Четвертое крыло. Другая история.

Я в полной жопе. Ксейден шагнул вперёд - шесть футов роста, облачённые в боевую кожу цвета полуночи и облегающую рубашку с короткими рукавами, которая только подчёркивала мерцание тёмных завитков метки восстания на коже. Я, конечно, всё понимаю, но Ксейден - это совершенно другой уровень. Моих навыков и физической подготовки не хватит, чтобы выиграть. Сейчас мне надерут задницу. Причем по самое не балуй, судя по взгляду Ксейдена. Наверное, это за то, что прервала назревающий секс. - Вы все будете в восторге, - проговорил профессор Эметтерио, хлопая в ладоши. - Ксейден - один из лучших наших бойцов. Смотрите и учитесь. - А говорили, что любимчиков у вас нет, - фыркнула я, но увидела лишь улыбку профессора. Уголок рта Ксейдена приподнялся в ухмылке, а золотые капельки в его глазах словно затанцевали. Этот засранец откровенно наслаждается сложившейся ситуацией. Не удивлюсь, если это он поспособствовал тому, что мой противник слёг к целителям. Судя по его игривому настроению, так и есть. - Она немного не в твоей лиге, тебе не кажется? - Аэтос решил поспорить с Ксейденом, стоя на краю мата и выплёвывая каждое слово с заметным напряжением. Хм, хоть мы и не в лучших отношениях, но, видимо, решил вспомнить, что он командир отряда, да и принцесса дерётся ведь. Ах, или это связано с тем, что Вайолет ему не дает, а сохнет по Риорсону. Хи-хи. - Расслабься, Аэтос, - Ксейден напряжённо глядел за мое плечо, туда, где стоит Даин. - Я не собираюсь биться в полную силу, да и принцесса не столь слаба, чтобы за неё переживать. Я не наврежу ей. - Всё в порядке, командир отряда, - подала голос я, внимательно следя за Риорсоном. Этот может начать атаковать в любую секунду, так что лучше не отвлекаться. - И всё же не думаю, что это справедливо..., - повысил голос Аэтос. - Никто не просил тебя думать лишний раз, командир отряда, - ответил Ксейден, отходя в сторону, и принялся вытаскивать клинки, прячущиеся в ножнах на его теле, и передавать их Имоджен. Имоджен подмигнула мне, держа в руках оружие лидера крыла и тем самым подбадривая меня. Ха, как будто мне это поможет. - Настолько меня недооцениваешь? - я выразительно глянула на клинки у Имоджен, следя за каждым его движением. У Ксейдена массивная грудь, широкие плечи и мускулистые руки. - Нет, нисколько. У тебя достаточно ножичков для нас обоих, - лукавая улыбка осветила его лицо, когда он протянул руку и поманил меня пальцем. - Давай же, начинай. Я нахмурилась и приняла боевую стойку в ожидании его удара. Не стану я нападать первой, хочу посмотреть как он двигается и исходя из этого составить своё мнение и тактику боя. Он шагнул вперёд и нанёс быстрый, ну просто ахуеть какой быстрый, удар в голову. Я уклонилась и изящно отпрыгнула от мужчины, не теряя его из поля зрения. Решившись, я провела серию ударов, однако Ксейден заблокировал каждый из них и захватил меня за руку, прижимаясь торсом к моей спине. Затем он опрокинул меня на мат и вытащил из моих ножен один кинжал и отбросил его на край мата, где его подобрала Аурелия. Он отпустил меня и я быстро встала на ноги и сразу же замахнулась, целясь в рёбра. Риорсон принял удар на блок, но один удар всё таки схлопотал, когда отвлёкся на глубокий вырез моей рубашки. Ухмыльнувшись, я попыталась сделать подсечку, но он ловко ушёл в сторону. Кружа друг напротив