Когда упадёт первый кленовый лист

***

На следующий день Кадзуха с самого утра был занят работой вместе с Горо. Чтобы лишний раз не раздражаться, наблюдая, как они спокойно и слаженно общаются, Куникудзуши решил заняться делом. Нужно было найти горшок для цветка. Сначала он проверил чердак — перерыл там всё, но быстро понял, что ничего подходящего нет. Значит, оставался рынок. Немного помедлив, он всё же заглянул в мастерскую. Постоял на пороге, дожидаясь, пока Кадзуха освободится. — Я на рынок. Нужны деньги. Кадзуха без лишних вопросов протянул ему мешочек с морой — явно больше, чем требовалось. Куникудзуши коротко кивнул. Уже собирался уйти, но взгляд зацепился за шею Кадзухи — цепочка была на месте. Он едва заметно улыбнулся. — Горо, — вдруг позвал Кадзуха. — Сходи с ним. Улыбка исчезла. Куникудзуши медленно перевёл взгляд. Горо спокойно кивнул: — Хорошо. — Я сам справлюсь, — сухо бросил Куникудзуши. — Я знаю, — мягко ответил Кадзуха. — Просто так будет быстрее. Спорить он не стал. Через несколько минут они уже шли по улице вдвоём. Куникудзуши демонстративно смотрел вперёд, игнорируя спутника. Горо терпел пару минут, потом всё же заговорил: — Слушай… я не собираюсь тебе мешать. Давай просто быстро всё сделаем и разойдёмся. — Угу. — Я серьёзно. — Я тоже. Горо нахмурился. — Тогда в чём проблема? Куникудзуши чуть повернул голову, наконец посмотрев на него. — В тебе. Горо остановился. — Чего? Куникудзуши тоже остановился, но выглядел при этом совершенно спокойным. — Ты раздражаешь. — Чем?! Пауза. Куникудзуши окинул его взглядом сверху вниз, будто оценивая. — Тем, что ты всегда рядом. — Я его ученик, это нормально— — Да, — перебил его Куникудзуши. — Именно. Он сделал шаг ближе. Голос всё такой же ровный, без эмоций. — Где Кадзуха — там и ты. Постоянно. Короткая пауза, и уже чуть тише, но отчётливее: — Как собачка. Горо замер. Секунда — и его лицо резко поменялось. — Чего?! — Ты не отходишь от него ни на шаг, — спокойно продолжил Куникудзуши. — Смотришь, слушаешь, киваешь… Удобно. — Да ты… — Горо аж задохнулся от возмущения. — Ты вообще понимаешь, что говоришь?! — Более чем. — Я с ним работаю! — Угу. — Он мой наставник! — Угу. — Это не значит, что я— — Значит, — перебил Куникудзуши. — Со стороны выглядит именно так. Горо сжал кулаки. — Я не "собачка"! Куникудзуши пожал плечами. — Тогда веди себя иначе. — Да как?! Куникудзуши уже отвернулся и пошёл дальше. — Хотя бы не бегай за ним по каждому слову. — Я не бегаю! — Бегаешь. — Нет! Куникудзуши остановился и посмотрел на него через плечо. Спокойно. Холодно. — Доказываешь слишком активно. Горо сжал зубы. — Я просто уважаю его! — Ага. — И это нормально! — Наверное. Снова это равнодушное «наверное». Горо выдохнул резко, почти раздражённо: — Ты ведёшь себя так, как будто я тебе мешаю! Куникудзуши на секунду замолчал, а потом отвернулся. — Ты мне просто не нравишься. И пошёл дальше. Горо остался стоять на месте на пару секунд, потом раздражённо провёл рукой по волосам. — Да что с тобой вообще… Дальше они какое-то время шли молча. Горо украдкой поглядывал на Куникудзуши и пытался понять, как вообще всё это сгладить. Ругаться с ним ему точно не хотелось — тем более, учитывая, что они теперь постоянно пересекаются. Ловить на себе раздражённые взгляды по любому поводу — тоже удовольствие сомнительное. Он тяжело вздохнул. Причина, в целом, была понятна. Ревность. Прямая, почти детская — и от этого ещё более колючая. Только