When the blood speaks

-маскарад

Лекция по истории магических артефактов тянулась бесконечно. Профессор Варгус — древний демон с голосом, похожим на скрежет камней — вещал о классификациях энергетических потоков таким тоном, будто сам от этого уставал. Студенты клевали носом, кто-то откровенно рисовал в свитках, а Мими, сидевшая рядом с Вики, уже в третий раз роняла голову на парту. — Если ты ещё раз уснёшь, — шепнула Вики, — я тебя ущипну. — Ущипни, — простонала Мими, не поднимая головы. — Может, хоть так проснусь. Ости, сидевшая по другую сторону, тихо хихикала. Внезапно дверь аудитории распахнулась, и на пороге появился Малфегор. Хранитель Тьмы выглядел сегодня особенно торжественно. Одетый в чёрные одежды с багровыми вставками, он нёс в руках большой пергаментный свиток, украшенный золотыми и серебряными печатями. — Профессор Варгус, — обратился он, прерывая лекцию. — Прошу прощения за вторжение. Варгус только отмахнулся — видимо, тоже устал от собственного голоса. Малфегор обвёл взглядом аудиторию, и в его тёмно-красных глазах мелькнуло что-то похожее на предвкушение. — У меня для вас объявление, — сказал он, поднимая свиток. — Традиционное событие, которое происходит раз в год. И, судя по вашим сонным лицам, вам всем это необходимо. По аудитории пронёсся лёгкий шёпот. Мими резко подняла голову, мгновенно проснувшись. — В эти выходные в Зале Полуночного Сияния состоится Маскарад Теней и Света, — продолжил Малфегор. — Ежегодный бал, на который собираются студенты и преподаватели всей Академии. Ангелы и демоны. Свет и тьма. Под одним небом. — Маскарад? — переспросил кто-то с задних рядов. — Именно, — кивнул Малфегор. — Маски обязательны для всех. Это символ того, что в эту ночь не важно, кто ты — ангел или демон. Важно только то, что вы здесь. Вики почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Маскарад. Вечерние костюмы. Маски. И Люцифер. Она тут же отогнала эту мысль. — Правила просты, — продолжал Малфегор. — Являетесь в парадных одеждах, приносите хорошее настроение и готовность к танцам. Запрещено использовать магию для раскрытия личности. Запрещено снимать маски до полуночи. Запрещено портить праздник другим. Он сделал паузу и добавил с лёгкой усмешкой: — Нарушители будут лично наказаны мной. А я, поверьте, умею делать это изобретательно. По аудитории пронёсся смех. — Маски можно сделать самим или заказать в мастерских Академии, — продолжил он. — Проявите фантазию. Это ваш шанс стать тем, кем вы не являетесь в обычной жизни. Или наоборот — показать себя настоящего, спрятав лицо. Он сделал паузу, и его взгляд снова скользнул по аудитории. — На этом всё. Профессор Варгус, продолжайте. Малфегор вышел, оставляя после себя гул голосов. — Маскарад! — Мими вцепилась в руку Вики с такой силой, будто от этого зависела её жизнь. — Ты слышала? Маскарад! Это же... — Я слышала, — Вики улыбнулась, глядя на её сияющее лицо. — Мы должны выглядеть сногсшибательно! — продолжала Мими. — Я уже знаю, что надену! О, девочки, это будет нечто! Ости закатила глаза, но тоже улыбалась. — Главное, чтобы ты не перестаралась, — заметила она. — Перестараться нельзя! В маскараде главное — загадка! — Мими мечтательно закатила глаза. — Представляете: толпа, музыка, полумрак, и ты идёшь в маске, и никто не знает, кто ты. Можно быть кем угодно. Можно делать что угодно. — И с кем угодно, — добавила Ости многозначительно. Мими стрельнула в неё взглядом, но промолчала. Вики слушала их болтовню вполуха. Мысли снова унеслись куда-то далеко. Маскарад. Маски. В эту ночь никто не узнает никого. Кроме тех, кого хочешь узнать. — Вики? — голос Ости вырвал её из размышлений. — Ты с нами? — Что? Да, конечно. — О чём задумалась? — Ни о чём, — быстро ответила Вики. — Просто... о маске. Ости понимающе улыбнулась, но ничего не сказала. А Мими уже строила планы, размахивая руками и перечисляя все возможные фасоны платьев. Лекция закончилась, и студенты начали расходиться. Вики поднялась, собирая свитки, и вдруг почувствовала знакомое присутствие за спиной. — Огонёк. Она обернулась. Люцифер стоял в паре шагов, засунув руки в карманы, с той самой усмешкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось. — Чего тебе, принц? — Услышал про маскарад, — сказал он лениво. — Решил спросить, будешь ли ты там. — А тебе какое дело? — Прямое, — он чуть наклонил голову. — Хочу знать, кого искать. — Искать? — усмехнулась Вики. — А ты планируешь кого-то искать? — Планирую, — честно признался он. — Одну демоницу, которая сводит меня с ума. Вики почувствовала, как сердце пропустило удар. — Удачи в поисках, — сказала она ровно. — В маске все одинаковые. — Ты — нет, — тихо ответил он. — Тебя я узнаю даже в толпе. Даже если ты спрячешься за тысячей масок. Он развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа. Вики осталась стоять посреди опустевшей аудитории, чувствуя, как щёки заливает румянец. — Вики! — донеслось из коридора. — Ты идёшь? — Иду, — крикнула она и, тряхнув головой, поспешила за подругами. Но мысли о маскараде, о масках и об одном демоне с алыми глазами остались с ней. И никуда не собирались уходить.

