Твоя слабость — моя игра

— Эй! Какого чёрта?! Ты играть разучился?! Ты собираешься целиться в клюшку напарника? Кричал Рико на одного из Воронов, чей взгляд ясно показывал пренебрежение к его словам. — Ты слушаешь меня? — Ага. — С явной скукой в голосе сказал парень и отвёл взгляд, будто всё это невероятно его утомило. Рико ощущал, как кипение злости поднимается внутри. Рукоятка клюшки скрипнула в руке. — Ты закончил? — буркнул Ворон, кинув на него ленивый взгляд. — Я… Ворон резко содрогнулся всем телом и быстро перевёл взгляд за спину Мориямы. Натаниэль появился тихо, почти незаметно. Вырос за спиной, как тень. Поза расслаблена — клюшка закинута на плечи, руки вяло свисают вдоль древка. Взгляд Ната был холодным и неподвижным — и именно за ним ходила смерть. Ни слова, ни движения. Ворон сжал зубы, выпрямился. — Мне ещё раз повторить? — процедил Рико, стараясь держать голос под контролем. — Нет, капитан. Я понял. Парень молча потрусил на свою позицию. Рико развернулся, даже не глядя на Ната. А тот, как и прежде, не делал попыток привлечь внимание — просто отступил на шаг, уступая пространство, и пошёл к своей позиции. Так происходило постоянно. Лишь с присутствием Натаниэля слово капитана приобретало вес. Это раздражало, как песок в ладони: хочется вырвать, разорвать, показать всем, кто здесь король. Чесались руки — взять нож и кровью вырезать своё имя на каждом, кто осмеливается смотреть сверху вниз. Но было проще стиснуть зубы и позволить Нату стоять за спиной, делать слова сильнее, придавать им вес, которого самому иногда не хватает. Так было быстрее. Так было удобнее. И, в конце концов, проще. Тень Натаниэля всегда следовала за спиной Рико. Всегда. Он точно знал, где Рико и чем занят. Присутствие рыжика ощущалось почти телесно — тихое, но неотвратимое. Его невозможно было не заметить. Это стало привычкой. Рико знал, что это незаметное присутствие теперь стало частью его дня. Даже если он не хотел, уже невозможно было представить, как обойтись без этого тихого давления, без этой тени за спиной. Свисток тренера разорвал воздух. Тренировка закончилась. Рико сел на скамью запасных, желая перевести дыхание перед тем, как пойдёт переодеваться. Кажется, сегодня он перестарался. Рико смотрел на руку, которая слегка дрожала от напряжения — будто за неделю, что он провёл вне поля, из неё ушла вся сила. Клюшка с глухим стуком упала к его ногам. Он даже не поднял взгляд, когда рядом остановились знакомые шаги. Нат молча наклонился и поднял клюшку. Вернул её на место. Рико резко сдёрнул с рук перчатки, откладывая их на скамью рядом, затем дёрнул застёжку на шлеме — пальцы соскочили. Он раздражённо выдохнул. Щёлк. Пальцы Ната быстро и точно нашли ремешок, освободили его. Ни касания дольше необходимого. — Сам бы справился, — сухо бросил Рико. — Конечно, — так же спокойно ответил Нат. Но не отошёл. Это было почти незаметно. Почти бытово. Рико тяжело поднялся, отталкиваясь руками от лавки, и направился наконец в раздевалку. Проходя к своим шкафчикам, Нат почти небрежно провёл рукой по спине Жана — тот застыл. Демон стал кошмарить четвёртого номера с того дня, как обнаружил его запах на Рико. — Ну чего ты, Жанчик, так напрягся? Я ж не кусаюсь, — лениво протянул Нат, ухмыляясь реакции, даже не поворачивая головы. Жан скрипнул зубами. — Ага, попизди тут, — парировал Рико, закидывая экипировку в шкафчик, но уголок губ едва заметно дёрнулся. На теле Рико осталось столько следов от зубов, что капитану приходилось переодеваться в душевой — и при том очень быстро. Нат хмыкнул. — Капитан, Жан должен сходить к тренеру. Тот искал его. — Тогда чего стоишь? — бросил Рико, глядя уже на француза. — Давай. И без глупостей. Жан кивнул и быстро вышел. Губы Рико лишь на секунду скривились, а когда взгляд сместился в поисках бутылки воды, она уже была в руке рыжика. Открытая. Просто бери и пей. Он замер на долю секунды. — Ты следишь за мной или что? — без злости, почти буднично. — Ты даже не представляешь, насколько ты предсказуем, — ответил Нат, склонив голову с всё той же самодовольной ухмылкой. И это почему-то не прозвучало как оскорбление. Рико сделал глоток и только сейчас поймал себя на мысли, насколько удобно становилось рядом с Натом. Так проходил каждый день. Одинаково — так заведено в Гнезде. Но всё равно всё казалось не таким. Рико начал вставать раньше всех и приходить на поле первым. Он уже натягивал футболку, когда в дверях объявился Натаниэль. Подошёл к своему шкафчику, сладко зевая и прикрывая рот ладонью. Они не сказали друг другу ни слова. Веснински, как всегда, выглядел взлохмаченной сонной мухой. Этот потрёпанный вид всегда был началом подколов. Его утренний облик так сильно разнился с образом демона днём и вечером. Он буквально засыпал на ходу. Рико никогда не признает даже себе, насколько это забавно, каждый раз насильно удерживая ухмылку. Тренировки шли по накатанной и по одному и тому же сценарию. Чхать все хотели на слова омеги, но стоило появиться Нату — и все становились пай-мальчиками. Нат всё время угадывал его следующее действие и уже стоял там, где нужно. Когда Рико отбивал себе руки на тренировках, пытаясь превзойти самого себя. Когда клюшка вываливалась из онемевших пальцев. Рыжик уже был рядом, чтобы забрать её и отнести на место. Когда Рико задерживался на поле по определённым причинам, он отправлял своего серого кардинала — как начали шутить в Гнезде — вперёд. А по приходу обнаруживал, что его порция уже стоит на привычном месте. Нат как ни в чём не бывало общался с Воронами или перекидывался ядовитыми репликами с Жаном, даже не обращая внимания на приход Рико. Но при этом — стоило японцу обойти стол, чтобы сесть, как Нат пинал ножку стула, отодвигая его для короля. Безусловно, не заметить перемены он не мог. В Гнезде вообще мало что менялось — любая трещина в порядке сразу бросалась в глаза. Но Рико каждый раз находил объяснение. Усталость. Давление команды. И, как всегда, возвращал мысли к тренировкам. Натаниэль оставался собой при любых обстоятельствах. Перепалки, насмешки, показные поклоны «королю», нарочито шумные представления перед Воронами — святое дело. Будто шут при троне пытается развеселить короля и его придворных. Ему будто нравилось балансировать в этом жестоком цирке. И всё же. Когда рыжий слишком долго отсутствовал рядом, внутри у Рико вспыхивала странная искра. Это не был гнев — гнев он знал. Он был чистым, острым, направленным. И уж точно не грусть. Скорее раздражение, которое кривило уголки губ — как если бы кто-то переставил фигуру на доске без его разрешения. И каждый раз следом в голову холодной сталью входила мысль о браке. Нежеланном. Выгодном. Решённом без него. О том, что рано или поздно придётся склонить голову. Уступить. Стать чьей-то ставкой. Эта мысль была как заноза. И всякий раз, когда внутри что-то начинало шататься, Рико хватался за неё — как за напоминание о том, что слабость недопустима. Остаток дня прошёл в тумане, но тело работало безупречно. Морияма не уступил ни сантиметра первенства. Ни на секунду. После вечерней тренировки он остался на поле, чтобы ещё сотню раз повторить до мозолей знакомые упражнения. Мяч методично летел в стену — в одну и ту же точку. Конусы падали в сложном, почти математическом порядке — известном только капитану. Время растворилось. Он остановился лишь тогда, когда по спине пробежал табун мурашек — инстинкт, отточенный годами. Ощущение, что кто-то смотрит на тебя слишком пристально. Рико обернулся. Рыжая макушка во тьме трибун сразу бросилась в глаза. Нат сидел на втором ряду у ступеней. Уже в чёрной растянутой одежде, почти небрежной. Волосы торчком — после душа он, очевидно, даже не пытался привести их в порядок. Локти на коленях, пальцы сцеплены под подбородком. Он не торопил его. Просто смотрел. Спокойно. Внимательно. Без тени насмешки. И это было… неправильно. В груди что-то сдвинулось. Белый шум, гудевший с утра, начал стихать. Узел, сжимавший лёгкие с момента мысли о браке, ослаб. Рико заметил, как расслабились его плечи. И тут же внутренне оскалился. Он не нуждается в свидетелях. Тем более в якоре. Минуту они смотрели друг на друга через растояние. Рико медленно выдохнул — едва заметно. Развернулся и начал собирать мячи. Он спокойно покинул поле, лишь мельком посмотрев на Ната, чтобы швырнуть ему шлем и клюшку, и скрылся в душевой. Это не мешает игре, а значит — не имеет значения. И всё же, когда на следующее утро Натаниэль не явился на тренировку, а затем на завтрак, в идеальной системе снова всё пошло не так.

