О, дивный отпуск!

      — Достопочтенный охотник! Вы наконец прибыли. — По просторному залу пронеслось эхо. Подскочив с насиженного места, из за стола торопливо зашагал ко входу полный темнокожий мужчина в голубой мантии. Его руки сжимались в замок у груди. Весь совет напряжённо устремил взор к дверям. — Я Шляпа, глава городского совета, мы рады видеть вас в добром здравии!       Как речь кончилась, всё будто заледенело: воздух был недвижим, а люди за столом для заседаний так и вовсе не двигались, и уставились на меня. Шальная мысль захотела растормошить этих ледышек.       — Охотник Джон Дейви Харрис, прибыл, — я поклонился перед ними, а после неожиданно согнулся и за секунду уже встал на руки. — …к вам на помощь! Только не обращайтесь ко мне по фамилии, мне такое не по душе. — доносится теперь где-то снизу, да уж. Непорядок, видок так себе.       Смотреть на их ноги не сильно меня привлекало, и я встал обратно. Для пафоса чутка отряхнул свой плащ и поправил капюшон, но атмосфера никак не поменялась. Ну и скука! Могли бы хоть капельку удивиться. А Сайрисса говорила, они эксцентричные.       Осмотрев сидящих, взгляд задержался на весьма статной женщине. Ровная осанка и надменный взгляд, брошенный с пренебрежением на меня. Кажется, я уже догадываюсь кто это.       — Кхм, дорогой охотник, мы рады приветствовать вас в Эшхолде. Как вы добрались до нас?       — Без особых трудностей. Ближе к делу. — Не хватало застрять здесь на любезностях. Вдруг они просто навыдумывали себе угрозу и пугают этим народ?       — Видите ли, мы отправили вам такое письмо… Приношу свои извинения. — Молодец, письмо и правда не достойно городского совета! — Я сильно опасался, что его перехватят, но всё же рад, что оно дошло до вас.       — А я как рад! Для меня честь оказаться в городе, который ни разу не просил у нас помощи. — Мечтательно поморгав и скрепив руки в замок, было смешно наблюдать за этим сборищем: их глаза не искрились особым восторгом.       — Дело в том, раньше уже были похожие случаи, но случались они крайне редко…       — Ох ничего себе! Насколько давно вы это скрываете? — Джон нахмурил брови. Так они ещё и не докладывали гильдии подозрительные случаи, как самоуверенно!       — Может быть, чуть больше года? — я повернул голову в сторону мужчины, который это сказал. Он выглядел презабавно с большим промежутком меж глаз. Так серьёзен, что смешон. Даже определить не может точно.       — Кхм, господа, вернёмся к обсуждению! Совсем недавно, как было заявлено в письме, число погибших за месяц многократно увеличилось. Пока вы к нам ехали, появилась седьмая жертва. — "Вот вину на меня перекладывать за это не надо! Не можете справиться сами со своими проблемами, так и нечего наговаривать." — Появился ряд необъяснимых странностей, с которыми не справляются, ни солдаты, ни лекари, ни даже маги. Во-первых, количество смертности. Хоть сейчас и морозная весна, у нас налаженная торговля и работящие люди. Истощение весьма нехарактерный вид смерти для нашего города.       — Какие громкие слова! Где ж это видано, что люди не умирали от истощения. — Будто детские сказки слушаю.       — Когда, господин охотник, приступите к осмотру тела – вы поймёте. И не смотрите так, будто услышали что-то смешное. — ох уж этот серьёзный взгляд. Хорошо, так уж и быть выслушаю этот бред.       