***

Подготовка к маскараду началась с того, что Мими ворвалась в комнату с таким количеством пакетов, что за ними не было видно её самой. — Девочки! — провозгласила она, водружая гору коробок на кровать Ости. — Я нашла! Я всё нашла! Ости, чуть не придавленная упавшим свёртком, возмущённо пискнула. — Мими, ты с ума сошла? Мы же договаривались, что каждая выбирает себе сама! — А я выбрала за всех! — Мими ничуть не смутилась. — Потому что у меня вкус, а у вас — просто глаза. Смотрите! Она принялась разворачивать пакеты с такой скоростью, будто боялась, что их кто-то отнимет. Первым появилось платье Ости. Чёрное, струящееся, с длинными рукавами из тончайшего кружева и глубоким вырезом на спине. Оно было элегантным, строгим и в то же время дьявольски соблазнительным. — Ости, примерь! — скомандовала Мими, кидая ей платье. Ости поймала его с видом человека, который только что получил бомбу в подарок, но в её глазах уже загорались знакомые искорки. — А это моё, — Мими достала следующее. Синее платье, переливающееся, как морская глубина, с пышной юбкой и открытыми плечами. Оно было таким же ярким и дерзким, как она сама. — И наконец... — Мими театрально выдержала паузу. — Вики, это твоё. Она протянула ей платье, и Вики замерла. Тёмно-красное. Почти алое, но с таким глубоким оттенком, что в полумраке оно казалось чёрным, а на свету вспыхивало кровавыми искрами. Платье было длинным, до самого пола, с высоким разрезом, открывающим ногу при каждом шаге. Верх — корсетный, идеально облегающий фигуру, с тонкими бретельками, которые спускались почти до локтей, оставляя плечи и ключицы открытыми. Ткань мягко струилась, переливаясь в свете багровых светильников. — Мими... — выдохнула Вики. — Оно просто... — Знаю, — довольно кивнула Мими. — Ты будешь в нём богиней. Она подошла ближе и, понизив голос, добавила с хитрой улыбкой: — И знаешь, оно отлично будет сочетаться с глазами Люцифера. Вики театрально закатила глаза. — Мими, ты опять? — Что опять? — Мими сделала невинное лицо. — Я просто констатирую факт. Ты же прекрасно знаешь, какие у него алые глаза. Не мне тебе рассказывать. — Это ты специально выбрала этот цвет, — фыркнула Вики. — Я? — Мими прижала руку к груди. — Чтобы я подбирала наряды так, чтобы вы смотрелись как идеальная пара? Никогда! — Мими! — Ладно-ладно, — засмеялась она. — Примеряй давай. Посмотрим, как сядет. Вики вздохнула, но спорить не стала. Платье село идеально.

***

Комната Люцифера

— Ты издеваешься? — спросил Люцифер, глядя на рубашку, которую Кассиан бросил ему на кровать. — А что такое? — Кассиан с самым невинным видом поправлял манжеты на своей тёмно-синей рубашке. Чёрный костюм сидел на нём безупречно, придавая даже ему, вечно улыбающемуся шалопаю, какой-то аристократичный вид. — Ты знаешь, что это за цвет. — Красный? — Кассиан притворно нахмурился. — Очень красивый цвет. Страстный. Опасный. Прямо как твои глаза. — Кассиан. — Что? — Ты специально, ты же знаешь, что я редко одеваю этот цвет. Тем более.. ладно, не важно. — Я? — Кассиан прижал руку к груди. — Я ничего не делаю специально. Никогда! Люцифер закатил глаза точь-в-точь как Вики несколько минут назад. — Ты неисправим. — Знаю, — Кассиан подошёл и хлопнул друга по плечу. — Примерь давай. Посмотрим, как сядет. Люцифер нехотя стянул футболку и надел рубашку. Она сидела идеально. Тёмно-красный, почти алый шёлк облегал широкие плечи, подчёркивая разворот спины и узкую талию. Расстёгнутая верхняя пуговица открывала ключицы, и даже Кассиан, привыкший к эффектной внешности друга, присвистнул. — Ого, — протянул он. — Люцифер, если ты явишься в этом на бал, там половина девиц попадает в обморок. — Мне плевать на половину девиц, — буркнул Люцифер, разглядывая себя в зеркале. — Знаю, — Кассиан ухмыльнулся. — Тебе нужна только одна. Люцифер промолчал, но в зеркале мелькнуло что-то в его глазах. — Кстати, о той самой одной, — продолжил Кассиан, разваливаясь на стуле. — Я сегодня утром кое-что видел. — Что именно? — Ну, когда я вышел тебя позвать на лекцию, — Кассиан мечтательно улыбнулся. — Двое стояли очень близко. Очень. Я бы даже сказал, опасно близко. Искрили так, что, кажется, даже камни плавились. — Кассиан. — Что? Я просто делюсь наблюдениями. Ты и Вики. У колонны. Утром. Помнишь? Я, между прочим, специально подождал пару секунд, прежде чем вас прервать. Думал, может, случится что-то интересное. — Мы просто разговаривали, — отрезал Люцифер. — Ага, ага. Просто разговаривали. С расстояния в полвздоха. И смотрели друг на друга так, будто хотели либо убить, либо... — Заткнись. — ...