вот что с этим делать, Горо не представлял. Он ведь правда не смотрел на Кадзуху как-то иначе. Наставник. Уважаемый человек. И всё. А Куникудзуши, похоже, уже всё за него решил. Горо сжал кулаки. Ладно. Значит, надо сказать прямо. Он резко остановился, пропуская Куникудзуши вперёд. — Ты ошибаешься в своих выводах, — сказал он чуть громче, чем планировал. — Мне нравится совершенно другой человек. Слова прозвучали — и он тут же покраснел, уставившись в землю. Куникудзуши сделал ещё пару шагов и остановился. Медленно обернулся, посмотрел на него внимательно. — Вот как. Короткая пауза. — И кто? Горо замялся. — Это… не важно. — Значит, важно, — спокойно ответил Куникудзуши. — Раз ты решил об этом заговорить. Горо раздражённо выдохнул. — Да какая разница?! — Мне — никакой. Тон ровный. Без интереса. — Тогда зачем спрашиваешь?! — Чтобы ты закончил мысль. Пауза. Горо провёл рукой по затылку, окончательно смущаясь. — Это… один тип. Он скривился. — Шумный. Дурак. Постоянно лезет куда не надо, не слушает, что ему говорят… Он запнулся, понял, что начал слишком много говорить, и отвернулся. — Но… вот так. Куникудзуши молча смотрел на него пару секунд, потом отвернулся. — Странно. — Я знаю, — буркнул Горо. — Сам не в восторге. Куникудзуши тихо хмыкнул и пошёл дальше. Горо моргнул, не сразу поняв реакцию. — …И всё? — А что ещё? — Не знаю. Ты как-то… спокойно отреагировал. — Ты хотел, чтобы я не думал, что ты бегаешь за Кадзухой, — ровно ответил Куникудзуши, не оборачиваясь. — Я не думаю. Короткая пауза. — Вопрос закрыт. Горо замер на секунду. А потом выдохнул — уже заметно легче. — …Ну и слава архонтам. Он догнал его и пошёл рядом. Некоторое время они снова молчали, но напряжение исчезло. Куникудзуши выглядел так же отстранённо, но внутри стало тише. Объяснение оказалось достаточным. Он поверил. — Если он тебя раздражает, — вдруг добавил он спустя пару шагов, — можешь просто не общаться. Горо фыркнул. — Было бы так просто. — Тогда сам виноват. — Эй! Но в этот раз без злости, и это уже многое меняло. На рынке, как всегда, было шумно. Люди переговаривались, торговцы зазывали, где-то спорили о цене — обычный гул, от которого у Куникудзуши быстро начинала болеть голова. И именно поэтому он это место не любил. С Горо они обошли почти половину рынка, прежде чем нашли хоть что-то подходящее. По мнению Куникудзуши, половина торговцев откровенно завышала цены, а у другой половины товар был сомнительного качества, хоть и пытались выдать его за лучший. Горо пару раз пытался что-то предложить, но каждый раз натыкался на короткое «нет» и молча шёл дальше. В итоге они остановились у цветочной лавки. Она сразу выделялась — аккуратная, выкрашенная в мягкий зелёный цвет. Вокруг стояли десятки растений, самых разных. Некоторые выглядели знакомо, но большинство — нет. Куникудзуши невольно задержался. Он таких цветов не видел даже в книгах. Позже продавец начал перечислять — что-то из Натлана: лапа завриана, заоблачный камнелист, сверкающая хризантема. Из Фонтейна — радужные розы, ромарин, лилии. Из Сумеру — падисары, цветы скорби, лотос кальпалата, гриб руккхашава. И даже несколько растений из Снежной. Куникудзуши изначально не собирался покупать ничего, кроме горшка, но, сам того не ожидая, остановился взглядом на одном из растений из Снежной. Тарталья. Мысль пришла неожиданно. Он раздражённо выдохнул. Зачем вообще что-то дарить этому придурку?.. Пауза. …ладно. Он отвёл взгляд, будто