друга, никто не собирался сдаваться. Я уж тем более. Это же такой шанс испытать себя с куда более сильным противником. Ксейден блокировал мой удар предплечьем, схватил моё запястье другой рукой и вытащил ещё один кинжал, наклонившись так, что его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от моего. Я облизнула пересохшие губы, дразня его. - Это моё наказание за то утро? - спросила я. - Догадалась, да? - прошептал мужчина. Металл снова глухо брякнул о коврик и Ксейден пнул его, отбросив куда-то далеко. Он не использовал мои кинжалы против меня. Он просто потешался надо мной. Мудак. Я чуть замахнулась головой и стукнулась лбом об его губы, разбив нижнюю до крови. - Догадалась, придурок, - шикнула я, выворачиваясь из захвата. Ксейден зло зашипел, стирая кровь пальцем. Он начал наседать интенсивнее. Удары следовали за ударом, я еле успевала блокировать их. Лидер крыла разошелся не на шутку. Его кулак прошелся по моим ребрам и я согнулась, придерживая место ранения. Риорсон остановился, спрашивая взглядом в порядке ли я. Скривив губы, я сделала ложный выпад, а потом подсечку. Он упал на мат спиной и я оседлала его, прижав кинжал к его горлу. - Сдаёшься? - спросила я, чувствуя как его руки заскользили по моим ногам и остановились на бёдрах, чуть сжав их. - Никогда, - Ксейден резко опрокинул меня и теперь я оказалась прижатой животом к мату, а он нависал сверху. По бедру скользнула ладонь мужчины, вызвав табун мурашек, и ещё один из моих трофеев прижался к моему горлу, а его грудь ещё сильнее упёрлась мне в затылок. Попытавшись вырваться, я провалила эту задачу, так как хватка Ксейдена стала ещё жёстче. Его предплечье давило на ребра, не давая сдвинуться ни на миллиметр. - Мы продолжим это в моей спальне, - прошептал Риорсон, задевая губами ушную раковину и табун мурашек снова пробежался по моему телу. Он ослабил хватку и отбросил ещё один мой кинжал к ногам Аурелии. - Твоё наказание ещё не закончилось. - Иди к чёрту, - прошипела я, наконец, вырываясь и сталкивая мужчину с себя. Двигаясь быстро, я снова уложила его на маты и захватила руку между бёдер. Натягивая её, я смотрела в глаза Ксейдена и увидела вспышку удивления. Но как бы крепко я не держала, он сумел высвободиться и прижал мою спину к себе. Опять. Он положил свои ладони поверх моих, приложил их к моим ребрам и засунул клинок, который я достала в надежде зацепить его, обратно в ножны. - Не собираешь окончательно меня обезоружить? - спросила я, когда он отпустил мои руки и отошел. - Нет. Беззащитные женщины никогда не были в моём вкусе, - ухмылка расползлась по его лицу. - На сегодня мы закончили. Он подошел к Имоджен и начал забирать свои клинки. Я показала ему фак, когда Ксейден собирался уходить, но следил за мной краем глаза. Он закатил глаза и ушёл. Фыркнув, я отряхнула одежду и подошла к своему отряду. - Это. Было. Очень. Горячо, - разделяя слова, пропищала Рианнон. - Вы как будто на глазах у всех потрахались, настолько интимно это всё выглядело. - Принцесса, ты разбиваешь мне сердце, - картинно приложив руку ко лбу, пробормотал Ридок. - Спасибо, - сказала я Аурелии, забирая своё оружие из её рук. - Да не за что, - улыбнулась девушка. - Ты была просто афигенна. - Ксейден поддавался, так что ничего крутого я не вижу, - буркнула я, распихивая кинжалы по ножнам. Профессор Эметтерио объявил следующий вызов.

