В сердце леса, что зовёт тебя

Весть о возвращении Варки мгновенно разлетелась по маленькой деревушке, наделав много шума. Варка не винил местных жителей в излишней суете, — не каждый день в их глуши объявлялись почетные рыцари Мондштадта, — но все же не мог не чувствовать себя неловко. Сколько бы лет ни прошло, каких бы титулов и званий он ни добился, возвращаясь в родные края, Варка всегда чувствовал себя все тем же мальчишкой, для которого рыцарские подвиги — лишь далекие детские мечты. Народ буквально высыпал на улицы, побросав все свои дела, чтобы поглазеть, как Варка, спешившись, шел по деревенской улочке в сторону хижины, что когда-то была его домом. Старики и мужчины горячо приветствовали его, женщины одобрительно кивали и склоняли головы, а дети провожали его восхищенными взглядами, открыв рты. Варка давно привык к подобному. Не единожды он возвращался в Мондштадт с победами, ведя за собой отряд рыцарей Ордо Фавониуса, и жители города так же встречали его с почестями. И будучи человеком по натуре радушным и общительным, Варка с удовольствием купался во внимании — с кокетливой улыбкой принимал цветы из рук робких девиц, трепал по голове малышей, тянущих свои маленькие ручки к его сияющим доспехам. Быть всеобщим любимцем давно стало для него обычным делом. Но по какой-то причине здесь, в родной деревне, это казалось неуместным. Возможно, он чувствовал легкий стыд за то, что покинул деревню много лет назад, присоединившись к рыцарям Ордо Фавониус в погоне за мечтой о славе и приключениях. Возможно, ему просто было чуждо видеть это тихое место таким оживленным. Так или иначе, знакомые лица мужчин и женщин в толпе, пусть и прибавившие десяток-другой морщин, согревали его сердце. Он был дома. У старой покосившейся хижины его встретил Олек. Варка не узнал бы его, если бы не его неизменные рыжие кудри. Олек, сын деревенского старосты, когда-то был щуплым долговязым парнишкой на пару лет старше Варки. Сейчас же, спустя годы, он раздался в плечах, лицо заматерело и прибавило пару шрамов, и только россыпь веснушек и непослушные волосы все еще выдавали в нем того самого мальчишку. — Какая честь принимать почетного Рыцаря Бореалиса в наших краях, — ухмыльнулся Олек, скрестив руки на груди. Но стоило Варке подойти ближе, он бросил напускной фарс и расплылся в добродушной улыбке. — Давно не виделись, дружище. — Давненько, Олек, — Варка сверкнул зубами в ответной улыбке, и шагнул вперед, чтобы похлопать мужчину по плечу. — Извини за весь этот шум, — вздохнул Олек. — Люди слишком воодушевились, едва прослышав о твоем приезде. Ты все же местная легенда. — Что ты, не извиняйся, — Варка помахал рукой и рассмеялся, обернувшись на толпу, с любопытством наблюдающую за ними на почтительном расстоянии. — Не хочу показаться тщеславным, но я, вроде как, привык к такому. — О, ну, конечно, — Олек закатил глаза, что вызвало у Варки еще один смешок. — И все же, Варка, чем обязаны? Не подумай, мы все очень рады тебя видеть, но, сам понимаешь, появление в нашей глуши отряда рыцарей из Мондштадта во главе с самим Магистром вызывает беспокойство. — В нескольких милях к западу отсюда были замечены твари Дикой Охоты, — Варка пожал плечами, словно говорил о погоде, а не о опасных монстрах из Бездны. — Светоносцы, патрулирующие эти края, обнаружили разлив Бездны и запросили военное подкрепление из города. Дикая охота была задавлена, Светоносцы благополучно запечатали разлом, так что беспокоиться больше не о чем. Все под контролем. — В нескольких милях к западу… — задумчиво повторил Олек, почесывая рыжую щетину на щеке. — Но Мондштадт находится на юго-западе отсюда. Как вы оказались здесь? — Мы сделали небольшой крюк, — ухмыльнулся Варка. — Не вини меня за то, что я соскучился по родной деревне. В конце концов, я так давно не навещал родителей, что и вспоминать стыдно. — Уверен, они будут очень рады увидеть тебя, — лицо Олека приобрело серьезное выражение. — Как и мой отец. — Староста Влодек… — начал Варка, нахмурившись. — Да. Два года назад, — сдержанно кивнул Олек. — Прими мои соболезнования, — Варка