Разрушить любой ценой

      А теперь я объясню, почему не люблю посещать это место. Это очень спорный вопрос, и может показаться не логичным. Но, посещать усыпальню Какиоку приходилось не в образе парней, а приходилось возвращать свой «ненавистный» вид девушек. И если в виде сенши, я еще как-то мог терпеть этот факт. То в обычной жизни, просто ненавидел.        Вот и сейчас, выходя из усадьбы, пришлось мысленно выругаться всем известным богам, формируя в ладони амулет в виде крылатой звезды, украшенной драгоценными камнями.       Я медлил до последнего шага к ограде, не желая этого всеми фибрами души. Но ничего не поделаешь, и мысленно обратившись к своему разрушенному спутнику Файтер, я почувствовал знакомое покалывание во всем теле. Магия трансформации сработала молниеносно.       Я ощутил, как военная форма обвисла в плечах. Обувь стала большая, а ко всему прочему, у меня появилась грудь. Рост уменьшился на несколько сантиметров. —Ненавижу! — громко выругался я, оборачиваясь на звуки легкой усмешки. Похоже наши спутницы, сразу же заметили нашу трансформацию. — Всегда было интересно, как это происходит, занятно. — Харука оценивающе посмотрела на меня, явно собираясь язвить. — Коу, а вот так ты мне даже нравишься. За тобой можно даже приударить.       И знаете, что она сделала? Она ударила меня по заднице! На моих щеках тут же проступил румянец. Какой позор… Какой позор… — Заткнись! — я с силой сжимал амулет, до боли, чувствуя себя опозоренным по первое число. И этот писклявый женский голос, меня тоже бесит! Ненавижу! — Сейя, успокойся, это ненадолго. — А Тайки, похоже это не волновало. Он спокойно перевоплотился в миловидную шатенку, и держа перед собой бамбуковую корзинку с виноградом, улыбался. Точнее сказать, она улыбалась. — Мальчики, ой. То есть девочки… а почему бы вам не остаться в таком образе… — Теперь издевалась и Мичиру. Она откинула за спину свои аквамариновые кудри, беря шатенку за руку. — Мичиру, тебя послать? — Я психанул. Или психанула, демонстративно закрывая калитку перед ее носом. — Сейя, в вашей способности менять пол, столько плюсов. Это какое разнообразие, с вами не соскучишься. — Продолжала подтрунивать меня Нептун. Мейкер похоже реально на это не реагировала. Наоборот, лишь смеялась над самой собой. А я не мог. Не хотел принимать.        самое же обидное, Тено права. В образе девушки больше шансов нам быть вместе. По-настоящему. Ее отношение к девушкам, намного выгоднее чем к парням. Быть может, надо остаться такой навсегда? Брр, нет. Точно нет!

***

      Дорога до гор заняла реально минут пять. Горы — это самое удивительное творение природы. Особенно, когда их вершины скрыты за верхними линиями облаков. Они поражают нас своим величием и красотой. Их остроконечные пики достают до самого неба. А белоснежные шапки, которые виднеются на верхних ярусах! Ведь летнее тепло только возле источника, а здесь за периметром ограждения, температура становится ниже и ниже. И горы живут словно отдельной жизнью. Укрываясь снежным ковром. Даже когда светит яркое солнце, все равно горы стоят в своих белоснежных шапках. Часто даже облака цепляются, проплывая мимо вершин. Еще вершины нередко от взора скрывает туман, клубящийся и извивающийся.       Это только усиливает загадочность явления нашей природы. Нашей планеты. Тем более, если ты знаешь, что в каждом ущелья скрыта легенда правителей Кинмоку с самого основания. Но мы, навещаем лишь одну. Ту которая воспитала нас. Спасла от уничтожения. Приняла как собственных дочерей, только королеву Какиоку.       У подножие массивных ярусов склонов сплошной ковер из сочной травы, красивых цветов, которых не встретишь в другом месте. Ведь это нетронутое лоно природы. Горы — Мир, который проникает в тебя и навсегда изменяет. Просто даже смотреть на них — ощущение бесконечности времени и мига существования целой планеты. Вокруг меняется жизнь, меняется эпоха, меняется погода, а здесь все неизменно веками. Это то место, где единственная ценность — это жизнь и память мига происхождения. Несколько тяжелых подъёмов, несколько рыхлых ступеней природы.        