Глава 13.
20 июня 2026 г., 11:32
Флэшбэк 6
15 сентября 2006 года Драко тяжело дышал, сворачивая на очередную узкую улочку Лютного переулка. Он выставил вперёд палочку, готовый поразить цель заклятием, но успел лишь мельком увидеть край мантии, исчезнувший за следующим поворотом. — Чёртов Мерлин, — пробормотал Драко и рванул дальше. Он слышал грохот и треск ящиков, бочек и прочего хлама — всё это летело в стороны под воздействием заклинаний и грубой силы. Если бы ему не приходилось сосредотачиваться на том, чтобы уворачиваться, перепрыгивать и порой просто уничтожать эти препятствия, он бы уже закатил глаза от банальности происходящего. — СТУПЕФАЙ! — выкрикнул он, вложив в заклятие все оставшиеся силы. К сожалению, заклинание лишь скользнуло мимо плеча волшебника и врезалось в кирпичную стену напротив, оставив на ней подпалину, с которой на землю осыпалась голубоватая пыль. — Чёрт, — выругался Драко, стараясь не отставать, и в очередной раз пожалел, что сегодня надел ботинки из драконьей кожи с гладкой подошвой. Они плохо подходили для бега — в подобных ситуациях он предпочитал маггловские кожаные ботинки с куда более цепким протектором. Порядком устав играть в догонялки с тёмным магом, Драко на мгновение попытался представить, что находится где-нибудь в другом месте, а не мчится по тёмным и грязным закоулкам Лютного переулка, и выдохнул почти безучастно: — Экспекто Патронум. Перед ним возник призрачный белый павлин. Собрав остатки сил, Драко коротко приказал ему передать любому свободному аврору, чтобы те направлялись на главную улицу Лютного переулка — именно туда двигалась его цель. Это было крайне невыгодно, потому что в пятницу улица кишела сомнительными личностями, и беглец легко мог в них раствориться. Камни мостовой глухо стучали под его шагами, когда он врезался в толпу, едва не сбив с ног какую-то чудаковатую старуху. Он судорожно оглядывался, выискивая цель: метал взгляд вверх и вниз по улице, хватал воздух короткими, рваными вдохами. Услышав громкий хлопок где-то впереди, Драко крепче сжал палочку. Этот ублюдок был не дальше чем в пятнадцати метрах, но этого оказалось достаточно: спрятавшись в толпе, он успел сориентироваться и аппарировать Мерлин знает куда. Драко запрокинул голову, тяжело дыша; грудь ходила ходуном, пот стекал по лицу. — Вот он! — раздался визгливый, раздражающий голос. — Всем святым… — пробормотал Драко, выпрямляясь и вытирая пот со лба. — Где он? — На него тут же насели с двух сторон Избранный идиот и его второсортный приспешник, принявшие довольно неубедительные угрожающие дуэльные позы. — Ушёл, — сухо ответил Драко. Поттер опустил палочку и выпрямился. — Тогда зачем ты нас вызвал? — спросил он, явно не понимая. — Я вас не вызывал, — пробормотал Драко, разворачиваясь и направляясь обратно к Косому переулку. — Ты вызвал «кого-нибудь свободного», — пояснил Уизли, шагая за ним. — Вот мы и оказались теми самыми. — Ну, теперь уже неважно. Он всё равно сбежал. — Ты же гоняешься за ним уже несколько месяцев? — спросил Поттер. — Спасибо, что напомнил, — закатил глаза Драко. Эти двое не видели его лица, но он надеялся, что сарказм в голосе был очевиден. — Всегда рады помочь, — отозвался Поттер. Похоже, тонкости интонации до них всё же не доходили. — Как он ушёл? — не унимался Уизли. Рука Драко снова сжала палочку, запястье дёрнулось в сторону рыжего, а на кончике языка уже вертелось проклятие. Ему совершенно не хотелось объяснять, как подозреваемый Пожиратель Смерти в очередной раз ускользнул. И без того было унизительно уступить какому-то грязному преступнику, не говоря уже о возможном Пожирателе. Драко не собирался разжёвывать свои провалы тем, кого считал едва ли не главным проклятием в своей жизни. Это было дело, которое тянулось дольше всех. Дело с наибольшим числом шансов на поимку. Дело, которое он воспринимал слишком лично. Раздражение накрывало его густым туманом, застилая мысли, куда бы он ни посмотрел. — Думаю, он не ответит, — тихо сказал Поттер у него за спиной, вероятно, обращаясь к Уизли. Возможно, сарказм он и не улавливал, но обстановку читать умел. Они молча поднялись по ступеням в Косой переулок. Единственным доказательством того, что они всё ещё следуют за ним, был неровный и несогласованный топот их шагов. Пока Поттер не нарушил благословенную тишину и, разумеется, самым раздражающим образом: — Эй, Вубди… Драко резко развернулся. Оба врезались в него и отшатнулись, будто наткнулись на стену. Он смотрел на них сверху вниз, пока Поттер поправлял очки, а Уизли приглаживал растрёпанные волосы. — Ни при каких обстоятельствах не разговаривайте со мной до конца дня, — холодно бросил он. — Но мы всего лишь хотели… — начал Уизли. — Нет. Я не хочу это слышать, — процедил Драко сквозь зубы. Он снова развернулся и зашагал прочь, делая шаги шире, чем нужно, лишь бы быстрее добраться до общественных каминов. Вернувшись в Отдел Магического Правопорядка, Драко забрал с рабочего стола толстое досье и заперся в одной из переговорных. Затем он затемнил все стеклянные стены, чтобы никто не видел, чем он занимается, и даже просто не видел его. Спустя некоторое время он тяжело вздохнул и отступил от длинного стола, заваленного пергаментами, фотографиями и прочими уликами. Драко взглянул на часы: было половина пятого. Обычно он бы порадовался пятнице, но сейчас собирался остаться и работать без перерыва, намереваясь закрыть это дело в самое ближайшее время. Не прошло и нескольких минут, как в дверь постучались четырёхглазый урод и долговязый рыжий. Осмелившись войти без приглашения, они только дали Драко повод начать свою гневную тираду. Однако Поттер, кажется, это почувствовал и поднял руки, словно подходил к пугливому