Виски с гневом.

Застыв ненадолго в дверях, быстро моргая, Минхо прокашлялся и уверенно направился к барной стойке. Сынмин, который, казалось бы, уже начал успокаиваться, увидел испуганного и красного Джисона, который смотрел в сторону. Проследив за его взглядом, он уставился прямо на только что вошедшего гостя. Узнав его, Мин с новой силой залился смехом, на этот раз искреннее стараясь сдержаться, но абсурдность ситуации доводила его до истерики. — Я отойду, не буду мешать, — сквозь смех предупредил он, потрепав плечо бедному коллеге и скрылся в подсобке. Молча проводив взглядом Сынмина и его удаляющийся звонкий смех, они посмотрели друг на друга. — Ам… Привет… — первым разорвал тишину Минхо, положив довольно пышный букет из нежно-розовых небольших пионов в белоснежной обертке на столешницу. — Я хотел принести извинения за свое неподобающее поведение в тот вечер, поэтому… — Можешь считать, что извинения приняты, — довольно холодно ответил Джисон, скрестив руки. Ему было очень приятно, но сдаваться так быстро ему не позволяла собственная гордость. Тем более он так и не разобрался, какие эмоции в итоге испытывает к Хо. — Я не собираюсь оправдываться, это правд- — Я понял. — перебил его Хан чуть ли не ледяным голосом. — Ладно, тогда я… — Хорошо. — отрезал Джи и развернулся на пятках к многочисленным бутылкам на полке, явно демонстрируя, что разговаривать больше не намерен. Взяв первую попавшеюся, он решил делать вид, что протирает ее от пыли, лишь бы занять себя чем-то от навалившейся на него неловкости и переживаний. Он бы добавил в конце что-то вроде «До свидания», но это не позволительно по отношению к гостю, если тот конечно сам не заявил, что уходит. — Но я ведь даже не сказал, что собираюсь делать! — возмутился Лино. Бармен не успел ничего ответить, потому что раздался хлопок открывающейся двери. — Я уже устал ждать, долго вам там еще? — обиженно выкрикнул из дверного проема Сынмин, обернувшимся к нему парням: — О, вы еще не целовали- — ЗАМОЛЧИ! — крикнул в ответ Хан, стараясь прервать поток невыносимых откровенных шуток. Подавив смешок, Мин выскользнул в зал и бодро устремился к ним. — И так, вы будете что-то заказывать или снова заткнете меня? — язвил он, обращаясь к гостю. — Надо будет — заткну. — недобро ответил Минхо, садясь на ближайший барный стул: — А сейчас сделай мне виски со льдом, пожалуйста. — произнес он, чуть ли не выплюнув последнее слово. — Одну минуту, — скопировав ту же интонацию, ответил с фальшивой улыбкой Сынмин, потянувшись за виски. Пока эти двое припирались, взгляд Джисона тем временем, блуждал по Минхо. Из идеальной укладки выбивалась пара черных, слегка волнистых, непослушных прядей. Черный жилет с тонкими белыми горизонтальными линиями и небольшой серебряной цепочкой на груди, под которым струилась шелковая, цвет в цвет совпадающая, рубашка — идеально гармонировали с его внешностью. Плавно обведя все изгибы, его внимание сместилось на букет. Легкая улыбка, возникшая на его лице, не ускользнула от внимания человека, который подарил эти цветы. — Не знал какие ты любишь, поэтому выбрал самые свежие и приятные на вид. — с улыбкой, довольно нежно обратился к нему Хо. — Темно-бордовые лилии, — тут же выпалил Сынмин, на что моментально получил выстрел глазами от Лино. Что ж, именно на ревность этот проказник и надеялся его вывести. — Откуда ты знаешь? — искренне удивился Хан. Это и в правду его самые любимые цветы. — Я все знаю, милый, — намеренно провоцируя все сильнее, ответил Мин и поставил бокал с виски перед закипающим Минхо. Пока в него не попало достаточно алкоголя, он хорошо себя контролировал, поэтому сдерживался от конфликтов перед Джисоном. — Учту. — с трудом выпалив одно слово, он тут же пригубил свой виски. — Пора бы уже знать, что нравится нашему Ханни~ — Пора бы уже заткнуть свой рот. — со звонким стуком он опустил бокал на стол, из-за которого Джи дернулся и Ли виновато посмотрел на него. — Ну вот! — воскликнул Сынмин: — Опять затыкает! Невозможно работать! — ворчал он, по-актерски размахивая руками в стороны, изображая глубочайшую досаду и оскорбленность хамством от наглого посетителя. — Прекратите оба. — вклинился Джисон. Взяв аккуратно букет, он все же решил отнести его в подсобку и поставить в воду: — Пойду выкину, разберитесь друг с другом пока меня нет, чтоб, когда