Правило одной стены

После пляжа они вернулись в номер, мокрые и уставшие. Солнце уже не пекло, но воздух всё ещё был тёплым и тяжёлым от влаги. Леон почти сразу рухнул на кровать, вытянулся во всю длину, уткнувшись лицом в подушку. Влажные волосы оставили тёмные пятна на белой наволочке. Он даже не заметил, что выронил полотенце, которое всё ещё держал в руке. Сэнди прошёл к шезлонгу у окна, устроился там, вытянув ноги. Он был ещё слегка влажным после морской воды — на смуглой коже поблёскивали капли, которые он даже не потрудился вытереть. Закрыл глаза, дыхание стало ровным, почти незаметным. В номере было тихо. Только лёгкий шум кондиционера и далёкие голоса с улицы. — Думаешь, стоит поспать часик? — спросил Леон, не открывая глаз. Голос прозвучал сонно, даже для него самого. — Да, часик, — протянул Сэнди, едва двигая губами. — Привыкли к солнцу, надо восстановиться. Леон хотел сказать что-то ещё, но язык уже не слушался. Он вздохнул, перевернулся на бок и провалился в сон. — — — — Время текло медленно. Сквозь дрёму Леон слышал, как шум с пляжа постепенно стихал. Сначала исчезли детские крики, потом стихла музыка из кафе у бассейна, потом и голоса отдыхающих стали реже, тише, дальше. Остался только ветер за окном, который мягко шуршал листьями пальм и колыхал лёгкие шторы. Когда он открыл глаза, в комнате было темно. За окном уже не было того яркого, выбеленного солнцем света — только мягкие сумерки, в которых очертания предметов казались размытыми. Леон потянулся и ощутил, как плечи и спина ноют после долгого плавания. Хорошо. Приятно. Будто всё тело помнило, что они провели день в воде. — Который час? — пробормотал он, всё ещё не разлепляя глаз. — Почти восемь, — ответил Сэнди. Леон приоткрыл один глаз. Сэнди сидел на краю кровати, одетый, в сухих шортах и лёгкой рубашке, которую даже не застегнул. Смотрел на Леона с лёгкой усмешкой. — Ты храпел, — сказал он. — Не храпел. — Храпел. Как маленький ёжик. — Ёжики не храпят. — Этот храпел. Леон фыркнул, сел, потянулся, хрустнув позвоночником. Сон постепенно отпускал, оставляя после себя приятную расслабленность. — Ну что, — сказал Сэнди. — Прогуляемся? — — — —  Они не торопясь вышли на улицу. Вечерний воздух был тёплым и солёным, таким густым, что, казалось, его можно было пить. Ветер приятно колыхал пальмы, гнул их пушистые верхушки, и где-то в листве что-то тихо шуршало. Вдалеке слышалась музыка — из ресторана на первом этаже, из бара у бассейна, откуда-то с пляжа. Смех, голоса, звон бокалов. Отель жил своей ночной жизнью. — Давай прогуляемся вдоль территории, — предложил Сэнди, беря Леона за руку. — Ммм… идём. Они пошли по дорожкам, освещённым мягким светом низких фонарей. Пальмы отбрасывали длинные тени, где-то в кустах стрекотали цикады. Вода в бассейнах мерцала, отражая подсветку. Леон шёл и чувствовал, как усталость отпускает. Рядом — Сэнди. Тёплый, спокойный, молчаливый. Его пальцы переплетены с пальцами Леона, и это было самое правильное ощущение в мире. Они дошли до конца дорожки, повернули обратно. Леон замер, когда увидел бассейн. Вода в нём горела изнутри голубым, переливалась, как жидкое стекло. Огни отражались в ней, дрожали, расплывались, создавая иллюзию, что бассейн полон не водой, а светом. А прямо у края, на небольшой деревянной террасе, стоял бар. — Смотри! Бар у бассейна! — Леон ткнул пальцем, и в его голосе прорезалось то самое возбуждение, которое всегда появлялось, когда он видел что-то новое и красивое. — Давай туда! Сэнди посмотрел на бассейн, потом на него. В его глазах мелькнуло что-то тёплое. — Ладно, — сказал он. И они направились к бару. — — — — Бар был