поцеловать, — закончил Кассиан, ничуть не смутившись. — Люцифер, друг мой, я тебя умоляю. Ты уже неделю сам не свой. Ты смотришь на неё так, как не смотрел ни на одну демоницу за всю свою жизнь. — Просто она бесит меня, — пожал плечами Люцифер. — У неё характер — хуже некуда. Кассиан расхохотался. — Ты прав! У неё ужасный характер, — он вытер наглаз выступившую слезу. — Прямо как у тебя, кстати. — Что? — То, — Кассиан развёл руками. — Вики — это женское олицетворение тебя, Люцифер. Такая же упрямая, такая же дерзкая, так же не лезет за словом в карман. И именно поэтому она тебя так бесит. Потому что ты в ней себя узнаёшь. Люцифер замер. — Чушь, — сказал он после паузы. — Чушь? — Кассиан приподнял бровь. — А ты посмотри правде в глаза. Ты привык, что все вокруг пляшут под твою дудку. А она — нет. Она стоит на своём. И тебе это... нравится. — Мне это не нравится. Это раздражает. — Одно другому не мешает, — философски заметил Кассиан. Люцифер промолчал, надевая пиджак. — Ладно, — сказал он наконец. — Допустим, она... интересна. — О, прогресс! — Кассиан всплеснул руками. — Но это ничего не значит. — Конечно, не значит, — усмехнулся Кассиан. — Как и то, что вы будете в одинаковых цветах сегодня. Просто совпадение. Люцифер резко обернулся. — Всмысле в одинаковых? Она что будет в красном? Кассиан расплылся в довольной улыбке. — У меня свои источники, — сказал он. — А теперь собирайся, принц. Сегодня будет интересный вечер. Люцифер усмехнулся, но ничего не ответил. Внутри всё горело предвкушением. Зал полуночного сияния преобразился до неузнаваемости. Вики замерла на пороге, поражённая открывшимся зрелищем. Огромное помещение утопало в полумраке, который разрывали тысячи мерцающих огней. Они парили под потолком, переливаясь золотом и багровцем, создавая причудливую игру света и тени. Стены, обычно строгие и монументальные, сегодня были увиты живыми цветами — белыми и алыми, переплетающимися в замысловатый узор. Но главное — люди. Вернее, демоны и ангелы. Их было так много, что голова шла кругом. Все в вечерних нарядах, все в масках. Кружево, бархат, шёлк, перья — маски скрывали лица, делая каждого загадкой. Вики вглядывалась в толпу и не узнавала никого. Только силуэты, только намёки, только догадки. — Офигеть, — выдохнула Мими рядом. Она была в своей синей маске с перьями, которая делала её похожей на морскую царицу. — Я никого не узнаю! — В этом и смысл, — отозвалась Ости. Чёрная маска с кружевом придавала её обычно мягкому лицу загадочную, почти опасную красоту. Вики коснулась своей маски — тёмно-красной, расшитой мелкими стразами, которые вспыхивали при каждом движении. Она чувствовала себя неузнаваемой. Скрытой. Свободной. — Пошли за выпивкой! — Мими схватила их за руки и потащила вглубь зала. Барная стойка сегодня тоже преобразилась — её украшали золотые и серебряные ленты, а за ней суетились бармены в одинаковых чёрных масках. Мими заказала три коктейля — синий, красный и золотистый. — За этот вечер! — провозгласила она, когда они чокнулись. — За тайны, за маски и за то, чтобы никто не узнал, что мы вытворяли в прошлый раз! — А что вы вытворяли в тот раз? — Я пыталась испечь пирог в тумбочке у Кассиана в комнате, — добавила Ости, и они рассмеялись. — А ещё, я пела балладу, — Мими закатила глаза, но улыбалась. — Кассиан теперь будет шантажировать нас до конца учёбы. — А он молодец, что приютил, — заметила Ости. — Хотя, мог бы и не выставлять нас в коридор утром. — Это был его способ пошутить, — Вики покачала головой. — У него своеобразное чувство юмора. — Зато теперь у нас есть история, — философски заметила Мими. — И повод быть ему должным. — Ты ему должна, — поправила Ости. — А я просто была втянута. — Мы были втянуты вместе! Не отмазывайся! Они рассмеялись, и Вики поймала себя на мысли, как ей хорошо с ними. Просто, легко, беззаботно. — Кстати, — Мими понизила голос и загадочно посмотрела на Вики. — А ты заметила, что в зале полно народа в красном? — И что? — И то, что наш принц тоже, говорят, в красном. — Мими... — Что? Я просто констатирую факт! Ости закатила глаза, но улыбнулась. — Оставь её в покое, Мими. Пусть сама разбирается. — Да я ничего, я просто... — Мими! — Ладно-ладно! Вики пила свой коктейль, краем глаза скользя по толпе. Она не искала никого. Совсем. Музыка заиграла громче, и свет в зале изменился — стал более приглушённым, интимным. На небольшой сцене появились две фигуры. Малфегор и Серафина. Хранитель Тьмы и Хранительница Света стояли рядом, и это зрелище само по себе было завораживающим. Он — в чёрном костюме с багровыми вставками, в маске из тёмного металла. Она — в белом, струящемся платье, в золотой маске, закрывающей только глаза. — Дорогие студенты! — голос Серафины разнёсся по залу, чистый и мелодичный. — Мы рады приветствовать вас на Маскараде Теней и Света. — Сегодня нет ангелов и демонов, — подхватил Малфегор, и его низкий голос контрастировал с её, создавая идеальный баланс. — Сегодня есть только вы. Только музыка. Только ночь. — Танцуйте, знакомьтесь, наслаждайтесь, — продолжала Серафина. — И помните: маску нельзя снимать до полуночи. Кто нарушит правило — будет наказан. — Лично мной, — добавил Малфегор, и в его голосе послышалась усмешка. Зал взорвался аплодисментами. — А теперь — танцы! — объявила Серафина, и музыка заиграла с новой силой. — Пошли! — Мими потянула их к танцполу. Танцы со сменой партнёров оказались весёлым хаосом. Музыка то ускорялась, то замедлялась, и каждые несколько минут нужно было менять партнёра. Вики кружилась с незнакомыми демонами, с ангелами, чьи лица скрывали маски, смеялась, когда кто-то наступал ей на ноги, и