Шляпа продолжил раскрывать детали: — Хоть мы и называем это истощением, но многое по факту не сходится. Мы так говорим для народа и записываем в документах, чтобы меньше волнений расходилось по округе. Как никак, если это дойдёт до столицы, к нам будет слишком много вопросов… — слишком много вопросов говоришь, Шляпа? Думаешь, вызвав меня, всё сразу решиться и вы станете святыми? Сколько бы у вас ни было секретов и грехов, вам это ни капли не поможет. — …внешне тело настолько иссушено, диву даёшься. Это поразительно отличается от истощения... Во-вторых, не обнаружено никаких следов насилия и даже магии. Поэтому мы и вызвали специалиста по магии из столицы, а не охотников из Поэны. Как видите, наши подозрения не беспочвенны… Джон Дейви Харрис, мы просим вас, ради блага города, разобраться с выпавшими на нас трудностями. Шляпа наконец замолчал.       — Я уже взялся за это дело, но раз уж хотите, упрашивайте сколько вам понадобится. Однако, для полноценного расследования вы должны будете предоставить любые средства, какие пожелаю.       — Каков скромняга, может тебе всю городскую казну отдать? — со смешком отпустил тот мужчина с промежутком меж глаз.       — Шрам-с, не начинай-с. — высказался антропоморфный змей, затыкая своего товарища.       — От чего бы и нет? Чем больше денег выделите, тем вероятнее скорое решение вашей проблемы. Раз отпускаете такие шутки, будьте готовы потерять всё, ведь стоило учитывать, что я элитный маг-охотник с прекрасным характером. — Шрам цыкнул.       — Ох, да, Джон Дейви Харрис, это они так шутят. Мы обязательно выделим вам нужные средства, ха-ха-ха, но не всю городскую казну, конечно же. — Шляпа неловко посмеялся в кулак.       — То-то же! Не переживай так, мне тоже нравится шутить.       Шрам и Змей, как подружки, сомкнули перед собой ручки и отвернулись от меня. Как по-детски.       — Перейдём к деталям, — стальной голос сразу развеял шутовскую ситуацию. Шляпа сосредоточился, внимательно смотря на вмешавшуюся в перепалку. Мадам Фарагонда расправила листы и, прочистив горло, начала зачитывать информацию: — Кхм-кхм, в начале этой недели был обнаружен в переулке труп молодого человека ранним утром. Альфред, восемнадцать лет, семья есть. Труп нашла девушка Ашра, завтра вы встретитесь с ней для выяснения большей информации. Это тело, как и предыдущее, имеет довольно сильные отличия по сравнению с другими. Раньше жертвами являлись бездомные и сироты, но с недавних пор произошли некоторые изменения. До Альфреда была молодая девушка, Дженна, двадцать один год, тоже, как и у Альфреда, есть семья. Также завтра вы встретитесь с Евсеем, нашим судьёй. В конце этого собрания я выдам вам документы по этому делу.       Как оказалось, по моей работе это была вся информация. После они обговаривали городские дела, вводя меня в курс, но быстро соскочили с этой темы, обсуждая благоустройство города. Ах, какие они хорошие, так переживают, сейчас не выдержу и зевну! — Вижу вам есть, что без меня обсудить, а мне пора откланяться. Мадам Фарагонда, извольте передать документы. — Ох, какой острый прищур!       — Держите, молодой человек. И не заблудитесь.       — Спасибо за заботу, из трёх колонн уж точно найду дорогу.

