А он и не рождался

На следующий день после нападения архирыцарь Генрих в сопровождении отряда солдат проводил разведку у южных рубежей. Его отец отдал приказ усилить оборону поместья, особенно на границе с баронией Ларго, в связи с недавним нападением нежити. Молодой военачальник сильно нервничал, опасаясь, что за вторжением, как за Резнёй и убийством принца Альбиуса, может стоять кронпринц Валентайн, недосягаемый, но невероятно опасный. Официально ничего заявлять было нельзя, ведь точная причина появления живых мертвецов не установлена. Уже третий день Генриху приходилось мириться с постоянным потоком новых проблем. Внезапно, один из дозорных окликнул его: — Господин, что-то движется со стороны границы с Ларго! — Похоже, они всё же решились заявиться к нам. Приготовиться, но в бой не вступать — отдал приказ архирыцарь. Из кустов, служивших формальным забором между Мунтаг и Ларго, вышло двое солдат в лёгкой броне, с щитами, украшенными гербом барона Беннедикта Ларго - медведь в шлеме с багряным плюмажем. Вслед за ними показался юноша чуть старше Генриха, высокий, стройный, с изумрудными глазами и выразительным подбородком, в отличных доспехах с нагрудным знаком отличия, обозначающим, что его носитель - уберрыцарь, обладатель высшего личного заслуженного дворянства. Подборок молодого человека был отмечен старым шрамом, судя по виду, от меча или кинжала. Неизвестный представился: — Доброе утро, воины. Позвольте назваться: Фредерик Ларго, уберрыцарь, младший брат барона Бенедикта Ларго. Я прибыл с экстренной дипломатической миссией. Прошу, представьтесь и Вы — родственник барона высокомерно окинул взглядом отряд Генриха и посмотрел прямо на него, показывая, что понимает, что лишь он обладает каким-то званием и заслуживает уважения. Фредерик казался абсолютно серьезным. — Генрих Мунтаг, архирыцарь, старший сын виконта Арчибальда Мунтага. Почему ваша миссия несанкционированна? Меня ни о чём не предупреждали. — Мы не стали вас предупреждать, потому что мы боремся за правое дело! Наши маги-разведчики доложили о том, что в ваших землях были обнаружены всплески проклятой магии! А наша Святая Церковь Райто считает эту школу греховной. Объяснитесь, откуда в Мунтаг такая магия? — Что Вы себе позволяете? Законодательством Корвуса не воспрещается использование проклятой магии, и откуда у ваших разведчиков такие данные? Вы превышаете всякие допустимые рамки приличия и полномочия, уберрыцарь. — Я выше Вас по рангу, прошу обращаться ко мне «господин уберрыцарь». — Вы не являетесь моим начальником, юридически я нахожусь в непосредственном подчинении только у своего отца. И у Его Величества, разумеется. — Ясно, этот спор не имеет смысла. Я прошу Вас выдать мне всю известную информацию о причине вспышек проклятой магии. Предупреждаю, письменная индульгенция Святой Церкви у меня есть, совесть моя чиста. Сделайте же благое дело. — Вы мне угрожаете?! Да что Вы себе вообще позволяете, а, уберрыцарь? — Генрих был в смятении. Он впервые почувствовал, как сильно ему не хватает брата. Кайдед бы уже наверняка ответил этому надменному поборнику праведности что-то такое категоричное и непреклонное, что тот бы вмиг потерял желание пререкаться. Почти никто не мог сравниться со вторым сыном виконта Мунтага в дискуссии, не прибегая к авторитету или банальной силе. — Вы слишком много о себе думаете, архирыцарь Генрих. Это - моё последнее предупреждение. Отведите меня к Его Сиятельству Арчибальду Мунтагу, я уполномочен братом разобраться в непростой ситуации. Поверьте, я никому не желаю лишней боли, но Вы вынуждаете меня. — Достаточно, Фредерик. — нарочито фамильярно и презрительно процедил Генрих — Прикажите своим людям сдать оружие, и мы сопроводим вас до поместья, где вы объясните свой произвол. — Довольно