Массивные корни вечнозелёных олив, и вот он белоснежный выступ и вход в знакомую гробницу. Где все вокруг заволакивает разнообразием драгоценных камней, да невероятные градации сталактитов и сталагмитов. Всегда было загадкой, почему их так много в этих усыпальнах. И дело даже не в горной воде. Которая стекает то вверх, то вниз, образуя эти конусы, а растворимых в воде солях. И эти соли. По сути идентичны по своему составу с горячим источником. Горы и источник соединены между собой и природным полем и магнитной поверхностью, и магией, природной силой Какю и ее рода. — Как здесь красиво! — завороженно проговорила Кайо. — Жаль с собой нет красок! Девушка заворожено любовалась удивительным чудом природы, восхищаясь каждым драгоценным камнем, каждым блеском и изюминкой природного проявления. — Здесь все нетронутое людьми. Каждый изумруд, сапфир, рубин — все настоящее. И мы не можем даже коснуться их. Это магия одного целого. Это все — питает Какю и КинМоку в целом. — Тайки поправила очки, шепотом объясняя девушке загадочность этого места. —А еще говорят, что каждый драгоценный камень — это чья-то душа! — я не сразу сообразил, что это сказал именно я. То есть сказала. — Погибшего или не родившегося? — с таким же интересом переспросила меня Мичиру, невесомо проведя ладонью около россыпи сапфиров. — Погибшего… Говорят — это невинные души. Они ждут здесь шанса на свое перерождение. Если камень исчезает, значит звезды даровали ему шанс на перерождение. И откуда я все это помню? Да потому что, Какю всегда говорила нам об этом, стоило прийти сюда. И именно по той же причине, мы должны были быть самими собой. Мы должны быть уважительны к месту хранилища душ. Кто знает, когда наша жизнь оборвется, и здесь, мы тоже будем ждать пика воссоединения. Перерождения. — Миллионы душ нашей планеты. — Согласившись, Тайки добавила. — Сияние камня зависит от грехов. Если человек был добрый, правильный, сияние его будет сильнее. Если вор или убийца, это бездушные черные камни, от который не отходит и лучика света. — Они искупают грехи этим? — задумчиво проговорила блондинка. — Чем меньше света — дольше перерождение. Человеческие грехи не так-то просто искупить…- Поэтому в этом месте, нельзя было трогать эти камни. Срывать их с места, и тем более разбивать. Если душу разбить, она уже не переродиться. — Это удивительно и грустно одновременно. — Как-то расстроено проговорила Мичиру, очень осторожно собирая юбку своего платья, чтобы не задеть эти самые камни. — У вас свои легенды, у нас свои, — Тайки вновь улыбнулась ей, снимая с небольшого крючка среди самых черных камней, деревянный факел. Мгновение, а он уже освещал длинный грот, указывая направление. — Пойдемте, смотрите под ноги. Нельзя задевать стены.       Мы двигались осторожно, переступая через все преграды, выступы, миллионы полочек с разнообразными камнями. С каждым пройденным шагом, цвет камней становился прозрачнее. От черных сапфиров и черных агатов, до янтаря.       А перед самым входом в главное помещение, в конце этого самого коридора драгоценных камней, сияние представляло собой алмазы и брильянты, сияющие завораживающим светом.       Пришлось немного нагнуться, чтобы пройти внутрь усыпальни. Очень низкий вход, казалось уменьшал невероятное по своей красоте место. Но стоило зайти внутрь, как лик изменился. Потолок вытянулся, представляя собой каменную структуру, с высоким круглым пиком. В центре свежая зеленая трава, которая передавала ароматы леса. А прямо на этой лужайке стояло старинное кресло. Точнее это было не кресло, а настоящий королевский трон. Трон украшали резные символы королевской династии, точно такие же, как на нашей одежде. А на самом кресле, стояла позолоченная праховая урна, украшенная россыпью изумрудов, рубинов, алмазов и турмалинов. На крышке было что-то наподобие небольшой короны.

      Лужайка эта была огорожена золотистой линией, и перед ней стояла небольшая резная таблица, где такой же золотистой краской было выведено: Ее величество Королева Какиоку. Любимая мать, жена, правительница планеты вечнозеленой оливы — КинМоку-сейн. Сияние звездного потока навсегда.

