Виски с гневом.

Убедившись, что пьяный гость наконец сел в такси, Банчан ругнулся себе под нос, морщась и массируя висок. Да, затолкнуть Минхо в машину оказалось не просто, тот настаивал, чтобы вернуться в бар, что-то без передыху невнятно мямлил и упирался. Беспокоившись о состоянии своего коллеги, повар решил вернуться в бар. Пока он поднимался по лестнице, в голове неустанно крутились вопросы. «Этот мужчина обидел его? Ударил? Буянил? Но почему я тогда не услышал шума? Почему Джи не позвал на помощь?» Воспоминание вновь всплыло перед его глазами. Джисона зажал этот гость у барной стойки. «И выглядело странно…» Но не успев развить мысль, Чан уже открыл дверь и вошел в помещение бара. — Слушай, Хан, я не знаю что произошло и как мне это расценивать, но в любом случае хотел уточнить, точно ли ты в порядке? Джисон стоял как вкопанный за барной стойкой и смотрел в пол. Его грудь тяжело вздымалась, а руки были сжаты в кулаки. Выждав пару секунд, бармен так и не шелохнулся и беспокойство Чана возросло вдвое. Быстрым шагом дойдя до друга, он аккуратно взял того за плечо и постарался заглянуть в опущенные глаза. — Эй… Джисон-и? Что этот придурок сделал тебе? Чан был старше Хана на несколько лет, но устроились они сюда на работу примерно в одно время и сразу же хорошо поладили. Близкими друзьями их не назовешь, но и простыми коллегами или приятелями тоже. Такие теплые взаимоотношения и множество приятных воспоминаний порождали заботу и беспокойство друг о друге, они часто оставались после смен и болтали о жизни, могли сходить куда-то потусить и безвозмездно выручать друг друга в разных ситуациях. Иметь такого коллегу рядом было большой удачей, и они оба это ценили. — Да… Да, — наконец очнувшись произнес Джи, поднимая голову, растерянно посмотря на хёна. Его сознание никак не могло обработать информацию, полученную совсем недавно. Вроде ничего такого не произошло за весь рабочий день, кроме последней ситуации, конечно, но напряжение искрилось в нем практически с самого начала его знакомства с этим гостем. Что-то в нем очень сильно привлекало и манило Хана. Он чуть не поцеловался с ним, черт возьми! С первой же встречи! Такого никогда с ним не происходило. Столько ярких эмоций он испытал в ту секунду, что не то, что описать, он их даже разделить и сам понять не мог. Шестеренки с безумной скоростью крутились в его голове, пронося сотню мыслей, в жалких попытках разобраться в ситуации. — Что произошло? Ты ранен? — задавал кучу вопросов Банчан, хаотично осматривая всего младшего на наличие крови или других следов телесного насилия. — Нет, хён, все нормально. Просто разбил бокал, — Хан положил руку на старшего, пытаясь его успокоить, чтобы тот так не мельтешил перед глазами. — А как это объясняет присутствие этого мужика за баром так близко к тебе? — секунда тишины и глаза Чана расширяются так, будто вот-вот выкатятся. — Погоди вы что- — НЕТ! Боже, нет, фу, хён, — судорожно отпихнув от себя Банчана затараторил младший. — Я из-за него разбил, он испугал меня. Не специально! — начал Хани, активно жестикулируя руками в воздухе в разные стороны, пытаясь оправдаться. — Он вину из-за этого почувствовал походу, не знаю, короче, просто помочь убрать хотел, ничего такого! Чан абсолютно не понимал, как обычная уборка стекла с пола может привести к тому, что он видел, но даже страшно было подумать, что он мог прервать какой-то интимный момент, причем между парнями. Да, он был натуралом, но не гомофобом. Просто испытывал сильную неловкость, когда речь заходила о не традиционной ориентации, так что подобная тема в их разговоре никогда не поднималась. Поэтому искореняя эту мысль прочь из своего сознания, Чан был готов поверить в любое оправдание, лишь бы не это. — Да правда, это не то, что ты подумал! Он просто агрессивный какой-то был и все! Прекрати так на меня