***

Я смотрела вверх и чувствовала, как голова начинает немного кружиться. - Ну, это выглядит..., - Рианнон сглотнула, её голова была также сильно задрана, как и моя, и мы все смотрели на угрожающую полосу препятствий, вырезанную в передней части склона, настолько крутого, что он вполне мог бы именоваться просто обрывом. Зигзагообразная тропа со смертельными ловушками возвышалась над нами, поднимаясь вверх пятью пролетами, каждый - после поворота на сто восемьдесят градусов. Каждый виток тропы становился всё сложнее и сложнее по мере приближения к вершине отвесной скалы, что отделяла цитадель от лётного поля и Долины. - Потрясающе, - выдохнула Аурелия. - Согласна, - кивнула я, поддерживая девушку. - Вы думаете, что этот ужасающий пейзаж выглядит потрясающе? - уточнила Рианнон. - Я ждала этого годами! - Аурелия усмехнулась, её обычно серьёзные чёрные глаза лихорадочно блестели в лучах утреннего солнца. Она потирала руки, переминаясь с ноги на ногу, и просто лучилась ликованием. - Мой отец - он был всадником, пока не ушёл на пенсию в прошлом году - постоянно устраивал такие полосы препятствий, а Чейз, мой брат, говорит, что это лучшая часть пребывания здесь перед Молотьбой. Настоящий выброс адреналина. - Он сейчас с Южным крылом, верно? - спросила Вайолет. Я снова сосредоточилась на полосе препятствий, идущей вверх по склону утеса. Больше похоже на смертельную ловушку. Но это последнее испытание перед Презентацией и Молотьбой. И, в целом, это захватывает дух. Я согласна, здесь происходит настоящий выброс адреналина. Чувствую будет весело. - Ага. В основном фиксирует изменения и перемещения противника у границы Кровлы, - она пожала плечами и показала на поворот после двух третей дистанции. - Он сказал, что нужно остерегаться тех гигантских столбов, торчащих из края скалы. Они вращаются и тебя может раздавить между ними, если не будешь достаточно быстрой. - О, хорошо, а то я как раз гадала, в каком месте эта дорожка становится сложной, - пробормотала Рианнон. - Спасибо, Аурелия, - я благодарно кивнула на её слова. Я нашла взглядом ряд почти касающихся друг друга бревен шириной в три фута, которые выступали над камнями, как круглые ступеньки, поднимающиеся от земли к откосу над ним. Просто быть достаточно быстрой. Понятно. Звучит легко, а выглядит пиздец как опасно. - Все ещё не понимаю, почему они называют это просто Полосой препятствий, - пробормотал Ридок справа от меня, дуя в сложенные ладони, чтобы отогнать утреннюю прохладу. Солнце ещё не коснулось этой маленькой расщелины, но уже заливало светом последнюю четверть дистанции. - Делают всё, чтобы драконы продолжали приходить на Молотьбу. Отсеивают слабаков, - Тайнан, стоявший с другой стороны от Ридока, сложил руки на груди. - Она называется Полосой не потому, что после неё отсеиваются кадеты, - резко бросил Сойер. Видимо, я пропустила какой-то конфликт между Вайолет и Тайнаном. Раз все так остро реагируют на него. - Она называется Полосой, потому что это начало сплошного скалистого пояса, охраняющего Долину, - сказал профессор Эметтерио, подходя сзади к нашему отряду. Его бритая голова сверкала в лучах восходящего солнца. - К тому же, бронированные военные перчатки и наручи собирают из полос металла, скользких, как эта вот дрянь - потому название и прижилось лет двадцать назад. У вас есть ровно час, чтобы добраться до вершины, прежде чем наступит время тренировки другого отряда и, судя по общей ловкости, которую я наблюдал на матах, вам понадобиться каждая секунда. Вся наша маленькая группа согласно загудела. - Как вы знаете, рукопашные бои приостановлены на следующие две с половиной недели до Презентации, так что вы можете сосредоточиться на этом испытании, - профессор Эметтерио открыл блокнот, который всегда носил с собой. - Сойер, ты покажешь им, как это делается, поскольку у тебя уже есть опыт. Затем Приор, Трина, Тайнан, Рианнон, Аврора, Ридок, Вайолет, Аурелия и Лука, - улыбка изогнула суровую линию его рта, когда Эметтерио закончил называть имена всех членов нашего отряда и мы выстроились по порядку. - Вы - единственный отряд, в котором все уцелели с начала обучения. Это невероятно. Ваш командир, должно быть, очень гордится вами. Подождите здесь секунду. Он прошёл мимо нас и махнул кому-то высоко на скале. Несомненно, у этого кого-то были часы, чтобы засечь время. - Начали! - профессор Эметтерио встал во главе нашей линии. - Вы узнаете своё время в конечной точке, если, конечно, до неё