***

      — Фух, ну и духота. — присев на кровать, зевота преследовала меня аж от самого городского совета. Кровать довольно уютная, даже странно. Совет предложил вполне себе хороший домик рядом с площадью, явно не пожалели денег. — Удивительно, как больше года они могли это скрывать не то, что от гильдии, а от людей в городе. Будь на месте Эшхолда другой город, сразу же забили нам всю почту глупыми письмами, как это обычно и бывает. Складывается ощущение, будто они чего-то не договаривают…       Усмехнувшись своим мыслям, я достал бумаги. Шустренько пролистав, я заметил, что официальные данные о вскрытии отсутствовали. Довольно сомнительно. Впрочем, остальное же можно решить при разговоре с семьями жертв. Интересно, что же они прикрывают за понятием истощения, что даже немыслимо такому охотнику, как я. Хах, самому уже смешно с этого.       Раньше любые одиночки с улиц попадали под удар, а теперь молодые люди из семей с усреднённым достатком. Резкая смена предпочтений, если учесть, что это делала нечисть, гадать могу долго, пока не увижу сами тела. Как бы дело ни дошло до того, что в дело вступило что-то ещё. Даже призрак может иссушать тела, но это если учесть, что он будет не без царя в голове, а это так-то большая редкость для них… Столько вопросов. Эта комната хоть и обустроена с уютом, но хочется проветрить голову. Отвлечься, что ли… — резко распахнув глаза и вскинув брови, я уже решил для себя куда пойду дальше. — Вот и появился повод наведаться в тот трактир.       Я выглянул из окна дома на снежную площадь. Уже начало смеркаться, но народ не расходился, а даже собирался вокруг чего-то. Неужто мероприятие какое будет? — взгляд невольно пал на фонтан. — Упс!.. Почти вылетело из головы. А вот непонятный менгир мне ой как нужен. Скорее сказать местные руны. Они точно понадобятся в моём дивном отпуске. Сразу вспомнился насмехающийся над этим Саймон.       Я отвлёкся. Писать письмо по пересылке материалов – тоска смертная. Хоть с местными рунами ознакомлюсь. Всё будет лучше, чем помирать со скуки в городском совете. Поставив магическую печать, я сжёг в ярком свечении письмо. Да, удобно, что в Поэну сразу приходит запрос значимой важности. Только вот вид такой телепортации распространяется на маленькое расстояние. Слишком далеко отправлять письмо такая себе идея: оно быстрее в угольки превратиться на руках получателя, чем удастся выцепить глазами последнее горящее слово.

***

      Сумерки, а народ устроил самовольное гуляние. Смело.       Слышался галдёж и свист. Люди создали плотный круг, из которого почти ничего и не выцепить. Что же там происходит?       — Эй, куда лезешь!       — Парень, я вообще-то тут раньше тебя встал!..       Всё же образовалась неплохая брешь для меня, и я сунулся поглядеть на гуляние. Хлопая в ладоши, народ задавал ритм танцующим в центре. Внезапный взмах тёмных волос и перед лицом пронеслась знакомая коричневая шубка с мехом, и вот уже в центре, кружась, выплясывала та кудахчущая девица, попавшаяся мне с утра. Пока она выплясывала, её меховые ботинки раскидывали снег во все стороны, попадая в толпу. Меховые накидки жителей покрывались мелким снегом, кому-то она умудрилась зарядить прям в лицо. Зрелище было забавным и невольно из меня вырвался смех. Рядом стоявшие, смотря на ситуацию, тоже не особо долго думали и подражали моему примеру. В конце девчонка с такой силой раскрутилась, что забавно грохнулась на снег. Но народ и на этот раз дружно посмеялся. Не найдя ничего особенного здесь, я еле вылез из этих крепких объятий и направился, куда шёл до этого.       Зайдя в трактир, я почувствовал тот же дух весёлой атмосферы с улицы.       — Воу, новое лицо! Ну, путник, присаживайся. — посмеявшись, полноватый мужчина с рыжими волосами и забавной лысиной приветливо потянул мне меню. — Рассказывай, надолго тут? Советую тебе у нас задержаться, в баре Лиса лучшее пиво в Эшхолде!       — Да вот, дядь, недавно приехал, а насколько – чёрт знает. Кстати, смотрю у вас гуляния в самом разгаре. Сегодня какой-то особый праздник?       — Да не, народ так, решил сегодня гульнуть. Иногда у нас устраивают такие схождения, чтоб не киснуть, многим такое по душе.       — Пап, давай веселее! Всё-таки новый гость, да ещё и такой красавчик. — вдруг за спиной мужика появилась миловидная девушка. Она кокетливо облокотилась на стойку и заигрывающе мне подмигнула. Её рыжие локоны блеснули в ярком свете огней из-под зелёного капюшона. Всё-таки есть в этом городе милые барышни.       — Ух, какая красотка! Я Джон. — я подхватил её руку и чмокнул. Щёки её покрылись румянцем, и, хихикая, она с радушием ответила. — Я Матильда, приятно познакомиться, а хозяин трактира, мой папа. Все его здесь по привычке зовут Лис. Раз уж сегодня такие гуляния, принесу тебе кусочек пирога за счёт заведения. — и вскоре скрылась.       — Ну и ну, какова красота и щедрость!       — Чего, приглянулась тебе моя дочурка? Что за молодёжь пошла? Прям перед отцом флиртовать!       — Того и гляди, украдут прям перед тобой, ха-ха! Да будет тебе, Лис. Я лишь проявил жест вежливости.       — А ты юноша юморной, Джон. Смело, люблю таких! Так закажешь чего-нибудь?       — Не откажусь от стакана молока.       — Стакан молока? Ай, потешный какой! — Лиса вдруг нашёл внезапный хохот. Аж вся стойка зашлась ходуном, а рядом сидящие подхватили его волну. — Ну, не смотри так сердито, будет тебе стакан молока!       Посмеялись надо мной, а теперь пора переходить к делу. Матильда как раз принесла кусочек пирога с клубникой. На запах неплох, на вкус тоже сойдёт, но ел я и лучше. Уходя, она кокетливо мне подмигнула, я лишь едва улыбнулся.       — Кстати, слышал, недавно от местных, странный случай был. Что-то вроде с парнем приключилось, но я так и не понял, то ли подевался куда, то ли выдумки — это всё. — я смотрю на него выжидающе от нетерпения аж расползлась улыбка.       Радость Лиса перетекла в наполненный чёрствостью взгляд, а губы поджались. Поначалу он только недовольно протёр стакан тряпкой, но, видимо, моё лицо его выбесило.       — А тебе зачем? Хочешь пошушукаться, можешь вылететь за двери к чёрту. — Лис помедлил. Внезапно, он неаккуратно поставил стакан и на повышенных тонах грозно высказался, притянув к нам кучу ненужного внимания.       — Мне кажется, ты кое-чего не понял, Лис, — я вывалил перед ним с десяток серебряников — мне нужна информация про Альфреда. Не то, что говорит городской совет. — и, приподнявшись, опёрся на барную стойку.       — Ах ты..!       — Ну так что, расскажешь?       — Зачем приезжему эта информация? Понимаешь, что выглядишь в наших глазах подозрительно?       — Конечно, поэтому давай сделаем так. Хочешь представление? Будет тебе старая лисья шкура!       — Вы все! — отскочив от стойки, я с разбега запрыгнул на стол и распугал расслабившихся пьянчуг. Едва ли полетели их кружки с пивом, так они давай ловить их, расплескав всё по поверхности. Пьянчуги. Я развернулся ко всем лицом, столовые приборы зазвенели под сапогами.       — Эй, чё происходит?       — Парень свали по-хорошему.       — “По-хорошему” значит хотите? Тогда все взгляды на меня и внимательно внимайте моим словам! — Я шумно ударил по столу ногой. Все уже и так устремили на меня взгляды. — Внимательно слушаете?! Отлично, тогда сегодня заказывайте всё, чего пожелаете! Любые блюда и напитки – всё будет бесплатно. За мой счёт!       Все поглядели друг на друга недоверчиво.       — Ну же!              