Виски с гневом.

— Точно все в порядке? — в очередной раз спрашивает Хо, видя насколько напряжен Джисон. — Да. — лишь выдавливает из себя Хан. «Нет» — переводит мысленно Минхо. Ладно. Не хочет говорить — разберемся на месте. Вскоре, припарковавшись у бара, Джи вылетает из машины как пуля и вбегает в знакомое здание, так и не взглянув на Ли. В целом после звонка он ни разу на него не посмотрел, так еще и убежал, так ничего не сказав. Вот и что это значит? Ему ждать его в машине или что? Пахнет порохом. Не долго размышляя, Ли входит в бар практически сразу за Ханом. Тот уже стоит у барной стойки рядом с коллегой и о чем-то громко и эмоционально говорит, активно жестикулируя руками, размахивая ими в стороны. Как только дверь за ним захлопывается с характерным звуком, Джи стремительно оборачивается с вытаращенными глазами, чуть не свернув себе шею. На секунду парню показалось, что он оказался в каком-то хорроре и его поймало местное чудовище, испугав внезапным скримером. Бармен в мгновение преодолевает пол помещения и хватает за руку Минхо. Сильно. — Минхо, присаживайся пока за столик, я быстро, — натягивая улыбку, старается мило произнести он, но выходит нервный скрежет, что только добавляет атмосферы, характерной для страшных фильмов. Глаза у него и правда безумные. — Нет, я с тобой. — Пожалуйста, Минхо. — умоляюще просит он, неосознанно пружиня вниз для большего эффекта жалости. Снизу он будет выглядеть милее и шансы переубедить непреклонного парня чуть повысятся. Джи искренне не хочет втягивать его в эту ситуацию, пытаясь разрешить свою проблему самостоятельно как можно быстрее. Ему страшно представить, как отреагирует его спутник и что будет делать дальше. Накалять и без того напряженную обстановку Джисон не хочет, хоть и понимает в глубине души, что своим поведением делает только хуже. — Нет. — резко бросает Хо, таща его за ту же руку, что ранее вцепилась в него, к барной стойке. Надежда Хана рушится как карточный домик, что в целом, неудивительно — примерно такой же устойчивой она и была, зная Ли. Но проблем сегодня навалилось не мало и еще одна из них прямо сейчас открывает свой рот. — Оооо, мой не, кхм, любимый клиент! Добро пожаловать! Чем вас отравить, кхе-кхе, напоить сегодня? Не стесняйтесь, устраивайтесь поудобнее, Сони сегодня доооолго ждать. — Сынмин! — повышая голос, предупреждает Джисон. — Почему долго? — Хо сохраняет ледяное спокойствие, пытаясь выяснить что происходит. У коллеги его возлюбленного очень острый язычок, и он обязательно с ним как-нибудь расправится, но прежде, вынет из него все, что представляет для него хоть какую-то пользу. — Не смей! — практически орет бармен, предупреждая всем своим грозным видом, чтобы Минни замолчал. Его тело напряглось, будучи на низком старте, чтобы успеть подбежать за считанные доли секунды. — Так его же наблюыфб... — Хан стремительно подлетает, перепрыгивая через столешницу, закрывая ему рот рукой со всей силы. Все происходящее все больше напоминает какой-то дурацкий страшный фильм. — Заткнись! — угрожает он, но спустя непродолжительную борьбу, Сынмин умудряется выбраться из его хватки и договорить: — На смену вызвали сегодн- АЙ, ну Сони! — Просил же! — продолжает стучать по нему Джи, пока тот хихикая, даже не прикрывается особо. Такие стычки для них не редкость и Минни знает, что тот не посмеет причинить ему боль. Злоба на этого засранца вырывается наружу, пока не раздается короткий вопрос от все это время молча наблюдавшего за ними Хо. — Почему? — низкий грубый голос заставляет его застыть в то же мгновение. Минхо зол. Медленно поворачиваясь к нему, он готовится к встрече с его глазами, полностью забывая о существовании Сынмина, ускользающего из-под него. Сердце падает в пятки. — Начальство недовольно, что наш Джисони слишком много отвлекается во время работы, — ехидно палит его Мин, наслаждаясь реакцией, пока оттряхивается. Он не исправим. — Джисон? — леденящий душу голос, как раскат грома, режет уши. Кровь стынет в жилах, будто сам дьявол перед ним. Почему Минни совсем не боится? — Прости, я думал все уладить быстро, и мы уехали бы… — мямлил в оправдание Джи, не зная как он может предотвратить их возможную