доберетесь. Но помните, у вас ещё будет девять тренировочных занятий, прежде чем через две с половиной недели мы оценим вас для Презентации, которая определит, сочтут ли драконы вас достойными отправиться на Молотьбу. - Не разумнее ли было позволить первокурсникам начать практиковаться сразу после парапета? - спросила Рианнон. - Ну, знаете, дать нам немного больше времени на подготовку, чтобы мы тут все не умерли? - Нет, - отрезал профессор Эметтерио. - Дефицит времени - это тоже часть испытания. Может еще пару мудрых советов, Сойер? Сойер медленно выдохнул, его взгляд скользил по поворотам коварной трассы. - Через каждые шесть футов есть верёвки, которые идут от вершины скалы до самого низа, - сказал он. - Если начнёте падать, протяните руку и схватитесь за верёвку. Это будет стоить вам тридцать секунд штрафа, но смерть обойдётся дороже. - Эй, а вон там я вижу отличные ступеньки, - Ридок указал на крутую лестницу, высеченную в скале рядом с широкими откосами Полосы. - Лестница нужна для того, чтобы добираться до лётного поля на вершине хребта уже после Презентации, - сказал профессор Эметтерио, затем поднял руки и крутанул запястьями, после чего препятствия задвигались. Пятнадцатифутовое бревно в начале подъёма начало вращаться. Столбы на третьем подъёме затряслись. Гигантское колесо на первом подъёме стало крутиться против часовой стрелки, а те маленькие столбы, о которых говорила Аурелия, все они кружились в противоположных направлениях. - Каждый из пяти подъемов на Полосе разработан так, чтобы имитировать трудности, с которыми вы столкнетесь в бою, - профессор Эметтерио развернулся и внимательно посмотрел на нас. Лицо его было так же сурово, как и во время наших обычных тренировок. - От баланса, который вы должны удерживать на спине дракона, до силы, которая вам понадобится, чтобы остаться в седле во время манёвров, и до..., - он указал вверх, на последнее препятствие, которое с этого ракурса выглядело как рампа под углом девяносто градусов к земле. - выносливости, которая вам понадобится, чтобы сражаться на земле, но при этом быть в состоянии вскочить на спину дракона в одно мгновение. Столбы в движении откололи кусок гранита и камень покатился вниз по трассе, ударяясь о препятствие на своём пути, пока не разбился в двадцати футах перед нами. - А что, если мы не успеем? - спросила Лука, стоявшая справа от меня и заплетая свои длинные волосы в свободную косу. - Какова альтернатива? - Альтернативы нет. Если не успеешь - не сможешь попасть на Презентацию, не так ли? Займи стартовую позицию, Сойер, - приказал профессор Эметтерио и Сойер переместился в начало пути. - Подождем, когда он преодолеет последнее препятствие, чтобы все могли поучиться. Остальные будут стартовать каждые шестьдесят секунд. И… вперёд! Сойер рванул вперёд, как стрела. Он легко пробежал пятнадцать футов по единственному бревну, вращающемуся параллельно скале, затем по возвышающимся столбам, но ему потребовалось три оборота внутри колеса, прежде чем он проскочил через единственное отверстие. Но, кроме этого, я не увидела ни единой ошибки на первом подъёме. Он повернулся и устремился к цепочке гигантский висящих шаров, которые составляли второй подъём, и принялся двигаться вверх, прыгая и крепко обнимая их один за другим. Наконец, его ноги снова коснулись земли, Сойер повернулся и направился к третьему подъёму, который делился на две части. В первой огромные металлические прутья висели параллельно стене утеса: он легко перепрыгивал с одного на другой, используя вес своего тела и импульс, чтобы раскачать прут вперед и достичь следующего, висящего на пол фута выше предыдущего, взбираясь вверх по утесу. С последнего штыря он спрыгнул на ряд качающихся опор, которые составляли вторую половину подъёма, после чего соскочил обратно на гравийную дорожку. К тому времени, когда он достиг четвёртого подъёма - вращающихся бревен, о которых предупреждал нас брат Аурелии - нам уже казалось, что в исполнении Сойера это больше похоже на детскую игру. Возможно, трасса не так сложна, как кажется с земли. Но тут он добрался до гигантского скального образования типа дымовой трубы, устремляющегося вверх под углом двадцать градусов, и остановился. - Ты справишься! - крикнула Рианнон. Словно услышав её, Сойер пружинисто побежал к наклонной трубе и запрыгнул в неё, упираясь руками и ногами, превратив свое тело в подобие буквы Х, натуральную распорку. А потом начал двигаться вверх крошечными