я вернулся, все в норме было, ясно? Приказал Хан и не дождавшись ответа, сразу ушел. Минхо нахмурился, а Сынмин убрал яркую улыбку с лица, выпрямился и скрестил перед собой руки, моментально став выглядеть весьма грозно. — Слушай сюда, я в обиду Сони не дам, он ранимый. А вот ты явно не самый ласковый и заботящийся о чувствах других человек. По крайней мере, складываешь о себе такое впечатление. — Ты че- — Не перебивай. — хмурясь отрезал Мин. Его взгляд становился все злее, а голос звучал все ниже с каждым словом, плавно переходя на угрожающий шепот: — Я сразу предупреждаю, если уж и вздумал подкатывать яйца к нашему Джисончику, то будь добр вести себя достойно. Обидишь его, и я лично тебя найду. По ребрышку буду из рта доставать, пока ты от собственной крови и слез не захлебнешься. Ты меня понял? — Я надеюсь вы успели закончить, — очень вовремя зашел обратно в зал с этой фразой Хан. — Да, милый, мы поладили, правда? Э… как там тебя, кстати? — Ли Минхо. Да, не переживай, Джисон. — ответил он, пристально смотря прямо в глаза Сынмину и сдерживая горящую ярким пламенем под кожей агрессию. — Вот и замечательно, — выдохнул Джи и направился встречать заходящих в бар гостей. «Наконец-то кто-то пришел, я уж думал сквозь землю провалиться от этих двоих. И хорошо, что успел убрать букет, боже, он и в правду принес цветы…» От этой мысли его щеки снова начинали румяниться, поэтому едва заметно встряхнув головой он попытался отбросить все мысли об этом в дальний ящик глубинной памяти. Натянув приветливую улыбку для посетителей, он пригласил их за столик и взял заказ. Так и прошел весь рабочий день: обслуживание гостей, попытки прекратить словесные перепалки этих двоих и хреновые, откровенно говоря, попытки избегания от своего нового поклонника… Не сказать, что спокойно, но такая сумбурная атмосфера, на удивление, подняла Джисону настроение после нудных дней дома на больничном. Сынмин, засранец такой, сбежал с работы пораньше. Хан был готов поклясться, что сделал он это намеренно, чтобы оставить его наедине с Минхо. Что и произошло, под самое закрытие бара. Между прочим, Лино практически не пил и держался прилично, не устраивая сцен и даже не повышая голос, что естественно, отметил про себя Джи. Как только последние посетители были проведены к выходу и бармен вернулся за стойку, Хо с нетерпением заговорил. — Слушай. Ты все еще злишься, я вижу. Могу я загладить свою вину, пригласив тебя в ресторан, к примеру? — Не надо ничего заглаживать. — стараясь, держаться, спокойно отвечал Джисон, приводя свое рабочее место в порядок. — Ты избегаешь меня? — Нет, я же тут стою, как видите. Пусть и спиной, но так и есть — не придерешься. — Тогда почему тебя так долго не было? — медленно встав с места, аккуратно, но с заметным напряжением спросил Минхо. — Вас это волновать не должно. — Но волнует. Не перегибай палку, ведешь себя как обиженный ребенок. — Ребенок? — резко развернулся Хан, злобно зыркнув на Ли. — Да, дуешься уже больше недели, даже работу пропустил, как не профессионально, — съязвил Хо, но тут же прикусил язык. — Я болел. — твердо ответил Джи. Он действительно заболел, но и Лино попал в точку, первые пару дней он реально избегал работы, боясь встретиться с ним. Укол вины коснулся его совести, но ведь он много и исправно работал, неужели не мог позволить себе взять дополнительный выходной? Да почему он вообще слушает этого парня и принимает его слова так близко к сердцу? Просидеть неделю дома в одиночестве так и не помогло Хану разобраться в своих чувствах. Казалось, что он ощущал огромный спектр разных эмоций и потому выделить несколько — было непосильной задачей. Что-то зацепило его в этом агрессивном, настойчивом, красивом парне. А еще его мучал один и тот же вопрос, крутясь в голове как заезженная пластинка: «Что было бы, если Банчан не застал бы их врасплох? Неужели они правда бы поцеловались тогда, под действием той искры, нет, вернее сказать, страстной бури, возникшей между ними?» Минхо подошел к задумчивому бармену ближе и заметил слегка шелушащийся носик. «Походу правда болел. Блять. Снова облажался. С этой работой потерял всю человечность, какой же придурок.» Мысли понеслись отчитывать самого себя, кулак неосознанно сжался, а голова опустилась, устремившись в пол. Какое-то время они стояли погруженные каждый в свои