When the blood speaks

-ближе

На дворе была глубокая ночь. Небо Эквилиса давно погасло, уступив место глубокой синеве, усыпанной редкими звёздами. В Академии стихли голоса, погасли огни в окнах, и даже самые шумные компании разбрелись по своим комнатам. Тишина стояла такая, что было слышно, как ветер играет с листвой в саду, как где-то далеко скрипит ветка, как бьются сердца тех, кто не мог уснуть. А таких было двое. Вики лежала на спине, глядя в потолок. Свет багровых светильников давно погас, и только лунный свет пробивался сквозь неплотно задёрнутые шторы, рисуя причудливые тени на стенах. Мими и Ости спали, их дыхание было ровным, спокойным. Они не знали, что творилось в душе их подруги. Не знали, что каждую ночь она лежит без сна, перебирая в памяти его слова, его взгляд, его руки. Вики смотрела в потолок. В надежде, что там кроется ответ. Только вот — ответ на что? На то, почему она не может его забыть? На то, почему её тело помнит каждое его прикосновение? На то, почему в мыслях она возвращается к нему снова и снова? Или на то, почему он всё ещё здесь — в её голове, в её сердце, в каждом ударе пульса, который отдаётся болью в шраме на запястье? «Вики, ты спишь?» Голос раздался в голове — тихий, осторожный, будто он боялся спугнуть. Но она узнала бы его из тысячи. Низкий, с той самой хрипотцой, которая появлялась только когда он говорил с ней. Вики замерла. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. «Нет», — ответила она, и голос в голове дрогнул, выдавая её волнение. — «Ты что-то хотел?» Тишина. Такой долгой, что она уже подумала — он передумал. Но потом он ответил: «Нам нужно поговорить». Она села на кровати, прижимая одеяло к груди. Волосы растрепались, дыхание сбилось. «О чём?» — спросила она, хотя знала. Знала, о чём он хочет говорить. О той ночи. О снах. О связи, которая не отпускает их. О том, что они оба не могут притворяться, что ничего не было. «Происходит много странностей, — сказал он. — Это нельзя так просто оставить». Вики почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Нельзя так просто оставить. Значит, он тоже думал об этом. Значит, он тоже помнил. «Где встретимся?» — спросила она, и в этом коротком вопросе было столько всего, что слова были не нужны. «Давай через полчаса в саду», — ответил он. Связь оборвалась. Но её сердце продолжало колотиться в бешеном ритме. Вики резко села на кровати, отбрасывая одеяло. Мими и Ости сладко сопели, их лица были безмятежными, спокойными. Никто из них не заметил, как вздрогнула Вики, когда услышала в своей голове голос Люцифера. Не заметили, как она замерла на несколько секунд, боясь пошевелиться. Не заметили, как потом она вскочила, находясь в предвкушении от их встречи. Она скользнула босыми ногами по прохладному полу, подошла к шкафу и открыла дверцу. Внутри висела одежда — привычная, знакомая. Она стянула с себя пижаму и быстро скользнула в красное вязаное платье миди на тонких бретельках. Оно струилось по телу, как расплавленное вино, подчёркивая каждый изгиб. Ткань была мягкой, почти невесомой, а цвет — глубоким, как кровь, как закат над Инфернусом, как его глаза, когда он смотрел на неё. Она обула лёгкие белые кроссовки — контраст, который делал её образ одновременно дерзким и уязвимым. Волосы не стала собирать — тёмно-каштановые локоны рассыпались по плечам, касаясь открытой спины. Она посмотрела на себя в зеркало. Из отражения на неё смотрела незнакомка. Красивая. Решительная. Готовая. — Что ты делаешь? — прошептала она себе. Но ответа не было. Только сердце, которое стучало где-то в горле. Только шрам на запястье, который пульсировал в такт этому стуку. Она аккуратно выскользнула из комнаты в ночь. Коридоры Академии были пусты и