прыжками, отталкиваясь всеми конечностями разом, пока не достиг конца трубы и не свалился перед последним препятствием - массивным пандусом, который почти вертикально поднимался к вершине утеса. Сойер встал и рванул к нему, используя взятый разгон, чтобы пронести тело на две трети пути вверх. И, уже начав падать, потянулся вверх одной рукой, схватился за край пандуса и перевалился через край. Вайолет и Рианнон хором завопили, болея за Сойера. У него получился почти безупречный заход. - Отличная техника, - восхитился профессор Эметтерио. - Вот так вы и должны действовать. - Отличная. И всё равно его обошли на Молотьбе, - фыркнула Лука. - Видимо, у драконов есть чувство вкуса. - Лука, хватит, - я зыркнула на неё и девчонка стушевалась. Приор - застенчивый курсант из приграничного района Кровлы - начал испытывать первые трудности на качающихся стальных прутьях на третьем подъёме - из-за довольно предсказуемых колебаний со своей стороны, но всё же он справился. Как раз в тот момент, когда Трина почти упала на дрожащих балках, но всё же дотянулась до веревки. Отсюда можно было различить лишь рыжеватый отблеск её волос, мечущихся, словно факел, пока она перебиралась на вращающиеся столбы-лестницу. Но её крик ещё долго звенел в ушах, когда я смотрела на раскачивающийся туда-сюда у самой земли кончик каната. - Ты сможешь! - закричал Сойер с вершины. - Они крутятся в разные стороны! - подсказала Аурелия. - Тайнан, начинай! - приказал профессор Эметтерио, глядя на свои карманные часы, а вовсе не на дистанцию. Я немного переживала, пока Трина преодолевала крутящиеся ступеньки. И стала намного сильнее, когда Рианнон вызывали на старт. Всё таки я привязалась к этой взбалмошной девчонке, не хотелось бы её потерять на грёбанной Полосе. Она преодолела первый подъём с ожидаемой грацией - и остановилась. Тайнан завис на втором из пяти шаров-буев на втором подъёме, ровно в том месте, где земля уходила из под ног. Если он упадет, был один мизерный шанс из ста удариться о единственное вращающееся бревно первого подъёма, и девяносто девять - полететь вниз футов на тридцать. - Ты должен продолжать двигаться, Тайнан! - прокричала Вайолет. Даже сейчас поддерживает того, кто постоянно унижает её и хочет убить. Ну что за глупость. Если он упадёт и умрёт, то это будет её шансом на выживание. А она переживает за него, даже если он наш товарищ по отряду. Дурочка. Он вскрикнул и крепко обхватил качающийся шар. Проблема в том, что тот был слишком велик, чтобы сцепить руки в захвате и Тайнан начал соскальзывать. - Он испортит ей время, - сказала Аурелия со скучающим вздохом. - Хорошо, что это всего лишь тренировка, - заметил Ридок, а затем прочистил горло и заорал. - В чем дело, Тайнан? Боишься высоты? И кто теперь подводит отряд? - Переходи к следующему! - предложила Трина уже с конечной точки. - Я не могу! - от крика Тайнана, способного разбить стекло, эхо скатилось с горы. - Аврора, начинай! - скомандовал профессор Эметтерио. Я буквально полетела вперед, балансируя на бревне, затем по возвышающимся столбам. Выбегая и не останавливаясь, я быстро оценила обстановку и на полном ходу проскочила через отверстие. Я устремилась к цепочке висящих шаров и принялась двигаться вверх, стараясь не задерживаться долго на одном месте, прыгая и обнимая их один за другим. Мои ноги коснулись земли и я рванула к третьему подъёму. Передо мной были три железных прута, каждый из которых был направлен в бок следующего, словно таран. Я бросилась к первому и легко начала перепрыгивать с одного на другой. С последнего штыря спрыгнула на ряд качающихся опор и соскочила на гравийную дорожку. Быстро прошла четвёртый подъём - вращающиеся бревна. Я добралась до «дымовой трубы». Запрыгнула в неё и встала буквой Х. Думаю это для меня одно из самых сложных мест. Ритмично начала подбрасывать тело и перемещаться вверх. Это заняло больше времени, чем я думала. Надо будет поработать над этим на следующих тренировках. Я вылезла оттуда и меня ждало последнее же препятствие - массивный пандус. Вздохнув, я взяла максимальный разгон, который смогла, и пролетела две трети пути, как и Сойер в начале тренировки. Зацепившись за край пандуса, я рванулась на вверх и перекатилась на спину, преодолев долбанную Полосу препятствий. - Молодец, - улыбнулась Рианнон. Но тут мы услышали крик и обернулись одновременно. Прямо на наших глазах Аурелию отбросил столб и она упала. Поджав губы, я смотрела на её труп. Вот и первая наша потеря.