чувствовала себя удивительно легко. Пока в очередной смене перед ней не оказался он. Она узнала его сразу. Не по маске — тёмной, почти чёрной, с алыми вставками. Не по костюму. По тому, как он стоял. По тому, как смотрел. По тому, как воздух вокруг него искрил. — Попалась, Огонёк, — тихо сказал он, и его голос, низкий, с хрипотцой, проник прямо в душу. — А ты говорила, что не узнаю. Вики замерла, но быстро взяла себя в руки. — Я и не думала, что ты узнаешь, — парировала она, кладя руку на его плечо. — Просто Мими выбрала оригинальный цвет. — Мими? — усмехнулся Люцифер, притягивая её ближе. — А мне казалось, ты сама выбираешь, что носить. — Я выбираю. Но сегодня она принесла готовое. — И ты согласилась? — А почему я должна была отказываться? — Потому что знала, что я буду в таком же. — Откуда мне было знать? — Огонёк, — он склонил голову чуть набок, и даже сквозь маску она видела, как в его глазах пляшут чертики. — Ты что, правда думаешь, что это совпадение? — А что же ещё? — Кассиан. Вики фыркнула. — У меня та же история. Мими. — Значит, наши «друзья» решили поиграть в свах. — Похоже на то. — И как тебе это? — спросил он, чуть наклоняясь ближе. — Бесит, — честно ответила Вики. — Меня тоже. — Но ты здесь. — А ты танцуешь со мной. — Потому что так решила смена партнёров, — отрезала она. — Конечно, — усмехнулся он. — Только поэтому. Они кружились в танце, и Вики чувствовала его руку на своей талии — твёрдую, уверенную, горячую даже сквозь ткань платья. Она старалась не думать о том, как близко он находится. Как его дыхание касается её виска. Как его глаза, даже под маской, прожигают насквозь. — Ты пахнешь вишней, — сказал он тихо. — И тем, что я никак не пойму. — Ты уже говорил. — И не перестану. — Люцифер... — Что? — Ты слишком близко. — А ты хочешь, чтобы я отошёл? — Я хочу, чтобы ты перестал... — она запнулась. — Что перестал? — Сводить меня с ума, — выдохнула она, и это вырвалось раньше, чем она успела подумать. Он замер. Потом чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза. — Ты серьёзно? — Не придавай значения. — Огонёк, — его голос стал ниже. — Ты хоть понимаешь, что ты со мной делаешь? — Надеюсь, то же, что и ты со мной, — усмехнулась она. — Бешу тебя до смерти? — Именно, — ответил он, и в его голосе слышалась улыбка. Их лица были опасно близко. Вики видела своё отражение в его глазах, чувствовала его дыхание на своих губах. Ещё секунда — и... Музыка остановилась. Время менять партнёров. Но Люцифер не отпустил её. — Ещё рано, — сказал он, когда к ним уже направлялся следующий партнёр. И прежде чем Вики успела возразить, он плавно увлёк её в сторону, ловко уворачиваясь от толпы. — Ты что делаешь? — возмутилась она. — Нарушаю правила, — ответил он. Она посмотрела на него. На его руку, всё ещё лежащую на её талии. На его глаза, горящие сквозь маску. — Ты невыносим, — сказала она. — Знаю. — И самоуверен. — И это знаю. — И... — она замолчала. — Что? — И я, кажется, я скоро сойду с ума. Он улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у неё подкашивались колени. — Тогда поехали, Огонёк, — сказал он тихо. — Будем сходить с ума вместе. И они закружились в танце, не меняя партнёра, не слушая правил, не думая ни о чём, кроме друг друга. А где-то в толпе Кассиан, наблюдавший за ними, толкнул локтем Мими. — Смотри, работает, — довольно сказал он. — Вижу, — усмехнулась Мими. — Ещё немного, и они сами всё поймут. — Или сожгут зал. — Тоже вариант. Они чокнулись бокалами, наблюдая за парой в тёмно-красном, которая кружилась в центре зала, не замечая никого вокруг. Время потеряло счёт. Музыка лилась рекой, коктейли сменяли друг друга, и Вики уже сбилась со счёту, сколько раз она танцевала, смеялась и снова пила. Зал кружился в разноцветном вихре огней, масок, улыбок. Мими куда-то исчезла с Кассианом, Ости флиртовала с каким-то ангелом в золотой маске, и Вики осталась одна. В какой-то момент ей стало слишком душно. Слишком много людей, слишком много звуков, слишком много его присутствия где-то рядом. Она выскользнула из зала в длинный пустой коридор. Здесь было тихо. Только приглушённые отголоски музыки доносились издалека да редкие магические светильники горели вдоль стен, создавая интимный полумрак. Вики прислонилась к прохладной стене и закрыла глаза, пытаясь унять бешеный стук сердца. — Решила спрятаться? Она не вздрогнула. Почему-то она знала, что он придёт. — А ты решил, что за мной нужно следить? — ответила она, не открывая глаз. — Или просто потерялся по дороге к очередной демонице? — Огонёк, — в его голосе послышалась усмешка, — если бы я хотел их найти, я бы не стоял сейчас здесь. — А где бы ты стоял? — Там, где меня ждут, — он сделал паузу. — Но я почему-то здесь. Вики открыла глаза. Люцифер стоял напротив, прислонившись плечом к стене. Маска съехала набок, открывая высокую скулу и часть щеки. Глаза горели алым даже в полумраке. Алый шёлк рубашки был слегка растрёпан, верхняя пуговица расстёгнута, открывая ключицы. Он выглядел так, будто только что с кем-то боролся. Или танцевал. Или бежал. — Проваливай, принц, — сказала