Одна жизнь вместо вечности

Только занималось утро. Успокоившееся после вчерашнего шторма море нежно ласкало берег. Ничто не нарушало эту хрупкую идиллию. Лишь ласковый шепот моря рассказывал сказку только что проснувшемуся солнцу. В ветхом деревянном строении всё ещё был полумрак. Сквозь узкие щели лился белый утренний свет, в чьих светящихся лучах, серебристой дымкой танцевала пыль. Интегра проснулась и медленно открыла глаза, словно возвращаясь в реальность из мира грёз. В воздухе витал запах соли, смешанный с ароматом её духов и его запахом. Её тело ещё помнило их вчерашнюю ночь. Девушка аккуратно подняла руку и посмотрела на неё в свете солнечных лучей. «Когда-то слышала фразу, что важнее не заснуть вместе, а вместе проснуться… Мне нравится так просыпаться… » Затем медленно перевела взгляд на Алукарда, который всё ещё спал рядом. Его рука лежала на её талии, как будто даже во сне, он хотел быть уверен, что она не исчезнет словно мираж. Его лицо было безмятежным. Ни тени кошмара, ни напряжения или привычной насмешливости – лишь умиротворение. Но мужчина проснулся, разбуженный её взглядом, словно прикосновением. Его тёмные глаза мгновенно сфокусировались на ней. Граф приподнялся на локте. Его взор медленно скользил по линии шеи, плеч, запястий и остановился на лице, словно он пытался выявить малейшие признаки дискомфорта или сожаления. Не успел он окончательно убедиться, всё ли в порядке, как Интегра ласково положила ладонь ему на щёку: – Алукард. Со мной всё в порядке. У нас всё хорошо, – её голос звучал спокойно и уверенно, полностью убеждая его в том, что всё и, правда, хорошо. Его плечи дрогнули, и он снова лёг, прижимая кончики её пальцев к своим губам. – Доброе утро… – тихо и очень ласково произнес Алукард. Лучи, сквозящие через щели, стали ярче и плотнее. Где-то в далеке послышались голоса и шум от машины. Этот звук мгновенно напомнил о реальности вокруг них. Интегра посмотрела на дверь. Её взгляд снова стал серьёзный и сосредоточенный. – Нам надо найти Пипа и Викторию… – тихо произнесла Леди, а затем взглянула на его запястье, туда, где всё ещё были часы – единственное, что вчера осталось на нём. – Через час нам нужно встретиться с Дженнифер, – голос девушки звучал снова привычно строго. – Час – это много… – немного глуховато ответил Алукард, зарывшись в её волосы. – Алукард… – протянула девушка и встала. Его последняя попытка продлить мгновение потерпела поражение. Мужчина медленно сел и, глядя на то, как она одевается, произнёс: – Реальный мир – зло, – Минуя ещё несколько деревянных сооружений и частных вилл, закрытых до приближения лета, Алукард и Интегра вышли на небольшую мощёную разноцветной брусчаткой площадь – самый центр коммуны. – Вчера мы с Пипом договаривались встретиться здесь… Если, конечно, они не потерялись, – произнес Граф, оглядываясь по сторонам. Людей ещё пока не было. Не прошло и пяти минут как к ним подъехал маленький старый фольксваген – жук. Из него выбрались довольные своей находкой Пип и Виктория. – Вы бы ещё велосипед украли… – протянул Алукард, оглядывая со своего роста маленькую машинку. – Не нравится – мог бы это делать сам… – фыркнул явно не выспавшийся Бернадотте. – Леди Интегра, вы смогли найти укрытие этой ночью? – невинно полюбопытствовать Виктория, переводя взгляд с Интегры на Алукарда. – Да. Всё… хорошо, – лишь на секунду запнувшись ответила Леди и непроизвольно посмотрела на Графа. – Где вы укрылись? – не давая шанса Полицейской спросить что-то ещё, сказала девушка. – Оторвавшись от полицейских мы вернулись к платформе. Сначала прятались за насыпью, а ночью, когда все разошлись, вернулись на станцию. Там и заночевали, – отчитался Бернадотте. – Что у нас с едой? – поинтересовался капитан «Диких гусей», закуривая. – Ничего. Если вы, конечно, не принесли что-нибудь с собой, – сухо бросила Интегра. Пип, был прав, они не ели со вчерашнего дня. Но сначала надо было встретиться с Дженнифер. – Ладно. Где мы там должны с ней встречаться?