***

Солнце жгло глаза во время утреннего построения. - Кэлвин Этуотер, - зачитывал капитан Фитцгиббонс, его голос был торжественно-ровным. В этом утре не было ничего особенного. Наше первое испытание на Полосе препятствий сделало свиток с именами длиннее за счет Аурелии… Не думала, что меня так заденет её потеря, но я чувствовала некую пустоту в сердце и на душе. Я успела к ней привязаться. Тихонько вздохнув, я старалась стоять ровно, но мышцы во всем теле протестующе заболели. - Ньюланд Джахвон, - продолжил капитан. Уже больше двадцати погибших. Рианнон сбоку переступала с ноги на ногу, потом резко дёрнула плечом и толи фыркнула, толи всхлипнула. - Аурелия Донанс. Поджав губы, я упрямо смотрела вперед. Я не заплачу. Нет. Здесь слезы - это слабость, за которую тебя убьют и глазом не моргнув. Такого я себе не позволю. Хоть и гадко на душе.

***

Сегодня Ксейден, Гаррик и Боди летали на, так скажем, миссию. Аврора так завидует им. Не в плане того, что они уходят на секретные задания. А в том, что у них есть драконы, они могут летать, быть в небе… Девушка ждёт не дождётся дня Презентации и самого важного - Молотьбы. Идя по двору после комендантского часа, она почти сразу наткнулась на группу Меченных. Они заметили её и кивнули. Гаррик и Боди сразу же попрощались и ушли. А Ксейден остался. Он внимательно разглядывал принцессу. Аврора нахмурилась. Он быстро преодолел разделяющее их расстояние в несколько широких шагов. - Что…, - она не успела договорить. Ксейден обхватил её затылок, пропустив сквозь пальцы распущенные волосы, и притянул к себе для жадного и голодного поцелуя. Аврора только и успела охнуть и прикрыть глаза, мгновенно отдаваясь во власть чувств, обуявших её в этот момент. Он целовал девушку так отчаянно, будто весь мир зависел от этого. Принцесса запустила свои руки в его волосы, перебирая пальцами, отчего Ксейден зарычал ей в губы. Он слегка прикусил её губу, вырвав из неё тихий стон. - Идём ко мне, - прохрипел Ксейден, сжимая талию девушки. Принцесса успела кивнуть, прежде чем мужчина подхватил её на руки и понёс в свою комнату. А затаившись в тени ниши, за ними наблюдала Вайолет. Её лицо было омрачено завистью и злобой. Она сама не знает в какой момент прониклась чувствами к мрачному командиру крыла, перестав его ненавидеть из-за смерти старшего брата. Однако всё это затмевала ужасная зависть к принцессе Наварры - Авроре Таури. Именно она получила Ксейдена Риорсона, именно её он выбрал, не Вайолет. И это заставляет Сорренгейл ревновать, злится, ненавидеть... Воздух в комнате Ксейдена казался наэлектризованным, тяжёлым от напряжения. Как только дверь захлопнулась, он прижал Аврору к ней. Его руки, широкие и мозолистые, легли по обе стороны от её головы. Он не касался её, но она чувствовала исходящий от него жар. Его тени беспокойно вились у его ног, тонкими струйками поднимались по стенам, откликаясь на его едва сдерживаемое желание. - Ты сводишь меня с ума, принцесса, - прорычал Ксейден и впился в её губы неистовым поцелуем. Его поцелуй был властным, требовательным, сметающим всё на своём пути. Это был вкус мяты, кожи и надвигающейся бури. Аврора ответила с той же страстью, запуская пальчики в его тёмные волосы, притягивая ближе, словно пытаясь слиться с ним воедино. Ксейден глухо зарычал, подхватывая её под бёдра и прижимая к стене. Его тени зашевелились, мягко касаясь её щиколоток и плеч, словно дополнительные руки, усиливая ощущение каждого прикосновения. Он перенес Аврору к массивной кровати, но не спешил опускать. Его поцелуи переместились к её челюсти, затем к чувствительной коже шеи. Девушка, не стесняясь, громко стонала, слегка откинув голову назад и давая Ксейдену больше пространства. - Я хочу видеть тебя всю, - прошептал он. И в этом шёпоте была и просьба, и приказ. Одежда в тот же миг была скинута с их тел куда-то на пол. Ксейден замер на пару мгновений, изучая обнажённое тело девушки в тусклом лунном свете, пробивающимся через окно его