Вики, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я хочу побыть одна. — Врёшь. — Что? — Врёшь, Огонёк. Ты не хочешь быть одна. Ты хочешь, чтобы я остался, но боишься себе в этом признаться. Вики усмехнулась, отклеиваясь от стены. — Самоуверенность тебя погубит. Ты хоть понимаешь, как смешно выглядишь, когда строишь из себя знатока женских душ? — Я не строю. Я просто вижу. — И что ты видишь? — Что ты смотришь на меня так же, как я на тебя. — Ты на меня вообще не смотришь, — фыркнула она. — Ты смотришь сквозь меня, как будто я часть интерьера. — А ты на меня смотришь так, будто хочешь прожечь дыру. — Может, и хочу. — Тогда жги, Огонёк. Они стояли друг напротив друга, и воздух между ними накалился до предела. Виски гудел в голове, но мысли оставались странно ясными. Слишком ясными. — Знаешь, что меня в тебе бесит? — спросила она, делая шаг к нему. — Перечислять по порядку или можно сразу итог? — Что ты ведёшь себя так, будто я уже твоя. — А разве нет? — Нет, я далеко не твоя. — Врёшь. — Ты повторяешься, принц. — А ты отводишь взгляд, когда я смотрю на тебя. — Потому что ты смотришь, как голодный пёс на кусок сырого мяса. Люцифер усмехнулся — и в этой усмешке было что-то новое, что-то, от чего у Вики внутри всё перевернулось. — Я никогда не смотрел так ни на одну девушку, — сказал он тихо. — А я никогда не видела, чтобы принц так плохо притворялся. — Я не притворяюсь, Огонёк. Он шагнул ближе. Теперь между ними был всего шаг. — Слушай, — выдохнула Вики, глядя ему в глаза. — Если ты сейчас скажешь какую-нибудь очередную глупость про то, что я тебя привлекаю, потому что я «не такая, как все», я тебя ударю. — Ты не «не такая, как все», — ответил он. — Ты просто... единственная такая. — Это одно и то же. — Нет. «Не такая, как все» — это про тех, кто старается выделиться. А ты просто... есть. И от этого невозможно оторваться. Вики замерла. — Ты серьёзно? — Я никогда не был серьёзнее, — он провёл рукой по её плечу, едва касаясь, и у неё перехватило дыхание. — Знаешь, что я думаю? — выдохнула она. — Что? — Что ты слишком хорошо всё это говоришь для того, кто просто пьян. — А кто сказал, что я пьян? — Ты пил весь вечер. — Я пил, но не пьянею. Разница. — Удобно. — Очень. Она смотрела на него, и внутри всё горело. Алкоголь делал своё дело — убирал барьеры, развязывал язык, заставлял сердце биться быстрее. Но сейчас дело было не в алкоголе. — И давно ты за мной наблюдаешь? — спросила она с вызовом. — С первой встречи. — Врёшь. — Не вру. Тот вечер на балконе, когда ты стояла с Ксавьером. Я смотрел на тебя и думал: «Кто эта девушка, которая заставляет мир вокруг себя светиться?» — Поэтично, — усмехнулась она. — Тренировался? — Нет. Просто говорю как есть. — А если я скажу, что мне плевать? — Скажешь. — И что тогда? — Тогда я скажу, что ты врёшь. — Опять? — Снова. Вики закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Ты невыносим. — Знаю. — И самоуверен. — И это знаю. — И целоваться, наверное, тоже умеешь лучше всех? Он чуть приподнял бровь. — Хочешь проверить? — А если не понравится? — Тогда скажешь. — И ты отстанешь? — Нет. Просто буду стараться лучше. Вики рассмеялась — искренне, пьяно, свободно. — Ты что, серьёзно? — Абсолютно. Она посмотрела на него. На его губы, которые сейчас были так близко. На его глаза, в которых горел тот самый огонь, от которого у неё подкашивались колени. — Знаешь, что? — выдохнула она. — Что? — У тебя не хватит смелости этого сделать. Он не заставил себя ждать. Его рука скользнула ей на затылок, притягивая ближе, и в следующую секунду его губы накрыли её. Вики ожидала чего угодно — напора, жёсткости, той самоуверенности, которая была в каждом его слове. Но он целовал её так, будто у него было всё время мира. Медленно, глубоко, дразняще. Его язык коснулся её нижней губы, и она выдохнула ему в рот что-то, похожее на ругательство. Он усмехнулся прямо в поцелуй и усилил натиск. Вики потеряла счёт времени. Были только его губы, его руки на её талии, его запах — дым, вишня и что-то ещё, от чего кружилась голова сильнее любого алкоголя. Когда он наконец оторвался, она смотрела на него тяжело дыша. — Ну? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Как оценка? — Тр-р-ройка, — выдохнула она, пытаясь восстановить дыхание. — С натяжкой. — Врёшь, Огонёк. — С чего ты взял? — С того, что ты до сих пор здесь. — Может, мне просто нравится тебя мучить. — Мучай, — он снова потянулся к ней. — Я не против. — Люцифер... — М? — Ты же знаешь, что мне всё равно. — Знаю. — И тебя это не останавливает? — Нет. — А должно? — Ничего не должно. Есть только то, что я хочу. — И чего ты хочешь? Он посмотрел ей прямо в глаза. — Тебя. Вики выдохнула. — Тогда не останавливайся. И он не остановился. Где-то вдалеке всё ещё играла музыка, где-то смеялись люди, а они стояли в пустом коридоре, прижавшись друг к другу, и не могли оторваться. — Нас хватятся, — прошептала она между поцелуями. — Плевать. — Маскарад... — Плевать. — Люцифер... — Замолчи, Огонёк, — усмехнулся он ей в губы. — Целуй меня. И она послушалась. Потому что внутри всё горело. И это был самый прекрасный пожар в её жизни.