ссору, все больше понимая, что повел себя как придурок и теперь Хо будет злиться уже на него, а не на непредвиденное обстоятельство. — О, так мы прервали ваше свидание? Надеюсь, не в самом интригующем моменте?) Или вы еще не успели? — продолжает язвить на фоне засранец. Эхо его нарочито саркастичного голоса прорывается сквозь паутину напряжения в этом помещении, исходящие и туго переплетающиеся между Минхо и Ханом. — Не вышло? — Ли обращается и смотрит только на него. В его позе, взгляде, голосе — только холодный, ледяной расчет и ничего более. Джисон воспринимает это как гнев. Кажется, он прямо сейчас вытянет его душу и испепелит в одно мгновение. — Нет… — сдавлено, еле выговаривает бармен. Страх и тревога достигли своего предела, но все это разбилось вдребезги вместе со следующим единственным словом. — Заебись. — бросает Хо и плюхается на ближайшее кресло. … «Заебись» Просто «заебись»? Да что черт возьми вообще творится в его гребанной черепной коробке?! Ему все равно что ли? — Бармен Сынмин к вашим услугам! — Виски. — Сию минуту! Пока Сынмин, кажется, довольный, возиться с напитком, Джисон стоит как вкопанный. Он не понимает, ему ведь тоже жаль, он тоже зол и расстроен и пытался все исправить, но власти у него, блять, мало. Если так подумать, Хан отвлекался от работы ведь только на Хо? Глаза застилает мокрая пелена, а плечи опустились вниз, будто на них бросили мешки с песком. К горлу поднялся комок разочарования и обиды. Ну почему все не может быть хорошо? Минхо не смотрит на него. На его лице не отражается ни единой эмоции. Это что, наказание молчанием? Ну и к черту, не будет он из-за этого плакать! Собирая всю свою волю, Джи вбирает как можно больше воздуха в свою грудь и направляется в подсобку твердыми шагами, хоть и на ватных ногах, чтобы переодеться в гребанную форму. Пошло все нахуй, пусть сидит и молча пьет сколько ему влезет, раз так хочется. Ли же ничего не замечает. Он полностью находится в своей голове — пытается выстроить план по спасению их свидания. Сотни вариантов перебираются один за другим, словно надоедливые документы на полке, пока кожа плавится изнутри от гнева, текущего по сосудам. Он злится, потому что его планы сорвали, потому что к Хану хреново относятся, потому что он не может придумать как добиться своего, потому что ему не все равно. Украсть его прямо сейчас? Ему то плевать, но это может серьезно навредить Джисону. Договориться с его басящим коллегой? Он явно сам пробовал, но начальство, судя по всему, непоколебимо. Отпустить и дождаться конца смены? Ну уж нет, их свидание должно состояться. Давай же, думай. Думай. Думай. Думай. Думай. — Ваш невероятный виски со льдом! — восторженно протягивает бокал Минни. Точно! Все разветвления возможных вариантов событий схолпулись в миг в одну линию. — Кто ваш начальник? — спрашивает Хо, как только залпом выпивает напиток. — Пак ЧонВон. Блять. Ну почему именно этот ублюдок? В городе мало бизнесменов?! Ну вот последнее, с кем он сейчас хотел контактировать, так с этой отмороженной сволочью. Блядство. Если бы он услышал это на секунду раньше, весь напиток точно выплеснулся бы обратно наружу. Хуй с ним, он сделает это. — Повтори. 3 раза. — приказывает он, пока в голове покрывает трехэтажным матом, наверное, самого ненавистного им человека во всей вселенной. — Пак ЧонВон, Пак ЧонВон, Пак Чо… — Да напиток, придурок. — ругается Минхо. Господи, еще его приколов тут не хватает, а как же! — Оооо, кто-то решил напиться! — хлопая в ладоши и практически кружась, произносит Сынмин, совершенно не реагируя на грубость. Три бокала с отличным виски стоят перед Ли и через пару секунд остаются опустошенными. Алкоголь больно бьет в висок. Отлично, то, что нужно. Доставая телефон, он набирает самый худший номер из всех. Гудки. Ничего. Ну конечно, это позорище человечества никогда не берет от него трубку с первого раза. Бросая телефон на столешницу, он ждет. Хан возвращается в зал в форме, наблюдая как Минхо хлещет во всю виски — пьяный и злой. Прекрасно, сегодня явно будет худший вечер в его жизни. Ровно через десять минут и пары бокалов виски, Ли набирает Чонвона снова. Бесящие гудки прерывает не менее бесящий голос. — О, сам