комнаты, который словно подсвечивал нежную алебастровую кожу. Его взгляд был обжигающе горячим. Он медленно провел кончиками пальцев по её боку и там, где он касался, кожа буквально горела. Мужчина мягко толкнул принцессу на кровать. Шёлк простыней показался холодным по сравнению с жаром их тел. Ксейден навис над ней, его вихрящиеся метки на руках казались живыми. Он изучал её лицо так, словно запоминал каждую черту перед последней битвой. Движения Ксейдена были уверенными и властными. Каждое прикосновение его губ к её груди, к животу заставляло Аврору выгибаться навстречу. Он словно знал её тело лучше, чем она сама, безошибочно находя точки, которые заставляли её терять рассудок. Его пальцы скользили по её коже, оставляя за собой дорожки огня. Аврора чувствовала, как внутри неё натягивается струна, готовая вот-вот лопнуть. Глаза Авроры широко раскрылись от неожиданности, а рот приоткрылся в беззвучном крике. Ксейден плавно опустил голову между её бёдер и принялся вылизывать её естество, блестящее от влаги и возбуждения. Она задыхалась от переполняющих её чувств, когда Ксейден методично вылизывал её. Она приоткрыла затуманенные глаза, он добавил к языку ещё и пальцы, находя её - горячую, влажную, полностью готовую для него. Его движения были выверенными, дразнящими. Он то ускорялся, доводя её до края, то замедлялся, заставляя буквально молить о продолжении. Тени сгустились вокруг них, отсекая от лунного света. Аврора чувствовала, как внутри неё всё больше разгорается пожар. Она вцепилась в его плечи, её пальцы судорожно сжимали мускулистые руки. Напряжение росло, становясь почти невыносимым. Ксейден добавил ещё один палец, увеличивая темп, его язык дразнил её, пока тени ласкали её тело в унисон с движениями мужчины. Аврора чувствовала, как весь мир сужается до этой точки, до этого невозможного ритма. Вспышка наслаждения накрыла принцессу внезапно, словно удар молнии. Она простонала его имя, её тело содрогалось в сильных мужских руках. Ксейден прижался к ней, поглощая её стоны своим поцелуем, давая девушке попробовать себя на вкус. Тени в комнате на мгновение взметнулись к потолку, пульсируя в такт её разрядке. Не успела Аврора отойти от оргазма, как Ксейден плавно вошел в неё. Она всхлипнула, впиваясь ногтями в его твердые плечи. Он замер, давая принцессе привыкнуть, его лицо было маской предельной концентрации и страсти. Его глаза, обычно холодные и надменные, сейчас горели первобытным огнем. - Смотри на меня, - потребовал он. Принцесса открыла глаза, тоня в его взгляде. Он начал двигаться - сначала медленно, тягуче, а затем всё быстрее и глубже. Тени в комнате сошли с ума: они кружились вокруг кровати, сплетаясь в кокон, отсекая их от всего мира. Аврора чувствовала Ксейдена везде - внутри себя, в каждом прикосновении его рук и даже в ласках теней, которые нежно сжимали её запястья и гладили по волосам. Ритм становился всё более безумным. Воздух в комнате, казалось, закончился, остался только запах мускуса, кожи и магии. Аврора ощущала, как внутри неё нарастает буря, подобная той, что драконы вызывают своими крыльями. Она звала его по имени, умоляя, сама не зная о чём. Они кончили почти одновременно. Ксейден с резким, животным стоном прижал принцессу к себе так крепко, словно боялся, что она исчезнет. Аврора продолжала тихонько стонать и содрогаться от второго оргазма, накрывшего её словно волна, захлёстывая сильнее предыдущего. В этот момент магия Ксейдена вспыхнула - тени на мгновение заполнили комнату абсолютной, плотной темнотой, в которой существовали только их общие стоны и бешеные удары колотящихся сердец. Когда тьма медленно рассеялась, Ксейден не отстранился. Прижавшись к её лбу, он переплёл их пальцы. В этом жесте было больше признания, чем в любых громких словах. - Теперь ты никуда от меня не денешься, чертовка, - тихий шёпот в темноте прозвучал как клятва. - Я и не собиралась, - в тон ему ответила девушка, чувствуя, как его сердце бьется о её ребра.