***

Утро наступило слишком рано. Или не рано. Вики потеряла счёт времени, когда голова раскалывалась так, что каждый луч света казался личным врагом. Она открыла один глаз, потом второй — и тут же зажмурилась. — А-а-а, — простонала она, натягивая одеяло на голову. Где-то рядом раздался такой же страдальческий стон. Потом ещё один. — Мы живы? — донёсся приглушённый голос Ости. — Не уверена, — ответила Мими. — Кажется, я умерла ещё вчера. — Тогда почему у меня всё болит? — Потому что в Аду даже мёртвые мучаются. Вики рассмеялась и тут же схватилась за голову. — Не смеши меня! — взмолилась она. — Голова треснет. Она попыталась снова закрыть глаза, но воспоминания уже начинали пробиваться сквозь пелену похмелья. Коридор. Полумрак. Красная рубашка. Вики замерла. — Вики? — голос Мими пробивался сквозь пелену. — Ты чего? Она не отвечала. Воспоминания приходили обрывками — сначала просто ощущения: тепло его рук, запах дыма и вишни, его голос, низкий и хриплый. — Решила спрятаться? Его лицо в опасной близости. Глаза, горящие алым даже в полумраке. — Хочешь проверить, как я целуюсь? А потом... Потом его губы накрыли её. Вики резко села на кровати, чувствуя, как щёки заливает краска. — Ты чего? — Ости приподнялась на локте, глядя на неё с беспокойством. — Плохо? — Я... — Вики смотрела на подруг. — Кажется, я вчера кое-что сделала. — Напилась? — предположила Мими. — Мы все вчера напились. — Не только. — А что ещё? Вики глубоко вздохнула. Сказать это вслух было странно, но почему-то не страшно. — Я целовалась с Люцифером. Тишина. Абсолютная, гробовая тишина. Мими замерла с открытым ртом. Ости смотрела так, будто у Вики выросла вторая голова. — С кем? — переспросила Мими, не веря своим ушам. — С Люцифером, — повторила Вики. — Ты... и Люцифер? — Ости медленно опустилась на кровать. — Вы же на дух друг друга не переносите. — Я знаю. — Вы вечно спорите, цапаетесь, смотрите так, будто хотите прибить друг друга! — Мими всплеснула руками. — И тут вдруг — поцелуй?! — Ну да, — пожала плечами Вики. — Поцеловались и поцеловались. Мими и Ости переглянулись. — В смысле — «поцеловались и поцеловались»? — переспросила Ости. — Ты что, не понимаешь, что это значит? — А что это значит? — Вики пожала плечами. — Просто поцелуй. Один вечер. Мы были пьяны. — Вики, — Мими подползла ближе и заглянула ей в глаза. — Ты целовалась с Люцифером. С принцем Ада. С тем, кто никогда ни на кого так не смотрел, как на тебя. — И что? — И то, что это не «просто поцелуй»! — Почему? Мими открыла рот, закрыла, снова открыла. Она явно не знала, что ответить. — Потому что... ну... потому что это ЛЮЦИФЕР! — выпалила она наконец. — И что с того? — усмехнулась Вики. — Целуется он, кстати, отлично, я не спорю. Но это не значит, что мы теперь должны пожениться. Ости фыркнула. — Ты невероятна, — сказала она. — С тобой целуется демон, о котором мечтает половина Академии, а ты делаешь вид, что ничего не произошло. — А что должно произойти? — Вики откинулась на подушку. — Мы поцеловались. И всё. Мы - демоны. А вы сейчас размышляете, как земные люди! — Ты считаешь это ошибкой? Вики задумалась. Воспоминания снова нахлынули — его губы, его руки, его шёпот. — Нет, — честно ответила она. — Не считаю. Было приятно. Даже очень. Но это ничего не меняет. — Не меняет? — переспросила Мими. — Вики, ты серьёзно? — Абсолютно. Мы поцеловались. И что дальше? Начнём встречаться? Будем ходить за ручку и строить планы на будущее? — она усмехнулась. — Мы даже разговаривать нормально не можем без того, чтобы не поспорить. — В этом и есть вся соль, — заметила Ости. — Может быть. Но я не собираюсь загоняться из-за одного поцелуя. Что было — то было. Мими и Ости снова переглянулись. — Ты правда так спокойна? — спросила Мими. — А что мне, в обморок упасть? — усмехнулась Вики. — Девочки, я взрослая демоница. Со мной и не такое бывало. Поцелуй — это просто поцелуй. Не больше. — Ну-ну, — протянула Ости с явным скепсисом. — Посмотрим, как ты запоешь, когда он подойдёт к тебе сегодня. Тем более, когда на учёбе у вас везде "идеальная синхронизация". — А он подойдёт? — Ты сама-то веришь, что нет? Вики задумалась. — Не знаю, — призналась она. — Вы придаете этому, слишком большое значение. — Ты невероятная, — покачала головой Мими. — Я просто реалистка, — улыбнулась Вики. Давайте просто отдохнём. Она натянула одеяло до подбородка и просто лежала. Мими и Ости переглянулись, но спорить не стали. — Ладно, — вздохнула Мими. — Но мы потом ещё поговорим. — Обязательно, — пробормотала Вики. Но на губах всё ещё горели его поцелуи. И это было чертовски приятно. Даже если это был «просто поцелуй».