– произнёс Пип, и все посмотрели на Алукарда, так как он последний разговаривал с девушкой-техником. – Пассоскуро. Это рядом. Так что запихиваемся все в этот таз на колесах и едем… – съехидничал вампир. А затем принял облик собаки. Все снова вопросительно посмотрели на Графа. – Ну чего уставились? Не хочу складываться в четверо, чтобы влезть в этот чудо-автомобиль, – прорычал пёс и как ни в чем ни бывало запрыгнул на заднее сидение. Остальные тоже последовали его примеру и сели в машину. Автомобильчик тронулся и со скрипом поехал. «Какие-то они сегодня не такие… Хозяин не такой колючий… Да и Леди Интегра, как будто стала мягче… Может, мне кажется…» – думала Виктория, разглядывая в окно проносящиеся морские пейзажи. Не прошло и пятнадцати минут, как старенький автомобильчик выехал к морскому побережью. Ровный песчаный пляж уходил в море. Лучи утреннего солнца рассыпались бликами по водной глади. Наступило время напряжённого ожидания. Получилось ли у Дженифер вообще покинуть поместье, ведь его наверняка взяли под стражу… Но спустя какое-то время к побережью подъехала машина – обычный невзрачный городской автомобиль с надписью “Italy Car Rent”. Из него вышли Дженнифер и Нэйв. В руках молодые люди несли большую сумку и пакет с надписью “Eataly Fiumicino”. Девушка улыбнулась и помахала рукой. «У них получилось…» – нервно выдохнула Интегра и провела по волосам рукой. – Кому завтрак? – с улыбкой произнес молодой человек и потряс пакетом. Затем, словно, опомнившись, вытянулся по стойке смирно и салютовал Интегре. – Леди Интегра, мы прибыли. Вот завтрак…– отчитался он. Пока все перекусывали, Дженнифер рассказывала, как им удалось оторваться от МИ-5 и добраться до Италии. – Нам пришлось сесть на крышу первого попавшегося здания с вертолётной площадкой вблизи аэропорта. Простите, мы бросили вертолёт там. Но, думаю долго ему стоять там не пришлось. МИ-5 наверняка отследили его. А мы тем временем добрались до аэропорта на такси. И на первом же рейсе вылетели в Рим как туристы. Не знаю, объявили ли нас в розыск, но здесь у нас проблем не возникло. Мы спокойно арендовали машину и приехали. К сожалению, поместье сейчас полностью во власти МИ-5. Вас хотят арестовать, а Алукарда… Правительство хочет снова применить протокол «Restraint»... – «Они опять хотят его запереть?!» – ледяной ужас пробежал по телу Леди, но внешне она оставалась спокойной. – Ясно. Это было ожидаемо… – протянула Интегра. Несмотря на не слишком хорошие новости, девушка была полна решимости и сил. – Но, у меня есть небольшой план, как раскрыть подставу. Во-первых, я внимательно изучила видео, которое прислали в качестве доказательства. Если рассматривать метраж, то можно заметить, что был вырезан кусок. А то место, где Алукард уходит, скопировано и вставлено. Нужно начать с этого. Если место более менее людное, то может оказаться еще какая-нибудь камера, которая засняла реальное развитие событий. Господин Алукард, вы ничего не заметили, когда встретились с этой девушкой? Может рядом был ещё кто-то? – Дженнифер была полна энтузиазма. – Это центр Рима, там всегда полно народу. Особенно вечером. Ничего необычного, кроме этой безумной, я в тот вечер не встретил, – сухо произнёс Граф. Почему-то говорить об этом было неприятно. Словно ему приходится оправдываться. – Во-вторых, у меня есть большие вопросы к заключению медэксперта, но для этого, я бы хотела расспросить господина Алукарда, – девушка посмотрела на Интегру, словно ища разрешения в её глазах. Леди кивнула. Они с Пипом были увлечены завтраком. Из-за того, что они не ели почти сутки, эта простая пища из кофейни была просто божественной. – Господин Алукард, я знаю, что у вампиров в зависимости от насыщения меняется цвет глаз. У вас глаза тёмные. Но, позвольте