мысли. — Ты правда выкинул цветы? — разорвав тишину, поднял на бармена свои жалобные кошачьи глазки Минхо. — Нет… — признался Хан на протяжном выдохе и тут же встретил искреннюю, счастливую улыбку. Ну он правда, как большой кот. — А записку с номером? — Какую записку?.. — Я оставил ее тебе здесь, на столешнице, когда уходил. — показывая точное место, ответил Хо. — Я не видел… А где же она? — растерянно покружившись вокруг себя, осмотрел бегло все рядом Джисон. Пока он судорожно вспоминал, где она может быть, Ли вернулся к своей сумке и достал листочек с ручкой. Написав новую, он положил ее на барную стойку и немного облокотившись, провел в сторону бармена. Рядом с номером, красовался минималистичный котик с маленьким сердечком рядом. Взглянув на бумажку, Хан не смог сдержать улыбки. Разглядывая ее еще пару секунд, он аккуратно сложил и убрал к себе в карман. Как только он вернул свое внимание к Хо, который с искорками в глазах и улыбкой до ушей смотрел на него, он осознал, что только сделал и снова покраснел. Определенно, это привычка займет в сердечке Ли особое место. — Я просто люблю котиков, — запнулся Джи, в попытках оправдаться и держать образ холодного человека. Нервно теребя свою сережку, он снова соврал: — Вырежу его потом, а остальное выброшу. Хо испытывал весьма двоякие чувства. С одной стороны он был очень рад, что кто-то разделяет его необъятную любовь к котикам и его лично нарисованный, впопыхах, так сильно понравился Джисону, а с другой — огорчен, что тот так и держится отстраненным, пытаясь язвить. — Я дам тебе потискать своих котов, если ты сходишь со мной в ресторан. — выкрутился Минхо. Сначала он увидел как радостно расширяются глаза напротив, но потом… — Не интересует, спасибо. — выпалил Джи, развернулся и ушел в другой конец барной стойки, где в прошлый раз его чуть не поцеловали, к стеллажу, который был на углу между столешницей и огромными полками с алкоголем, бокалами и другими вещами, подсвечивающимся неоном. — Да хватит! — вспыхнул на эмоциях и начал Минхо. — Что хватит? Скоро закрытие, я работаю. — взяв какой-то небольшой ящик с полки, он обошел бар и пройдя мимо недовольного Лино, понес его в сторону подсобного помещения. Пытаясь открыть дверь с занятыми руками, невольно начал ворчать. Цокнув и закатив глаза, Хо подошел к нему и помог открыть ее, следуя внутрь, за барменом. Поставив коробку на стеллаж, он с таким же каменным лицом последовал к выходу. — Хватит бегать от меня уже! — выставив прямо перед лицом Хана руку, преградил ему путь: — Как же ты бесишь, — выпалил Минхо. — Бешу? Так уходи тогда, чего за мной по пятам гоняешься?! Заняться нечем? Найди себе другую игрушку и мучай ее сколько душей твоей угодно, а от меня отвали! — Указывать вздумал? Голос повышать? — его голова наклонилась вбок, а взгляд стал хищным. В полумраке, казалось, будто его зрачки сузились, как у семейства кошачьих. Еще немного и покажутся острые клыки. Жар разливался в груди, становилось душно. Хан скользнул вниз, прямо под его рукой и побежал до двери. Ли сорвался с места, будто гепард на охоте в саванне, и захлопнул дверь прямо перед носом у бармена, легким движением защелкнув замок. Упираясь в закрывающееся дверь ладонью и тяжело дыша, Джи одолевала паника. Чужие протяженные выдохи послышались прямо у уха, волосы на затылке начали шевелиться. — Я же сказал не убегать от меня, — рычал полушёпотом Минхо. — Выпусти меня сейчас же, придурок! — дергая, безуспешно, за ручку, сорвался на крик Хан. — Да успокойся, — одним сильным рывком он перевернул бармена за талию лицом к себе. Стараясь говорить ласковее, он пытался успокоить не на шутку перепугавшегося Джисона, ловя его безумный от страха взгляд. — Я пытаюсь с тобой поговорить, а не убить тебя. Ничего я тебе не сделаю, прекрати так паниковать. — но Хан снова тянулся к замку двери, на что его рука была тут же перехвачена. С силой схватив, Минхо нежно поцеловал его кисть и сплел пальцы, опустив их руки вниз. Вот такой вот, сводящий с ума контраст. — Обязательно надо каждый раз меня где-то зажимать?! — А по-другому ты тут же сбегаешь! — злился Хо, но выдохнув, ослабил немного напор. — Пожалуйста, давай поговорим? — он мирно ждал, пока дыхание бармена немного успокоится и тот ответит что-нибудь ему. Спустя пару минут, послышался тихий голос. — Хорошо. О чем ты