Внезапно весь трактир едино поднял шум в одобрении и пошла волна заказов. Не видя никаких препятствий от меня, люди всё заказывали и заказывали. Столы ломились от набросанных яств и кружек. Кто-то начал петь песни, кто-то подхватил ритм бубном, а с улицы уже пришли со свистками. К этому времени я уже не разбирался в обилии скрипящих звуков. Все презабавно проводили время. Особенно смешили меня валявшиеся на полу: они продолжали кое-как хлопать в ладоши, невнятно бубня белиберду себе под нос. Теперь же пора вернуться к насущному.       Пройдясь по валявшимся, я вернулся к своему стакану молока и надкусанному куску пирога. Первый раз не распробовал, а теперь клубника казалась как кстати.       — Ну что же, дружище Лис, сегодня у тебя будет много прибыли. Так что будь добр, введи в курс дела приезжего.       Глаза Джона хитро сщурились, подчёркивая обворожительную улыбку. Он поднял в радостном жесте стакан с молоком, как бы говоря: “За меня, дружище!”. Сидит и смеётся своему успеху.       — Смотрю, ты весьма целеустремлён. — он всё ещё недоверчиво на меня смотрел. Его лицо было всё красным и в поту, и поддел меня весьма уставшим голосом.       — Всё будет моим, если захотеть! — пожалуй всё, кроме отпуска.       — И как платить за всех собрался? Что-то не вижу при тебе столь толстый кошелёк, чтоб прокормить такую ораву.       — Просто выпиши итоговую сумму и пришли в почтовый ящик Шляпе. — я разулыбался с его удивлённого взгляда. По факту не всю казну проем ведь.       — Так вот откуда такая самоуверенность! Чертов лис. — сказал он прозорливо, вскинув вверх руки. Кто бы говорил! Наконец, он догнал с кем имеет дело.       Все вокруг уже не обращали на нас внимания. Матильда же мельтешила меж столами, то унося объедки, то разнося новые заказы. Под расковыривание пирога, Лис внезапно начал: — Да уж, раз такая пьянка пошла, то расскажу тебе. Нечего здесь скрывать, но и ты пойми, то, что происходит в этом городе в последнее время, нас конкретно выматывает. — Слегка отвернувшись от меня, Лис вновь взял стакан с полотенцем и крепко начал проворачивать его в своей руке, натирая. — Альфред, вообще парнишка скромный был, зато очень отзывчивый и добрый. В основном народу помогал с починкой жилищ да по хозяйству выручал. Приятно болтать с ним было, располагал своим духом. Годфри, его отец, после смерти теперь выходит только за лекарствами в лавку. Всё винит себя в его смерти, что не углядел.       — В каком смысле “не углядел”? Неужели скромняжка Альфред связался с плохой компанией?       — А мне по чём знать? Я передаю тебе его слова, но от себя скажу, что не было никакой подозрительной компании в его окружении, по крайней мере я так думаю.       — Говоришь, он со многими был в хороших отношениях? Может с кем-то не в ладах был или были подозрительные личности? — Ох, чую неладное...       — Ни о тех, ни о других сказать не могу… О! Раз знаешь про Альфреда, может слышал уже про Лололошку?       И был прав. Опять этот Лололошка. Мне по-волшебному везёт на его имя, хоть и не планировал в ближайшее время слышать о нём.       — Слышал о нём, местная легенда. А что расскажешь интересного? — Так уж и быть подкину ему золотую монету. Лис прям расцвёл, а глаза как заблестели! Но тут же быстренько запрятал себе в прилавок драгоценность.       — Так вот знаешь же, Лололошка у нас довольно необычный человек в городе. — Ну-ну, я бы не сказал. Эшхолд сам по себе город необычный, не то что бы парень какой-то сильно выделялся.       — Продолжай.       — Когда Лололошка приходил брать заказы, они в основном вместе их выполняли, а после болтались по городу. Недавно Альфред ногу подвернул, так Лололошка ему помогал по поручениям разным и ухаживал как мог. Годфри он тоже очень нравится.       — А в день смерти, где был Лололошка?       — Эх, Джон, интересный вопрос, но Лололошки здесь не было. Он пришёл спустя долгое время только вчера, а как узнал о смерти, так почти сразу ушёл, нехорошо ему стало.       — Вот значит, как. Тогда может кто-то знает в какой стороне он живёт?       — Есть тут такие, кто интересуется его жизнью. Подойди лучше к тому разглагольствующему ворону. Его Сорвеном звать. Не ошибись, а то сильно взбунтуется и будет неприятно каркать. Подойдя к этому столу, я застал там развалившихся воронов. И какой из них мне нужен?       — Ну и, кто из вас Сорвен? Дело есть. — пришлось крикнуть в эту гору полуживых, но та только непонятно всколыхнулась. — Э-э-эй!       — Кар! Я – это я! Чего раскричался, ты вообще кто такой? — внезапно из груды перьев вылезла голова и недовольно набросилась с вопросами.       — Я тот, кто платит за ваши набитые брюхи, а теперь ответь, — я его притянул к себе. — Слышал, ты следил за Лололошкой.       — Ка-а-ар, что? Это было давно и неправда! Проваливай! — он отвернулся и сложил перед собой крылья, будто и не при делах был.       "Что за шутовство?"       — Неправда значит? А он мне задолжал.       — Проваливай, человек! Весь вечер портишь, кар!       "Что за наглая рожа! Ещё и выглядит так, будто мне одолжение делает."       — Кажись, ты не догоняешь с кем разговариваешь. Хорошо, хочешь улучшу его тебе тем, что передам Лису выделить тебе отдельный счёт под твои заказы. Мне не сложно.       — А, постой, что я там говорил!?       — Мне плевать, я уже иду к Лису.       — А, точно, Лололошка! Дай вс-с-спомню! — безмозглая курица всё продолжала неприятно заикаться.       — Как думаешь куда можно воткнуть нож? — я взял нож с соседнего стола, покрутил им у себя в руках и поднёс его ближе к клюву. Он коротко вскрикнул и поднялся с груды своих пернатых друзей. — А то всё слышу и слышу надоедливый зудёж.       — Я-я тебе покажу, — он меня подпихивает к выходу заведения. — Обычно он заходит в город через парадные ворота, а выходит через задние, вечером там меньше стражи, да и кладбище там находится, бр-р! Аж мурашки пробежали по коже. Но не в этом суть.       — Чего остановился? Говори дальше.       — Э-э, там особых знаков нет, так что не знаю, как объяснить. Кругом же одни хвойные деревья. — мы уже стояли у фонтана, а эта курица выдаёт такое.       — Тут как раз недалеко до задних ворот, прогуляемся?       — Чё?! Я ведь уже всё сказал-       Фух. Я разворачиваюсь к нему лицом. Кулаки так и чешутся втащить ему в живот, да вот только не хочется пачкать сапоги в его желчи. Судя по всему, он понял, что лучше промолчать, пока в подарок реально не получил пару ласковых. Недалёкая птица молча поплелась за мной. Что же это такое? Мог бы научиться различать виды хвойных деревьев, раз столько лет прожил на этой земле. Мозги у него явно куриные, если в этой коробке вообще хоть что-то присутствует.       Выйдя за ворота ему стало не по себе.       — Так в какую сторону он уходит?       — Сейчас, дай минуту, мне не совсем хорошо.       Не хватало тут ещё блевать на чистый снег.       — В общем, он сворачивает направо, а после идёт к дереву, у которого низко расположено дупло и оторвана кора. Может там будут его следы.       — Свободен. “Там нет особых знаков”, тоже мне!       Итак, путь в лес ещё и поздно вечером. Скоро в городе зазвенит колокол и объявят комендантский час. Идти или же остаться? Не особо хочу разбираться потом с охранниками. По сравнению со мной они уж точно слабаки, так что проблем не будет. Так уж и быть, зайду к этому парню на чай да порасспрашиваю его о всяком. Делу ведь это только в помощь, а там и в столицу скоро вернусь.