с сочувствием похлопал Олека по плечу. — Он был хорошим человеком и замечательным старостой. — И прекрасным отцом, — вздохнул Олек. — Ладно, не будем о грустном в такой торжественный день. Если тебе что-то понадобится, дай знать. Вечером деревенские наверняка закатят пирушку в твою честь, так что будь добр явиться. Думаю, дядя Брадмир даже откроет бочку своего особого эля по такому случаю. — Эль от дядюшки Брадмира? — глаза Варки засияли и он хлопнул в ладоши. — Друг мой, ради этого точно стоило ехать сюда! Распрощавшись с Олеком до вечера, Варка оставил коня у коновязи, не забыв налить в корыто чистой воды из колодца, и вошел в дом. Кто-то явно время от времени ухаживал за этой пустующей хижиной — пыли почти не было видно, мебель стояла на своих местах, а на стене у входа висел портрет, заботливо вставленный в застекленную рамку. Если память Варки не изменяла ему, этот портрет написал какой-то именитый художник из Фонтейна, когда приезжал в Мондштадт в поисках вдохновения. На картине были изображены его родители — мать сидела в кресле, а отец обнимал ее за плечи сзади. В детстве матушка часто показывала Варке этот портрет и говорила, что хоть он и может видеть только их с отцом, но на самом деле, на этом портрете их трое, но понять это можно только если внимательно приглядеться. Маленький Варка никак не мог взять в толк, как это может быть и часами разглядывал портрет, пытаясь найти себя. Лишь спустя годы он понял, что имела в виду его мать. В момент, когда писался этот портрет, его мать была беременна, и ее слегка округлившийся живот можно было заметить на изображении. Варка растопил печь рассохшимися поленьями, кем-то заботливо оставленными в углу кухни, сбросил тяжелое пальто на стул и уселся на скрипучий каркас кровати с походной флягой в руке. Ему было о чем подумать. По правде говоря, он не был до конца честен, когда назвал Олеку причину своего появления здесь. Да, они с рыцарями действительно были неподалеку на задании, да, он давно не навещал могилы родителей, но главной причиной было… что-то, что сам Варка не мог себе объяснить. Словно некая потусторонняя сила звала его вернуться в родную деревню, безмолвно шептала ему в уши, проникая в сознание тонкими невидимыми нитями, и тянула-тянула-тянула его сюда. И эти странные сны. Уже более двадцати лет иногда ему снился один и тот же сон: темный лес за деревней, поросшие мхом ветви вековых деревьев, цепляющиеся за одежду, шелестящая под ногами пожухлая трава… всполохи магического лазурного пламени вдалеке, пока он, задыхаясь, бежал куда-то или от кого-то, а затем яркая желтая вспышка прямо перед глазами. На этом сон обрывался, заставляя Варку подскакивать среди ночи в поту и со сбившимся дыханием. Со временем он заметил закономерность. Если этот кошмар снился ему накануне миссии или похода, то во время задания всегда происходили непредвиденные несчастья. Словно эти сны были предвестниками беды. Потому каждый раз, когда сон заставлял его проснуться посреди ночи, он не ложился обратно в постель, а упрямо садился за карты, пересматривая разработанные планы сражений или рисуя новые маршруты для экспедиций. И, на удивление, это работало. Стоило ему изменить стратегию или выбрать другие дороги, как кампания оборачивалась успехом. Варка не был дураком, чтобы не использовать эту странную сверхспособность предсказывать несчастья в своих целях. Однако это все равно не могло не пугать. Пару раз он даже консультировался с сестрами из Собора Барбатоса по поводу этих кошмаров, но они не смогли найти объяснения происходящему. О зловещем Северном лесе за деревней ходило множество мрачных легенд. Взрослые часто рассказывали детям страшные сказки о водящихся там призраках и прочих чудищах, хватающих нерадивых путников, заблудившихся в этом лесу. Было также непреложное правило: если уж вошел в лес, обязательно трижды поклонись обитающим там духам, и ни под каким предлогом не сходи с тропинки. Мало кто отваживался ходить в этот лес. Добраться до Снежной — государства на севере от Мондштадта — можно было и другими дорогами, а на