— Ваше Величество… — тихо проговорила я, останавливаясь возле ограждения, вставая на одно колено и кланяясь вечному праху. Тайки чуть поодаль сделала тоже самое.        Наверное, земные воины считали сейчас нас смешными сумасшедшими, которые отдают честь памяти умершей более двадцати лет назад королеве, мы так не считали. Ведь это место не простое, и буквально через несколько секунд, моего лица коснулась ледяная ладошка. — Файтер, моя сумасбродная черная пантера, я рада видеть тебя здесь…. — Я не поднимала своего лица, я просто не могла, приказа не было. Моя жизнь принадлежала ей от самого рождения, до смерти. И ослушаться даже призрака я не могла. — Мейкер, моя ночная сова, ты никогда не забываешь обо мне… — Тайки тоже ощутила это ледяное прикосновение, а потом корзинка с виноградом, переместилась за периметр золотой нити, падая рядом с троном. — Я вижу вы не одни, защитницы моей дочери. — Сейчас я ощутила холодную ладошку на своей макушке. Именно это позволяло мне подняться с колен. — Что же, неожиданное знакомство, хранители лунной принцессы. Что привело вас на КинМоку? — Ее голос эхом отдавался от стен. Немного грубоватый, немного шепелявый. А я и забыла, как одно лишь ударения на первый слог моего имени, заставляло вздрагивать, и надеяться уйти от наказания. — Ваша дочь позвала нас навестить метеоров, — доброжелательно проговорила немного удивленная Нептун. Им конечно приходилось, вот так же видеть душу матери Серенити, но каждый раз, это не так-то просто принять. — Ваше Величество, простите, что побеспокоили ваш вечный покой. Мы были на источнике. — Практически скороговоркой проговорила Мейкер, точно также не спеша подниматься, пока ладонь призрака не коснулась и ее макушки. — Вы не потревожили, напротив, я так долго ждала вас… Но, где же Хиллир и Оливия, почему их нет с вами? — Какиоку задумчиво посмотрела прямо мне в лицо, отчего по моей спине прошла волна ледяного пота. — Они остались во дворце. Сейчас на КинМоку совершаются нападения извне, и мирные жители должны быть под защитой. — Я знаю это, моя дикая пантера, и в этом моя вина… — Голос королевы эхом отдавался от стен.       Я вздрогнул, поднимая на ее прозрачный лик свой взгляд. Какиоку была статная женщина, возраста чуть больше тридцати. Какю была очень сильно похожа на нее. Те же алые пряди, тот же вздернутый нос. Разница только в глаза. Цвет глаз королевы был необычного фиалкового цвета. Почти как у нашего Творца. Длинное алое платье, состоящее из отдельных парчовых накидок, да золотистая ветка олив на плечах. -Вы? Отчего? Вас нет с нами уже много лет, — Я позволила себе повысить немного голос. Чтобы понять, почему дух королевы говорит такие вещи. — Посмотрите сюда, мои юные защитницы, вот на эти осколки черного сапфира… — Она дернула рукой, и от стены сзади ее трона, показалась кучка разбитых камней. Это были множественные осколки. Один, два, три… больше ста разбитых пополам камней, с черной выемкой между осколками. — Это человеческие души, которые были захвачены одной правительницей соседней планеты. Чернота ее души, избрала тактику уничтожения невинных душ, чтобы навредить мирным жителям, а особенно тебе, моя пантера… — Она вздохнула, а по ее прозрачным щекам засветились такие же прозрачные, но сияющие слезы. — Мне? –я неуверенно переспросила ее, открывая от неожиданности рот. — Значит, я была права! Йомы специально нападают именно на Файтер? — неожиданно выкрикнула Мейкер. — Да. — Горько проговорила она, вновь касаясь своей ледяной ладошкой моей щеки. — Прости меня, моя Воительница, я не думала, что причиню тебе столько вреда. — О чем вы… — Я тихо выдохнула, растеряно пытаясь уйти от этих прикосновений. Харука за моей спиной лишь выдохнула. Она-то как раз успела сложить всю известную информацию в своей голове, и теперь понимала, что происходит. Но ждала, думая над тем, расскажет Какиоку всю правду или нет. — Это было давно. Вы только появились на нашей планете, три маленькие звездочки, три наследницы своих спутников. И я спасла ваши жизни, решив воспитать как своих приемных дочерей. — Она сделала паузу, нежно посмотрев на нас обеих. — Оливии тогда было уже почти десять лет, и она была рада трем юным сестренкам. Каждая из вас была особенной. Хиллир — заключала в себе невероятную божественную силу исцеления. Под магией ее рук, птица со сломанным крылом, могла взлететь в небеса. А легкая головная боль улетучивалась от прикосновений. — Она нежно улыбнулась нам, вспоминая маленькую пепельноволосую девчонку с ярко изумрудными глазами. — Мейкер — обладательница острого ума и врожденной магии изобретения. Ты могла уже в пять лет собрать любой магический прибор. — Теперь ее прозрачная ладонью