хочешь поговорить? — О той ситуации. Я знаю, тебя она тоже волновала все это время. Даже не думай врать сейчас. — Допустим. И что? — Что ты почувствовал тогда? — вторая рука Минхо аккуратно легла на грудь Джисона, примерно в области сердца. Сквозь рубашку, он чувствовал, как сильно и быстро оно бьется. Но только из-за боязни или чего-то еще? Вот, что так волновало Ли. Ведь его собственное билось с такой же скоростью не из-за страха. — То же, что и сейчас. — А что ты чувствуешь сейчас? — немного поглаживая его, он старался говорить максимально нежно. — Страх. — Только страх? На этом вопросе Джи запнулся. Этой паузы было достаточно, чтобы Хо все понял. В его глазах начинало искриться пламя. Он чувствовал, как бармен его одновременно и бесит, и привлекает. А Джисон, в свою очередь, ощущал, что загадочный грустный посетитель, его пугает и влечет разом. Вот она, настоящая буря из эмоций двух малознакомых людей, кружащаяся вокруг них. — Так и знал. — с этими словами, не отпуская переплетенных пальцев, что также сильно сжимали его собственные, Лино плавно провел другой рукой от сердца до шеи парня напротив. Обхватил ее сзади, запустив пальцы в мягкие волосы и играясь с ними он ждал, гипнотизируя его кошачьими зрачками. Ждал, чтобы подтвердить свои подозрения. Ждал, чтобы не спугнуть. Ждал, чтобы Джисон сам понял, чего он на самом деле хочет. Ждал и надеялся. — Блять, — ругнулся шепотом Хан и сам прильнул к манящим весь вечер губам напротив. Взрыв. Сгущающаяся аура из эмоций и чувств вокруг них взорвалась. Кажется, будто все вокруг и они сами всполыхнули в ту же секунду. Короткая, яркая, белая вспышка и они уже жадно впиваются друг в друга. Хо сорвало крышу. Он с рыком прямо в поцелуй, вбил Джисона в дверь, прижимаясь всем своим телом, сжимая волосы на затылке и притягивая за шею к себе настолько близко, чтобы между ними не осталось и песчинки. Неимоверное желание слиться в одно целое управляло ими. Губы вперемешку со слюной вжимались, всасывали и кусали губы напротив с равной силой. Никто не передавал инициативу другому, желая получить все без остатка. Искрящиеся салютики щекотали их кожу. Свободная рука Джисона вцепилась в талию Лино, притягивая его к себе. Жилет мешал сжимать кожу, поэтому блуждая по пояснице он пытался прорваться под него и ощутить чужую плоть хотя бы через тонкую рубашку. Неизведанная страсть охватывала их с головы до пят. Мокрые, причмокивающие звуки вперемешку со сбившимся дыханием разливались по подсобке словно их лично написанная, уникальная мелодия. Измучав губы друг друга, казалось, до будущих синяков, Минхо устремился вымотать и чужой язык. Настаивая на своем, он пробился в чужой рот исследуя каждый уголок, желая запомнить все, каждую деталь, каждую шероховатость, каждую ямку. Руки, что были сплетены, вырвались из плена друг друга и устремились кто куда. Минхо моментально нашел аппетитные ягодицы, сжав половину с той силой, в которую вложил все свое желание сделать это за неделю, ровно с момента как увидел их впервые. Незамедлительно получив первый и пока единственный тихий стон прямо себе в рот и ликуя от маленькой победы по захвату статуса актива, его рука рвано спустилась ниже, перейдя на чужие бедра, оглаживая и сжимая их по всей длине. Спускаясь по мышцам все ниже, он захватил ногу и поднял ее к своей талии, придерживая за заднюю поверхность бедра, заставляя ногу согнуться и обхватить его тело. Хан же в свою очередь, теряя голову, просто вцепился свободной рукой в спину парня, который так ахуенно целовался, пытаясь удержать то ли себя от падения, то ли Минхо от отстранения. Когда кислорода не осталось вовсе, а дыхание сбилось окончательно, они оторвались друг от друга. Прикоснувшись вспотевшим лбом к чужому, пытались продышаться. Когда легкие перестали саднить от недостатка кислорода, и сознание начало возвращаться к парням, Хан опустил наконец ватную ногу. Рука Минхо переместилась на талию, а вторая все еще слегка массировала затылок. Их глаза встретились, в обоих догорал будто целый сожженный мир. — Ну что, снова убежишь от меня? — с ухмылкой, немного сбивчиво, спросил Хо. В горле пересохло. — Убегу, чтобы ты снова меня догнал. — расплываясь в ответной улыбке, довольно ответил Джисон. Эндорфины стремительно бежали по телу наперегонки вместе с мурашками. Кажется, сейчас он счастлив.