Прямое попадание

꒷︶꒷꒥꒷‧₊˚꒷︶꒷꒥꒷‧₊˚

Эйс наблюдал, как Шон пятый час подряд сидит над отчётами, его пальцы бегут по клавиатуре с пугающей скоростью. Тени под глазами становились всё заметнее. — Ты должен отдохнуть, — наконец не выдержал Эйс, подходя к его столу. Шон даже не взглянул на него. —Не сейчас. — Ты работаешь без перерыва четвертые сутки, — настаивал Эйс — Тебе нужен отдых! На этот раз Шон поднял голову. Его взгляд был острым, усталым. — У тебя есть конкретное предложение? Или просто собираешься читать лекции об отдыхе? Эйс почувствовал раздражение. — Кино. Ужин. Хотя бы прогулка. Что угодно, лишь бы ты на несколько часов оторвался от этих отчётов. Шон изучающе посмотрел на него, затем неожиданно ухмыльнулся — та самая опасная улыбка, которая всегда предвещала нечто непредсказуемое. — Кино? — он отодвинул клавиатуру. — Хорошо. Но только если это будет самый идиотский боевик, какой только найдём. В кинотеатре Шон вёл себя как капризный ребёнок. Он презрительно фыркал на каждую нереалистичную сцену, громко комментировал ошибки в тактике героев и в какой-то момент даже начал вслух поправлять диалоги. — Нет, — он покачал головой, когда герой на экране неправильно перезаряжал пистолет, — так не делается. Совсем. Эйс с трудом сдерживал смех. — Может, просто попробуешь смотреть кино как обычный человек? — Я и так смотрю его как обычный человек, — возразил Шон. — Обычный человек, который знает, как правильно держать оружие. После сеанса они вышли на улицу. Шон вдруг замолчал, его настроение сменилось на задумчивое. — Интересно, — проговорил он, глядя на ночной город, — Они там, в Голливуде, вообще представляют, как это работает на самом деле? Эйс смотрел на его профиль и думал, что даже в моменты якобы отдыха Шон оставался самим собой — аналитиком, бойцом, человеком, не умеющим по-настоящему расслабляться. И в этом была какая-то грустная правда. По дороге назад Шон снова погрузился в рабочие вопросы, но теперь в его голосе не было прежнего изнеможения. Возможно, эти несколько часов нормальной жизни всё же сделали своё дело.

꒷︶꒷꒥꒷‧₊˚꒷︶꒷꒥꒷‧₊˚

На следующий день Эйс застал в тренировочном зале необычное зрелище. Шон и Владимир, сняв верхнюю часть формы, готовились к спаррингу. Мускулы Владимира напоминали стальные канаты, каждый его жест излучал мощь. Шон же казался почти хрупким на его фоне, но в его глазах горел холодный огонь. «Это не тренировка, это выяснение отношений» — понял Эйс, занимая место среди других агентов. — «Только вот что их связывает?» Владимир бросал на Шона взгляды, полные ярости. «Вот он — пришёл и за два месяца отобрал моё первое место. Сегодня я докажу, что рано меня списали.» Шон стоял расслабленно, но каждый мускул его тела был готов к мгновенной реакции. «Владимир силён, но мыслит шаблонно. Главное — не дать ему захватить инициативу.» Поединок начался без сигнала. Владимир ринулся вперёд, его атаки были сокрушительными. Шон не пытался блокировать — он уворачивался, использовал инерцию противника против него самого. «Чёрт, он быстрее, чем в прошлый раз..», — с раздражением думал Владимир, учащая удары. — «Но никому не устоять против моей силы.» Шон молчал, всё его внимание было сосредоточено на чтении движений противника. «Левый хук, потом низкий кик... Да, он не менялся.» Внезапно Шон изменил тактику. Вместо уклонений он пошёл на сближение. Его удары были короче, но невероятно точными — ребро ладони в шею, локоть в солнечное сплетение, подсечка. «Он... играет со мной?» — с ужасом осознал Владимир. Каждый его удар встречал пустоту, в то время как атаки Шона находили свои цели. — Хватит спать, Вова, — наконец произнёс Шон, блокируя очередной удар. — Ты же сильнее этого. Эти слова взбесили Владимира. Он бросился в решающую атаку, но Шон был готов. Молниеносный бросок, и могучий Владимир с грохотом оказался на матах, причём Шон аккуратно смягчил его падение. — Неплохо, — Шон протянул руку. — Но ты слишком полагаешься на силу. Иногда хитрость важнее мускулов. Владимир оттолкнул его руку и поднялся сам. Унижение жгло его изнутра. — В следующий раз будет иначе, — прошипел он и направился к выходу. Шон смотрел ему вслед, и на его лице не было торжества — только лёгкая грусть. Затем он повернулся к Эйсу: — Урок усвоил? Сила — ничто без головы. Эйс кивнул, понимая, что стал свидетелем не просто спарринга, а демонстрации абсолютного мастерства. И впервые задумался — сможет ли он когда-нибудь сравниться с этим уровнем.

