приказывай мне! Тут ко двору подъехал всадник. Когда он спешился, я узнала в нём Фёдора. Дети с радостными возгласами подбежали к нему. Басманов подхватил девчушку на руки, а мальчишки крутились рядом с ним. — Папа! Папа! А Акся снова колдовала, — показал на сестру золотоволосый мальчик. — Ну ты и ябеда! — сердито надулась девочка и показала язык. Фёдор поцеловал дочь в щёку. — Не кривляйся, Ксения. Ты же боярышня, тебе это не к лицу. Братец твой прав, государь наш, Иван Васильевич не любит колдунов. Потом повернувшись к сыну, сказал. — А ты, Ваня, хватит на сестру жаловаться. Ты старший брат, поэтому должен терпимее относиться к ней. Тот серьезно кивнул, и Басманов ласково потрепал его по голове. Второй мальчик, похожий на свою сестру прижался к отцу и радостно спросил. — Папа, а когда ты нас с собой к царю-батюшке возьмешь? — Скоро, Петя. Как только подрастете, да ума наберетесь, тогда и отведу. Государь про вас часто спрашивает. Сказал мне, чтобы я через год вам лучших учителей нанял. Если будете усердно учиться, потом при дворе рядом с царем нашим служить станете. Обязательно возвыситесь и род наш прославите, — поучал Басманов своих сыновей, а потом обратился к дочери, — а тебе, Ксения Фёдоровна, лучшего жениха найду. Будешь у меня первой красавицей на Руси. Приданого столько тебе наготовлю, больше, чем у всех боярышень и княжеских дочек вместе взятых будет. — Не пойду замуж! Тоже хочу учиться! В знахарскую школу поступлю, как мама, — заявила девочка. — Ох, Акся, с таким характером, точно все женихи разбегутся! Вся в мать пошла. Такая же строптивая и непокорная, да ещё к тому же с Даром, — рассмеялся Фёдор. Ко мне вдруг пришло осознание, что это мои дети. То есть наши с Фёдором дети. Я уже хотела выйти к ним во двор, но тут моя голова резко закружилась, а в глазах потемнело. Сознание погрузилось в небытие. Меня выдернуло обратно в реальность. Я резко подняла голову и осмотрелась. Агафья сидела на против и перебирала пучки трав. Посмотрев на меня, она слегка улыбнулась. — Ну что, как тебе отвар? Посмотрела, что тебя в будущем ждет? Я ничего не ответила, лишь потерла глаза и глубоко зевнула. — Знай, твоё будущее зависит лишь от тебя. Ты можешь на множество других жизней повлиять, судьбу целого государства изменить. Непростая ты знахарка, множество испытаний на твою долю выпало и ещё выпадет. — Я долго спала? — обеспокоено спросила я. — Нет, ты всего 15 минут в дреме была, — успокоила знахарка и потом добавила, — друзья твои ждут снаружи, с ними всё хорошо. Они в дом не заходили. — Агафья, расскажи мне пожалуйста, что всё таки в этой деревне случилось? Почему все люди исчезли? Мы помочь хотим, — вспомнив про поручение, вновь попросила я. — Ладно, расскажу тебе. Слушай. Раньше здесь много людей было. Все дружно жили, друг другу помогали. Но год назад напасть приключилась. В деревню к нам чернокнижник пришёл. Сначала никто и не знал, о том что он с тёмной магией связан. Думали, что обычный паломник. Только я знала о его сущности, но доказать не могла, уж больно искусно он скрывался, и убить не могла, не знала, где амулет спрятан, в котором сила его. Тут случилось горе, у одного зажиточного купца, ребёночек единственный и долгожданный захворал. Мать с отцом в конец извелись. И ко мне обращались, и к знахарям из соседних деревень, но никто помочь не мог. Когда уж совсем отчаялись, колдун свою помощь предложил, но взамен жизни их дитя, другого ребёнка в жертву потребовал. Купец отказался и изгнал чернокнижника из деревни. Тот далеко не ушёл, поселился в ближнем лесу. Мальчику совсем худо стало, ещё день или два, и дух испустил бы. Купчиха от страха сына своего потерять, решила в тайне от мужа к чернокнижнику пойти. Ночью, когда уж все спать улеглись, она у одной из холопок ребёночка новорожденного выкрала и в лес унесла. Колдун купчиху с малышом к языческому алтарю отвёл, где и совершил кровавый обряд. После этого купеческому сыну лучше стало, выздоровел, но на том всё не закончилось. Несколько дней спустя, отряд опричников проезжал. Купец им и рассказал о чернокнижнике. Те его поймать хотели, но колдун сбежать сумел. Через две седмицы сын купца пропал. Искали его долго, найти не могли. Купчиха вдруг про место, где чернокнижник жил, вспомнила. Туда пошла, а там и нашла своего сына. Лежало