тихи. Только редкие магические светильники горели вдоль стен, создавая интимный полумрак. Вики шла босиком в кроссовках, стараясь не шуметь. Каждый шаг отдавался в сердце. Она думала о том, что скажет ему. О том, что он скажет ей. О том, что будет после. Она вышла в сад. Здесь было тихо. Луна освещала дорожки, кусты, старые деревья. В воздухе пахло ночной свежестью и чем-то ещё — тем, что она не могла объяснить. Может быть, предвкушением. А может быть, им. Она не видела его. Но знала — он уже был здесь. — Вики. Его голос раздался из темноты, и она вздрогнула. — Я здесь, — сказала она, не оборачиваясь. Он вышел из-за дерева. В свете луны его лицо казалось высеченным из мрамора — резкие черты, высокие скулы, алые глаза, которые горели даже в темноте. На нём была привычная чёрная рубашка с закатанными рукавами, открывающая сильные предплечья. Волосы слегка растрёпаны. — Ты пришла, — сказал он. — Мы же договорились. Они стояли друг напротив друга. Расстояние в несколько шагов казалось бесконечным. — Нам нужно поговорить, — повторил он. — Говори. — Не здесь. Пойдём. Он протянул руку. Вики смотрела на его ладонь — широкую, с длинными пальцами, ту самую, которая помнила каждую клетку её тела. — Куда? — спросила она. — Туда, где никто не помешает. Она сделала шаг, потом ещё один. И вложила свою руку в его. Пальцы переплелись. Тепло. Она почувствовала, как по телу разливается жар, как сердце пропускает удар, как шрам на запястье перестаёт болеть. — Идём, — сказал он. Они пошли по саду, и луна освещала им путь. Ночь только начиналась. А всё, что было до этого, — заканчивалось. Они вышли из сада и направились туда, где никто не мог их найти. Старая беседка, скрытая в глубине парка, увитая плющом и диким виноградом. Сюда почти никто не заходил — слишком далеко от основных дорожек, слишком темно даже для тех, кто любит уединение. Луна едва пробивалась сквозь густые ветви, но её света хватало, чтобы видеть лица друг друга. Вики села на деревянную скамью, Люцифер — напротив, на перила. Между ними было расстояние. Небольшое. Но достаточное, чтобы не касаться. Пока что. — Начинай, — сказала Вики, глядя на него. — Ты первая, — ответил он. — Я спросила. — А я ответил. Они смотрели друг на друга. В полумраке его алые глаза казались почти чёрными, но она знала — они горят. — Ладно, — выдохнула она. — Белые проблески. — Что с ними? — Они появились не просто так. Малфегор сказал, это цвет ангелов. — Я помню. И теперь мы знаем от чего они. — Да, и что ты думаешь? — Думаю, что он оказался прав в своих словах. Вики замолчала, перебирая в голове всё, что знала. Что они знали оба. — После поцелуя, — сказала она тихо, — я начала слышать твои мысли. — Я тоже. — Это не нормально. — Я знаю. — Демоны не должны читать мысли друг друга. — Мы не обычные демоны, — напомнил он и ухмыльнулся. — Или забыла? Она не забыла. Как могла забыть, что в ней течёт кровь ангела? Что её мать перешла на сторону демонов, отказалась от света, от крыльев, от всего ради отца. Что тот же путь прошла Лилит. — Наши матери были ангелами, — сказала Вики. — Обе. — Да. — Может, поэтому… — Поэтому что? — Поэтому нас тянет друг к другу. Поэтому после поцелуя появилась связь. Поэтому мы видим одинаковые сны. — Ты думаешь, это только из-за крови? — Не знаю, — честно ответила она. — Но это единственное объяснение, которое у нас есть. Люцифер кивнул. Он тоже думал об этом. Всю неделю. Каждую ночь. Каждую минуту, когда не мог уснуть. — А сны, — сказал он. — Они одинаковые. У тебя был сон, где я целовал Вирру? — Да. — У меня — где тебя целовал Дориан. Вики почувствовала, как внутри что-то кольнуло. — Это не просто совпадения, — сказала она. — Нет. — И влечение… — она замолчала. — Что — влечение? — Оно не проходит. Люцифер усмехнулся — не насмешливо, а скорее горько. — Не проходит, — подтвердил он. — Я пытался. Правда. Думал, что смогу забыть тебя, твою улыбку. Что смогу найти новое развлечение. Что ты найдёшь другого. — И как? — Ты видела. Я привёл Вирру. Дориан сел рядом с тобой. — Я ревновала, — призналась Вики. — Когда ты с ней разговаривал. Когда она касалась твоего плеча. Когда ты улыбался ей. — А я ревновал, когда он смотрел на тебя. Когда надевал на тебя свою куртку. Они смотрели друг на друга, и в воздухе между ними снова искрило. — Что с нами происходит? — спросила Вики тихо. — Не знаю. Но мы должны узнать. — И как? — Докопаться до истины. Понять, откуда взялась эта связь. — И как от неё избавиться, — добавила Вики. Люцифер поморщился. Его лицо на мгновение стало жёстче, а в глазах мелькнуло что-то, чего она не сразу смогла прочитать. — Что? — спросила она. — Ничего. — Люцифер… — Ты сказала: «Как от неё избавиться», — тихо сказал он. — Так легко. Вики почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Она не хотела его обидеть. Не хотела, чтобы он думал, что ей всё равно. — Я не… — она замолчала, подбирая слова. — Я не имела в виду, что хочу избавиться от тебя. — А от чего? — От этой боли, — честно ответила она. — От ревности. От бессонницы. От того, что я не могу перестать думать о тебе, даже когда знаю, что мы не должны. — А если я не хочу, чтобы ты переставала? Она замерла. — Что? — Ты слышала. — Люцифер… — Я не хочу избавляться от этой связи, — сказал он. — Она пугает меня. Бесит. Выводит из себя. Но она — единственное, что заставляет меня чувствовать себя живым. Вики смотрела на него и не могла произнести ни слова. — Я не хочу, чтобы ты переставала думать обо мне, — продолжал он. — Не хочу, чтобы ты забыла ту ночь. Не хочу, чтобы ты была с другим. — А что ты хочешь? — прошептала она. Он шагнул к ней, сокращая расстояние. — Я хочу, — сказал он, — чтобы мы попробовали. — Попробовали что? — Всё сначала. С чистого листа. Не напарники, которые переспали. Не демоны, которые случайно связаны. А просто… мы. Вики чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. — Ты серьёзно? — Я никогда не был серьёзнее, чем сейчас. — А если не получится? — Получится. — Откуда ты знаешь? Он смотрел на неё долгим взглядом. — Потому что я не могу представить свою бессмертную жизнь без тебя. Она не выдержала. Сделала шаг к нему, и их губы встретились. Поцелуй был не таким, как в аудитории. Не таким, как на маскараде. Он был мягче. Осторожнее. Полный надежды. — Ты оказывается такой романтик, — прошептала она ему в губы. — Твой романтик. — ответил он. Они стояли в беседке, обнявшись, и где-то там, далеко, Архан, наблюдавший за ними, улыбнулся.

Неужели у этих двоих снова появился шанс?

***

На следующий день Вики получила короткое мысленное сообщение от Люцифера: «Жду тебя в библиотеке через час. Я кое что нашел». Она не стала спрашивать, что именно. Просто оделась — чёрные брюки, свободная белая блузка, волосы распущены — и вышла из комнаты. Мими и Ости даже не успели спросить, куда она собралась. В библиотеке было тихо. Старые свитки пахли временем, магические светильники горели ровным золотистым светом, и только шорох страниц нарушал тишину. Люцифер сидел за дальним столом, окружённый стопками книг. Перед ним лежал раскрытый фолиант, такой древний, что его страницы казались готовыми рассыпаться. — Что ты нашёл? — спросила Вики, садясь напротив. — Информацию, — ответил он, не поднимая глаз. — О переходах. — О переходах? — Ангелы, которые стали демонами. И наоборот. Она пододвинулась ближе. — Я нашёл несколько случаев, — продолжал Люцифер. — Но они все… странные. — В каком смысле? — В том, что переход