животному. — Мы не желаем тебе зла, — сказал Поттер мягким, хоть и слегка насмешливым тоном. Драко закатил глаза. — Я уверен, что физически вы не причините мне вреда, но вот психологически… — Я же говорил, что это плохая идея, — пробормотал Уизли Поттеру на ухо. Драко отвернулся обратно к разложенным на столе уликам. — Чего вы хотите? У вас есть две минуты, прежде чем я прокляну вас обоих. — Типа как тебе стоило проклясть своего волшебника сегодня днём? — тихо усмехнулся Уизли, обращаясь к Поттеру. Не теряя ни секунды, Драко направил палочку на Уизли, приставив её к его шее. — Повтори, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. Пока Поттер посмеивался, чем заслужил убийственный взгляд Драко, Уизли быстро пошёл на попятную: — Эй-эй-эй, я же шутил. — Когда Драко не опустил палочку, рыжеволосый продолжил: — Давай сделаем вид, что я ничего не говорил, ладно? И вернёмся в тот прекрасный момент, когда твоя палочка не была нацелена мне в горло. Драко опустил палочку. — Ладно. Но теперь у тебя есть одна минута и пятнадцать секунд, прежде чем я тебя действительно прокляну, — он перевёл взгляд на Поттера, — вас обоих. — Ага, ладно, — ответил Поттер таким тоном, будто совсем не воспринимал угрозу Драко всерьёз. — Сегодня вечером куча народу идёт в «Виверну». Ты с нами? — Нет, — решительно ответил Драко и снова вернулся к работе. — Говорят, придёт почти весь Отдел Магического Правопорядка… Ну, по крайней мере, весёлые авроры, — добавил Уизли. — Мне всё равно, — вздохнул Драко, перекладывая пергаменты в другую стопку. — Там будут не только сотрудники Отдела Магического Правопорядка, но и коллеги из других мест, — подначивал его Поттер. — Развлекайтесь, — сухо бросил Драко. Уизли пробормотал что-то себе под нос, и это звучало как «он не понимает». — Чего я не понимаю? — резко спросил Драко, оборачиваясь и сверля взглядом мужчин, которые упорно мешали ему провести вечер спокойно. — Во вторник у Гермионы день рождения, — выпалил Уизли, слегка расширив глаза, словно сам был удивлён, что проговорился. — И что? — Разумеется, Драко уже это знал. Он слышал их разговоры о её дне рождения в прошлые годы и давно запомнил дату. И, к его досаде, у него не было ни малейшего повода связаться с ней в этот день… ни чтобы поздравить, ни тем более чтобы подарить что-то изысканное. — Те самые коллеги из «других мест» — это Святой Мунго, — пояснил Поттер. Драко переводил взгляд с одного на другого, ожидая, что кто-нибудь продолжит. Он терпеть не мог эту их дурацкую игру в загадки. Почему они не могут просто сказать прямо, чего хотят? Неужели они и между собой так разговаривают? В любом случае уступать он не собирался, а у этих идиотов оставалось секунд десять, прежде чем Драко выполнит своё обещание. После нескольких напряжённых мгновений тишины Поттер тяжело вздохнул и вскинул руки: — Все идут в «Виверну», чтобы заранее отметить день рождения Гермионы. Теперь разговор действительно стал интереснее: Поттер и Уизли наконец-то перешли к сути. В приступе милосердия Драко мысленно остановил отсчёт до проклятия. Просто потому, что место в его голове, где тикали секунды, теперь заполнили мысли о том, кружащиеся с невозможной скоростью: как эти двое вообще пришли к такому? Первый вариант: сегодня вечером в «Виверне» будет много людей из их Отдела, и по какой-то причине они не хотят, чтобы Драко остался в стороне. Такой сценарий казался маловероятным, поскольку его редко звали куда-либо и уж точно не переживали, заденет ли это его чувства. Второй вариант, который Драко определенно предпочитал, заключался в том, что Грейнджер сама попросила их пригласить его. Одна только мысль об этом ускорила его пульс. Но и это казалось сомнительным. С тех пор как он получил травму на квиддичном карнавале в мае, они почти не общались. Максимум — кивок через комнату или короткое дружелюбное приветствие на ходу. Хотя, если честно, был один момент… Драко любил вспоминать его как «напряжённый»: тогда их взгляды встретились через переполненный зал «Виверны» пару месяцев назад. В тот вечер он в последний момент узнал, что Грейнджер будет в пабе, и сделал вид, будто и без того собирался туда пойти, и уж точно не из-за неё. Но всё же Драко не верил, что одного такого эпизода достаточно, чтобы эта парочка смертельно опасных идиотов решила пригласить его на её день рождения. Отогнав лишние мысли и вновь приняв образ привычно невозмутимого и отстранённого Малфоя, Драко решил «вести себя естественно». — Ну, как видишь, Уизли… и Поттер — хотя тебе, возможно, хуже видно, — Поттер усмехнулся на выпад насчёт его зрения, — я сегодня довольно занят. Уизли закатил глаза. — Просто отправь оповещение дежурным аврорам и держи при себе маячок и доступ к камину. Уверяю тебя, сколько бы ты сегодня ни пялился в бумаги, это мало что изменит. — Я так рад, что у нас есть такие преданные своему делу авроры, которые следят за нашей безопасностью, — заметил Драко. — Если серьёзно, Малфой, может, тебе и правда стоит немного отвлечься от дела? И Рон прав, просто отправь оповещение, и дежурные авроры свяжутся с тобой, если его заметят, — сказал Поттер. Если не обращать внимания на откровенную назойливость, их настойчивость была, безусловно, любопытной и отлично вписывалась в обе теории Драко о том, зачем они вообще его зовут, несмотря на всю их маловероятность. Никогда раньше они так не стремились затащить его куда-либо… Разве что в тот раз, когда он только закончил испытательный срок и они потащили его в «Виверну». Казалось, история обречена повториться. Драко сжал кулаки, чтобы собраться с мыслями, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — Вы что, так и будете спрашивать, пока я не соглашусь? — спросил он, скрестив