смотреть! —продолжал испуганно кричать Хан, пока в голове шеф-повара происходил какой-то революционный переворот. — Ладно-ладно, не кричи, я понял, — с поражением поднял обе руки вверх старший и оглядывая вроде чистый на первый вид пол, уточнил, — Так это… помощь нужна? — Нет, спасибо, хён. Можешь идти домой, я закроюсь. — Ладно… Тогда до завтра? — полуразвернувшись, но не отрывая взгляда, все еще с недоверием спросил Чан. — До завтра, — мило улыбнувшись и помахав на прощание, успокоил его Хан. Как только дверь за старшим захлопнулась, он плюхнулся прямо на пол и медленно выдохнул. Откинув голову назад и уперевшись в стеллаж, с поджатыми к туловищу коленями он ненадолго замер, чтобы прийти в себя. Сердце еще колотилось в груди, руки дрожали, но страх постепенно уходил, сменяясь на растерянность и усталость. «Ну и денёк…»

***

Очередное утро в офисе, от которого только тошнит. А может тошнит и не от офиса. Ли Минхо, стоя у двери, под пристальными и, кажется, уже осуждающими взглядами коллег, дрожащими руками пытается достать ключи от кабинета из своей сумки. В замочную скважину так же не удалось попасть ни с первого раза, ни даже с третьего. Наконец зайдя в свой несчастный небольшой кабинет со стеклами в сторону других работников, он одним резким движением опустил жалюзи и выругался. Бессонная ночь и активно разгоравшееся похмелье очень давали о себе знать. Если огромные синяки под глазами и не самый свежий вид можно списать на очень продуктивную ночь за работой, что вызовет только волну уважения и жалости, то сильный перегар уже ничем похвальным не объяснишь. Даже холодный душ с литрами сильно пахнущего какими-то цветами геля, последующие дезодорант, любимые дорогие одеколоны, мятная зубная паста и даже ополаскиватель для рта не смогли перекрыть полностью этот тошнотворный запах, хоть и стало гораздо лучше. Но он сделал все что мог, верно? Опустившись в кресло и потерев пальцами переносицу, Минхо прикрыл глаза, но тут же открыл обратно, осознав свою глубочайшую ошибку. Даже моргать было сложно, от каждого прикрытия глаз, даже на долю секунды, моментально отключало, а ведь сейчас будет важное совещание, ради которого он до офиса, собственно, и доковылял. «Сразу после этого цирка напишу заявление и уйду домой. Работать в таком состоянии все равно невозможно, вообще ничего не соображаю.» Запрокинув голову и тихо простонав, он все-таки встает с кресла, попутно снимая и кидая пиджак на бежевый кожаный диванчик. Захватив бутылку воды и зеленую папку с края стола, выходит из своего кабинета и направляется прямо в зал совещаний. Косые взгляды и перешептывания впиваются иглами в спину. «Не обращай внимания, пошли они все нахуй. Немного потерпеть, через часик пойду домой, совсем немного…» — пытался успокоить себя Хо. Но совещание затянулось. Прошло уже два с половиной часа. Поприветствовав коллег, он выступил первым, как глава собственной компании. Да, Лино был не простым офисным планктоном, как у всех обычно складывалось о нем впечатление. Именно это, кстати говоря, чаще всего и служило причиной всех косых взглядов и слухов вокруг него. В нем не видели руководителя, важной фигуры, а потому не испытывали должного уважения, не боялись. Маринуясь второй час, как выжатый сморщенный соленый огурчик, Ли искренне пытался слушать своих коллег и подчиненных первые полчаса, но остатки его работоспособного мозга не воспринимали ни единого слова. Бросив все попытки участия и отпустив все на самотёк, Минхо просто пытался не вырубиться, подперев голову рукой. Его мысли не покидали недавние события в баре. Сильное разливающееся чувство стыда поглощало его с головой, но помимо него, глубоко внутри зарождалось что-то новое: такое маленькое и немного теплое, что щекотало его сердце изнутри. Образ молодого привлекательного бармена стоял перед глазами, а его сладкий ванильный