Win or lose

Прошло два дня, а Уилл все еще даже не смотрел на Майка. Да и вообще почти с ним не разговаривал. Поскольку они в основном тусовались компанией, Уилл обычно держался рядом со своим парнем. И он по-прежнему обращался к Майку, когда это было нужно, так что друзья ничего не заметили — но Майк-то заметил. — Ты что, не пойдешь к ним, Уилер? — голос Макс вырвал его из раздумий. Майк отвел взгляд от ребят. Он сидел на крае пляжного полотенца, уставившись в пустоту, руки были на коленях. Там, в сверкающем океане, парни начали играть в «петушиные бои». Уилл сидел на плечах у Дэвида — кричал и смеялся, пытаясь столкнуть Дастина с плеч Лукаса. Макс приподнялась на локтях и повернула голову, ожидая ответа. Она лежала рядом на своем пляжном полотенце. — Не, — угрюмо сказал Майк, трогая пальцами ног белый сыпучий песок. — Они как раз по парам. — Можем пойти вместе, — пожала плечами Макс. — Только не урони меня, а то прибью, — добавила она с фальшиво-милой улыбкой. — Я думал, ты хотела почитать. — Хотела, — фыркнула Макс. — Но потом ты пришел, уселся рядом и начал страдать. Убиваешь настроение. По ее тону Майк точно знал, что Макс закатила глаза под своими солнечными очками в красной оправе, которые сочетались с цветом ее бикини. — Ладно, как скажешь, — пробормотал Майк, смотря снова на океан. У него даже не было настроения с ней спорить. — Серьезно, — вздохнула Макс. Она села и отложила книгу в сторону. Очки сдвинула на рыжевато-красные волосы. — Что случилось? — Ничего. — Нет, реально, расскажи мне, — настаивала Макс. — Ты какой-то не такой. И не только сегодня. Еще тогда, при заселении вел себя странно… Та история с рюкзаком Уилла. Что это вообще было? Майк молча прикусил нижнюю губу. — Или другая ситуация, — продолжила Макс. — Неделя перед Хэллоуином. Я до сих пор не могу поверить, что ты сказал такое Уиллу! Ты вообще понимаешь, как ему было больно? — Он тебе рассказал? — удивленно поднял голову Майк. — Не сразу. Уже после того, как вы помирились, — Макс нахмурилась. — Серьезно, о чем ты думал? Ты вообще иногда думаешь? Хоть ты и хорошо учишься, ты умеешь быть поразительно тупым. Я вообще не понимаю, как Уилл тебя терпит, — она театрально всплеснула руками. И да, вот оно. Если у Макс Мэйфилд и был особый талант, так это задевать Майка за живое. Будто она всегда точно знала, куда ударить. А Майку оставалось лишь чувствовать, как осознание ее правоты накапливается внутри, все сильнее и сильнее, пока его не начинало разрывать изнутри. — А теперь, — не унималась Макс, — ты проводишь весь отпуск, ведя себя как… — Я просто ревновал, ясно?! — выкрикнул Майк, а потом прошипел тише: — Я понял, что был неправ. Хватит уже тыкать меня в это. — Ревновал? — переспросила она. — К чему? К отношениям Уилла? — Да! Макс фыркнула. — Серьезно, Майк? Ты не можешь быть без пары хотя бы пару дней? — Не в этом смысле! — прошептал он, почти крича. — Я ревновал, потому что не хотел, чтобы Уилл нашел себе парня! Я хотел, чтобы он встречался со мной. Макс застыла, несколько раз моргнув. Она будто пыталась осознать то, что Майк только что сказал. — Ох. Господи, — наконец сказала она после мучительно долгой паузы. — Ну… ладно. Я, вообще-то, подозревала это еще в прошлом году, но потом ты начал менять девушек, как перчатки, и я как-то об этом забыла. Майк тяжело вздохнул и опустил голову, уткнувшись лбом между коленями. — Я бисексуал. Наверное. — Ты не уверен? — Да нет, скорее уверен, — ответил Майк. — Просто я все еще привыкаю к этому термину. Ну, потому что… Всю жизнь считал себя гетеро. — Тогда… Когда ты это понял? — осторожно спросила она. — В начале прошлого семестра, — сказал Майк. — Вообще-то именно Лукас помог мне это понять. Он сказал, что мне стоит поговорить с тобой. Потому что меня тогда реально колбасило из-за всего этого. — М-м-м, — протянула Макс. — Типа ты боялся, что тебя будут осуждать? Или переживал, как отреагирует семья? — Нет, не в этом дело, — Майк покачал головой. — Может, в детстве я бы так и подумал. Но не сейчас — не после того, как Уилл сделал каминг-аут, и я вообще уехал из Хокинса. — Тогда в чем? — Ну во-первых, как вообще быть бисексуалом? — нахмурился Майк. — Мне что, нужно как-то по-особенному одеваться, говорить, смотреть определенные фильмы или