руки на груди. — Ну, раз уж мы совы, надо же доставить послание, — пожал плечами Уизли, за что получил смешок от Поттера. — Что? — нахмурился Драко. — Ничего, — быстро ответил Поттер, перебивая Уизли, прежде чем тот успел что-то добавить. — Просто приходи в эту чёртову «Виверну» позже. Драко прищурился. — Ладно. — Отлично, — с облегчением выдохнул Поттер. — Увидимся там! — слишком уж бодро, на взгляд Драко, добавил Уизли. Когда эти надоеды наконец оставили его в покое, Драко неторопливо начал собирать материалы дела, позволяя себе ещё раз обдумать всё произошедшее за день: выявить возможные причины, по которым он до сих пор не поймал этого типа, и понять, не упускает ли он чего-то важного. Как бы ему ни было неприятно это признавать, в словах Уизли, возможно, была доля правды. Драко (неохотно) соглашался: просидеть всю ночь над бумагами вряд ли поможет поймать тёмного волшебника, но, по крайней мере, создаст ощущение, что он что-то делает. Перед уходом он проинструктировал дежурных авроров, которым предстояло патрулировать город этим вечером: рассказал о ходе дела, описал, кого и что искать, и объяснил, как действовать, если они наткнутся на разыскиваемого волшебника. Драко почти не сомневался, что те вряд ли случайно столкнутся с тёмным магом во время обычного патруля, но ещё больше он бы злился на себя, если бы пропустил этот шаг, а на выходных поступило бы сообщение о его появлении. По пути к выходу он захватил маячок, чтобы авроры могли с ним связаться при необходимости, и пропуск к неотслеживаемой каминной сети. И только тогда позволил себе снова вернуться мыслями к странному разговору с Чудо-мальчиком и его компанией. Что Уизли имел в виду, говоря, что они «совы»? И почему они так упорно настаивали, чтобы он пришёл? Обычно Драко предпочитал не зацикливаться на том, что делают или говорят эти двое, но в этот раз был особый случай, учитывая участие Грейнджер. Оказавшись в лифте, который ему удалось занять одному, Драко тряхнул головой, пытаясь притормозить поток мыслей и вернуть себе здравый смысл. Никогда раньше его не волновало, что говорят или делают Поттер с Уизли, и уж точно он не собирался начинать сейчас. Важно было лишь одно: он идёт в «Виверну», и там будет Грейнджер. Это его шанс наконец нормально поговорить с ней — в здравом уме и без сотрясения мозга. Хотя, если честно, в тот вечер пару месяцев назад он шёл в «Виверну» с той же мыслью… Вот только тогда у него не было его «секретного оружия». Переместившись по каминной сети в «Необузданный Грифон», перед тем как уйти, Драко отправил Патронуса не кому-нибудь, а самому Теодору Нотту. Тео не только прекрасно разбирался в зельях, но и вполне сносно справлялся с ролью «подсадного игрока». Когда Драко рассказал ему о своей неудачной попытке поговорить с Грейнджер пару месяцев назад, друг с энтузиазмом предложил помощь — организовать для него возможность побыть с ней наедине при первой же возможности. Неудивительно, что, едва Драко открыл дверь квартиры и прошёл по коридору, он уже услышал, как Тео болтает с Кинди. Впрочем, он и не сомневался, что тот успеет раньше него, ведь Тео никогда не упускал шанса выпить… или устроить хаос — что, как правило, шло в комплекте. — Ну да, заходи как к себе домой, пиво в холодильнике, — бросил Драко, проходя в гостиную. — Как ты смеешь так меня оскорблять, юный Драко? Мне, пожалуйста, бокал твоего лучшего выдержанного красного. — Сейчас всё будет, господин Тео! — Кинди с готовностью бросился выполнять заказ. Маленький эльф подбежал к Драко и дёрнул себя за уши. — Кинди может что-нибудь принести господину Драко? — Только пиво, спасибо, Кинди. Эльф кивнул и побежал на кухню. — И чем же я обязан такому приглашению? — спросил Тео, скидывая обувь и разваливаясь на диване. Драко сел в кресло напротив. — Павлин должен был тебя проинформировать. — Я предпочёл бы услышать это от тебя, — ухмыльнулся Тео. Драко закатил глаза. — В «Виверне» собираются выпить по случаю дня рождения Грейнджер. Подумал, тебе будет интересно. — Ещё бы не интересно, — начал Тео с подозрительным энтузиазмом. — Только полный идиот упустит шанс посмотреть, как ты снова облажаешься при попытке пообщаться с Грейнджер. Может, для подготовки пересмотрим воспоминания прошлых попыток? А завтра сравним с сегодняшней катастрофой, — рассмеялся он. — Спасибо за поддержку, — проворчал Драко, принимая бутылку пива из рук Кинди. Тео хмыкнул и сделал глоток вина. — Ну и какой план? — Никакого. Пойдём в паб и будем действовать по обстоятельствам. — Ужасный план. Тем более такой подход уже не раз тебя подводил. — Тогда давай ты, — Драко кивнул бутылкой в его сторону, — что-нибудь придумаешь, а я решу, стоит ли это вообще делать. — Я уже вижу, что ты отвергнешь любой вариант, который я предложу. — Ну-ну, это зависит исключительно от того, насколько продуман будет план, — подмигнул Драко, делая глоток пива. Тео задумался на минуту. — А почему бы тебе не посмотреть на это как на дело, которое нужно раскрыть? Подойди к этому стратегически, так сказать. Попробуй сопоставить «улики» из прошлых разговоров. Я, между прочим, вполне серьёзно говорил про «пересмотреть твои воспоминания». — Это самая идиотская вещь, которую я когда-либо слышал. Тео вскинул руку, сдаваясь. — И зачем я вообще здесь тогда? — возмущённо спросил он. — В основном, в качестве козла отпущения. Тео уже открыл рот, чтобы возразить, но Драко рассмеялся и перебил его: — Я переоденусь, — объявил он, поднимаясь с кресла. — То есть что, в итоге во всём всё равно обвинят меня?! — крикнул Тео ему вслед, когда Драко направился в спальню. — Технически это и будет твоё дуракаваляние. Моё — только по ассоциации, — отозвался Драко. Закрывая за собой