запах парфюма все еще будто витал рядом с Хо в воздухе и кружил голову. Но мираж расплылся, как только на его коленку опустилась чья-то рука. Образ молодого привлекательного бармена стоял перед глазами, а его сладкий ванильный запах парфюма все еще будто витал рядом с Хо в воздухе и кружил голову. Но мираж расплылся, как только на его коленку опустилась чья-то рука. — А?.. — резко выпрямившись, уставился он перед собой, быстро моргая. — Господин Ли, вы слышите нас? — грубо спросил низкий голос. Переместив свой взгляд к источнику звука, Лино уставился прямо на Пак ЧонВона. Его противный до мозга костей коллега, который доводил до нервного срыва не виданное количество раз. — Да?.. — Мы ждем вашего мнения по этому поводу. — с презрением язвил ЧонВон, смотря прямо на полуживого парня. Этот тип никогда не упускал шанса его унизить. Он был из другой компании, с которой тесно и очень выгодно сотрудничала компания Хо, поэтому, пользуясь своей неприкосновенностью, он подло позволял себе много лишнего. — Э… — промычал Ли, экстренно пытаясь собрать мыльную картинку перед глазами во что-то хотя бы отдаленно четкое, чтобы разобрать, что изображено на чьей-то презентации. — Это неплохая идея, занесите мне ваш проект после встречи, я рассмотрю его тщательнее и дам свой окончательный ответ, — выпалил дежурную фразу Минхо, бегло изучив графики. Спустя короткую паузу все вновь устремили свое внимание на сотрудника у экрана. Вынеся напоследок полной ненависти взгляд от «любимого» коллеги, в голове промелькнуло типичное «ублюдок» и Хо вернулся в скучающую позу, снова полностью погрузившись в свои мысли. К окончанию собрания, Ли Минхо уже принял для себя важное решение и нет, не касательно работы и презентаций, которые травили его голову последние 4 часа. Он решил, что не хочет упускать эту единственную искру в своей жизни, которая может открыть ему новый путь, к чему-то более светлому. Чтобы в глазах снова появился огонек, олицетворяющий жизнь. И первое, что он должен сделать — это извиниться. Немного поспав и приведя себя в порядок, Минхо стоял у двери в бар с пышным букетом цветов. Странное волнение сжимало его сердце, а ноги отказывались делать шаг внутрь. — Ну вы заходите или что? — грубый бас послышался за спиной. Хо обернулся с гневом глядя прямо на мужчину позади него. — Что, так не терпится насвинячиться? — Да как вы… — начал было возмущаться мужчина, но был перебит. — Исчезни. — отрезал Минхо, открыв наконец дверь и пройдя внутрь, специально ее не придержав. Поднявшись, он устремился прямо к барной стойке. Людей было не мало, медленно осмотрев всех в помещении, Хана он так не нашел. — Здравствуйте, чем могу помочь? — спросил, судя по форме, другой бармен. — Где Джисон? — Джисон?.. Он сегодня не работает. Позвольте мне сегодня обслу- — А когда он работает? — Э… — сбился сотрудник, будучи перебитым. Его взгляд зацепился за букет. — Вроде во все дни, кроме вторника и пятницы… — Но сегодня же четверг? — Он не смог сегодня выйти на смену, давайте я провожу вас к свободному столику? У нас прекрасн.. — но договорить ему вновь не удалось, загадочный гость с шикарным букетом из белых цветов развернулся и вышел из бара. Уже неделю, каждый день, Минхо приходил в бар со свежими цветами, но Джисон не появлялся. Сначала никто не мог сказать, где он, а после все твердили, что тот на больничном. Хо терялся в догадках, начинал беспокоиться и злиться, но попыток встретить его не оставлял, даже в не рабочие дни понравившегося бармена. Срываясь на сотрудниках, он снова и снова возвращался домой ни с чем. Пустота и тревога сжирали его изнутри. Он боялся, что Джи уволиться и он больше никогда его не увидит. Его жизнь снова обретет мрачные оттенки серого, завертевшись по следующему одинаково-тошному, бесконечному кругу жизни, так и забыв, про этот маленький яркий мазок краски.