возможен. Но цена огромная. Он развернул к ней старый свиток. Вики пробежала глазами по строчкам. «Для того чтобы ангел стал демоном, он должен отказаться от своего света. Добровольно. Навсегда. Никто не может его заставить или помочь. Только сам ангел решает свою судьбу. Но свет не уходит полностью. Частица остаётся в крови. И передаётся потомкам». — Это объясняет белые проблески, — тихо сказала Вики. — Да. — И наоборот? Демон может стать ангелом? Люцифер помолчал. — Может. Но это ещё сложнее. Демон должен не просто отказаться от тьмы. Он должен доказать, что достоин света. Пройти испытание. Обычно это занимает годы. А иногда и жизнь. — Кто-то проходил? — Единицы. И их имена не сохранились. Слишком много желающих забыть о таком прошлом. Вики задумалась. Если их матери смогли перейти, значит, это реально. Но цена… цена была огромной. Они потеряли себя. Свой свет. Свою сущность. И только кровь сохранила память о том, кем они были когда-то. — Есть ещё кое-что, — сказал Люцифер, отодвигая свиток. — Что? — Книга. Он пододвинул к ней тяжёлый фолиант в кожаном переплёте. На обложке не было названия — только вытесненные символы, которые Вики не узнала. — Что это? — Книга древних артефактов. Я нашёл её в закрытой секции. — Как ты туда попал? — Я же сын Сатаны, — усмехнулся Люцифер. — Но это сейчас не важно. Вики открыла книгу. Страницы были плотными, пергаментными, исписанными мелким почерком. Но главное — на каждой странице были изображения артефактов. Не просто рисунки — они двигались, мерцали, словно живые. — Это магическая книга, — сказал Люцифер. — При дотрагивании до картинки можно увидеть какое-то видение. Вики медленно провела пальцем по первому изображению. Каменный амулет в форме глаза. Перед глазами мелькнул образ — древний храм, жрецы в белых одеждах, они что-то шепчут. Видение исчезло так же быстро, как появилось. — Сердце Аурелии, — прочитал Люцифер название под рисунком. — Защищает от тёмной магии. Вики дотронулась до второго. Меч с рубином в рукояти. Видение — битва, два войска, ангелы и демоны сражаются. Кровь, крики, огонь. — Клинок Равновесия, — сказал Люцифер. — Может ранить как ангела, так и демона. Они перелистывали страницы. Дотрагивались. Смотрели видения. Каждый артефакт был уникален — одни защищали, другие нападали, третьи исцеляли. И вдруг Вики замерла. На странице был амулет. Небольшой, из тёмного металла, с замысловатыми узорами. Он слабо мерцал даже на рисунке. Вики дотронулась до картинки. Мир перед глазами изменился. Она стояла в комнате. Светлой, уютной, с цветами на подоконнике. На кровати сидела женщина с тёмно-каштановыми волосами — такими же, как у неё. Ребекка. Её мать. — Держи, — сказала Ребекка, протягивая маленькой Вики амулет. — Это защитит тебя. — От чего, мама? — спросила девочка. — Ото всего плохого. Что бы ни случилось, помни — я люблю тебя. — И я тебя, — ответила маленькая Вики. Ребекка надела амулет на шею дочери и поцеловала в лоб. — Не снимай его, — прошептала она. — Что бы ни случилось. Видение исчезло. Вики открыла глаза. По щекам текли слёзы. — Вики? — Люцифер коснулся её руки. — Ты что видела? — Моя мать, — ответила она тихо. — Она надела этот амулет на меня в детстве. Я помню его. Он был у меня. А потом пропал. После её смерти. — Ты узнала амулет? — Да. Он мне знаком. Люцифер посмотрел на название под рисунком. — Сердце Эквилиса, — прочитал он. — Древнейший артефакт. Создан самим Арханом. — Что про него написано? — Говорят, что он способен связывать судьбы. Те, чья кровь однажды смешается на нём, будут связаны навсегда. Вики нахмурилась. — Но как наши крови могли смешаться? — спросила она. — Мы же не знали друг друга до Академии. — Я не помню, чтобы когда-либо встречал тебя