охоту деревенские мужчины предпочитали ездить в лес на юго-западе. Он находился дальше, но был не таким густым и темным и не обладал дурной славой. Монахини из Собора упоминали, что этот лес находится за пределами покровительства Барбатоса и относится к владениям Царицы, богини-покровительницы Северных земель, потому благословения ветров Барбатоса не достигало его. По природе обладающий крайне любопытным нравом, Варка множество раз планировал вернуться в родной край и попытаться выяснить у здешних ворожей и знахарок местные легенды, но каждый раз что-то вмешивалось в его планы. То травмы его рыцарей не давали ему свернуть с маршрута и задержаться на пару дней, то гонец с новым поручением или требующим его присутствия делом ровно в тот момент, как только мысль о том, чтобы посетить родную деревню мелькала в его голове. Словно сама судьба была против его возвращения сюда. Но Варка не просто так носил титул Рыцаря Бореалиса — если потребуется, он бросит вызов самим богам, чтобы получить желаемое. И вот он был здесь. Ответы, наконец, ближе, чем когда бы то ни было. Но отчего Варка чувствовал себя так неспокойно? Странное чувство — смесь тревоги и возбуждения — покалывало на кончиках пальцев, но оно не отталкивало, а словно манило его куда-то. Варка помотал головой и отхлебнул из фляги, чтобы избавиться от наваждения. Быть может, он просто немного устал с дороги. Чтобы скоротать время до вечера и отвлечься от тяжелых мыслей, Варка решил уделить свое внимание отчетам. Обычно, пользуясь своим положением, он поручал эту работу своим помощникам. В конце концов, он был рожден для подвигов и приключений, а не для того, чтобы сгорбившись сидеть за столом, марая бумагу! Жаль только, что Джинн, его заместительница, так не думала и периодически кружила над ним, словно гарпия, заставляя написать хоть пару строк о том, как прошла очередная экспедиция. Как же она удивится, когда по возвращении он вручит ей уже готовый отчет, подумал Варка, весело напевая себе под нос и выводя на бумаге кривые закорючки, отдаленно напоминавшие буквы. Он как раз поставил точку в предложении, когда в дверь постучали. Довольный собой, Варка свернул свиток с отчетом, завязал бечевкой и сунул в походную сумку, после чего поспешил к двери. За дверью обнаружился незнакомый мальчик, за спиной которого робко жались еще двое ребятишек. При виде его внушительной фигуры все трое замерли и открыли рты, что вызвало у Варки улыбку. — Здравствуйте! — поздоровался самый смелый из детишек, изо всех сил стараясь звучать храбро. — Вы же сэр рыцарь-магистр Варка Фавониус? Нас попросили позвать вас на ужин! — Дурак, он сэр Варка, Магистр Ордо Фавониус и титулованный Рыцарь Бореалис! — вмешался второй мальчишка, толкнув первого в плечо. — Извините, сэр, он просто оговорился! Не выдержав, Варка громко расхохотался. Быть может, это было неподобающе для рыцаря его статуса, но он ничего не мог с собой поделать — вся эта сцена была до нелепого смешной. Однако заметив благоговейный ужас в глазах детей, он быстро взял себя в руки и откашлялся. — Можете звать меня просто дядей Варкой, — дружелюбно улыбнулся Варка и легонько потрепал мальчишку, стоящего ближе всех, по волосам. — А вот когда подрастете, если вдруг станете моими подчиненными рыцарями, тогда-то и выучите мои титулы! — Ого, а нам можно? — подал голос третий мальчик. — Стать вашими рыцарями? — Ха-ха, конечно! — Варка авторитетно кивнул. — Но для этого вам нужно подрасти и обязательно соблюдать два важных правила! — А? Что за правила? — мальчишки прильнули ближе, чтобы не пропустить его слова. — Во-первых, вы должны слушаться своих родителей, — Варка изо всех сил старался держать лицо, чтобы звучать авторитетно. — А во-вторых, вы должны съедать все овощи за ужином! Реакция последовала незамедлительно: все трое мальчишек в унисон издали возмущенный звук и отпрянули от Варки, словно он показал им особенно противного жука. Сам же Варка вновь рассмеялся, едва не согнувшись пополам. Эти детишки были такими забавными, что тревожные и запутанные мысли, терзавшие его, вылетели из