***

      Уже довольно долго иду, а следов его не особо сильно вижу. Как уж сказать... Вообще ничьих следов не вижу! Свои следы тоже приходится заметать от самого города. Не хотелось бы после выслушивать на совете, как они ловили подозрительное существо у кромки леса. У меня уже складывается ощущение, что этот Лололошка парит над землёй, если вообще ходит. Хотя, когда я ехал в Эшхолд из Поэны, прошлась сильная метель: засыпало дорогу прилично.       Если зажгу свет могу напугать дичь или на крайняк Лололошку, если тот будет под каким-нибудь кустиком. Хотя я до сих пор не видел ничего похожего на дом или свет. Может стоит обратно повернуть? Завтра назначено несколько встреч, ещё и обследовать тело Альфреда.       С верхней ветви упал снег, я настороженно оглянулся. Было бы очень неловко, убей меня сейчас нечисть какая. Мой труп бы оклеветали и насмехались над ним в столице, ай-яй, ну уж нет! Однако, повернувшись, странная куча снега вдалеке, попавшаяся на глаза, смутила меня. Не может быть, что б за раз вырос такой уродливый сугроб. Подойдя к сугробу, я заметил вмятину до странного напоминающую человеческую руку и прикоснулся к нему.       Чего это я? И отдёрнул руку. С чего вообще трогаю чужие следы… Скорее всего его след, значит нужно продолжать идти левее. Пройдя дальше, попались пошарпанные кусты, будто упали в них совсем недавно. Обычно шапка снега выглядит не так рвано, но я уже понял, что с этим городом не бывает “как обычно”. Вот вспомнить менгир, окружённый фонтаном. Да никто не делает достопримечательности со скинтом! Ни в одном городе такого не видел! В нём же содержится большой сгусток энергии, и всё это больше смахивает на защитный механизм, а они: — Вот! Какая достопримечательность, мы так гордимся, бла-бла-       Вдалеке зашуршали кусты, движение идёт не в мою сторону, скорее всего дичь бежит дальше, но ощущения заставили пригнуться. Внезапные звуки слегка смутили, если учесть, что до этого их вообще не было. Оказывается, это был всего лишь олень, но бежит он слишком ретиво, будто от кого-то..? Перебежками я спустился с холма. Он прибежит сюда, это точно! Я сел в засаду. Хотя с каких это пор меня волнует всякая дичь в лесу? Мне бы обратно вывернуть и продолжать искать дом того суперзагадочного парня, а не сидеть в кустах.       Олень чуть позже показался выше на другом холме, но дела это не меняет. Пока он бежал вниз, зацепился за корягу и полетел кубарем к подножию. Желание жить наверняка пульсировало отдачей по его раненному телу, поэтому пытался встать, чтобы бежать дальше.              Где хищник?       От ожидания всё тело замерло, а глаза не могли никак сомкнуться. Олень все нерешительно ворочался и никак не мог встать.       Сверху в свете луны мелькнула высокая тень. Черты похожи на человеческие, разглядеть сложно. Да до чего ж быстрая! Я сильнее пригнулся.       В конце концов, тень запрыгнула и обхватила горло оленя. Ничего не видно! Где-то вдалеке внезапно раздался волчий вой.       Это вой тех духов, о которых рассказывал Беренгарий? Лучше бы не попадаться им, но я пока не могу уйти. — Олень со страху перестал бегать по кругу и остановился. И раздался треск костей. Тень спрыгнула, а вслед и тело оленя упало. Впервые вижу, чтоб один человек так быстро расправился с оленем. Хотя какой бы человек смог с таким справиться? Тут уже явно дело связано с нечистью.       — Дело стоит риска… почему бы и нет, — привстав, я решил подобраться поближе. Снег сильно хрустел, но меня походу вообще не замечали. Значит можно подойти ещё ближе и взглянуть. Меня охватили слабоумие и отвага не иначе… Шуршание кустов весьма смущало, и я воспользовался магией света, шорох вмиг раздался под моей рукой. На глаза успело попасться лишь что-то голубое и красное.