раньше, — сказал Люцифер. — И я тебя не помню. Они замолчали. В голове не укладывалось. Если амулет связал их, значит, их крови соприкоснулись на нём. Но когда? Где? Как они могли забыть такое? — Может, в детстве? — предположила Вики. — Я бы запомнил, — ответил Люцифер. — И я. — Значит, это случилось без нашего ведома. — И без нашей памяти. Они смотрели друг на друга, и в их взглядах был тот самый вопрос, на который у них не было ответа. — Где сейчас амулет? — спросил Люцифер. Он перевернул страницу. В книге было написано, что Сердце Эквилиса долгое время считалось утерянным. Последние записи датировались эпохой великой гармонии. После разделения миров следы артефакта затерялись. — Он не может быть найден, — прочитал Люцифер. — Никто не знает, где он. — Но мы видели его, — сказала Вики. — В хранилище. — То был не он. Похожий. Но не он. Вики почувствовала, как надежда угасает. — Значит, мы никогда не узнаем? — Узнаем, — твёрдо сказал Люцифер. — Мы найдём его. — Как? — Не знаю. Но найдём. Они закрыли книгу. Вопросов стало ещё больше. Но одно они знали точно — амулет существует. Где-то. Ждёт. И когда они найдут его, все ответы откроются. Или начнутся новые загадки. Несколько дней после разговора в библиотеке прошли в тишине. Вики и Люцифер не обсуждали больше ни амулет, ни переходы, ни странные сны. Они просто были рядом — на лекциях, в коридорах, в столовой. Не вместе, но и не порознь. Какая-то новая, хрупкая дистанция, которую никто из них не решался нарушить. Но вечером, когда Вики уже собиралась лечь спать, в голове раздался его голос. «Вики». Она не вздрогнула. Уже привыкла. «Что?» «Я хочу тебе кое-что предложить». «Что?» «Я поговорил с Малфегором. Он согласился отпустить нас на пару дней». Вики села на кровати, прижимая одеяло к груди. Мими и Ости уже спали, их дыхание было ровным и спокойным. «Куда?» — спросила она. «Ко мне. В Инфернус. Во дворец». Она замерла. «Ты предлагаешь мне поехать с тобой в Инфернус? В твой дом?» «Предлагаю побыть вдвоём. Подальше от Академии. От всего этого безумия. Только ты и я». Вики молчала. В голове крутились мысли. Это безумие. Они не должны. Это опасно. Это… «Да, — сказала она. — Я согласна». «Завтра утром вылетаем». Она почувствовала его улыбку. Даже не видя, знала — он улыбается. «Спокойной ночи, Огонёк». «Спокойной ночи, принц». Утро выдалось пасмурным. Вики собрала небольшую сумку — минимум вещей, только самое необходимое. Мими и Ости смотрели на неё с большим недоумением. — Ты куда? — спросила Мими, зевая. — Отлучусь на пару дней, — ответила Вики. — Куда? — В Инфернус. Ости поперхнулась воздухом. — В Инфернус? С кем? — С Люцифером. Мими и Ости переглянулись. — Вики… — начала Ости. — Всё хорошо, — перебила Вики. — Мне это нужно. Поговорим, когда вернусь. Она вышла из комнаты, оставляя подруг в недоумении. Люцифер ждал её у входа в Академию. На нём была чёрная дорожная куртка, волосы слегка растрёпаны, в глазах — предвкушение. — Готова? — спросил он. — Готова, — ответила Вики. Он расправил крылья — огромные, с багровыми прожилками. Протянул ей руку. — Держись крепче. Она взяла его за руку и почувствовала, как он подхватил её за талию, прижимая к себе. Вики обвила его шею руками. — Летим, — сказал он. И они взмыли в небо. Полёт был долгим. Холодный ветер бил в лицо, но Вики не замечала. Она смотрела на трёхцветное небо Эквилиса, которое постепенно сменялось багровым заревом Инфернуса. Люцифер держал её крепко, и это чувство безопасности было таким непривычным, таким желанным. — Не боишься? — спросил он, когда они начали снижаться. — А должна? — Я веду тебя в самое сердце Ада. Во дворец моего отца. — Я знаю, — сказала Вики. — И не боюсь. Он усмехнулся. — Умная. — Знаю. Они приземлились