с нас терпения. К оружию! Атаковать неверных! — после приказа воины Ларго повыхватывали мечи из ножен. — Укрыться! — солдаты Мунтаг приготовились к обороне. Они отбежали от своего военачальника, укрывшись за деревьями и за камнями. Фредерик искренне недоумевал, почему противник использует такую странную тактику. Генрих объяснил ему. Он выхватил свою громадную секиру из-за спины, вложив в оружие ману. Потоки воздуха вокруг него начали закручиваться в смерч. Вдруг ветер завыл в ушах людей, встретившихся на границе - вокруг архирыцаря начали появляться ветряные лезвия, рубящие бревна и оставляющие глубокие борозды в земле. Старший сын виконта сделал шаг вперёд - и лезвия устремились прямо в солдат Ларго. Но внезапно из пики уберрыцаря Фредерика излился до невообразимого яркий свет, обволочивший его подчиненных. Это было явное проявления святой магии - Световой Покров. Раздался глухой рык берсерка, готового защищать свою семью до конца - Генрих нанёс прямой удар, заряженный ветряной магией, по Фредерику, но тот, хоть и отшатнулся и потерял равновесие на пару секунд, не получил почти никакого урона. Воины Ларго приняли решение контратаковать, но не тут-то было - Мунтаг изо всех сил ударил секирой по земле, и из его оружия вырвалась ударная волна воздуха, отбросившая нападавших на несколько метров и разметавшая их по всей границе. Обстановка накалялась. Скопив стамну в пике, Ларго нанёс колющий удар прямо по своему оппоненту, однако защитник виконтства парировал этот выпад. Эстафетная палочка вновь перешла к Мунтагу. Генрих развернул свою секиру, как для удара плашмя. Огромная порция маны, которую он выбросил в окружающую среду, заставила воздух вокруг его неприятелей задрожать. Архирыцарь опустил секиру, и колоссальное давление прибило воинов Ларго к земле. Он скопил немного маны в ногах и подпрыгнул на несколько метров вверх. Рассчитав свою траекторию так, чтобы влететь в область с повышенным давлением, Генрих, оседлав поток воздуха, бьющий прямо вниз, пикировал с особенно сильным нисходящим рубящим ударом прямо на Фредерика. Скрещение двух оружий, наполненных энергией, спровоцировало мощный всплеск шума - даже жители Невикарбурга, второго по важности города в пятой префектуре, который находился под управлением виконта Арчибальда Мунтага, могли слышать свист ветра, ставшего свидетелем эпичной битвы. Тем временем, поле боя продолжало искажаться под гнетом столкновения двух сил. Полуразрушенный Покров начал бликовать и давать побочные оптические иллюзии вроде бессмысленных вспышек, ветер элементалиста также постепенно ослабевал. Два заклинания рассеялись почти одновременно, и дворяне перешли в суровый ближний бой. Удары Генриха были значительно сильнее за счёт веса секиры, но у Фредерика был удобный малый щит, а его экипировка была гораздо легче лат Мунтага. Битва была практически равной. Около сорока минут дворяне бились без передышки. Все солдаты с обеих сторон были уже повержены, но победитель между Генрихом и Фредериком так и не был определен. Мунтаг был погружён в размышления о тактике: «Если я буду бить по его левой части корпуса, туда, куда по большей части пришёлся мой, как я думал, завершающий, удар сверху, то я смогу нанести максимальный урон. Но у него там щит, я не смогу просто снести его, я слишком устал». Вдруг ему в голову пришла новая идея. Размахнувшись со всей силы, архирыцарь метнул в своего врага секиру, а сам побежал за ней следом, чтобы навязать рукопашку, в которой он бы точно победил практически кого угодно. Манёвр удался - секира проломила щит на запястье обескураженного Ларго. Раздался хруст, сигнализирующий о травме лучевой кости. Налетевший Генрих вырвал из его обмякших рук пику - Фредерик безоружен. Воины перешли на борьбу, но этот спарринг