это ничего не значило. В итоге он выбрал гриб руккхашава — тот выглядел странно, но по-своему красиво. Для дома. Отдельно он всё же взял один из цветов из Снежной — почти не думая, просто молча указал на него продавцу. Сам себе потом не стал объяснять зачем. Горшок тоже взял — простой, коричневый. Без лишнего. Можно будет украсить… вместе. Мысль проскользнула — и он тут же нахмурился, резко выдохнул, отгоняя её. На секунду даже почувствовал, как щеки теплеют, но быстро взял себя в руки. Моры, к счастью, хватило. Даже осталось немного. Когда они уже возвращались, Горо нёс часть покупок, и шли они заметно спокойнее. И тут Куникудзуши заметил лавку с мелочами: брелоки, подвески, всякие безделушки. Он остановился. Взгляд зацепился за один — маленький брелок с мордочкой сиба-ину. Он мельком посмотрел на Горо. Пауза. Едва заметная улыбка. — Подожди здесь, — бросил он и отошёл к лавке. Купил брелок, сжал его в руке и вернулся. — Вытяни руку. Горо нахмурился, сразу насторожившись. — Зачем? — Просто. Горо посмотрел на него подозрительно, явно ожидая подвоха, но всё же протянул ладонь. Куникудзуши молча разжал пальцы. На ладонь лёг брелок. Горо уставился на него. Потом нахмурился сильнее. — Ты опять? Он поднял взгляд. — Мне казалось, мы всё уладили. Куникудзуши чуть склонил голову, глядя на него спокойно. — Уладили. Короткая пауза. — Это… на всякий случай. — Какой ещё «на всякий случай»? — Чтобы ты не ныл. Горо вспыхнул. — Я не ною! — Конечно, — равнодушно отозвался Куникудзуши. Горо сжал брелок в руке, всё ещё злясь. — И вообще, что это за намёки были?! Куникудзуши посмотрел на игрушку. — Никаких намёков. Пауза. — Просто похоже. — На что похоже?! Куникудзуши перевёл на него взгляд. Спокойный. Чуть холодный. — На тебя. Тишина. Горо пару секунд просто смотрел на него. Потом вспыхнул ещё сильнее. — Ты издеваешься?! — Нет. — Да это же собака! — И? — И ты… — он запнулся, не находя слов, — ты… Куникудзуши чуть прищурился. — Лояльный. Бегаешь за Кадзухой. Реагируешь на каждое слово. Защищаешь. Пауза. — Подходит. Горо открыл рот, чтобы возразить…И замолчал. Секунда. Две. Он посмотрел на брелок. Потом снова на Куникудзуши. — Это сейчас было… оскорбление или…? — Я извинился, — перебил тот. Горо замер. — Что? Куникудзуши отвёл взгляд. — Ты хотел, чтобы я нормально общался. Короткая пауза. — Я пытаюсь. Тишина. Горо медленно выдохнул. Злость начала сходить, сменяясь чем-то другим. Он снова посмотрел на брелок, пальцем провёл по маленькой мордочке. — …глупый подарок. — Не нравится — выбрось. — Я не сказал, что не нравится! Слишком быстро. Куникудзуши чуть усмехнулся. Горо заметил — и нахмурился, но уже без прежней злости. — Просто… странный способ извиняться. — Другого нет. Пауза. Горо сжал брелок и убрал его в карман. — Ладно. Куникудзуши посмотрел на него. — Ладно — это? — Ладно, — повторил Горо. — Принято. Он помялся секунду, потом добавил: — И… спасибо. Куникудзуши ничего не ответил, просто отвернулся и пошёл дальше, но шаг стал чуть легче. А Горо, догнав его, уже не выглядел напряжённым, и брелок из кармана он больше не доставал. Как только они вернулись, Горо сразу же улизнул в мастерскую — продолжать работу, — а Куникудзуши остался на кухне. Он спокойно распаковал покупки и разложил всё на столе. Сначала взялся за инструкции. Пробежался взглядом по одной, потом по другой, чуть нахмурился, вчитываясь внимательнее. Его удивило, что цветок из Снежной почти не нуждается