***

Отсутствие их демона в Гнезде никого не удивило. Это было настолько привычным, что почти скучным. Увидев, насколько спокоен тренер, зная эту маленькую деталь, Морияма также не придал этому значения. Хотя всё же решил выяснить, куда он ускользнул. Рико махнул клюшкой, ставя её перед Жаном, что проходил мимо к своей позиции. Тот без раздумий моментально замер. После небольшой паузы, удостоверившись, что Жан его слушает, заговорил: — Куда делся Веснински? — спокойно сказал Рико, будто спрашивал о погоде. — Не знаю. — Не ври мне. — Голос не изменился, лишь появилось больше стали. — Я правда не знаю. Кажется, он даже спать не ложился, улизнул сразу, как комендантский час начался. Рико повернул голову и осмотрел в лицо Жана на признаки лжи и, видимо не найдя таковых, опустил клюшку. Первые изменения в стандартном дне появились почти сразу — но настолько незначительные, что их легко было списать на мелочи. Не было никакой проблемы самому взять бутылку воды. Или отнести экипировку на место. Он и раньше справлялся без чьего-то присутствия. Двадцать лет в этой системе. Рико даже испытал облегчение. Никто не шёл за ним по пятам. Никто не смотрел слишком внимательно, измеряя каждый шаг. Не было того молчания — в котором слов больше, чем в любом диалоге. Пусть контроль над командой не вернулся полностью — но это не имело значения. Пока. Да, Гнездо стало тише. Никто, кроме Ната, не осмеливался прилюдно валять дурака. Лишь косые взгляды Рико стал ловить вдвое чаще и втрое протяжённее. Пары прошли так же спокойно и непринуждённо. Обычное время, когда Нат обычно отсутствовал рядом. Свободное время тоже прошло в тишине комнаты. Первый укол появился, когда на часах стукнуло время собираться на дневную тренировку, а Нат не пришёл за ним. Не открылась дверь, никто не произнёс какую-то идиотскую шутку, никто не закатил глаза, увидев, что Рико ещё не собран, или что-то в этом духе. Дверь оставалась закрытой, сколько бы Морияма ни пилил её взглядом. Перед тренировочной игрой Тэцудзи собрал команду в фойе, чтобы что-то обсудить, и пока его методичный голос что-то бубнил на ухо, тёмно-карие глаза разглядывали команду. Рико поймал себя на том, что ищет эту полуулыбку. Раздражает. Он отогнал мысль, но хоть убей не мог вникнуть в суть сказанного тренером. Тренировка тоже прошла в полутумане. В раздевалке, как всегда, стоял гул, но стоило Рико зайти, как тишина ударила по ушам. Морияма прошёл к шкафчику, даже секунды не потратив на это затишье. — Что-то демона не видать, — раздался голос за спиной. — Спустил, видимо, с поводка погулять, — хохотнул другой. — Бедный. На ком же теперь твоя власть будет держаться, а, король? Рико замер перед шкафчиком, но не повернулся. — Может, я смогу облегчить тебе задачу, ну естественно, если ты так же хорошо попросишь. — На плечо легла массивная рука. Рико немного повернул голову, посмотрел на неё и смахнул с плеча, затем развернулся к ворону. — Ты что-то сказать мне хочешь? — спросил Рико, будто не слышал всех тех провокаций. — О, заговорил, — ухмыльнулся 14-й номер. — А мы-то уже подумали, что без своего ручного цербера ты совсем испугаешься. Рико шагнул ближе, потом ещё, почти вплотную. Его взгляд, спокойный и точный, должен был выжечь глазные яблоки. — Повтори, — тихо и медленно сказал Рико. — Я всего лишь высказал всеобщее мнение. Что ты всего лишь… — он запнулся, но почему — остальные поняли не сразу. Рико уже держал у его живота нож. — Я всего лишь кто? Омега? Низший ранг? — тишина ударила по ушам. — Что ж ты замолчал? Ну давай, повтори. Да погромче. Ворона охватила паника, но слова не шли. Рико медленно выдохнул. — Ага, не можешь. Тогда скажу я. Мой второй пол никак не мешал мне контролировать тебя и всех здесь присутствующих с момента, как я стал капитаном. И ты так же, как послушная шавка, опускал глаза в пол и невнятно скулил. — Он сделал шаг ближе. Плечо ворона ощутило ледяную уверенность короля. — Мне не нужен демон, чтобы вы меня боялись. Нужно просто напомнить. Рико надавил ножом чуть сильнее — едва, но достаточно, чтобы кровь закапала. — Не тренер. Не Веснински. — Его голос стал шёпотом, который, тем не менее, разрывал тишину. — А я. Я теперь твой кошмар. Ты вновь научишься меня бояться. Ворон сжался, взгляд потемнел, дыхание сбилось. Рико шагнул назад, нож спокойно вернулся к поясу. Тишина заполнила раздевалку. Гул воронов вернулся, но уже другой — тихий, сдержанный. Как же ему уже осточертело доказывать одно и то же из раза в раз. Но, по-видимому, пока не достанешь нож — все твои слова пролетают мимо. Он не стал медлить с переодеванием и покинул раздевалку одним из первых. Стоило ему остаться одному — в собственной комнате — как на грудь легла странная тяжесть. Это не была боль или страх. Просто словно воздух стал плотнее. Морияма упорно игнорировал это ощущение. Это просто тишина. Он привык к тишине. Он сам её создавал. И всё же, когда вечер опустился на Гнездо, Рико впервые поймал себя на мысли, что всё ещё ждёт, когда откроется дверь. Неосознанно. Королю не нужен демон за плечом, чтобы оставаться королём. …Но без демона Гнездо звучало иначе. И это раздражало больше, чем следовало бы.