дверь, он услышал, как Тео пробурчал: «Грейнджер на это не купится». И, увы, Драко был вынужден согласиться. Стараясь выглядеть «непринуждённо», он выбрал тёмно-зелёные брюки, белую рубашку и маггловские кожаные ботинки — на случай, если сегодня вечером тёмные волшебники будут гоняться за нюхлерами. — О-о, да ты сегодня щеголь! — прокомментировал Тео, когда Драко вернулся в гостиную, будто и не было никакого недавнего спора. — Кажется, это первое приятное слово, что ты сказал за весь вечер, — заметил Драко. — Не привыкай, — отмахнулся Тео и тут же продолжил: — Слушай, эта «Виверна» — это же тот бар, которым заправляют сквибы в маггловском Лондоне? — Он самый, — подтвердил Драко. Тео кивнул, протянул бокал Кинди, чтобы тот долил вина, поблагодарил эльфа и снова уставился на Драко: — Хм, тогда это обещает быть весело. Нас ведь обоих, насколько я помню, активно отговаривали туда ходить, даже после войны. Кто бы мог подумать, что именно ты первым вырвешься из чистокровного шаблона. Моё почтение, Драко. — Он приподнял бокал в его сторону. — Я не то чтобы люблю туда ходить, — фыркнул Драко. — Если только там нет Грейнджер, конечно, — ухмыльнулся Тео своей фирменной самодовольной улыбкой. Драко тяжело вздохнул: — Если только там нет Грейнджер. Следующие пару часов они болтали обо всём подряд. Давненько им не удавалось провести столько времени вдвоём вне их (чуть более) широкой компании. Когда часы пробили десять, два волшебника, уже изрядно «разогретые», покачиваясь, направились к «Необузданному Грифону», чтобы воспользоваться каминной сетью и попасть в «Виверну». — Куда мы вообще идём? — захихикал Тео, отталкивая Драко от решётки. — В «Шатающуюся Виверну», идиот. — Драко толкнул его в ответ. — А-а, точно. Паб Грейнджер. — О, Салазар… — пробормотал Драко, наблюдая, как Тео хватает слишком много летучего пороха, выкрикивает пункт назначения и исчезает в зелёном пламени. Драко решил выждать пару минут, чтобы дать Тео прийти в себя. Заодно привести в порядок собственные мысли и напомнить себе цели на вечер. Он был вынужден признать, что днём они с Тео слегка перебрали, и теперь он уже начинал жалеть о количестве выпитого. Придётся притормозить, если он вообще хочет не только заговорить с Грейнджер, но и звучать при этом связно. Впрочем, если всё пойдёт наперекосяк, у него уже есть, на кого это свалить. Мысль о разговоре с Грейнджер вызвала тёплое покалывание, которое поднималось от кончиков пальцев к груди. Ощущение больше напоминало возбуждение, нежели тревогу. Возможно, предварительные «разогревочные» напитки с Тео оказались не такой уж плохой идеей: любые неприятные мысли почти сразу растворялись, сменяясь лёгким, парящим чувством. Что-то похожее он испытывал в тот раз, когда разговаривал с ней после сотрясения, находясь под действием лекарств, только сейчас он сохранял чуть больший контроль над собой. Наконец собравшись с духом, Драко взял горсть пороха, шагнул в камин и чётко произнёс: — «Шатающаяся Виверна». Стоило ему появиться в помещении, как по ушам тут же ударила громкая, пульсирующая музыка. Как владельцам удалось выжать столько баса из старого граммофона — оставалось загадкой. Открыв дверь в основной зал, Драко испытал ещё один удар по органам чувств: разноцветные огни, вращающиеся в полумраке, густой влажный воздух… и толпы людей. Неужели Грейнджер действительно знакома с таким количеством людей, чтобы позвать их всех сюда? Возможно, его приглашение не было столь особенным, как ему хотелось думать. При таком раскладе у Драко почти не оставалось шансов поговорить с Грейнджер с глазу на глаз. Надо было приходить раньше, но Тео настойчиво утверждал, что это будет «и невежливо, и жалко, и отчаянно». Похоже, чем больше Драко пил, тем легче он соглашался с его идеями. Кстати о Тео — его нигде не было видно. Это было совсем на него не похоже: и исчезнуть, и упустить возможность повеселиться. Решив, что тот объявится позже, Драко направился к бару, ловко лавируя между людьми и вежливо кивая знакомым. Такие моменты невольно заставляли его задуматься, как далеко он продвинулся со времён войны (алкоголь, конечно, тоже способствовал внезапной рефлексии). То искупление, за которое он так упорно боролся, особенно остро ощущалось здесь: вместо презрительных взглядов он встречал кивки и сдержанные улыбки. У бара к нему сразу подошёл бармен: — Как обычно? Но прежде чем Драко успел ответить, чья-то рука обвилась вокруг его шеи, а чьё-то лицо оказалось слишком близко. — «Как обычно»?! — проорал Тео ему в ухо сквозь грохот музыки. — А как же «я не особо люблю сюда ходить»? Драко встретился взглядом с барменом, который поднял брови, и едва заметно покачал головой, мол, не слушай этого идиота. — Нам три шота чего-нибудь, два огневиски и сливочное пиво! — прокричал Тео, перекрывая музыку. Бармен кивнул и ушёл за заказом. — Шоты? Серьёзно? И почему три? И кому всё остальное? — так же громко спросил Драко. — Два шота — чтобы ты догнал меня, потому что я, возможно, уже выпил один, пока ждал. Один шот ты возьмёшь с собой. Огневиски — чтобы позже потягивать и не бегать к бару. А сливочное пиво — для Лавгуд, она вон там. — Тео кивнул в сторону Луны Лавгуд, которая сидела в углу и задумчиво глядела в пустоту. — Быстро ты, — заметил Драко. Тео пожал плечами: — Мы пришли одновременно, и она предложила угостить меня первым напитком. Кстати, место отличное! Почему ты всё это время его скрывал? Надо обязательно провести здесь следующий «Змеиный вечер». Драко закатил глаза: — Ты можешь представить Пэнси в таком месте? — Привыкнет, как и ты, — рассмеялся Тео, когда перед ними поставили шоты. — Запишите на его счёт, — добавил он, указывая на Драко. Бармен посмотрел на Драко с