в поливе. Почти — но очень редко. Логично: холодный климат, снег большую часть года, влаги минимум. Он хмыкнул и, не раздумывая, переставил горшок на подоконник снаружи. — Ну… не Снежная, конечно, — пробормотал он себе под нос, — но лучше, чем тут. С грибом всё было иначе. Его он полил строго по инструкции и отнёс в спальню. Поставил сначала на подоконник, но почти сразу остановился, снова глянул в бумагу. — Так… влажность… свет не важен… Он задумался на секунду, потом переставил гриб на тумбу. Нашёл на чердаке пульверизатор, вернулся и пару раз аккуратно опрыскал сверху. Отступил на шаг, оглядел результат. Потом ещё на шаг. — Нормально, — тихо решил он. В этот момент сзади послышалось тихое «мяу». Куникудзуши обернулся и сразу заметно смягчился. Поднял Томо на руки, провёл ладонью по спине и направился на кухню. Насыпал ему еды, проследил, чтобы тот начал есть, и только после этого направился в мастерскую. Он старался зайти тихо, но Кадзуха всё равно обернулся. Как будто всегда чувствовал. И, конечно, улыбнулся. — Я посижу тихо, не буду мешать, — сразу сказал Куникудзуши и уже хотел пройти к дальнему стулу, но его мягко остановили за запястье. — Можешь сесть рядом. Ты не мешаешь. Кадзуха кивнул на стул рядом с собой — тот самый, на котором обычно сидел Горо. Куникудзуши на секунду замялся, но всё же кивнул и сел. Сначала просто молчал, наблюдая. На столе лежали эскизы. Он сразу понял, что это не вчерашние — линии уже были аккуратнее, кое-где добавлены детали. Но сами образы… он нахмурился. — Это не те, — тихо заметил он. Кадзуха перевёл на него взгляд. — Не те? Куникудзуши кивнул на рисунки. — Они другие. Не такие, как обычно. На бумаге были куклы — но совсем не похожие на него. Это были девочки. С пышными платьями, аккуратными прическами, мягкими чертами лиц. Большие глаза, тонкие линии. Кадзуха слегка улыбнулся. — Верно. Это другой заказ. Куникудзуши наклонился чуть ближе, рассматривая один из эскизов. — У них… глаза слишком большие, — сказал он после паузы. — И слишком светлые. Кадзуха не сразу ответил. — Это специально, — спокойно пояснил он. — Заказчику нравятся такие пропорции. Куникудзуши тихо фыркнул. — Выглядит странно. Но взгляд от рисунка не отвёл. Провёл пальцем по краю листа, не касаясь самого рисунка. — Хотя… аккуратно сделано. Кадзуха чуть наклонил голову. — Тебе не нравится? Куникудзуши пожал плечами. — Не моё. Короткая пауза. — Но… — он чуть замялся, будто сам не ожидал, что скажет это, — ты хорошо передаёшь детали. Кадзуха на секунду замер, а потом улыбнулся чуть мягче. — Спасибо. Куникудзуши тут же отвёл взгляд, будто ничего не говорил. Снова уставился на эскизы. — А это что? — он кивнул на другой лист. Кадзуха подвинул его ближе. — Варианты ткани и украшений. Куникудзуши наклонился, рассматривая. — Этот лучше, — сказал он, ткнув в один из вариантов. — Менее перегружен. Кадзуха проследил за его взглядом и кивнул. — Я тоже так думаю. Куникудзуши на секунду замолчал, а потом тихо добавил: — На него легче смотреть. Кадзуха тихо усмехнулся: — Тогда, может, будешь моим официальным критиком? — Не обольщайся, — отозвался Куникудзуши. — Я просто сижу. — Уже достаточно, — спокойно сказал Кадзуха. Куникудзуши на это ничего не ответил, но всё же остался на месте. Чуть позже, ближе к ночи, когда Кадзуха закончил работу и проводил Горо, Куникудзуши почти сразу утянул его на чердак. Он всё подготовил заранее: краски, кисти, горшок, аккуратно