махать радужным флагом на прайд-парадах? Макс рассмеялась и покачала головой. — Ну вообще, может, флагом и будешь махать, но другим, — сказала она и отмахнулась, когда Майк непонимающе посмотрел на нее. — Ладно, забей. Единственное условие — тебе нравится не только один гендер, Майк. Он снова нахмурился. Ему все еще казалось, что он недостаточно «квирный», чтобы быть квиром. Он видел друзей Уилла, которые тоже изучали искусство. И он знал Макс. У всех у них было что-то такое… что явно не ощущалось гетеросексуальным. А вот Майк не был уверен до конца, что вписывается. Словно прочитав его мысли, Макс сказала: — Слушай, тебе не нужно соответствовать каким-то стереотипам или выглядеть определенным образом, чтобы быть бисексуалом. А если ты переживаешь, что не понимаешь культуру или не чувствуешь себя частью сообщества — приходи в следующем семестре на встречу клуба Queer Alliance. Ты же знаешь, я там казначей. — Да? — Майк внимательно посмотрел на нее. — Я могу просто прийти? — Ну конечно, — сказала Макс. — Ты вообще можешь быть гетеро и все равно туда ходить, дурень. Клуб открыт для всех. — А… тогда это, м-м-м, было бы прикольно. — Хочешь, скину тебе детали? — Да, спасибо, — мягко и искренне улыбнулся Майк. — Всегда пожалуйста, — ответила Макс. — Это тебя так сильно беспокоило? — Отчасти, — сказал Майк. — Наверное, я просто не до конца понимал себя. Типа… почему я не понял, что я би, когда был младше? — продолжил он. — Да, я влюблен в Уилла, но ведь нельзя же просто быть Уиллсексуалом? Ладно, неважно, — он вздохнул. — Я уже почти с этим разобрался и в целом нормально отношусь к этому ярлыку. — Ну что ж, поздравляю, — Макс придвинулась ближе и ободряюще похлопала его по плечу. — И вообще, сексуальность — это спектр. Может, тебя просто больше тянет к девушкам, чем к парням… Уилл, разумеется, исключение. И это совершенно нормально. — Да, Лукас говорил, что ты уже что-то похожее рассказывала, — кивнул Майк, смутно вспоминая внезапную встречу в кафе пару месяцев назад. — Приятно знать, что он меня слушает, — улыбнулась Макс. — И еще: у всех это по-разному. Но когда я поняла, что би, многое стало понятно уже позже. Майк нахмурился. — В смысле? — Ну смотри, — сказала Макс. — Я поняла в десятом классе, что мне нравятся девушки. Тут сошлось сразу все: симпатичная девчонка с уроков истории и интернет — вместе они и помогли мне это осознать. Но знаешь, что забавно? Уже потом я вспомнила одну девочку из пятого класса, с которой когда-то общалась. Она усмехнулась, возвращаясь к тем воспоминаниям. — Я была на ней реально зациклена. Все время хотела, чтобы она обращала на меня внимание. Друзья у меня были, но с ней все чувствовалось совсем иначе. Мне хотелось быть для нее самым близким человеком. Я даже злилась, если в автобусе рядом с ней садился кто-то другой, а не я. И много лет я думала, что просто хотела быть как она, восхищалась ею и хотела быть ее лучшей подругой. А на самом деле, я очень сильно в нее влюбилась, — Макс покачала головой и рассмеялась. — Понимаешь? Как легко все это перепутать и осознать только спустя годы. Она пожала плечами и сказала спокойным тоном: — Просто мы живем в мире, где по умолчанию все считают себя гетеро. Майк медленно кивнул. Он не до конца понимал, что именно это значит, но все остальное ему отзывалось. Перед его глазами вдруг всплыл образ одного старшеклассника: длинные непослушные черные волосы, яркий характер и футболка с надписью Hellfire — того самого D&D-клуба, в который они с Уиллом вступили на первом курсе. Его звали Эдди. Он был лидером того D&D-клуба и, честно говоря, одним из самых крутых людей, которых Майк когда-либо встречал. Майк стал подражать Эдди: одевался, как он и отрастил волосы. Он каждый раз не мог отвести взгляд от Эдди, когда тот проводил кампанию или дерзко противостоял тупым спортсменам в школе. Эдди смешил всех в клубе, но Майк ржал всегда громче всех. Его щеки неизменно краснели, а сердце слегка учащалось, когда Эдди обращал на него внимание. А кто бы не хотел внимания Эдди? Он был веселый, смелый, крутой и… — Ох. — В голове Майка словно загорелась лампочка. — На самом деле… теперь все становится ясно. — тихо произнес Майк, почти себе под нос. — О, прозрел? — усмехнулась Макс. — Да, — сказал он, все еще