господин Ли Минхо! Вы по поводу моего предложения? — радостный, мерзкий голос льется прямо в ухо. Сжимая телефон до дрожи в руке, Хо старается контролировать спокойствие в голосе. — Нет. — коротко бросает он, допивая бокал виски и уже слегка шатаясь, отходит в другой конец бара. Обиженный Джисон и любопытный Сынмин настороженно наблюдают за ним издалека. — Жаль. Тогда у меня нет времени, всего хорош.. — У меня просьба. — сквозь зубы произносит он. Какое же унижение. — Еще условия ставите? — в его голосе слышна свойственная ему ярость — Что ж, вы умный, господин Ли, и явно не будете так рисковать. Вы даже немного заинтересовали меня, но давайте как-нибудь в друго.. — Я рассмотрю твое предложение завтра же, если выполнишь. Мерзость. — Я слушаю. — Ты отпустишь своего сотрудника из бара на главной улице, бармена Хан Джисона, сегодня домой. — этот ублюдок вообще знает своих сотрудников по именам? — Джисон… Хм, кто это? Не могу вспомнить… ЧонВон делает короткую наигранную паузу, а у Минхо закатываются глаза так, будто вот-вот вылезут из орбит. Ебанная фальшь. Провоцирует. Проверяет. — Ах, да, тот глупый мальчик, вечно отлынивающий от своей грязной, дешевой работы, точно. И почему он вдруг тебя интересует? — Задолжал. Сегодня он должен был быть свободен. — твердо и лживо отвечает Хо. Он не может сказать правду. Этот подонок не должен знать его слабость. Слабость… И как давно Джисон стал его уязвимым местом?.. — О, так тебе тоже? Вот же вшивый щенок. Стоп. Что значит ему тоже? — Что ж, мне жаль, но… — Рассмотрю завтра же в 9 утра. — практически рычит в трубку Хо, начиная дрожать от напряжения по всему телу. Он сдерживается изо всех сил, но градус в его крови повышается, а это значит, что держать свои эмоции в узде становится все сложнее. — Я рад, что мы пришли к соглашению! — торжественно ликует ЧонВон, — Но оставь его в живых, Минхо. Он мне еще нужен. — опять мерзкая пауза, зубы скрепят от трения. Опять проверяет. — Хотя, если выбьешь из него и мой долг, то ладно, собак в мире много. И тут же бросает трубку. Ублюдок. Он посмел оскорблять его мальчика, так еще и сам Ли не может ничего ему даже ответить. Это злит только еще больше, заставляя шевелить извилины в алкоголе, чтобы уже сейчас продумывать, как он ему отомстит. За все. Его фантазия уже показала, как Минхо мог бы покончить с этим уродом, разрушая всю его жизнь, но легче от этого не стало. Еще и придется подписать жутко не выгодный контракт. Сука. Ладно, это ради Джисона и оно того стоит. Почти сразу же, на другом конце бара раздается звонок. Хан мертвецки бледнеет, как только смотрит на дисплей телефона, а Сынмин с неподдельным любопытством подглядывает за спиной, и как только он видит кто звонит удивленно вытаращивает глаза, глядя на Хана. — Ал-ло?.. — дрожащим голосом и руками отвечает Джисон. — Да, Здравствуйте… — небольшая пауза, пока он слушает собеседника сопровождается нервным теребением поясного фартука. — Хорошо, б-большое спасибо… — Хан тяжело сглатывает и кивает, будто человек на другом конце провода мог это увидеть. Минхо тем временем уже подошел к ним за барную стойку. — К-конечно, до свидания… — рука с мигающим экраном телефона медленно опускается, испуганный взгляд все еще направлен куда-то вперед, сквозь предметы. — Что он сказал? — чуть ли не прыгая, сгорая от любопытства, спрашивает Сынмин. Но Хан молчит, абсолютно не реагируя. Хо хватает его за руку и молча тащит за собой в подсобку. — ЭЙ! А мне рассказать!!! — кричит в догонку им Сынмин. — Ну вы хоть предохраняйт.. — его речь прерывается громко захлопнутой дверью. Джисон испуганно смотрит на Ли, что заводит его в подсобное помещение. Он выглядит мраморной, спокойной статуей снаружи, но Хан чувствует его ярость, а что с ней делать — не ясно… «На что он вообще злится? На меня? То, что не смог постоять за себя и как подстилка себя веду перед начальством? Или то, что я не сказал сразу? На то, что не состоялось свидание? Что ему самому пришлось решать ситуацию?» В голове с космической скоростью развивался атомный взрыв, который заглушился одним самым интересным вопросом: — Что ты сделал? — Переодевайся. — коротко отвечает Ли, чувствуя, как злость в крови