задать, несколько глупых вопросов. Как быстро усваивается кровь? Могло ли быть так, что вы сначала … съели девушку, а потом… избавились от крови естественным путем… чтобы отвести от себя подозрения? – Дженифер села напротив Алукарда. Хоть её голос и звучал уверенно, было видно, что ей неловко. Все с любопытством посмотрели на вампира, ожидая интересного объяснения. Алукард многозначительно кашлянул и одарил всех присутствующих максимально брезгливым и презренным взглядом. – Девочка-техник, ты правда думаешь, что я сначала кого-то убил, причем, выпив всю кровь, а потом, вместо того, чтобы избавиться от улик, просто вызвал рвотный позыв? Зачем тогда вообще пить кровь? Смешно. Ну да ладно. Вампир – это не биохимическая станция. Кровь – это топливо. Как только она попадает в организм, она мгновенно метаболизируется в энергию или в, скажем так, строительный материал для физического тела. Остатки в виде токсинов и непосредственно составляющих крови, коих ничтожно мало, выводятся обычным путём, но намного позже, так как этот процесс не важен. У меня не совсем такое пищеварения, как у людей. Оно скорее вторично. Цвет глаз – это индикатор насыщения не кровью как продуктом, а энергетической силой. Отторжение может произойти, только если кровь была осквернена чем-то. И то это будет скорее энергетический диссонанс, чем тошнота. Вампир пьет кровь по трём причинам. Первые две вполне логичные – голод или способ увеличить силу. Голод – явление контролируемое, да и не сказать бы, что меня не кормят в организации. Сил мне тем более вполне хватает. Третья причина та же, что и у Джека Потрошителя, когда он резал куртизанок – безумие, понятное только ему. Но, к счастью, пока моё психическое состояние в норме, – закончил Алукард и пристально посмотрел в глаза девушке, словно проверяя на прочность. Дженнифер сглотнула, но не отвела взгляд. – Тогда ещё вопрос. Вы, когда кусаете кого-то вы, нижнюю челюсть тоже используете? – продолжила техник. Алукард вскинул бровь и недовольно повел губами. «Хочешь продемонстрирую…» – злобная мысль мелькнула у вампира. – А ты сама-то как думаешь? Я же тебе не дятел. Попробуй откусить яблоко только верхней челюстью… – отворачиваясь, ответил Граф. – Позвольте мне сделать слепок… ваших зубов… Вы не могли бы, вытащить… клыки как при охоте… – робко и чуть тише произнесла Дженифер, доставая из сумки лопатку и силиконовую массу для слепка. Алукард снова одарил всех взглядом полным ненависти и презрения. Но, выпустив клыки, открыл рот. – Хозяин, вы странно выглядите… – пискнула из-за плеча Бернадотте Виктория. – Я решаю, насколько это унизительно… И это всё равно … приятнее, чем серебряные щипцы… – ответил Алукард. – Большое спасибо, господин! – Дженнифер убрала слепок в прозрачный зип-пакет. Девушка была весьма довольна, как учёный получивший положительные результаты эксперимента. – Она прямо как твой дед. Авраам тоже был одержим изучением вампиров, а я ему так удачно подвернулся. Правда, тогда это было совсем не тактично и весьма болезненно, – обратился Алукард к Интегре с косой ухмылкой. Леди вздохнула. Она понимала, что язвит он сейчас, не чтобы её обидеть, а чтобы сохранить лицо. Его ёрничество всё ещё было лучшим доспехом. С секунду Интегра колебалась, но всё же произнесла: – Дженифер, если возможно, подними пожалуйста архивные данные, которые вёл Авраам Ван Хеллсинг, касающиеся энергетического метаболизма. Приложи к слепку. Это будет неоспоримым и не фальсифицированным доказательством… – стальным голосом произнесла Леди. И лишь рука, сжатая в кулак, выдавала её волнение. «Вот уж не думал, что попытки Авраама разобрать меня на запчасти будут полезны…» – усмехнулся сам себе Алукард. – Я не знала… Это ужасно… – прошептала на ухо Пипу Полицейская. – Жёстко… Но… Эффективно, – также шёпотом произнёс Бернадотте, а затем кивнул Алукарду, не то поддерживая его, не то