вопросительным выражением лица. Тот лишь вздохнул и кивнул. Тео схватил одну из рюмок и торжественно поднял её перед собой: — Салют! Драко последовал его примеру и чокнулся с ним. — Твоё здоровье, — произнёс он куда менее воодушевлённо. Оба тут же опрокинули загадочные шоты. — Ого! — воскликнул Тео, с грохотом ставя пустую рюмку на стойку. Драко скривился и изо всех сил постарался удержать выпитое внутри. Он даже приблизительно не мог понять, что именно только что проглотил. — Ещё разок, юный Драко, — подбодрил Тео, вкладывая ему в руку последнюю рюмку. — Я для этого уже слишком стар, — пробормотал Драко скорее себе, чем кому-то ещё, но всё же взял рюмку и снова осушил её. На этот раз он ударил кулаком по стойке, пытаясь справиться с отвратительным послевкусием. — От этого твоя грудь волосами покроется, — рассмеялся бармен, забирая пустые рюмки. — Слышал, Драко? Наконец-то ты станешь мужчиной! А теперь выпрямись и займись чем-нибудь полезным со своей новообретённой сексуальной зрелостью, — добавил Тео. Драко закатил глаза, взял свой напиток и начал осматривать толпу. Грейнджер по-прежнему не было видно, хотя это ещё ничего не значило: она была довольно невысокой, и в больших скоплениях людей её всегда трудно было заметить. Особенно теперь, когда со времён подросткового возраста она научилась укрощать свои волосы. Оглядывая «Виверну», Драко заметил, как Тео тихо ускользнул обратно к Лавгуд, которая, похоже, даже не заметила его отсутствия. На месте были все привычные лица: Отдел Магического Правопорядка явился почти в полном составе, да ещё и с примкнувшими коллегами из других Отделов. Драко заметил нескольких целителей — своих бывших однокурсников, которые теперь работали вместе с Грейнджер со времён её службы на передовой в Отделении неотложной помощи Святого Мунго. Он также узнал несколько лиц, встречавшихся ему во время визитов в её нынешний офис. Драко начал делать неизбежные круги по залу, надеясь наткнуться на ту компанию, с которой сейчас разговаривала Грейнджер. В итоге ему, к сожалению, пришлось пересказывать историю о почти пойманном сегодня тёмном маге другим аврорам чаще, чем хотелось бы. И даже краткая версия неизменно заканчивалась сочувственным: «В следующий раз обязательно поймаешь». Раздражённый и вновь вспомнивший, почему он весь день прятался в одной из переговорных вместо того, чтобы работать за своим столом, Драко пробрался обратно к Тео. Тот выглядел весьма увлечённым разговором с Лавгуд. За последние полчаса их беседа, похоже, стала ещё более оживлённой, и теперь они сидели гораздо ближе друг к другу, чем раньше. Когда Тео заметил его, он отвёл взгляд от Лавгуд и повернулся к Драко: — Ну как, повезло? — Ничуть, — вздохнул Драко, ставя пустой стакан на стойку. — А зачем тебе удача? — перекрикивая музыку, спросила Лавгуд. — Ах, — Тео обернулся к ней, — Драко хочет сегодня поговорить с Грейнджер, но пока её не видел. — Какого чёрта, Тео? — возмутился Драко, шлёпнув друга по плечу. Тот лишь пожал плечами. Лавгуд на мгновение нахмурилась, сосредоточившись, затем расслабилась. Она коснулась руки Тео и указала куда-то за его спину — на лестницу, ведущую к складу над баром. И действительно, там стояла Грейнджер, разговаривая с Джинни Уизли, — в единственном месте, куда Драко ещё не заглянул. Как ни странно, Лавгуд никак не могла увидеть их сквозь толпу с того места, где сидела. Должно быть, она заметила, как Грейнджер направлялась в ту сторону. — Ну-ну-ну, и что у нас тут, — протянул Тео, поднимаясь со стула и глядя в указанную сторону. Затем он приподнял бровь, посмотрев на Драко, снова сел и повернулся к Лавгуд: — Не поможешь мне, Луна? Драко едва успел осознать, что Тео назвал Лавгуд по имени, как между песнями возникла короткая пауза, и ведьма уже стояла на подножке стула, окликая младшую Уизли и жестом подзывая её к себе. Тео вскочил и с силой толкнул Драко в сторону Грейнджер. Будь Драко трезв, он бы точно повалил Тео на пол за такой идиотский поступок. Но в его нынешнем состоянии он лишь споткнулся и подался вперёд, едва не врезавшись в Уизли и ещё нескольких людей, которые, к счастью, успели отскочить. И вдруг, без всякого предупреждения, он остановился прямо перед Гермионой Грейнджер. Драко окинул её взглядом, выпрямляясь. На ней были ботинки, маггловские джинсы и короткая белая кружевная блузка. Волосы, несмотря на влажность в пабе, лежали аккуратно: густые кудри спадали на плечи и вдоль спины. И, наконец, он заметил ярко-красную помаду. У Драко пересохло во рту. Он резко обернулся к Тео, который уже развернулся на стуле, наблюдая за результатом своих усилий, и заговорщически ухмылялся. Лавгуд и Уизли тем временем оживлённо о чём-то беседовали, пока Тео продолжал почти пугающе следить за Драко сквозь вновь сгущающуюся между ними толпу. Драко снова повернулся к Грейнджер и увидел, что она смотрит на него снизу вверх, с лёгкой улыбкой и приподнятыми в ожидании бровями. — Эм… — Он шагнул в сторону, становясь между ней и барной стойкой, надеясь, что сидящие на табуретах люди скроют его от взгляда Тео. Когда она повернулась к нему, Драко украдкой снова взглянул назад и увидел, что Тео всё ещё наблюдает за ними. С раздражённым стоном Драко положил левую руку на локоть Грейнджер и отодвинул их на пару шагов вправо — так, что теперь они стояли под лестницей, ближе к стене, а жёсткое дерево барной стойки упиралось ему в поясницу. Это место в пабе не было уединённым: они не прятались и не становились невидимыми. Но из-за того, что свет сюда почти не доходил, перекрываемый лестницей и антресолью, обстановка получалась на удивление интимной. В груди у Драко появилось лёгкое трепетание. Это было знакомое ощущение, напоминающее о других