головы и растворились в сизом вечернем тумане, опустившемся на деревню. У него еще будет время со всем разобраться, но сейчас нужно отпраздновать возвращение! Хоть их деревушка и была совсем крошечной и не самой богатой, но гулять местный народ умел с размахом. Столы ломились от обилия простых, но вкусных блюд, а благодаря харизме Варки обычно скупой дядюшка Брадмир даже расщедрился на две бочки своего домашнего эля, хотя в начале вечера твердо заявлял, что больше одной не даст ни под каким предлогом. Варка веселился, пил и рассказывал истории о своих приключениях, пока его горло не заболело от разговоров, смеха и песен, что то и дело заводили изрядно выпившие деревенские мужчины. Ближе к ночи, когда мужская половина деревни уже не держалась на ногах, а их жены с усталыми, но любящими вздохами растаскивали их по домам, Варка вышел во двор дома старосты, чтобы подышать свежим воздухом. Ночь здесь была темная, намного темнее, чем в городе, и звезды сияли ярче, подмигивая загадочным холодным светом. Тонкий месяц Луны, взошедший над горизонтом, мягким серебристым светом освещал темные очертания домов и извилистые тропинки. За деревней на севере вырисовывались пики вековых сосен, их очертания зловеще чернели на фоне звездного неба. Варка помнил, как в детстве этот лес пугал его. Он казался бескрайним, суровым и полным мрачных тайн. Но сейчас, будучи взрослым мужчиной, повидавшим в своей жизни множество ужасов, Варка больше не боялся. На удивление, даже наоборот. Его словно манило туда, в темную зловещую чащу, куда не добирались ветра Барбатоса. Лес шептал ему на незнакомом языке, звал в свои объятия, шелестя высокими кронами деревьев. Прогнав нахлынувшее наваждение, Варка вдруг прислушался. На заднем дворе дома кто-то тихонько пел. Мотив был смутно знакомым, и Варка бездумно шагнул с крыльца, чтобы обогнуть хижину и добраться до источника звука. Коль встретишь однажды Хозяйку леса на пути, Пусть воин ты отважный, От грозной мести не уйти И конный, и пеший От страха, словно лист дрожит Лишь тех, кто безгрешен Дух беспокойный пощадит Варка замер, услышав слова. Песня была ему знакома, но почему-то совершенно вылетела из головы. Выйдя из ступора, он завернул за угол. На лужайке перед домом горел небольшой аккуратный костер. Вокруг него сидели дети, а в центре круга расположилась старушка, которую Варка узнал — это была бабушка Хильда. Он и представить не мог, что она еще жива. Даже в его детстве она казалась ему очень древней. Стоило ему подойти, как песня затихла, и внимание детишек переключилось на Варку. Трое из них узнали его и с радостными возгласами замахали руками, подзывая его ближе. — А вы почему еще не в постелях, малышня? — спросил Варка, усевшись на жалобно скрипнувшее под его внушительным весом бревно. — За нами присматривает бабуля Хильда! — тонким, но уверенным голоском прощебетала девчушка с рыжими хвостиками. — Ага, ага, — поддакнул мальчик справа от нее. — Нам родители разрешили! — Понял, понял, — рассмеялся Варка, заметив, как дети тут же приняли оборонительную позицию, словно маленькие волчата, у которых хотят отобрать игрушку. Он решил не комментировать, что бабушка Хильда — странный выбор няньки для «присмотра» за детьми, учитывая ее слепоту. — Я может и не вижу, зато слух у меня всегда был, что надо, — весело проскрипела старуха, будто прочитав мысли Варки. — Неужели к нам пожаловал сам Волчонок? — Ха-ха, вы все еще помните мое старое прозвище, бабуля Хильда! — Варка смущенно потер затылок. — Я многое помню, Волчонок. Хотя, пожалуй, теперь это прозвище тебе не подходит? Жаль, я не могу увидеть, каким ты вырос. Высоким вымахал небось, сорванец? — Он даже выше папы, бабуль! — заявил мальчишка, перепутавший его имя и титулы. Полянка заполнилась гомоном детских голосов, наперебой описывающих внешность Варки для бабули Хильды. Некоторые сравнения заставляли его смеяться, некоторые — громко возмущаться и спорить, потакая детишкам. Бабушка Хильда внимательно слушала детей, благосклонно кивая и поднимая брови, когда звучало что-то вроде «а еще он широкий, как