Радио-стример

Это началось с сообщения. Аластор как раз заканчивал утренний чай — горький, перезаваренный, почти чёрный — когда его телефон — старая раскладушка, купленная специально для таких случаев завибрировал коротким, настойчивым сигналом. Он поднял трубку. На экране высветилось: VoxTekCEO приглашает вас на ужин. Сегодня, 20:00. "Красный зал". Ответьте. Аластор усмехнулся. Ни "здравствуйте". Ни "как дела". Ни намёка на вежливость. Просто приглашение. Как приказ. Он набрал ответ: Адрес. Через секунду пришла геолокация с пометкой: Вас встретят. Аластор убрал телефон в карман и допил чай. Интересно, во что выльется этот вечер.

***

Он не стал надевать ничего особенного. Тот же тёмно-бордовый сюртук с серебряным шитьём. Та же трость с микрофоном. Те же идеально начищенные ботинки. Аластор не собирался наряжаться для Вокса — он всегда выглядел безупречно, и это было важнее любых "особых случаев". Ровно в восемь вечера он вышел из отеля. У входа стояла машина. Чёрная, тонированная, с эмблемой VoxTek на капоте. Рядом — демон в строгом костюме, явно охранник. — Мистер Аластор? — спросил он. — Он самый. — Прошу. Дверь открылась. Аластор сел внутрь. Машина тронулась.

***

"Красный зал" оказался рестораном на верхнем этаже одной из башен VoxTek. Не самой высокой — не той, где жил Вокс, — но достаточно высокой, чтобы видеть весь город. Стены здесь были стеклянными, пол — чёрный мрамор, а освещение — приглушённо-красное, создающее интимную, почти давящую атмосферу. В центре зала стоял стол. На одного. Аластор поднял бровь. — Прошу прощения, — раздался голос из динамиков, — но я не могу ужинать с вами лично. Технические ограничения. Аластор обернулся. На стене висел огромный экран. На нём — лицо Вокса. Левый глаз пульсировал голубым, правый — чёрный контур — смотрел жадно, неотрывно. — Технические ограничения, — повторил Аластор. — Или страх? Вокс усмехнулся. Экран мигнул. — Скорее, уважение к твоему личному пространству. Я знаю, что ты не любишь, когда к тебе прикасаются без спроса. — Откуда такие познания? — Я много о тебе знаю, Аластор. Аластор сел за стол. На тарелках дымилась еда — пахло дорого, изысканно, явно не для масс. — И что же ты знаешь? Вокс подался вперёд на экране. Его голос стал тише, интимнее. — Я знаю, что ты появился в Аду сто двадцать три года назад. Что в первую же ночь уничтожил трёх Оверлордов. Что следующие пятьдесят лет просто исчезал и появлялся, когда хотел. Что ты начал вести эфиры на моей платформе сорок лет назад — и с тех пор ни разу не повторился. Ни одной скучной передачи. Ни одного провала. Аластор отрезал кусочек мяса. Прожевал. Облизнул губы. — Ты следил за мной. — Я изучал тебя. — В голосе Вокса появились нотки, от которых даже у динамиков побежали бы мурашки. — Ты — единственное, что в этом Аду достойно изучения. — А как же твои партнёры? Валентино? Вельветт? — Они — друзья, — Вокс поморщился. — Ты — другое. — И что же я? Пауза. Вокс смотрел на него с экрана. Левый глаз пульсировал чаще. — Ты — искусство, — сказал он наконец. — Ты — частота, на которую невозможно не настроиться. Ты — голос, который хочется слушать вечно. Я создавал свою платформу для таких, как ты. Для тех, кто может заполнить эфир собой. И ты — лучший. Лучший из всех. Аластор отложил вилку. — Ты меня смущаешь, Вокс. — Я хочу, чтобы ты знал. — Голос Вокса дрогнул. — Я даю тебе премии не потому, что зрители голосуют. Я даю их тебе, потому что ты заслуживаешь. Потому что я каждый раз, когда ты выходишь в эфир, бросаю все дела и слушаю. Потому что я... Он замолчал. Аластор ждал. — Я хочу быть ближе к тебе, — выдохнул Вокс. — Не как к стримеру. Как к... как к кому-то, кто... — он запнулся, подбирая слова. — Ты сводишь меня с ума. Тишина. Аластор смотрел на экран. На этом огромном лице, заменяющем Воксу голову, сейчас читалось всё: страх, надежда, отчаяние, восторг. Смесь, которую невозможно подделать. — Вокс, — сказал Аластор мягко, — ты понимаешь, что я могу сделать с тобой то же, что сделал с теми Оверлордами? — Да. — И тебя это не останавливает? — Нет. Аластор усмехнулся. Он поднялся из-за стола. Подошёл ближе к экрану. Остановился в метре. — Я не ищу близости, — сказал он. — Ни с кем. Вокс сжался. Экран чуть потускнел. — Но, — продолжил Аластор, — ты меня заинтересовал. Не как партнёр. Как явление. Ты создал платформу, на которой я могу говорить с десятками тысяч. Ты даёшь мне премии. Ты следишь за мной. Ты — мой самый преданный слушатель. Вокс смотрел на него, боясь дышать. — Это кое-чего стоит, — сказал Аластор. — Я не обещаю тебе ничего. Ни дружбы. Ни близости. Ни даже нормального разговора. Но я буду знать, что ты есть. И, может быть, иногда... иногда я буду отвечать на твои сообщения. Он улыбнулся — той самой широкой, тёплой улыбкой, от которой у Вокса сбилась частота на экране. — Спасибо за ужин, Вокс. Он был... познавательным. Аластор развернулся и пошёл к выходу. — Аластор! — крикнул Вокс вдогонку. Он обернулся. — Я... я буду ждать. Всегда. Аластор кивнул и вышел. В машине, по дороге обратно в отель, он смотрел в окно и улыбался. Забавный мальчик. Очень забавный.