꒷︶꒷꒥꒷‧₊˚꒷︶꒷꒥꒷‧₊˚

Владимир, всё ещё кипя от унижения, направился в комнату отдыха. Он с силой распахнул дверь, заставив её с грохотом удариться о стену. В помещении оказался Нейт, который лениво разглядывал журнал, посасывая чупа-чупс. — Опять? — без особого удивления спросил Нейт, видя разгорячённое и злое лицо Владимира. — Он... он ебанный сукин сын! — выдохнул Владимир, плюхаясь в кресло напротив. — Я обрушил на него всё, что у меня есть! Каждый удар мог бы убить обычного человека! А он... уворачивался! Словно читал мои мысли! Нейт хмыкнул, вынимая конфету изо рта. — Добро пожаловать в клуб. Я в прошлом месяце с ним спарринговал — он за пять минут три раза уложил меня на лопатки. Слишком быстр. Не успеваешь даже понять, что произошло. Владимир с силой провёл рукой по лицу, смахивая капли пота. — Я тренируюсь каждый божий день! Становлюсь сильнее, быстрее! А он... он просто играет со мной! Словно я не соперник, а разминка перед завтраком! — Может, он и есть тот, кем должен быть первый номер, — пожал плечами Нейт. Его обычно беззаботное лицо стало неожиданно серьёзным. — Кстати, я, наверное, скоро уйду. Владимир удивлённо посмотрел на него. — Уйдёшь? Куда? Ты же один из лучших! — Деньги нужны, — Нейт бросил чупа-чупс в урну. — На последнем серьёзном задании я был месяц назад. А Шона отправляют постоянно. У него ведь нет личной жизни, он всегда работает. Как машина.