отдавая дань уважения. – Мне нужно немного времени. Я занесу всё в базу. А ещё налажу нам способ связи. Перекусите пока… – сказала Дженнифер и удалилась к машине. Пока остальные были заняты беседой, Интегра подошла к Алукарду, который теперь сидел и сосредоточенно наблюдал за плеском волн. – Мне жаль… – тихо произнесла Леди и сжала ладонь мужчины. – Это лишь временные неудобства… – косо улыбаясь, ответил Граф и прижал её ладонь к своим губам. – Ты заметил? Они сегодня какие-то другие… Пип, с ними все в порядке? – обеспокоенно протянула Виктория и кивнула в сторону Интегры и Алукарда, которые сейчас сидели вместе. – С ними? Лучше не бывает … – сухо, но не без доброты ответил Бернадотте, посмотрев в ту сторону. – Просто два упрямца перестали сражаться друг с другом и начали сражаться плечом к плечу. Оставь их в покое и не пялься на них, – добавил Капитан и прижал Викторию к себе. К ним присоединился Нэйв, и теперь трое о чем-то непринужденно болтали. – Итак, данные сохранила. Подкрепила их информацией из старого архива – да, архив в цифровом виде – это прекрасно! Отсылать пока не буду – хочу собрать побольше опровергающих фактов. Насчёт нашего способа связи, – Дженнифер подошла к остальным и продемонстрировала ноутбук. – Это LiveJournal – блог-платформа. Я создала страничку, на которой разместила фотографию туристического содержания. Наше общение – комментарии под ней или новые фотографии. Вот, я выставила фотографию крыла самолёта и написала: «Наконец-то выбрались в отпуск! Спешим покорять достопримечательности вечного города! Что посоветуете?» Вы мне под этим завуалировано сообщаете локацию, где господин Алукард встретил ту девушку. Службы смотрят на зашифрованные спутниковые сигналы, а на блог туриста, мечтающего о мороженом – вряд ли, – объясняла техник. – Я понял. Полицейская, ты наверняка умеешь этим пользоваться. Открывай этот… блог и пиши…– Алукард посмотрел на растерянную девушку. Виктория достала телефон и нашла созданную Дженифер страницу. Снова посмотрела на Графа. – Недалеко от Пантеона, если идти по Via Giustiniani, можно насладиться красотой аутентичных римских улочек, – вспоминая детали, проговорил вампир. – Отлично! Теперь у нас есть локация, и никто ничего не заподозрит! – торжествующе воскликнула Дженифер. – Леди Интегра, вам пока стоит затаиться. Когда я найду зацепку с исполнителем, я вам сообщу, – добавила техник. – Нэйв, береги девочку! – почти командным голосом сказал Пип и посмотрел на парня. – Есть, капитан! – молодой человек отдал честь. – Удачи, – сухо, но с душой произнесла Интегра. Двое пошли к машине. На секунду Дженнифер замешкалась и подбежала к Алукарду. – Господин Алукард… прошу прощение… за это. Я не хотела напоминать вам о прошлом… Это было необходимо, – тихо произнесла девушка и посмотрела в глаза Графу. – Твое бесстрашие и решимость восхищают, девочка, – бросил Алукард и кивнул. Нэйв и Дженнифер сели в машину и уехали. – Ладно… Нам тоже надо убираться отсюда. Мы здесь, как на ладони. Есть идеи, куда? – провожая взглядом машину, протянул Пип. Но ответа не последовало. Алукард настороженно встал и теперь смотрел куда-то вдаль на море. – Этот шум… – протянул вампир, но не успел он закончить, как с моря раздался мотоциклетный шум мотора. А следом за ним из-за горизонта стремительно появились четыре гидроцикла. – Чёрт! – прошипела Интегра. – Слишком быстро. Не успеем уехать, даже если добежим до машины… – бросил Пип. – Вниз! – скомандовал Алукард, с силой притягивая Интегру к земле. Через мгновение воздух разорвал звук выстрелов. Все практически ползком спрятались за машиной. «Они не стреляли на поражение... они старались окружить, отрезать путь к машине... Значит, мы нужны им живыми… Даже не знаю, что лучше…» – подумал капитан «Диких гусей». Гидроциклы с рёвом выехали на берег. Четыре бойца в тёмной форме без опознавательных знаков ступили