его тело возле того самого алтаря. От горя она в этот же день сама на себя руки наложила. Купец, потеряв семью, в монастырь ушёл. С того момента и началась чертовщина. Купчиха заложной покойницей стала. Дух её по капищу в лесу бродит, а днём бывает и в деревню наведывается. Каждую ночь из чащи нечисть выходить стала. Упыри и вурдалаки всякие. На людей нападают и в лес тащат. От того все жители и разбежались, кто уцелеть сумел. Вот такая вот страшная история. Я сидела и внимательно слушала. От рассказа по коже пробежали неприятные мурашки. — Поэтому я и говорю, чтобы вы быстрее убирались отсюда, пока ночь не настала. Нечисть здесь, как у себя дома разгуливает. — Почему ты здесь осталась? — поинтересовалась я. — А куда мне идти? Я уже старая, детей у меня нет, родственников тоже, — с грустью ответила Агафья. «Меня такая же судьба наверное ждёт. Когда Захарьин состариться и умрет, мне тоже не к кому пойти будет. Боярышни уже к тому моменту своими семьями обзаведутся, а сыновья Никиты Романовича помоложе знахарей наймут, — подумала я, но потом вспомнила про сон, — Может я всё же смогу замуж выйти. Вон, у Басманова тоже бабка колдуньей была.» В сердце разгорелось тепло от образа счастливой семьи из видения. Хоть знахарям и не разрешалось заводить семью, но может я всё таки смогу как-то обойти этот запрет. Я нахмурилась, отгоняя грёзы. Сейчас надо было о деле думать. — А как можно дух купчихи изгнать и нечисть прогнать? — Алтарь уничтожить надо. В нем вся сила тёмная, — сказала знахарка, но немного подумав добавила, — Сделать это однако очень трудно. К нему подобраться не так просто. Нечисть его тщательно охраняет. — Надо всё же попытаться. Другого выбора нет, — твёрдо решила я. — Ну раз так, тогда вам поторопиться надобно, чтобы до темноты успеть. Путь туда не близкий. — Ты знаешь где алтарь находится? — Знаю. Бывала там как-то раз. Ели живой вернулась, — сухо ответила Агафья. — Можешь пожалуйста отвести нас туда? Знахарка ничего не ответила и отвернулась. Я взяла её за руку и умоляюще посмотрела в глаза. — Прошу тебя, помоги! Я царю про твою помощь обязательно расскажу, и он тебя щедро наградит. — Не нужны мне его не похвала, не награда! Его опричники и без этого, горя столько приносят людям, что никаких почестей не хочется! — гневно воскликнула Агафья, но потом немного смягчившись продолжила, — Я тебе просто так помогу. Мне и самой хочется от этой напасти избавиться. — Спасибо тебе! Век твою помощь помнить буду! — от всей души поблагодарила я её. Внезапно послышался какой-то шум. С улицы доносились громкие голоса и обрывки фраз, но я не могла разобрать о чём они были. Встав из-за стола, я подошла к двери, и открыв её, увидела сцену, которая меня поразила. Белозар и Басманов кричали друг на друга чуть ли не с пеной у рта, а Улу-Актар, стоя между ними, пытался их обоих успокоить. — Я смотрю, варяг, ты совсем страх потерял! Не твоё собачье дело, с кем я ночи провожу! — наступал Фёдор. — А может и моё! Агния мне дорога, поэтому я не позволю такому, как ты, её использовать! — не колеблясь, ответил Белозар. — Так вот оно что! Зависть гложет, что ни к тебе она каждую ночь в объятия летит, — дерзко усмехнулся Фёдор, — думал, что тебя, вместо меня выберет? Не глупа она, чтобы со знахарем безродным миловаться. Ещё мгновение, и Белозар накинулся на Басманова. Они оба повалились на землю. Я подскочила к ним и стала разнимать. — Перестаньте! Вы себя, как псы дворовые ведёте! — кричала я, пытаясь схватить одного из них. Улу-Актар кинулся мне помогать, и вскоре мы всё же смогли растащить их. Я крепко держал за руку Фёдора, который снова пытался сцепиться с Белозаром. — Сквитаемся ещё мы с тобой, знахарское отродье! Припомню я все твои поганые речи! — крикнул Басманов. — Успокойтесь оба! Мы здесь не для ваших драк! Нам в лес идти нужно, чтобы всю нечисть прогнать. Надо до темноты успеть, — жёстко скомандовала я. — В лес? — удивился шаман. — Да, в лес. Там алтарь находится, который нужно уничтожить, — объяснила я и указала на стоявшую на крыльце знахарку, — Агафья нас туда отведёт. Мы пешком пойдём, так сподручнее будет. Привязав лошадей, наша компания отправилась прямиком в чащу. Что конкретно нас там ждало — неизвестно. Но я чётко осознавала, что придется приложить немало усилий, чтобы вернуться живыми…