переваривая происходящее. — Лукас был прав, мне просто надо было с тобой поговорить. Макс усмехнулась, явно довольная собой. Майк бросил на нее притворно-злобный взгляд. — Только никому не вздумай говорить, что я это сказал. — Ничего не обещаю, — игриво пожала она плечами. — Ладно, а кроме Лукаса и меня кто-нибудь еще знает, что ты не гетеро? Или что тебе нравится Уилл? — Так… — Майк начал вспоминать, уставившись в безоблачное тропическое небо. — Какой-то случайный торчок с вечеринки. Мама знает, обе сестры… а, и еще Уилл. Ну… типа того. — Уилл знает?! — вытаращилась Макс. — В смысле «типа того»?! — Ну… я пьяный сказал ему, что у меня к нему чувства, — тихо признался Майк, болезненно морщась от воспоминания. — И, кажется, он решил, что я это не всерьез. — Господи, Уилер. — Ага, — вздохнул Майк. — Дай угадаю, — сухо сказала Макс, снова включая режим «осуждаю Майка». Но смотрела на него мягче, чем обычно. — Ты так и не сказал ему, что был серьезен. И не признался в чувствах, когда был трезвым. — Я хотел! — в отчаянии выпалил Майк, глядя на строгую Макс и размахивая руками в сторону океана — там все еще гуляли остальные. — Но потом он сказал, что начал встречаться с Дэвидом! И признался, что очень долго меня любил, но это звучало так, будто это уже закрытая страница! Или будто он очень хочет меня забыть. Только, пожалуйста, не говори ему ничего. — Вы двое просто чемпионы по созданию хаоса, — Макс покачала головой и ущипнула себя за переносицу. — Катастрофические геи. Майк поник. — Слушай, — Макс положила руку ему на плечо. — Я, конечно, не эксперт по отношениям, но вот тебе совет: неважно, откажет он тебе или уже встречается с кем-то другим. Если ты правда его любишь — признайся в этом. А судя по всему, он так долго молчал о своих чувствах, потому что считал тебя гетеро. Так что он заслуживает знать, что ты тогда говорил правду. — То есть ты считаешь, что мне нужно взять и выложить свои чувства на блюдечке с голубой каемочкой, даже если он меня отошьет? — Да. — Звучит ужасно, — вздохнул Майк и снова посмотрел на океан. Четверо ребят уже перестали играть в «петушиные бои» и теперь перекидывались в воде пляжным мячом, разделившись на 2 команды: Дэвид и Дастин против Уилла и Лукаса. Майку не нравился совет Макс. И еще больше ему не нравилось, что она была права. Думать об этом больше совсем не хотелось. — Ладно, теперь твоя очередь, — сказал Майк. — Чего? — Я тебе все рассказал. Теперь ты колись. — Я на это вообще-то не подписывалась, — фыркнула Макс. — Уже поздно, — Майк повернулся к ней с серьезным видом. — Почему вы с Лукасом расстались? — Это вообще не твое дело, — нахмурилась Макс. — В прошлом году Лукас сделал это моим делом, — спокойно ответил он. Макс сжала губы в тонкую линию и уставилась на него. Когда она злилась, могла быть по-настоящему жесткой, и Майк почувствовал, что начинает ее раздражать. — Макс, ну ты чего? Ты говоришь, что это не мое дело, но при этом не озвучиваешь причину даже Лукасу — парню, с которым ты была в отношениях. — Мы вообще-то даже не встречались. — По сути вы были вместе, — возразил Майк. — И ты знала, что он собирался с тобой официально встречаться. А потом ты вдруг просто отдалилась от него. Ярко-голубые глаза Макс потускнели, взгляд дрогнул, и она опустила глаза на колени. — Прошло девять месяцев, ну что ты, — простонал Майк. — Здесь вообще не то место, чтобы это обсуждать. Рядом наши друзья плещутся в океане, — Макс раздраженно провела руками по лицу. — Что, все настолько плохо? — спросил Майк. — Я тебя предупреждала. — Да ладно. Я слушаю. Макс глубоко вдохнула. — Мой сводный брат умер. Майк уставился на нее, пытаясь осмыслить услышанное. — У тебя был сводный брат?.. И он умер? — Я именно это и сказала, — устало ответила Макс, подтягивая колени к груди. — Какого черта. И ты нам ничего не сказала? — Он был плохим человеком, — тихо сказала она. — Я не хотела, чтобы кто-то о нем знал. — Что значит «плохим»…? — Он превращал мою жизнь в ад, — сказала Макс. — Он был настоящим задирой. О-он, например, специально гнал на машине на бешеной скорости, просто чтобы меня напугать. Угрожал моим друзьям и… — она неровно выдохнула. — Я была ужасно рада, когда поступила в этот колледж: он был далеко от него, и никто из новых знакомых