поставленный рядом цветок. Даже подушки притащил, чтобы не сидеть на голом полу. Сам уже устроился на одной и кивнул на вторую напротив. Кадзуха оглядел всё это, мягко улыбнулся и сел рядом, закатывая рукава. — Мы не просто пересадим его, — начал Куникудзуши, чуть нахмурившись, подбирая слова. — Я хочу… разрисовать горшок. Вместе. Он на секунду замялся, потом кивнул в сторону цветка. — Тарталья сказал, что он связан с обещаниями. Такими… которые не говорят вслух. Вот я и подумал… Он отвёл взгляд. — Мы можем… тоже. Кадзуха не перебивал. Просто слушал — внимательно, спокойно. А потом кивнул. — Хорошо, Дзуши. Он протянул руку и аккуратно взял его ладонь в свою, чуть погладил большим пальцем. Куникудзуши на секунду задержался, потом кивнул и, будто вспомнив что-то, быстро вывернулся, потянулся назад и достал перчатки. — Чтобы не испачкаться, — буркнул он. Одну пару протянул Кадзухе, вторую надел сам. Сначала занялись цветком. Куникудзуши действовал слишком осторожно. Аккуратно разрыхлил землю в горшке, а Кадзуха сделал углубление, потом брюнет так же бережно перенёс растение, стараясь не повредить корни. Землю блондин подсыпал руками, утрамбовал слегка. — Нормально? Кадзуха наклонился чуть ближе, осмотрел и кивнул. — Да. Ты всё сделал правильно. Куникудзуши едва заметно выдохнул и кивнул сам себе, потом потянулся к краскам. Сначала всё шло спокойно. Каждый выбрал свой цвет, аккуратно наносили мазки. Куникудзуши рисовал что-то простое — линии, немного узоров, не особо задумываясь о симметрии. Кадзуха — аккуратнее, но тоже не стремился к идеалу. В какой-то момент Куникудзуши отвлёкся, а Кадзуха, не удержавшись, провёл пальцем с краской по его щеке. Лёгкое, почти невесомое движение. Куникудзуши замер. Медленно повернул голову. — Ты… Кадзуха уже улыбался — спокойно, но с явной долей озорства. Куникудзуши прищурился. — Ладно. Он даже не стал долго думать — просто макнул пальцы в краску и почти сразу оставил след на щеке Кадзухи. Теперь уже тот замер на секунду, а потом тихо усмехнулся. Через пару минут они оба уже выглядели одинаково — с краской на щеках, немного на руках, где-то случайно на одежде. Иногда Куникудзуши специально мазал, иногда Кадзуха отвечал тем же, но всё это было без спешки, без лишнего шума. Просто… спокойно и по-своему тепло. Когда горшок был готов, они немного отстранились, рассматривая результат. Неровно, местами криво, но… живо. Куникудзуши кивнул. — Сойдёт. Кадзуха мягко улыбнулся. Потом оба на секунду замолчали. Цветок стоял между ними. Уже посаженный, тихий, с закрытыми лепестками — ждущий света луны. Куникудзуши перевёл на него взгляд, и на секунду стал серьёзнее. Ничего не сказал. Просто опустил взгляд, задумался. Удержать. Не дать исчезнуть. Сохранить то, что сейчас есть. Не потерять. Он не стал формулировать это чётко. Не стал цепляться. Просто позволил этой мысли остаться. Рядом Кадзуха тоже молчал. Он смотрел на цветок чуть дольше, чем нужно, потом перевёл взгляд на Куникудзуши. И тоже ничего не сказал, но в его взгляде было что-то спокойное. Принятое. Как будто он уже знал, что всё меняется. Что ничего не остаётся навсегда. Но это не делало момент хуже, скорее наоборот. Он чуть наклонился вперёд и коснулся лбом его лба — легко, почти невесомо. И закрыл глаза. Этого было достаточно. Никаких слов. Только тихое, внутреннее согласие — с этим вечером, с этим выбором, с этим человеком рядом. Живи дальше. Даже если однажды останешься один.