Право сильного

Растущая луна серебрила дрожащие от пронизывающе-холодного ветра листья деревьев, а быстро плывущие тёмные облака то и дело скрывали небо с колючими «гвоздиками» звёзд. Гарри сидел в своей комнате на подоконнике и смотрел в окно, однако мысли его были далеко от шумящего на ветру сада. Вдруг открылась дверь и в комнату вошёл Снейп. – Тоже не спишь, – не спросил, а констатировал он и, подойдя, сел рядом. В штанах и небрежно накинутой незастёгнутой пижамной куртке он выглядел немного несобранным и... более живым и близким. Гарри в ответ молча кивнул. Какое-то время они просто сидели, не говоря ни слова, и смотрели на буйство непогоды за окном. – Мастер, – наконец нарушил молчание Гарри, – а вы правда думаете, что я смогу когда-нибудь противостоять Лорду? Мне... трудно в это поверить, если честно. Северус ответил не сразу. Он смотрел в окно, на мечущиеся ветки деревьев, и Гарри видел, как в его глазах отразилась вспышка далёкой молнии. – Знаешь, Поттер, – наконец произнёс он, – я задаю себе тот же вопрос. Каждый раз, когда думаю о том, что мы делаем. Гарри удивлённо повернулся к нему. – Вы? Сомневаетесь? Вы же... – Кто я же? – в голосе Северуса проскользнула знакомая ирония, но тут же погасла. – Всеведущий? Бесстрашный? Я просто человек, Гарри. Который однажды сделал выбор, и теперь пытается понять, не ошибся ли. Он помолчал, и Гарри почувствовал, как от этих слов внутри разливается странное тепло – Северус впускал его в самые сокровенные уголки души. – Ты спрашиваешь, сможешь ли ты противостоять Лорду, – продолжил Снейп. – А я хочу спросить тебя: ты действительно этого хочешь? Не потому, что я тебя втянул. Не потому, что так надо. А потому что... сам. Гарри задумался. Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и важный. – Я не знаю, – честно признался он. – Я никогда не думал о том, чтобы кому-то противостоять. В приюте мы просто выживали. А теперь... теперь я чувствую, что у меня есть выбор. Но это пугает даже больше, чем Клещ… Флетчер. Северус кивнул, словно ожидал такого ответа. – Страх перед выбором – это нормально. Ненормально – когда выбора нет. У тебя он есть, Гарри. И если ты решишь, что не хочешь в этом участвовать, я... я найду способ тебя спрятать. Гарри резко повернулся к нему. – Спрятать? Вы бы... вы бы отпустили меня? – А ты думал, я буду держать тебя силой? – Северус усмехнулся, но в усмешке не было обиды. – Ты открылся мне сам – в лаборатории, в поцелуе, в этом доверии. Если захочешь уйти, я не стану тебя удерживать. Гарри смотрел на него, и в груди разгоралось странное, почти болезненное чувство. – А если я не хочу уходить? Северус повернулся к нему, и в полумраке его глаза блеснули. – Тогда оставайся. Но знай: остаться – значит согласиться на всё. На страх, на опасность… на возможную смерть. На то, что однажды тебе придётся смотреть в глаза Лорду и не дрогнуть. Ты готов к этому? Гарри задумался. Он смотрел в окно, на гнущиеся под ветром деревья, на холодные звёзды, то появляющиеся, то исчезающие за облаками. – Когда вы рядом, – тихо сказал он наконец, – мне кажется, что я готов ко всему. А когда вы уходите... я боюсь. Боюсь, что не справлюсь. Что подведу вас. Что вы пожалеете, что выбрали меня. Северус молчал долго. А потом сделал то, чего Гарри совсем не ожидал – обнял его. Просто притянул к себе, прижимая спиной к своей груди, и уткнулся подбородком в макушку. – Ты уже справляешься, – голос Снейпа звучал приглушённо. – Каждый день. Каждую минуту. И я не жалею. Слышишь? Ни о чём не жалею. Гарри замер, боясь дышать. А потом позволил себе расслабиться в этих объятиях, чувствуя, как страх медленно отступает, сменяясь чем-то тёплым и надёжным. – Мастер... – Северус, – поправил тот. – Когда мы одни – просто Северус. И Гарри улыбнулся, впервые за этот долгий день. – Северус, – повторил он, пробуя имя на вкус. – Мне нравится. – Мне тоже, – тихо ответил Снейп, и в его голосе Гарри услышал принятие, нежность и обещание. За окном бушевала буря, но в комнате было тепло. И Гарри впервые за всё время чувствовал, что он действительно дома.