случаях, когда он оказывался с Грейнджер в полутёмных местах. Осознав, что всё ещё держит её за руку, Драко поспешно убрал ладонь и извинился, избегая её взгляда. И только в этот момент до него дошло, что он, по сути, загнал её вместе с собой в тёмный угол. Даже несмотря на то, что она не сопротивлялась, выглядело это чертовски жутко. Отличное начало, ничего не скажешь. Испытывая непреодолимую потребность оправдаться (свалить всё на Тео), Драко заговорил, перекрикивая музыку: — Мой друг, э-э… он… он толкнул… — Слова застряли, потому что он не знал, как назвать Тео идиотом, не объясняя при этом, почему тот идиот. Грейнджер не ударила его по яйцам и не ушла, как будто в отместку за его сегодняшнее милосердие к её друзьям. Напротив, она начала смеяться. — Ну и хорошо. А то я уже начала думать, что после твоего квиддичного происшествия в мае у тебя остались проблемы с мозгом, влияющие на координацию. Но теперь, после этой путаницы в речи, я снова начинаю сомневаться, что ты полностью восстановился. — Между прочим, я отлично оправился после того случая. — Правда? Больше не думаешь, что ты мёртв, и ангелы к тебе не являются? — рассмеялась она. Драко на мгновение замолчал, наблюдая за ней и слушая её смех. Его взгляд метался между её глазами, которые казались невероятно тёмными и глубокими даже при тусклом свете. — Я не так уж часто тебя видел с тех пор, так что, увы, ангелов почти не встречал. Улыбка Грейнджер мгновенно исчезла, её губы слегка приоткрылись, глаза расширились, когда она посмотрела на него. Драко был уверен, что выглядит так же, потому что всё его тело будто нагрелось на несколько градусов. Понимая, что свалить эту реплику на Тео будет затруднительно, он отчаянно захотел развернуться и биться головой о стойку, пока не сможет списать свои слова на настоящее повреждение мозга. Впрочем, хотя бы свою прямолинейность (неуклюжесть) он мог списать на алкоголь, но это казалось откровенно трусливым, учитывая, что он говорил искренне. И он искренне надеялся, что Тео не вздумает, как обещал, удерживать его и вытягивать из памяти этот момент для «разбора», потому что тогда Драко этого никогда не переживёт. Они долго молча смотрели друг на друга, пока спасение не пришло в виде громкого: — Эй, вы двое! — раздавшегося у Драко за спиной. Взгляд Грейнджер скользнул к тому, кто это крикнул, и Драко решил, что стоит обернуться и поблагодарить спасителя за избавление от этого мучительно неловкого момента. Обернувшись, он увидел, как бармен пододвигает к нему два напитка. — От ваших друзей, — кивнул тот в сторону конца стойки. Драко даже не стал смотреть — он и так понял, что это проделки Тео, скорее всего при содействии Лавгуд. — Спасибо, — громко сказал он, беря оба бокала. В одном, побольше, была мутно-белая жидкость поверх более тёмной, с трубочкой и долькой лимона. В другом, поменьше, плескалась, похоже, двойная порция тёмного ликёра. Предположив, какой напиток кому предназначен, Драко протянул большой бокал Грейнджер. — Мой любимый! Он сказал, кто заказал? — спросила она, размешивая напиток трубочкой. — Один назойливый засранец, — ответил Драко, отпивая из своего. Как оказалось, это был огневиски. Грейнджер тихо промычала, сделав глоток. — Покажешь потом, хочу поблагодарить. — Не стоит. Готов поспорить на свой сейф, что это записали на мой счёт. Грейнджер рассмеялась. — Тогда спасибо тебе. Это недёшево. — Она приподняла свой бокал. Драко чокнулся с ней, и оба сделали ещё по глотку. — А что это вообще такое? — спросил он, кивнув на её напиток. — Лонг-Айленд айс-ти. Ты что, ни разу не пробовал? Он отрицательно покачал головой. — Логично, он маггловский. Раз уж ты заплатил, должен попробовать. — Грейнджер сделала шаг ближе, подняла бокал и слегка наклонила трубочку в его сторону. Мозг Драко словно завис, пока он смотрел на неё. Теперь, благодаря их внезапной близости, он мог различить её медово-ванильные духи сквозь густой, тяжёлый запах паба. Причём эту близость полностью контролировала Грейнджер: Драко уже был прижат к барной стойке за спиной и не мог отступить, даже если бы захотел. И вдобавок ко всему она ещё и предлагала ему пить из своей трубочки. Драко несколько раз моргнул, пытаясь «перезагрузить» мозг. Не разрывая зрительного контакта, он наклонился ещё ближе и сделал глоток из её трубочки. Драко не любил думать о магглах плохо, но, чёрт возьми, Мерлин… Он выпрямился, зажмурился и отвернул голову, пытаясь (и не сумев) сдержать приступ кашля. Грейнджер рассмеялась над ним и вышла из-под лестницы, подтягивая один из ближайших барных табуретов, который только что освободился. — Вот, садись. Драко подтянул табурет на то место, где стоял раньше, всё ещё прикрывая рот локтем, и сел, пережидая остатки кашля. Первое, что он отметил, — теперь они с Грейнджер оказались примерно на одном уровне, поскольку она стояла прямо перед ним. Второе — она снова оказалась на прежнем расстоянии от него. И это Драко совсем не понравилось. Будучи, как он считал, человеком дальновидным (пусть и с заметно ослабленными тормозами), он чуть шире расставил колени, делая вид, что просто устраивается поудобнее на табурете — на случай, если Грейнджер захочет встать между ними. Когда он убедился, что разговор не вызовет нового приступа кашля, Драко решил, что будет разумно поделиться своим мнением о её «любимом» напитке. — Это отвратительно, — заключил он, отпивая из своего бокала. — Признаю, к нему нужно привыкнуть, — пожала плечами Грейнджер. — Это ещё мягко сказано, — пробормотал он себе под нос. — Что ты сказал? — спросила она, делая небольшой шаг к нему и оказываясь прямо между его коленей. «Трезвый Драко» потом будет безмерно благодарен «пьяному Драко» за такую