***

Комната Люцифера

— А-а-а-а-а! Пронзительный женский крик разорвал утреннюю тишину где-то в соседней комнате общежития. Люцифер открыл один глаз. Потом второй. Потом снова закрыл. — Что это было? — простонал Кассиан, лежащий лицом в подушку. — Не знаю. И знать не хочу. — ВИ-И-И-КИ-И-И! — донеслось снова. Люцифер замер. — Это Мими, — сказал он. — Кто? — Друг мой, ты забыл свою вчерашнюю подружку? Кассиан приподнял голову и посмотрел на него мутным взглядом. — А чего она орёт? — Понятия не имею. — Может, случилось что? — Если бы случилось, орали бы громче. Кассиан хмыкнул и снова уткнулся в подушку. Тишина длилась ровно три секунды. — Слушай, — вдруг сказал Кассиан, не поворачиваясь. — А почему ты улыбаешься? — Я не улыбаюсь. — Улыбаешься. Я по голосу слышу. Люцифер потрогал своё лицо и понял, что Кассиан прав. Уголки губ сами собой ползли вверх. — Это похмелье, — буркнул он. — Ага, конечно. Похмелье. — Кассиан резко сел на кровати, забыв о головной боли, и уставился на друга подозрительным взглядом. — Ты что-то вспомнил? — Ничего. — Врёшь. — Не вру. — Люцифер, я тебя тысячу лет знаю. Ты сейчас красный, как твоя вчерашняя рубашка. Что ты натворил? — Ничего я не натворил. — А почему тогда у тебя такое лицо? — Какое лицо? — Такое, будто ты только что вспомнил, что сделал что-то очень глупое и очень приятное. Люцифер промолчал. Воспоминания накатывали волнами. Вишня. Её запах. Её губы. — О чёрт, — выдохнул он. — Люцифер! — Кассиан уже сидел на кровати и сверлил друга взглядом. — Если ты сейчас не расскажешь, я буду пытать тебя до вечера. И мне плевать, что у меня жутко болит голова. — Замолчи. — Не замолчу! Ты что-то сделал! И я хочу знать что! Люцифер посмотрел на него тяжёлым взглядом, но Кассиан не испугался — он сиял предвкушением, как ребёнок перед праздником. — Я поцеловал Вики, — выдохнул Люцифер. Тишина. Кассиан смотрел на него с открытым ртом. Потом медленно, очень медленно, на его лице начала расползаться улыбка. — Ты... поцеловал... Вики? — переспросил он. — Ту самую Вики, которую ты ненавидишь? С которой вечно споришь? Которая тебя бесит? — Да. — ТУ САМУЮ Вики? — Да, Кассиан, ту самую. — О-о-о-о, — протянул Кассиан, откидываясь на подушки. — Я так и знал. Я ЗНАЛ! — Ты ничего не знал. — Знал! Я говорил тебе! Она тебя зацепила! А ты говорил — просто интересно! — Это и было просто интересно. — Ага, ага. Просто интересно. Поэтому вы целовались. Люцифер промолчал. — И как? — не унимался Кассиан. — Как она? Целуется хорошо? — Заткнись. — Значит, хорошо. Очень хорошо. Судя по твоему лицу — просто отлично. — Кассиан. — Что? Я просто рад за тебя! Наконец-то ты нашёл ту, ради которой стоит... — Замолчи. — ...перестать быть циником. — Я сказал — замолчи. Кассиан рассмеялся — и тут же схватился за голову. — Ох, не смеши меня, голова трещит. Но это того стоит. Люцифер влюбился! — Я не влюбился. — Ага, ага. — Это был просто поцелуй. — Просто поцелуй? — Кассиан приподнял бровь. — Ты целовался с девушкой, которую знаешь несколько недель. С которой у вас вечная война. И это просто поцелуй? — Да. — Люцифер, друг мой, — Кассиан вдруг стал серьёзным. — Ты вообще помнишь, что ты никогда никого не целовал? Люцифер замер. — Ты же сам мне говорил, — продолжил Кассиан. — Все эти девицы, с которыми ты спал — ни одной даже поцелуя в губы. Ты говорил, что это слишком личное. Слишком интимное. Что это не для них. — Помню. — И тут ты целуешь Вики. Первую девушку, которую ты поцеловал в жизни. И после этого говоришь, что это «просто поцелуй»? Люцифер молчал. В голове крутились слова, которые он сам себе говорил годами. «Губы — не для них. Слишком личное. Слишком настоящее». А потом была она. И все эти правила просто... исчезли. — Она не знает, — тихо сказал Люцифер. — Чего не знает? — Что она первая. Кассиан присвистнул. — И ты не скажешь? — Зачем? Чтобы она решила, что я какой-то больной? — Ты не больной. Ты просто... разборчивый. — Я просто не хотел никого. — А её захотел. Люцифер посмотрел на него. — Захотел, — признался он. — Очень. Кассиан откинулся на подушки и уставился в потолок с довольной улыбкой. — Ну всё, Люцифер. Ты пропал. — Я не пропал. — Пропал, пропал. И это прекрасно. — Ничего прекрасного. Она меня ненавидит. Как и я её. — Ага, поэтому вы целовалась. Гениально. — Мы были пьяны. — Тебе чтобы опьянеть, нужно выпить, как минимум ванну крепкого алкоголя. Ты не пьянешь так просто. — напомнил