перед огромными воротами. Чёрный обсидиан, огненные реки, мосты из костей. Инфернус был таким же, как в её воспоминаниях — мрачным, величественным, опасным. Но сейчас, рядом с ним, он не пугал. — Идём, — сказал Люцифер, беря её за руку. Дворец Сатаны был огромен. Высокие сводчатые потолки, колонны из чёрного камня, багровые светильники. Везде суетились слуги, но при виде Люцифера они кланялись и исчезали. — Тут как в лабиринте, — заметила Вики. — Привыкнешь, — ответил Люцифер. Он вёл её по бесконечным коридорам, пока они не остановились перед двумя дверями, расположенными рядом. Обе были из чёрного дерева, с массивными ручками. — Это моя комната, — сказал Люцифер, указывая на одну. — А это — твоя. — Рядом? — удивилась Вики. — Я хотел, чтобы ты была близко. Она усмехнулась. — Благородно. — Я умею, когда хочу. Вики открыла свою дверь. Комната была небольшой, но уютной. Окно выходило на лавовые реки, в камине горел огонь. Кровать застелена мягким покрывалом. — Нравится? — спросил Люцифер, стоя на пороге. — Да, — ответила Вики. — Очень. — Отдыхай. Ужин через час. Он ушёл, закрыв за собой дверь. Вики осталась одна. Смотрела на огонь в камине и думала о том, что он рядом. Всего через стену. И от этого становилось тепло. Через час Люцифер постучал в её дверь. — Идёшь? — спросил он. — Иду, — ответила Вики. Она вышла в коридор. На нём была свежая рубашка, волосы зачёсаны назад. Он выглядел… по-другому. Домашним. — Ты сегодня… другой, — заметила она. — Это мой дом. Здесь я могу быть собой. — И какой ты? — Не знаю. Хочешь узнать? Вики посмотрела на него. — Хочу, — сказала она. Они пошли ужинать. Ужинали они в небольшой гостиной, на втором этаже. Стол был накрыт на двоих. Свечи, цветы. Неожиданно романтично для демонического дворца. — Это ты всё устроил? — спросила Вики. — А ты сомневалась? — Не ожидала. — Я многогранный. Они сели напротив друг друга. Ели, говорили о пустяках. О том, как прошёл полёт, о том, что они будут делать завтра. — Я покажу тебе Инфернус, — сказал Люцифер. — Не только дворец. Город. — Не устану? — Я буду рядом. Она улыбнулась. — Хорошо. После ужина они вышли на балкон. Лавовые реки светились внизу, небо было багровым и низким. — Спасибо, — сказала Вики. — За что? — За то, что привёл меня сюда. За то, что дал время. — Ты заслуживаешь большего, чем просто время. Он посмотрел на неё. — Вики… — Что? — Я рад, что ты здесь. — Я тоже. Они стояли на балконе, глядя на огни Инфернуса. Впервые за долгое время Вики не думала ни о прошлом, ни о будущем. Только о настоящем. Только о нём. А он был рядом.

***

Она не спала. Лежала на спине, глядя в потолок, и считала удары сердца. Раз. Два. Три. Они отдавались в висках, в кончиках пальцев, в шраме на запястье, который снова начал пульсировать. За стеной — тишина. Он тоже не спал. Она знала. Чувствовала. «Ты не спишь», — подумала она, и это была не мысль для него, а констатация факта. Но он ответил: «Не сплю. Ты тоже». «Тоже». Тишина. Только треск камина и далёкий гул лавовых рек за окном. «Приходи ко мне», — сказал он. Не попросил. Не предложил. Сказал. Вики закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. Откинула одеяло, встала с кровати и, не обуваясь, босиком пошла к двери. Коридор был тёплым. Каменный пол приятно холодил ступни. Она прошла несколько шагов до его двери, подняла руку, но не постучала. Просто открыла. Он стоял у окна, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на неё. Лунный свет падал на его лицо, делая черты ещё более резкими. Алые глаза горели в полумраке. — Я знал, что ты придёшь, — сказал он. — Я могу уйти.. — Нет. Она шагнула в комнату. Дверь за ней закрылась сама собой. Они стояли друг напротив друга. Расстояние — один