даже не знал, что брат существует. А потом в прошлом году он попал в аварию и умер, и меня накрыла депрессия. И я просто не могла встречаться с Лукасом — даже не была способна рассказать ему, что со мной происходит. — Эй… — Майк осторожно положил руку ей на колено. — Мне правда жаль. — Не надо, — всхлипнула Макс. Глаза у нее блестели, но она не плакала. — Я не рассказывала вам, потому что мне было стыдно за все это. — Я тебя понимаю, — фыркнул Майк. — Я бы тоже, наверное, стыдился, если бы у меня был такой паршивый брат. — Нет, — голос Макс дрогнул. — Мне было стыдно не за него. Мне было стыдно за себя. Майк несколько секунд смотрел на нее в полном замешательстве. Он правда не понимал, что она имеет в виду. — Но ты же ни в чем не виновата, — сказал он. — Ты знаешь, как часто я лежала по ночам и желала, чтобы он просто умер? — с горькой усмешкой сказала Макс. — Ну вот, поздравляю, желание сбылось. Я не хотела… не хотела, чтобы Лукас или вы все увидели эту ужасную сторону меня. — Она покачала головой, и по щеке скатилась слеза. — Макс… — Майк сжал ее колено сильнее. — Макс, посмотри на меня. Когда она наконец посмотрела на него, он мягко улыбнулся. — Ты ужасная по куче других причин. Но точной не по этой. Макс сквозь слезы рассмеялась. — Я вообще-то уже несколько месяцев хожу к психологу и разговариваю с ним об этом, так что сейчас мне уже не так тяжело, как раньше. Я давно хотела рассказать Лукасу, но все равно боялась. Психолог сказал, что можно сначала попробовать рассказать кому-то другому — ну потренироваться. — А, то есть мне? — усмехнулся Майк. — Майк, — сказала она, и это был, пожалуй, самый уязвимый и искренний тон, который он когда-либо слышал у Макс. Она неуверенно потянулась и ухватила его за руку, будто ей нужно было за что-то держаться. Майк дал ей свою руку и позволил сжать мизинец. — Ты не была плохой из-за того, что такое к нему чувствовала, — тихо сказал он. — Может быть, — так же тихо ответила Макс. — И если я хоть что-то знаю о Лукасе, — продолжил Майк, — Он считает точно так же. Он осторожно смахнул еще одну слезу с ее щеки. Вся привычная дерзость Макс будто куда-то исчезла, и она устало посмотрела на него. — Спасибо, — сказала она. — А что вы тут такое делаете? — раздался голос, очень похожий на голос Дастина. Тень — точнее, сразу четыре — накрыли Майка и Макс. Майк вздохнул. Ну конечно, им именно сейчас надо было вернуться. Он даже не заметил, как ребята подошли — слишком был поглощен разговором. Макс быстро отпустила его руку и поднялась. Она притворилась, что устала — начала потягиваться и зевать. — Я тут рассказывала Уилеру, какой он лузер, а потом мне в глаза попал песок. Карма, наверное, — пожала плечами Макс. — Черт, ты в порядке? — тут же спросил Лукас, подходя к ней ближе. — Все нормально, — Макс отвернулась от него, вытащила из сумки черную полупрозрачную накидку для купальника, быстро накинула ее на себя, влезла в сандалии и зашагала прочь, держа в руках одну лишь сумку. — Пойду промою глаза! — крикнула она через плечо. — И не забудьте принести мои остальные вещи! Майк проводил ее взглядом, тяжело вздохнул и поднялся, стряхивая песок с ее пляжного полотенца. — Ты в порядке, чел? — Дастин уставился на него с легким недоумением. Майк пару секунд смотрел на него пустым взглядом, пока до него дошло, что, наверное, странно — вот так спокойно собирать вещи Макс, даже не возмущаясь. — Все нормально, — сказал он и снова занялся полотенцем. — Ну ладно, — Дастин нахмурился, наклоняясь за своими вещами. — Не могу поверить, что вы еще ни разу в воду не зашли. — Вся неделя впереди, — ответил Майк. Теперь, когда он стоял рядом с друзьями и Дэвидом, и они уже не терялись на фоне солнца, он невольно украдкой посмотрел на Уилла. У него перехватило дыхание. Он видел Уилла без футболки много раз, но теперь, когда тот только что вышел из океана, это ощущалось совсем иначе. Кожа Уилла и волосы блестели от воды, и Майк невольно оглядел его подтянутые руки, гладкую грудь и красивую кожу — слегка загорелую, усыпанную родинками. Как только их взгляды встретились, Майк вспыхнул и тут же отвернулся. Черт. Надо прекращать так пялиться, как какой-то извращенец. Он сфокусировался на том, чтобы собрать свои вещи. Господи, эта неделя будет очень долгой.