заменяется на алкоголь. Он слишком много выпил. — Как ты это сделал? Подожди, одним звонком кому-то? — начинает все больше осознавать бармен, возвращаясь на землю. — Переодевайся. — нотка нервности наконец проскользнула в его голосе впервые за вечер. — Ладно… — сдается временно Хан, понимая, что в любом случае форма ему уже не понадобится. Не понятно как, но он же ему помог. Хотя тревога не отпускала его сердце, что так и не могло понять чужое — Минхо как закрытая книга, ледяная крепость, плотная штора, что не впускала к себе ни грамма света. Послушно переодевшись, он поворачивается лицом к Ли, который сидит на диванчике, положив себе на ладони голову и зарываясь пальцами в волосы. — А как мы поедем, если ты столько выпил?.. — вдруг осеняет бармена. — На такси значит. — устало и раздраженно бросает Минхо. Градус опьянения быстро настиг его, разрывая толщи льда, что сдерживали любое проявление его эмоций. Он уже понял, что совершил ошибку. — Минхо… — тоскливо тянет Джисон, не понимая, что же с ним творится. — Ты на меня злишься? — Нет. — Тебе плохо? — аккуратно перебирает варианты Хан. Этот вполне логичен — у Хо банально могла закружится голова от резкого опьянения. Агрессия тут точно не поможет ни ему, ни Минхо, так что лучшим вариантом остается понять друг друга. — Нет. Грустно выдохнув, Джи подошел к Ли и присел рядом. Одну руку он ласково положил на дальнее плечо парня, не встретив ни грамма сопротивления. Он успел лишь жалобно взглянуть на Минхо, прежде чем тот рухнул на его колени, пряча свое лицо в ткань его джинс. Джисон удивленно уставился на парня, что теперь лежал на его ногах, пока внутри грудной клетки больно сжималось собственное сердце. Прежде идеальные волосы растрепались, плечи, завернутые к его груди, неестественно медленно вздымались под рубашкой. Сейчас он выглядит таким хрупким, таким обнаженным, хоть и полностью одет, что Хан растерялся. Ощущение, что беззащитный бездомный котеночек устроился на его ногах, ища безопасности, что никогда не видел за свою крохотную жизнь и любое движение или шорох могли его спугнуть. Медленно поглаживая его по голове, бармен терялся в догадках о том, что же может чувствовать Минхо, думая, что лучше пока не доставать его расспросами, дав немного времени. Сам же он больше не злится на него, ведь не за что. Он не ушел, не ругался и не сорвался на него, так еще больше — как-то смог отпросить с работы. Чего ему это стоило? Будут ли последствия? Почему он вообще ему помог? Неужели так сильно не хотел отпускать его сегодня?.. — Ханни… — вдруг скулит Хо. — М? — Прости меня… — Что? За что ты извиняешься? — Кажется это я сорвал наше первое свидание… — признается Минхо, переворачиваясь на коленях к нему лицом. Блестящие пьяные глаза с жалостью смотрят в его. — Что ты такое говоришь? С ума сошел? — Я перебрал… Ты такой красивый, Хани, — улыбнувшись, произнес он, дотронувшись до щеки Джисона. Удивление перемешалось с теплотой от такого нежного прикосновения. Он сейчас такой невинный и драгоценный, доверился ему, ненадолго приоткрыв свою плотную маску и Хан старается вести себя как можно осторожнее, чтобы не спугнуть, казалось, потихоньку приручающегося дикого котенка. — В таком состоянии нельзя в ресторан, да и меня безумно клонит в сон, — расстроенно продолжает Хо, убирая руку с его лица и отворачиваясь, не в силах смотреть на того, кого меньше всего хотел подвести. Под высоким градусом, на коленях парня, что магическим образом успокаивал его и зажигал вновь одним своим присутствием, он вдруг на пару секунд показал настоящего себя, сам того не совсем осознавая. — Эй… Ничего страшного, слышишь? Я не злюсь на тебя. — ласково ответил Хан, повернув его голову обратно к себе, чтобы видеть прекрасное лицо, что хмурилось между бровей. — Отдохни немного, и мы сходим куда-нибудь в другое место. Может тебе принести воды или покушать? — Нет, не уходи. — жалобно застонал Минхо, почувствовав, как его собираются выгнать из теплого уютного гнездышка на коленях Джисона. Маска хладнокровности слетает с каждым словом, да и смысл в ней совсем теряется. — Хорошо, не буду. — Ханни-я, ты такой мииилый) — почти внятно, тянув гласные и хихикая при этом