шаг. — Зачем ты здесь? — спросил он. — Ты знаешь. — Хочу услышать это от тебя. — Я не могу без тебя. — Я тоже. Она сделала шаг. Он — навстречу. Их губы встретились. Поцелуй был не нежным и не осторожным. Он был голодным, отчаянным, как глоток воды в пустыне. Его руки сжали её талию, прижимая к себе так, что она почувствовала каждый мускул его тела. Её пальцы вцепились в его волосы, притягивая ближе, настойчиво, требовательно. Он оторвался от её губ, скользнул по щеке, по шее, вниз, к ключицам. Вики запрокинула голову, открывая ему доступ. Его губы были горячими, язык оставлял влажные дорожки на её коже. — Люцифер, — выдохнула она. — Что? — его голос хрипел. — Не останавливайся. Он подхватил её на руки и понёс к кровати. Она оказалась на спине, утопая в мягких простынях его кровати. Он нависал сверху, глядя на неё так, будто она была единственным источником света в этой комнате. Его руки скользили по её телу — медленно, собственнически. От плеч к груди, от груди к талии, от талии к бёдрам. Вики выгибалась навстречу, теряя терпение. — Давай, — прошептала она. — Не торопись, — ответил он. — А если я хочу торопиться? Он усмехнулся. — Тогда я буду ещё медленнее. Он стянул с неё пижамную рубашку. Одним движением. Ткань скользнула по коже и упала на пол. Вики осталась в одном белье — тонком, кружевном, почти невесомом. Он замер, глядя на неё. — Ты прекрасна, — сказал он. — Словами не накормишь, — ответила она. Он рассмеялся и накрыл её грудь губами. Вики выгнулась, вцепившись в его плечи. Его язык кружил вокруг соска, дразнил, покусывал, заставляя её стонать. Она чувствовала, как внутри нарастает напряжение, как тело становится чужим, подчиняясь только его прикосновениям. — Ещё, — выдохнула она. — Скажи, — прошептал он, не отрываясь от её груди. — Скажи, что я тебе нужен. — Ты нужен мне. — Скажи, что не можешь без меня. — Не могу. — Скажи, что ты моя. Она открыла глаза и посмотрела на него. — Я твоя, — сказала она. — Всегда была твоей. Он стянул с неё бельё, потом с себя — рубашку, брюки. Его тело оказалось рядом, горячее, сильное, с каждой мышцей, которая ходила ходуном под гладкой кожей. Вики провела рукой по его груди, по животу, по дорожке волос, уходящей вниз. Он перехватил её руку и прижал к кровати. — Не дразни меня, — сказал он. — А если я хочу дразнить? — Тогда я буду отвечать. Он прижался к ней всем телом. Кожа к коже. Жар к жару. Его рука скользнула вниз, нашла клитор и начала медленно, ритмично водить по нему пальцами. Вики застонала, выгибаясь. — Люцифер… — Я здесь, — прошептал он. — Смотри на меня. Она открыла глаза и встретилась с его алым взглядом. — Не отводи их, — сказал он. Она и не собиралась. Он вошёл в неё медленно. Так медленно, что каждый сантиметр ощущался отдельно. Вики вцепилась в его плечи, впиваясь ногтями в кожу. — Ты чувствуешь? — спросил он. — Да. — Что? — Тебя. — Всё? — Всё. Он начал двигаться. Плавно, глубоко, ритмично. Каждое движение отдавалось в ней, заставляя терять голову, забывать, где она, кто она. — Ещё, — попросила она. — Ещё? — Да. Он ускорился. Теперь его движения были жёстче, быстрее, глубже. Вики стонала, выгибаясь, вцепляясь в него всё сильнее. Она чувствовала, как напряжение нарастает, как тело становится чужим, подчиняясь только ритму. — Я сейчас...., — выдохнула она. Она кончила с криком, содрогаясь всем телом. Он последовал за ней, замирая и выдыхая её имя. Они лежали в темноте, переплетённые телами. Он гладил её по спине, она — по его груди. — Это было… — начала она. — Не говори, — перебил он. — Не надо слов. — Хорошо, — прошептала она. Она закрыла глаза и почувствовала, как он обнимает её крепче. За окном догорала ночь. А в её жизни начинался новый рассвет. С ним. Только с ним.