***

Сегодня смену открывал Ким Сынмин, молодой, худой парень с темными волосами и мелодичным голосом. Пока он подготавливал рабочую зону для нового дня, в бар зашел Джисон с бумажным стаканчиком еще горячего кофе. — Привет, Сынмин. — Ну наконец-то! С выздоровлением. Я тут со скуки умираю уже~ — Ага, — бросил Хан, направляясь прямо в подсобку. Скинув ветровку и переодевшись, он вышел в зал, допивая свой кофе. — Как дела? — как обычно поинтересовался Джи. — У тебя такой агрессивный парень, знаешь ли. — начал разговор Мин с самой интригующей темы. — Чего? Но у меня нет никого, — удивленный таким смелым заявлением, он заинтересовался, поставив уже пустой стаканчик на барную стойку. — Ну значит будет и судя по его поведению — выбора у тебя нет) — залился смешком Сынмин, протирая столы. — Да о чем ты вообще? — подошел к нему Хан, скрестив руки и присев на стол краем бедра. Спросил он с заметным волнением, уже явно предполагая, что ему ответит коллега. — Тебе не говорили? Какой-то ловелас каждый день наведывается сюда, спрашивает тебя и получая отрицательный ответ — сразу выходит. Другие не раз жаловались на него, а мне он велел заткнуться, когда я всего лишь предложил ему меню! Отшлепай его, пока это не сделал я. Щеки Хана тут же покраснели, а глаза округлились. Типичное поведение Сынмина, к которому Джи так и не привык, смущаясь и злясь при каждой шутке как в первый раз. — Придурок, — лишь буркнул он, направляясь за стойку. — Опа, — с искрами в глазах и подлой ухмылкой, обернулся ему вслед Мин. — Это чтооо?) ~ Наш Сони смутился от упоминания простого шлепка?) Я ведь еще даже не уточнил какооого~, — саркастично тянув гласные, начал прикалываться его коллега. — И не надо. Хрень не неси. — Да брось, он красавчик, тебе же явно уже хотелось и не такое, по глазам вижу) — Ну раз тебе он нравится, ты и шлепай тогда. — Мне он шикарные букеты не носит, — надув губки, обиженно, но очень хитро парировал Сынмин. Он знал, на что надо надавливать в людях, чтобы добиться своего. — Что? Цветы? Он приходит с цветами? — Ага~ — Не, вы что-то напутали, явно не меня ищут, — с ноткой грусти в голосе произнес Хан, задумчиво водя запутанные узоры по столешнице. — У нас разве есть еще один бармен по имени Джисон? — Он спрашивал меня по имени? — ошарашенно уставился на него Хан. Неужели он запомнил, как его зовут? — Конечно, как можно забыть имя парня, которого ты зажимал у бара, — еле сдерживаясь от смеха пролепетал Сынмин, возвращаясь к барной стойке. — Хочешь напомню как конкретно? ~ — продолжал он шутить, выставив руки, будто хочет поймать в плен, хищно и медленно настигая бедного Джисона. — Откуда ты знаешь? — пятясь от Мина, он не прекращал попытки понять ситуацию получше и вычислить грядущие последствия. Если об этом узнает руководство, ему может не поздоровиться. Хорошо еще, если отделается только штрафом. — У нас тут камеры вообще-то стоят, если ты не забыл. Имейте это ввиду в следующий раз. Не то чтобы я был против бесплатного порн- — БЛЯТЬ, КИМ СЫНМИН! — не выдержав, шутник залился смехом и как раз в этот момент, в бар зашел первый посетитель. Гость молча уставился на барменов, явно услышав крик. Испуганный взгляд Хана медленно перемещался с лица на букет в руке и обратно. Щеки начали гореть, явно заливаясь розовым оттенком, а в животе запорхали бабочки. Это был он. Чертов Ли Минхо.