Кассиан. — И она была не настолько пьяна, чтобы не понимать, что делает. Люцифер промолчал. Он и сам это знал. Где-то в соседней комнате снова раздался крик Мими, и они оба невольно усмехнулись. — Похоже, там тоже обсуждают вчерашнее, — заметил Кассиан. — Похоже. — Думаешь, она расскажет подругам? — Уже рассказала, судя по крику. Кассиан рассмеялся. — Представляю их реакцию. «Она целовалась с Люцифером! С тем, кого ненавидит!» — Перестань. — Не перестану. Это лучшее, что случилось за последние месяцы. Люцифер хотел огрызнуться, но вдруг поймал себя на том, что тоже улыбается. Вкус вишни всё ещё был на губах. И это было чертовски приятно. — Кассиан, — сказал он тихо. — М? — Если ты кому-то расскажешь... — Я могила, — торжественно заявил Кассиан. — Но за этим я буду наблюдать с огромным удовольствием. — За чем? — За тем, как вы двое будете делать вид, что ничего не было. Люцифер вздохнул. — Так и будет. — Посмотрим, — усмехнулся Кассиан и закрыл глаза. Утро продолжалось. Но внутри у Люцифера что-то изменилось. И это «что-то» пахло вишней.

***

Где-то за пределами миров, в бескрайней пустоте, усыпанной далёкими звёздами, Архан сидел на своём камне и смотрел. Он делал это всегда — смотрел. Наблюдал. Ждал. Хрустальная сфера перед ним мерцала ровным светом, отражая картины из разных уголков созданных им миров. Но сейчас его внимание было приковано только к одному изображению. Двое в пустом коридоре. Она — в тёмно-красном платье, прислонившись к стене. Он — в такой же алой рубашке, стоящий так близко, что между ними не осталось расстояния. Архан смотрел, как их губы встретились. Как она запустила пальцы в его волосы. Как он прижал её к себе так, будто боялся потерять. И впервые за долгие тысячелетия древний создатель позволил себе улыбнуться. — Ну надо же, — прошептал он, и его голос эхом разнёсся по пустоте. — Свершилось. Он провёл рукой над сферой, и изображение увеличилось. Теперь он видел их лица в мельчайших деталях — её прикрытые глаза, его напряжённые скулы, то, как они дышали друг другом. — Кровь позвала, — продолжил Архан, обращаясь то ли к себе, то ли к звёздам. — Триста лет она ждала. Триста лет спала, запертая в амулете, зарытом в пепле Инфернуса. И вот... Он замолчал, наблюдая, как поцелуй становится глубже, отчаяннее. — Они не знают, — сказал он тихо. — Не знают, что их крови уже встречались. Не знают, что амулет всё ещё существует. Не знают, что эта связь — не просто влечение, не просто страсть. Это древняя магия, которую я вложил в саму основу мироздания. Изображение в сфере изменилось. Теперь Архан видел не только коридор, но и то, что было скрыто от обычных глаз. Тонкие золотисто-алые нити, тянущиеся от них двоих в разные стороны. Одни уходили в прошлое — туда, где триста лет назад двое детей коснулись друг друга окровавленными ладонями. Другие тянулись в будущее — туда, где их ждали испытания, о которых они даже не догадывались. — Связь активирована, — прошептал Архан. — Теперь всё пойдёт быстрее. Он поднялся с камня и сделал шаг в пустоту. Под его ногой вспыхнула невидимая опора. — Этот поцелуй... он разбудил то, что спало. Кровь заговорит громче. Память начнёт возвращаться. Сны, видения, странные ощущения — всё это будет преследовать их. Он повернулся к сфере, где двое всё ещё стояли в коридоре, не в силах оторваться друг от друга. — Хорошо, что они не знают правды. Пока не знают. Им нужно время — привыкнуть друг к другу, прочувствовать эту связь, перестать сопротивляться. А правда... правда придёт позже. Архан провёл рукой по воздуху, и в сфере появилось новое изображение. Тёмный подвал, заваленный древними руинами. Где-то там, глубоко под землёй, лежал амулет. Тот самый, что впитал их кровь триста лет назад. — Амулет ждёт, — сказал Архан. — Он чувствует их. Он зовёт их. И однажды они придут за ним. Тогда всё и решится. Он замолчал, глядя на звёзды. — Свет и тьма. Ангел и демон. Двое, чья кровь смешалась задолго до их рождения. Что из этого выйдет? Новый мир? Или старая война? Он не знал ответа. Даже создатель не мог предсказать, что сделают его дети, наделённые свободой воли. — Но одно я знаю точно, — прошептал Архан, глядя на целующихся в коридоре Вики и Люцифера. — Этот поцелуй изменит всё. Вопрос только — к лучшему или к худшему. Сфера погасла. Архан остался один в бескрайней пустоте. — Просыпайтесь, дети мои, — прошептал он. — Ваша судьба уже в пути.