предусмотрительность. Возможно, он даже позволит Тео завтра просмотреть воспоминание об этом моменте. — Я спросил, нравится ли тебе этот вечер? — поправился он. Она прищурилась, но решила проигнорировать слишком очевидную смену темы. — Да, нравится. Приятно было увидеться с людьми, которых я редко вижу… С Джинни… И с тобой тоже. — Её взгляд скользнул с его лица к напитку, и она начала теребить трубочку. — Да? — тихо усмехнулся Драко. Она чуть приподняла голову, встретившись с ним взглядом из-под ресниц, и сделала ещё один почти незаметный шаг вперёд — теперь она стояла прямо между его коленями. — Да. Драко не до конца понимал, что происходит, но её аромат окутывал его, заставляя пульс учащаться. Единственное объяснение, которое пробилось сквозь всё более затуманенный разум, сводилось к тому, что под этой лестницей они каким-то образом оказались в альтернативной реальности, где судя по всему, она была к нему неравнодушна. Сделав ещё глоток, Драко пришёл к блестящей идее проверить эту теорию. Он сдвинул правую руку, прежде покоившуюся на верхней части бедра, ниже — туда, где стояла Грейнджер. Затем слегка свёл колени: внутренняя сторона его колена и большой палец теперь мягко касались внешней стороны её бедра. Подняв взгляд, он заметил, что Грейнджер следит за движением его руки, но не отстраняется. Спустя несколько секунд она снова встретилась с ним взглядом. Драко быстро пробежался глазами по её лицу в поисках явных признаков дискомфорта, но ничего не обнаружил. Несмотря на то, что его нога теперь касалась её, он оставил достаточно пространства с другой стороны: она могла повернуться и уйти, если захочет. — Я рад, что смог прийти, — произнёс он уже обычным тоном, учитывая, насколько близко они стояли. — Я рада, что здесь Нотт, иначе мы могли бы провести ещё один вечер, так и не поговорив. Нет. Это нереально. Это точно какая-то альтернативная вселенная. На какой планете Грейнджер вообще стала бы рассматривать его как человека, с которым стоит разговаривать, когда она пришла отдыхать с друзьями? Не говоря уже о том, чтобы замечать вечера, когда они не общались. Драко решил продолжить проверку своей теории. Не разрывая зрительного контакта, он медленно провёл большим пальцем вверх и вниз по её джинсам — там, где его рука лежала на её бедре. И снова она не отстранилась, а, напротив, будто подалась навстречу этому движению. Он наслаждался ощущением её ноги, прижатой к его, пока сердце глухо колотилось в груди в такт учащённому пульсу. Драко как никогда был благодарен громкой музыке, иначе она наверняка услышала бы этот стук. — Значит, нельзя допустить, чтобы это повторилось, — с притворной серьёзностью произнёс Драко. — Обещаю всегда разговаривать с тобой, если мы окажемся в одном месте, — добавил он, выпрямляясь на табурете. Он сказал это в шутку, но в глубине души был вполне серьёзен. Грейнджер тихо хмыкнула, и мозг Драко услужливо подбросил воспоминания обо всех случаях, когда он нарушал данные ей обещания или когда не мог дать те, о которых она просила. Он сделал глоток, позволяя теплу огневиски растворить эти мысли. В конце концов, они ведь в альтернативной реальности, и возможно, здесь его прежние ошибки не имеют значения. — Думаю, мне придётся увидеть доказательства, прежде чем я полностью в это поверю, — рассмеялась она. — Справедливо, — согласился Драко с её оценкой своей способности держать слово. После всех раз, когда он её подводил, вполне логично, что ей нужны доказательства. Решив отвлечься от собственных недостатков, Драко задал первый пришедший на ум вопрос: — Ты уже знаешь, что получишь на день рождения? Пока она обдумывала вопрос, устремив взгляд к потолку, Драко решил провести ещё один, последний эксперимент. Он медленно повернул руку так, что ладонь осталась на его ноге, а пальцы легли на бедро Грейнджер. Когда она не отстранилась, он вновь начал неторопливо водить большим пальцем вверх и вниз по ткани её джинсов. Когда Грейнджер опустила взгляд, зрительный контакт между ними стал заметно напряжённее, чем прежде. Драко уже не мог с полной уверенностью доверять своему восприятию из-за алкоголя, но ему казалось, что они стоят ещё ближе друг к другу. — Пару книг, которые я попросила, — тихо, почти на выдохе ответила Грейнджер. — Значит, никто не подарит тебе тот талисман, о котором ты мечтала? Она рассмеялась: — Нет, никто не подарит мне невероятно редкий, почти мифический артефакт. До сих пор удивляюсь, что ты это помнишь спустя столько времени. — Как я уже говорил, я ничего не забываю, когда дело касается тебя. Взгляд Грейнджер метнулся от одного его глаза к другому, и воздух между ними словно сгустился. Драко перестал водить большим пальцем по её ноге, и его взгляд невольно опустился к её губам. Он заметил, как они шевельнулись, но не расслышал ни слова. Драко снова посмотрел ей в глаза, которые блестели даже в тусклом свете. — Что ты сказала? — спросил он. Она наклонилась вперёд и прошептала прямо ему на ухо: — Я сказала, что мне нравится эта песня. Кожа Драко заколола там, где он ощутил её дыхание у своей шеи. Это ощущение разливалось вниз по руке и груди, оставляя за собой приятное тепло. Когда она начала отстраняться, Драко сильнее сжал её бедро. К счастью, Грейнджер поняла, что он пытается сказать этим жестом, и остановилась. В итоге её лицо оказалось ближе к его, чем когда-либо прежде. Драко наощупь отвёл руку с бокалом назад и поставил его на стойку. Другой рукой он медленно провёл вверх по ноге Грейнджер, пока не остановился у её талии. Освободившаяся рука тут же повторила движение с другой стороны. Грейнджер подняла руку, положила запястье ему на плечо, а кончиками пальцев коснулась кожи на затылке. Драко тихо застонал, а его веки