коснулась щеки Творца, и та смущенно потупила взор. — И, ты, Файтер, хранительница силы способной разрушать звезды. В тебе копился такой огонь войны, что я испугалась его… — Вот теперь ее голос дрогнул. Именно в этот момент, словно черта ее повествования коснулась нужного опасного момента. — Распри с соседними планетами были всегда. Мы нападали друг на друга, уничтожая и помогая одновременно. И именно в одной такой войне, я и королева Крахноль, пришли к согласию мира. Она не стала нападать на нас, мы договорились защищать друг друга от космического вторжения. Но за это, я должна была отдать ей одну из трех сирот. Я не смогла! Не смогла передать ей малюток. И тогда мы заключили контракт, что я передам ей одну из трех метеоров, стоит им всем троим исполнится двадцать семь лет. Я посчитала, что это самый лучший возраст для вступления в политический брак. И я выбрала — тебя, моя черная пантера…— Её голос дрожал, а мое понимание происходящего улетучивалось. — Файтер, пойми меня…! Я не смогла по-другому… Я защищала вас всех троих, но не смогла защитить тебя… — Она вновь вздохнула, а слезы на ее лице новым потоком заструились, капая на такое же прозрачное платье. — В ночь с двадцать девятого по тридцатое июля, ты перестанешь быть защитницей Какю, твоя жизнь станет принадлежать Королеве Крахноль… и Ее сыну, будущему правителю Ноль… — Чего?! — Я лишь оборонительно отступила назад. Мои глаза расширились от ужаса, я хватала воздух губами, но вдохнуть его не могла. — Но…но… я… Почему?! — Я закрывала руками уши, не веря в эту чертову правду. — Стоп, погодите. Ваша дочь уже сделала ход, или этого недостаточно? — Тем человеком, который спросил этот непонятный мне вопрос, была Харука. Она демонстративно резко схватила меня за руку, поднимая кольцом вверх, параллельно демонстрируя и свое обручальное кольцо. — Оливия сделала все правильно Уран, она заключила ваш брак. Формально защищая Файтер от политического брака с Нолем. Но жизнь ее и сила, это разные вещи. Я продала силу, а она спасла душу. — Ты что, об этом знала?! — В моей голове не укладывалась вся эта информация. Я не мог поверить, что мной по сути играли, как игрушкой. Швыряя и швыряя из одних рук в другие. — Знала, Хвост, знала… — Хрипло ответила Харука. Она боялась смотреть мне в глаза. — Какиоку… как вы могли со мной так поступить! — По лицу Тайки прошла такая же волна не понимания, и страха. Похоже, он тоже впервые слышал эти слова.       В горле пересохло. Я хотела уйти отсюда, сбежать ото всех. Как они все могли играть мной! Как Харука могла со мной так поступить. Пожалела?! Теперь понятно, она так ненавидит меня, что пожалела. Унизить, так полностью. — Так, хватит! Тогда при чем здесь эти осколки и ёмы, которые нападают на меня! — надо было собраться, надо было понять все до конца. Надо было как-то проглотить ком в горле. Но я не могла, не могла успокоится. — Да ведь эти осколки, и есть все эти души, что высвободила Крахноль… И их задача уничтожить тебя. Ты в образе мужчины, женился на одном из самых сильных воинов Галактики, на воине Ветров. Для Крахноль, и подписанного нами договора, это неоспоримый документ. Но твоя сила! Ее старший сын не обладает силой сенши, а магия Файтер, заветная. Убив тебя, разорвется ваш контракт, и магия передаст все Нолю. В голове не укладывалось все это. Я понимала, что во всем этом есть тайны, но, чтобы все было настолько погано. Я не могла поверить. — Не стоило Оливие делать это… — Я тихо проговорила это, ощущая предательские слезы на своих щеках. — Страдают мирные жители. Люди погибают от нападений. В свое день рождение я сама соглашусь на условие вашего контракта. Больше никто не пострадает… Только не из-за меня. Тено, контракт аннулирован будет в тот же день. Я сама его нарушу.       Я не шутила. Я не собиралась играть по их правилам. Я не трус! Я никогда бы не позволила этому произойти! И Оливия, еще пожалеет, что сотворила это. И Харуке не нужно будет изображать этот фальшь целый год. Я сокращу его на полгода. И в ночь моего двадцатисемилетия я все исправлю. — Файтер! Я не могла иначе… Я выбрала тебя из вас троих, еще в детстве. И теперь жалею об этом, но уже ничего не исправить… Прости меня когда-нибудь… Я лишь хотела мира между нашими планетами. — Ее голос становился все тише и тише.       Скорее всего, магия заканчивалась. На сегодня, общение с правительницей КинМоку было окончено. Мы узнали много нового… Скорее я узнал всю горькую правду своей никчемной жизни. Драгоценные камни, столичный ювелир, да та самая королева Крахноль, с которой так не давно я познакомилась… И этот чертов контракт… Наконец-то все встало на свои места. Но жизнь моя, от этой правды, стала только хуже.