закончился довольно быстро - Мунтаг технично, со знанием дела, заломал своего противника. Генрих довольно подал голос: — Полагаю, теперь мы можем поговорить? — Церкви это не понравится! — Церкви это только в будущем не понравится, а мне сложившаяся ситуация претит уже сейчас — Ветряной берсерк пытался вспомнить, как его брат строил эффектные монологи в прошлом, но у него получалось не очень красиво. — Ладно, ты победил. Веди нас к Его Сиятельству. — Ну уж нет, после этой заварушки вы - мои военнопленные. Сначала я допрошу вас всех в своей резиденции. И процессия из побитых солдат Мунтаг, гордого Гениха, чуть менее гордого Фредерика и чуть более побитых солдат Ларго направилась к гарнизону, который находился под управлением архирыцаря. Проведя допрос, старший сын виконта установил следующее: Бенедикт Ларго, до смерти напуганный событиями Резни, ревностно пытается пресекать любое использование проклятой магии, опасаясь повторения кошмара. Это Генрих понимал. Вместо адекватных, законных мер, барон пользовался полулегальными услугами магов-аналитиков, которые отслеживали всплески проклятой магии по всему северу Корвуса, и бесцеремонно направил отряд во главе со своим братом на переговоры с виконтством Мунтаг, на территории которого за два дня были дважды обнаружены магические следы. Это он не понимал. Но еще сильнее он не понимал, откуда взялся второй импульс проклятой магии. Она, очевидно, применялась во время нападения отряда живых мертецов, но это только один раз. Потом Генрих вспомнил, как вчера, когда он утром обнаружил Кайдеда читающим книги по благородной магии, он приметил странную книжицу в мрачной обложке, которую брат, вероятно, отложил от себя за совсем малое время до прихода старшего. Он вспомнил, что брат искал информацию о насылании мороков. Генриха посетила догадка: а что, если Кайдед, мечтающий стать сильнее, чтобы добиться каких-то своих целей, в большинстве своём понятных ему одному, решил обратиться к проклятой силе? Если это так, зачем ему именно проклятая сила? А может, он искал способы защищаться от Валентайна? Ведь, знание - это оружие, ведь так? Генрих не знал, что ему думать, а потому начал волноваться за своего брата. Он решил посоветоваться с отцом. Некоторое время спустя жители Дорфаскура знакомились со своим новым руководителем, пока что исполняющим обязанности лэндлорда Его Светлостью Фабианом Корвусом. Принц крови обустраивался в совсем новом кабинете в одноэтажной ратуше в центре городка. Он провёл встречи с двумя местными чиновниками - старшим секретарем Гаем Науфом и глашатаем Маркусом Хофером. Бюрократы принесли своему новому начальнику основные документы с указанием нынешнего экономического положения Дорфаскура и основными его текущими проблемами - в частности, с продовольствием. Из-за каких-то проблем в столице виконтство недополучила финансирования, что привело к небольшому повышению налогов, а поскольку Дорфаскур - промышленное поселение, не имеющее своих развитых плантаций, проблема с едой столяра тут острее, чем в остальных землях Мунтаг. И главное - с Его Сиятельства ничего нельзя спросить, ведь он и так по максимуму постарался уменьшить поборы со своих земель в ущерб личному состоянию. Фабиан смекнул, что, если он хочет заслужить доверие жителей, ему необходимо решить эту проблему. Решение казалось очевидным - обменять излишки фармацевтических изделий с местных мануфактур и лавочек на продовольственное сырьё у кого-нибудь из соседей. Но есть определенные подводные камни с налогами и логистикой, что Фабиан прекрасно понимал. Он также понимал, что что-то упускает. Должна же быть какая-то возможность, которую он не заметил. Внезапно к нему пришел Хофер с докладом. Виконт Арчибальд вызывает его и ждет в своем офисе в Невикарбурге.