дрогнули, пока она продолжала водить пальцами по чувствительному месту. Именно тогда он окончательно решил, что это вовсе не альтернативная вселенная. Он на самом деле умер и вновь оказался в присутствии ангела. Надо будет сказать об этом Грейнджер, ведь на часть её вопроса он так и не ответил. Но всё это могло подождать. Драко чуть сильнее сжал пальцы на её талии, побуждая её сделать шаг вперёд, чтобы сократить последние сантиметры между ними. Она с готовностью откликнулась и медленно шагнула ближе. Драко почувствовал, как всё его тело охватило тепло… Или, скорее, огонь? В любом случае он был бы совершенно не против остаться здесь, в этом пламени, которое они создали под лестницей. Он не осмеливался оторвать взгляд от её глаз, лишь на мгновение опустил его к её губам и тут же снова встретился с её широко раскрытыми глазами. Иначе он бы окончательно поверил в существование той самой альтернативной реальности и наклонился бы настолько близко, что их губы соприкоснулись бы. БЗЗ БЗЗ БЗЗ… БЗЗ БЗЗ БЗЗ. Драко уронил лоб ей на плечо и громко выдохнул, словно вокруг них разлетелось в осколки хрупкое стекло. Оказалось, он ошибался: никакой это не альтернативный мир, и он вовсе не умер. Он был в своей обычной реальности, с обычным уровнем везения, который в данный момент оказался катастрофически ничтожным. — Что это? — прошептала она ему на ухо. Драко показалось, что в её голосе проскользнула едва заметная нотка нетерпения. Он поднял голову и вытащил из кармана брюк вибрирующий маячок. — Новый главный претендент на звание проклятия моей жизни, — пояснил он. Грейнджер посмотрела на него с недоумением. — Мне нужно идти, — добавил Драко, убирая вторую руку с её талии. Грейнджер убрала руку и отступила. — А, ладно. — Увидимся скоро? — спросил Драко, вставая и остро ощущая отсутствие её тёплого прикосновения. — Увидимся, — кивнула она. Грейнджер смотрела на него внимательно, и у него возникло чувство, что она действительно хочет увидеть его «скоро», и так же разочарована тем, как сложился этот вечер. Выбравшись из-под лестницы, Драко направился искать Тео и с удивлением заметил, что тот даже не сдвинулся с места и всё ещё был полностью поглощён разговором с Лавгуд. С этим придётся разобраться завтра. Драко быстро пробрался сквозь толпу и, не тратя времени на объяснения, схватил Тео за руку, обернувшись к Лавгуд: — Прошу прощения, но мне придётся на минуту украсть Тео. — И, не дожидаясь ответа, потянул его к камину в задней части паба. — Куда мы? — прокричал Тео сквозь музыку. — К тебе, — коротко ответил Драко, продолжая тащить за собой спотыкающегося друга. Открыв дверь к камину, Драко буквально втолкнул Тео внутрь и шагнул следом, на ходу захватывая пригоршню летучего пороха. — Поместье Ноттов! — крикнул он, сжимая челюсти в ожидании головокружительного перемещения. Когда их выбросило на другом конце, оба мужчины споткнулись, но удержались на ногах в прихожей дома Тео. — Что, чёрт возьми, происходит? — спросил Тео, прокашлявшись. — Того тёмного мага, за которым я гоняюсь, заметили. Мне нужно одно из твоих зелий трезвости — то, что действует мгновенно. — Ты же знаешь, что они… — Да, знаю, что они делают. А теперь пошли! — Драко нетерпеливо махнул рукой. — Ладно-ладно, — пробормотал Тео и направился в одну из многочисленных комнат, где хранил свои зелья. Следуя за ним, Драко сосредоточился на том, чтобы разжать кулаки и выровнять дыхание, которое стало опасно прерывистым. Он был так чертовски близок к тому, чтобы наконец пережить свой момент с Грейнджер. И кто знает, когда ещё представится столь идеальный шанс? Тео резко свернул и с помощью палочки открыл дверь. Драко вошёл следом. Пока Тео искал нужное зелье, он призвал к себе ведро, которое тут же прилетело из какой-то части дома. — Хорошая мысль, — сказал Тео, оборачиваясь и протягивая ему флакон. Не теряя ни секунды, Драко выдернул пробку и залпом выпил содержимое. Как и было задумано, эффект наступил мгновенно. К сожалению, зелье всё ещё оставалось несовершенным, а значит, сопровождалось неприятными побочными эффектами. Как по сигналу, Драко накрыла тошнота, которая почти сразу перешла в примерно четырёхминутный приступ жестокой рвоты, сопровождавшийся холодным потом. Тео предполагал, что таким образом организм просто избавляется от алкоголя и, Мерлиновы яйца, ощущалось это именно так. — Вот так, давай, всё наружу, — прокомментировал Тео, похлопывая его по спине. — Заткнись, — выдавил Драко между спазмами. Тео рассмеялся: — По-моему, ты это заслужил после того, как утащил меня от Луны. Я, честно говоря, раньше в школе не замечал, но она довольно горячая, правда? Было бы здорово, если бы ты поскорее закончил, чтобы я мог вернуться. Драко простонал в ведро, одновременно желая, чтобы рвота прекратилась, и чтобы его друг наконец замолчал. Когда тошнота наконец отступила, Драко оглядел комнату. Вдоль стен стояли шкафы со стеклянными дверцами, а внутри хранились, судя по всему, довольно сомнительные артефакты. Возможно, не самые тёмные из коллекции Ноттов, раз они стояли на виду, но всё же это навело его на мысль. Когда четыре минуты наконец истекли, Драко очистил ведро заклинанием и повернулся к Тео: — Ты когда-нибудь слышал о талисмане Ахлис? — Не-а, — лениво ответил Тео, забирая у него ведро. — Как думаешь, ты сможешь его найти? — серьёзно спросил Драко. Брови Тео поползли вверх. — Эм… Да, наверное, могу попробовать. Но звучит мрачновато. — Было бы отлично, спасибо. — Обещаешь не арестовывать меня? — Возможно. После этого Драко аппарировал к маячку, связанному с его собственным, в надежде наконец закончить эту игру в прятки, начавшуюся ещё днём.
Примечания:
Любимая песня Гермионы: ''This Modern Love'' by Bloc Party