/Прим.: здесь шпионам платят конкретно за выполненное задание./

Он замолчал, глядя в окно на серый городской пейзаж. — У меня племянница, двенадцать лет. После того как сестра погибла, она осталась на мне. Школа, одежда, врачи... Всё это стоит денег. А сидеть здесь и перебирать бумажки... Владимир смотрел на него, и его собственная злость начала уступать место чему-то другому. Он всегда считал Нейта легкомысленным болтуном, а оказалось... — Эй, Нейт... Я понимаю, что тебе тяжело, но ты не должен уходить!.. Я что нибудь приду..- — Подожди! Ты что, только что мне посочувствовал? — Нейт перебил Владимира и его глаза мгновенно засияли, вводя того в заблуждение. — Пойдём, — неожиданно сказал Владимир, вставая. — Прогуляемся. Он повёл Нейта в дальний угол тренировочного комплекса, где среди складского оборудования их точно никто не услышит. Остановившись между стеллажами со спортинвентарём, Владимир повернулся к Нейту, прижав его спиной к одному из них. — Слушай... Не уходи. Я... — он запнулся, подбирая слова. — Я помогу с деньгами. Дам в долг. Или поговорю с боссом. Только не уходи. Нейт смотрел на него с удивлением. — Вова, я не могу брать у тебя деньги... — Почему? — Владимир шагнул ближе. — Потому что мы конкуренты? Или потому что ты не видишь, как я смотрю на тебя все эти годы? В воздухе повисло напряжённое молчание. Нейт широко раскрыл глаза. — Ты... Ты же всегда только о работе... — И о тебе, — тихо сказал Владимир. — Всегда о тебе. Просто... не знал, как сказать. Он осторожно взял Нейта за руку, и тот не стал сопротивляться. Владимир не отпускал руку Нейта, его пальцы слегка дрожали. Годы сдержанности и скрытых чувств прорвались наружу. — Я всё время смотрел на тебя, — прошептал он. — На каждой тренировке, на каждом задании. Твоя улыбка... она сводила меня с ума. Нейт замер, его обычная беззаботность куда-то испарилась. — Вов, я... Я не знал. Я думал тебе всё равно. — Мне не всё равно... — признался Владимир, шагнув ещё ближе. — Я просто.. Боялся разрушить то, что между нами есть. Но сейчас... когда ты сказал, что уходишь... Он медленно прикоснулся к щеке Нейта, и тот не отстранился. Наоборот, он сам сделал шаг навстречу. — Останься, — снова попросил Владимир, и его голос звучал почти умоляюще. — Ради меня. Их лица оказались так близко, что Владимир чувствовал тёплое дыхание Нейта. Он видел, как дрогнули его ресницы, как взгляд опустился к его губам. Внезапно Нейт отшатнулся, его глаза расширились от паники. — Стой... Камеры, — он резко оглянулся, указывая на маленький объектив в углу под потолком. — Здесь же везде камеры. Нас увидят... Владимир не отпускал его руку. — Пусть видят, — его голос прозвучал твёрдо. — Мне это надоело. — Но босс... Коллеги... — Нейт попытался вырваться, но Владимир мягко, но настойчиво притянул его обратно. — Ничего страшного не случится, — прошептал он. — Я не позволю. Их губы встретились — сначала неуверенно, почти нежно. Но когда Нейт перестал сопротивляться и ответил на поцелуй, всё изменилось. Годы напряжения и невысказанных слов растворились в этом прикосновении. Владимир обнял Нейта за талию, прижимая его к себе. Когда они наконец разомкнули губы, оба дышали неровно. — Бля... — выдохнул Нейт, касаясь своих распухших губ. — Нас точно уволить могут за такое. Владимир рассмеялся — глубоко, искренне. — Не уволят. Успокойся. Они стояли, обнявшись, и больше ничего не имело значения. Правда, теперь у них была новая проблема — объяснять свой роман начальству. Но глядя в сияющие глаза Нейта, Владимир понимал — оно того стоило. Они стояли в полумраке склада, не в силах разомкнуть объятия. Нейт прижался лбом к плечу Владимира, его дыхание постепенно выравнивалось. — Знаешь, — тихо проговорил он, — я всегда думал, что ты меня терпеть не можешь. На тренировках ты постоянно ко мне придирался, отталкивал... Владимир рассмеялся, и смех его звучал по-новому — свободно и легко. — Это был единственный способ прикоснуться к тебе, не вызывая подозрений. — Его пальцы нежно переплелись с пальцами Нейта. — Каждый раз, когда я поправлял твою стойку... Чёрт, это сводило меня с ума. Нейт отстранился, чтобы посмотреть ему в глаза. В его взгляде читалось недоверие, смешанное с надеждой. — Сколько лет? — спросил он. — Сколько лет ты это скрывал? — С того дня, как ты пришёл в Укус, — признался Владимир. — Помнишь? Ты тогда в первый раз проходил испытание на полигоне. Упал в грязь, весь перепачканный, но улыбался так, словно выиграл весь мир. Нейт удивлённо поднял брови. — Ты помнишь этот день? — Помню каждый день, проведённый рядом с тобой, — тихо сказал Владимир. — Просто... я не знал, как подойти. Ты всегда был таким ярким, общительным. А я... — он пожал плечами, — всегда был слишком серьёзным. Внезапно из динамика раздался голос: — Владимир, Нейт — в кабинет к боссу. Немедленно. Нейт вздрогнул, и его лицо побледнело. — Они видели... — прошептал он. — Камеры... Владимир крепче сжал его руку. — Всё будет хорошо, — повторил он, хотя и сам не был в этом уверен. Они молча направились к кабинету босса, их плечи иногда касались друг друга. Каждый шаг отдавался тревогой в сердце. Что их ждёт? Выговор? Увольнение? Или что-то хуже? Но когда Владимир украдкой взглянул на Нейта, он увидел не страх в его глазах, а решимость. И это придавало ему сил. Дорога до кабинета босса показалась вечностью. Нейт нервно теребил край своей кофты, а Владимир шагал рядом с каменным лицом, хотя внутри у него всё переворачивалось. Босс сидел за своим массивным столом, когда они вошли. Его лицо было невозмутимым. — Присаживайтесь, — босс указал на два стула перед столом. Когда они сели, воцарилась тягостная пауза. Владимир почувствовал, как ладонь Нейта стала влажной в его руке. — Камеры наблюдения, — наконец произнёс босс, — Иногда фиксируют весьма... неожиданные сцены. Особенно в складских помещениях. Нейт сглотнул, его лицо побледнело. — В «Укусе Змеи» нет формальных запретов на личные отношения между сотрудниками, — продолжил босс. — Однако есть требования к профессионализму. И к соблюдению субординации. Он откинулся на спинку кресла, изучая их. — Учитывая ваши заслуги и многолетнюю безупречную службу, я ограничусь строгим выговором. Но чтобы подобное не повторялось в рабочее время. Владимир почувствовал, как напряжение начало спадать. Нейт тихо выдохнул. — И последнее, — босс встал, давая понять, что разговор окончен. — Сохраняйте это при себе. Нам не нужны лишние слухи. Когда они вышли из кабинета, Нейт прислонился к стене, дрожащими руками проводя по лицу. — Блять... Я думал, нас уволят... Владимир огляделся — в коридоре никого не было — и нежно коснулся его щеки. — Я сказал же — всё будет хорошо. — Но выговор... — Нейт покачал головой. — Из-за нашей глупости... — Оно того стоило, — твёрдо сказал Владимир. — Каждая секунда. Они посмотрели друг на друга, и впервые за долгие годы между ними не было ни соперничества, ни напряжения — только понимание и робкая надежда на что-то новое.

Продолжение следует...~