на песок. – Никого не убивать. Все должны остаться в живых. Алукард, не вмешивайся в открытый бой, – чётко произнесла Интегра. «Всего четверо. Мы должны справиться…» – думала Леди, прицеливаясь. Глубокий вдох, плавный выдох, и оглушительный хлопок, от которого на секунду заложило уши. Не крик, а сдавленный стон – и один из агентов хватаясь за ногу, повалился на песок, оставляя на земле алый след. Виктория быстрым рывком повалила ещё одного, лишая его возможности стрелять. Двое других, начали стрелять, пока лишь задевая машину. Автомобильчик крякнул, что-то в нем щёлкнуло, и старая магнитола включилась, громко выдавая песню Crying Day Care Choir «Spill my words». – Не вмешивайся? Ничего, что они по этим правилам не играют? – ехидно произнес Алукард. На его рубашке расцветали три багровых цветка – следы от пуль. Пипу и Интегре пришлось вступить в рукопашный бой с двумя агентами. Теперь они стояли спина к спине и стойко отражали все выпады неприятеля. Вдруг раздался крик полный решимости: – In nomine Patris! – Раненый агент Искариота встал, опираясь на здоровую ногу и выстрелил в спину Интегре. Алукард в одно мгновение оказавшись рядом с Интегрой, выставил руку. Пуля так и не достигла цели – остановилась со звоном, врезаясь в часы на его запястье. – Это были мои любимые часы… – процедил Граф, глядя прямо в глаза стрелку. Но боец не растерялся. Ещё один выстрел. Алукард издал сдавленный звук и повалился на песок. Возле виска багровел след от выстрела. У Интегры зазвенело в ушах. Она и раньше видела, как ему наносили более серьезные ранения, и он оживал как ни в чем не бывало. Но сейчас почему-то это было особенно страшно. «Для него это пустяк… Сосредоточься на бое…» Еще выстрел. Плечо Леди пронзила жгучая нестерпимая боль. Девушка согнулась и прижала рану рукой. Лицо исказилось. Процесс регенерации длился мгновение. Алукард открыл глаза и сразу почувствовал кровь. Её кровь. Это был набат. Всё его тело напряглось, ложное тепло раскатилось по жилам, клыки обнажились. Но десны не горели привычным голодом. Всё его естество, каждая клеточка, сжались в единый стальной кулак, готовый размазать её обидчика по песку. Это была не жажда – это был древний первородный инстинкт, неоспоримый, как закон физики – УНИЧТОЖИТЬ. Уничтожить того, кто навредил ей – не его Госпоже, а его женщине, его человеку. Влекомый волной ярости, ещё полностью не придя в сознание, он в долю секунды оказался рядом со стрелком. Со хрустом выламывая руку, он отобрал оружие. – Не смей! Алукард стой. Они только этого и ждут! – крикнула Интегра, превозмогая боль. «Если он сейчас его убьет, Искариот лишь подтвердит свои обвинения, и это будет конец.» Алукард схватил за воротник обезумевшего от боли и ужаса бойца. – Молись на эту женщину. Если бы не она, я бы уже играл твоей головой в футбол… – прорычал вампир и швырнул стрелка на землю, словно это был не человек, а тряпка. Боец обмяк и потерял сознание. На побережье свалилась гробовая тишина. Все четыре агента теперь были без сознания и связаны. Алукард снова был подле своей Леди. Одним движением он оторвал рукав своей рубашки. – Надо остановить кровь, – коротко бросил он, приступая к перевязке. Казалось, что если он скажет фразу длиннее, его самоконтроль лопнет. Интегра сдавленно простонала, а в уголках её глаз появились слёзы. На лбу проступила испарина. – Леди Интегра, вам надо в больницу. Так это оставлять нельзя, – тихо произнес Пип. Дело было плохо. – Нам нельзя в больницу, – безапелляционно сквозь зубы процедила Интегра. – Я знаю, куда нам ехать, – сухо произнес Граф. В его черных как сама ночь глазах бушевала первородная ярость, еле сдерживаемая хозяином. Старенькая машинка загудела и тронулась с места. – Озеро Вико. Его северная часть, – также пугающе тихо произнёс Алукард. Он сидел рядом с Интегрой. Девушка сильно сжимала его руку, пытаясь терпеть боль.