наш столетний дуб!». Постепенно у детей иссякли идеи, с чем или кем можно сравнить Варку. Многие из них уже зевали, едва держа глаза открытыми. Как раз к этому времени подошли две женщины, чтобы позвать детей домой. Варка и сам чувствовал, как усталость подкрадывается к нему и устраивается на плечах, как большая толстая кошка. Но прежде чем отправиться домой, ему нужно было задать вопрос бабушке Хильде. — Кажется, ты хочешь что-то спросить? — раздался скрипучий голос за спиной Варки, когда он попрощался с последним из детей. — Вы все-таки умеете читать мысли, правда? — усмехнулся Варка. — Неспроста вас называют ведьмой? — Ведьма или нет, я просто старушка, которая прожила достаточно, чтобы понимать, что у людей на уме, — Хильда подняла седую голову, в ее незрячих серых глазах сверкнул блик от догорающего костра. — Ладно, храните свои секреты, — Варка снова устроился на бревне. — Я хотел узнать о местных легендах. Может, какие-то старые сказки или истории об этих местах. Особенно о Северном лесе. — Ты проделал такой путь, вернулся сюда спустя столько лет, чтобы послушать страшные сказки? — старуха засмеялась каркающим смехом, еще больше походя на ведьму, но тут же снова стала серьезной. — Что-то терзает тебя, Волчонок? — «Терзает» не совсем то слово, скорее… — Варка задумчиво приложил палец к губам. Этой старой карге можно было доверять, поэтому он решил не юлить, а выложить все как есть. — Мне любопытно? Я давно ощущал, будто что-то зовет меня вернуться, и это не обычная тоска по родине. Еще иногда мне снятся сны. — Сны? — Хильда нахмурилась. — Один и тот же сон, если быть точнее. Мне снится наш лес и всполохи синего пламени. — Ох, зря ты вернулся, Волчонок, — старушка вдруг замотала головой, а морщинка на лбу стала еще глубже. — Тебе следует скорее уехать и забыть сюда дорогу. Для твоего же блага. — Подождите, я только приехал, а вы уже гоните меня назад? — растерялся Варка и постарался сгладить сгустившуюся атмосферу шуткой. — Как-то не очень гостеприимно, знаете ли! — Ты же слышал песню, что я пела раньше? — спросила Хильда, внезапно вцепившись в плечо Варки крючковатыми пальцами. — Она о хозяйке леса, духе, что обитает в наших краях и хранит лес от незваных гостей. Для вас, детей, это не более, чем страшная сказка, чтобы отвадить вас от леса, но за ней скрывается старая легенда о духе, что живет в глубинах леса. Тех, кто посмел нарушить его границы, дух преследует и безжалостно расправляется. А если кому-то повезло сбежать, возвращается человек уже не тем, что был прежде. Говорят, лишь невинным детям удается избежать его кары. — И какое отношение это имеет ко мне? — в недоумении спросил Варка. — Я никогда не был в лесу. Мы с ребятами иногда играли в подлеске, но никогда не заходили далеко. — Не знаю, Волчонок, — Хильда покачала головой. — Но чуется мне, что сны твои не к добру. Если тебя Хозяйка Леса заприметила, то держаться бы тебе от леска нашего подальше. Целее будешь. Поблагодарив старуху, Варка пожелал ей доброй ночи и направился в свой старый дом. Древний дух, охраняющий лес от незваных гостей? Хозяйка леса? Варка смутно припоминал истории, что рассказывали ему его бабушка и мама, но была ли среди них сказка о некой хозяйке Северного леса? Варка не понаслышке знал, что в основе любой сказки лежала реальная история, обросшая художественным вымыслом. Скрывался ли и за этой легендой настоящий дух или, быть может, старое забытое божество, с незапамятных времен поселившееся в этих краях? Но почему в библиотеке Мондштадта Варка не нашел никаких упоминаний об этом? Должны же были сохраниться хоть какие-то письменные свидетельства о такой могущественной сущности? Варка усмехнулся про себя. Он ожидал ответов, а получил лишь новые вопросы. Но разве это его когда-нибудь останавливало? Он бы никогда не стал Рыцарем Бореалиса, если бы его пугали подобные тайны. Наоборот, словно ищейка, учуявшая запах добычи, Варка еще сильнее загорелся желанием разгадать эту загадку. Он чувствовал, что это не просто легенда, а что-то большее. Что-то, что может изменить его жизнь навсегда.