мурлыкал Хо, взяв лицо Хана в свои руки: — Так бы и съел тебя! — Съел? — Да! — радостно воскликнул он, проводя по пухловатой губе Джи пальцем. — Слопал бы целиком. — Кто же тогда тебя по голове гладить будет?) — игриво ответил бармен, на что тут же рассмеялся от надувшегося Хо. — Тогда придется растягивать лакомство на подольше, — не без досады согласился парень на его коленях. Наверно, таким его видела лишь его мать, когда-то давно. Таким уязвимым, искренним, открытым. Какое-то время они лишь рассматривали друг друга с застывшими легкими улыбками на губах, как на лице Минхо он вдруг сошла и глубоко вздохнув, он поднялся с полюбившегося ему места. Он уселся рядом и хмурясь, задумчиво уставившись на наручные электронные часы. — Что случилось?.. — аккуратно спросил Джи. — В ресторан нам уже точно не успеть. — Ну и фиг с ним. — легко бросил бармен, на что Минхо оторвался наконец от часов и изучал уже его лицо, будто пытаясь прочесть в нем искренность. Видимо так и не обнаружив ни капли притворства, снова задумался, переведя взгляд уже куда-то в пол. И что творится в его голове? Немного выждав, на случай если он что-нибудь вдруг скажет, Джи мягко взял его за щеку, направляя лицом к себе. Так не произнеся ни слова, он лишь поддался вперед, осторожно касаясь губами уголка рта, будто на пробу. Не почувствовав ничего в ответ, он смелее коснулся губ, вновь остановившись в ожидании реакции. Но когда ее не последовало, и Хан с грустью и не пониманием в чем дело отстранился, его тут же поймали, сливаясь в долгожданном, мягком поцелуе. Горький привкус алкоголя и неудавшегося вечера сливался с нежностью и влюбленностью. Он был недолгим и легким, но от того не менее трепещущим для Джисона. Сомнений о чувствах между ними практически не осталось, и он сам старался довериться этому парню, что внезапно ворвался в его жизнь. Тем более он видел, как искренен с ним Минхо и не собирался оставлять его в этой игре по открыванию дверей одного. Что-то невероятно притягивало его в жажде слиться воедино с человеком, мнущим его губы. Отстранившись, Хо упал в его объятия, зарываясь в плечо. Что-то в нем продолжало бороться с опьянением и сонливостью, не оставляя попытки сохранить свою гордость и достоинство, боясь остаться раненым, доверившись напрасно, но эти глупые мысли улетучивались, пока он таял в руках Хана. Минуты тянулись в плавном темпе унисона их бьющихся сердец, пока Джисон не осознал, что тело в его руках совсем обмякло, а дыхание стало ощутимо медленнее. Он и правда уснул, сопя как котеночек, совсем расслабившись рядом с ним. Заказывая такси, Хан думал, как бы дотащить его до машины желательно не разбудив, но на руках он его не донесет, а другого способа и не существует. Так что мягко потрепав его по волосам, он прошептал извинения и вскоре наблюдал сонного, слегка помятого кота по имени Минхо. — Я вызвал такси, машина уже подъехала. Пойдем?.. — нежно спросил Джи, направляя еще не особо осознающего происходящее парня к выходу. — У кого-то будет трахен-трахен, — начал прикалываться Сынмин, моментально среагировавший на их появление в зале. — Да что ты несешь, господи! — Этот засранец… — пусть сонный и опьяневший, но Хо среагировал на язвительный голос за барной стойкой. Он начал говорить, но прервался так и не продолжив, приложив руку к своему горлу и медленно проведя большим пальцем поперек него, явно на что-то намекая. — Ну подробности ваших игр меня не особо интересуют, хотя вот видео… — совсем не смутившийся от очередной угрозы, продолжал Мин. Хан же лишь закатил глаза с обреченным «Ох» на выдохе. — Пошли, — подтолкнул он пьяного парня, что вцепился взглядом в его коллегу. — Буду ждать эксклюзив! — радостно заявил Минни, скрывающимся в проходе парням. — Как дети малые, ей Богу. —любя добавил он уже про себя. Легкая усмешка и улыбка на его лице лишь говорила о том, какими забавными он их видит, пока они сами, будучи по уши влюбленными, не осознают этого. Его рабочий день начинается пусть и позже положенного, но с хорошей ноты. Выговор начальства за задержку открытия бара точно стоил картины, что развернулась сегодня перед ним. В конце концов, кто если не он поможет этим дурачкам, верно?