оживлённым, но не слишком. За стойкой бармен в белой рубашке ловко смешивал коктейли, подбрасывая шейкер так, что в воздухе разлетались брызги. Посетители сидели за высокими столиками у воды. Кто-то смеялся, кто-то обсуждал планы на вечер, кто-то просто смотрел на бассейн, потягивая что-то яркое через трубочку. Атмосфера была лёгкой, праздничной. Пахло морем, лаймом и чем-то сладким. — Я беру что-то яркое с фруктами, с зонтиком! — заявил Леон, подходя к стойке. Бармен кивнул, уже доставая стакан. — А тебе? — спросил Леон, поворачиваясь к Сэнди. Сэнди посмотрел на меню. Медленно провёл пальцем по строчкам, остановился. — Мохито. Алкогольный. — Ого, — Леон удивился. — Серьёзно? — А что? — Не знаю. Думал, ты только чай пьёшь. — Я и чай пью. Но в отпуске — почему нет? Бармен принёс напитки. Коктейль Леона оказался ярко-оранжевым, с долькой апельсина, вишенкой и маленьким бумажным зонтиком, который торчал из пенки. Сэнди взял свой стакан, поднёс к губам, сделал маленький глоток. Сначала чуть поморщился — кисло-сладкий вкус с мятным холодком ударил в нёбо. Потом улыбнулся. — Ну как? — спросил Леон. — Хорошо. — Врёшь. — Не вру. Леон засмеялся и чокнулся с ним. — За отпуск. — За отпуск. — — — — Они сели за столик у воды. Рядом плескался бассейн, в его отражениях танцевали огоньки, и временами, когда кто-то проходил мимо, по поверхности пробегала рябь, и свет разбивался на тысячи осколков. Леон потягивал свой коктейль, наблюдая, как Сэнди делает очередной глоток мохито. Тот пил медленно, задумчиво, иногда покручивая в пальцах трубочку. Мята в стакане колыхалась, лёд позвякивал. — Смотри, — Леон кивнул на бассейн. — Голубая вода. — Вижу. — Мне это что-то очень сильно напоминает. Сэнди посмотрел на бассейн, потом на него. В глазах мелькнуло узнавание. — Коттедж? — Ага. Ты помнишь? — Помню. — И как ты прыгнул. В одежде. По моей тупой просьбе. — Не тупой. — Пьяной. — Какая разница. Ты попросил. Леон засмеялся, сделал ещё глоток. В голове уже слегка шумело, но приятно. Тепло. — А потом я прыгнул за тобой. И мы стояли в воде. И ты… Он замолчал. Сэнди ждал. — Что я? — Ты хотел меня поцеловать. — Не хотел. — Врёшь. — Я тебя поцеловал. — Нет, ты тогда не… — Леон запнулся, в голове вдруг что-то щёлкнуло. — Подожди. Ты меня поцеловал? — Ага. — Когда?! — В бассейне. Не помнишь? — Ты же не… ты только наклонился, и потом Кольт заорал! Сэнди усмехнулся. Сделал глоток, медленно, смакуя. — Значит, не помнишь. — Сэнди! — Что? — Ты меня поцеловал в бассейне?! — Ага. — И я не помню? — Ты был пьян. — Это нечестно! — Всё честно. Ты тоже хотел. Леон покраснел. Схватил свой стакан, сделал большой глоток, но коктейль уже почти закончился. — Я… — Что? — Я и сейчас хочу. Слова вырвались сами. Он не успел их остановить. Сэнди смотрел на него. Долго. В подсветке бассейна его глаза казались ещё ярче, ещё жёлтее, чем обычно. В них отражались огни, вода, и что-то ещё — то, от чего у Леона внутри всё перевернулось. — Знаю, — сказал Сэнди. — — — — Они пили почти молча. Леон вертел в руках зонтик от коктейля, покрутил, бросил в стакан. Сэнди крутил свой бокал, наблюдая, как тает лёд. — Сэнди? — М? — Давай повторим. — Что? — Ну… тот вечер. Сэнди поднял глаза. — В каком смысле? Леон кивнул на бассейн. Вода всё так же светилась голубым, тихо плескалась о бортики. Вокруг никого не было — все разошлись по ресторанам или номерам. — Ты прыгнешь? — Сейчас? — Ага. Сэнди посмотрел на воду. Потом на Леона. — Ты пьян. — Немного. — В одежде? — Ага. — Ты серьёзно? — А ты боишься? Сэнди усмехнулся. Поставил стакан на столик. Встал. Медленно, не спеша, расстегнул пуговицы на рубашке. Снял её, кинул на стул. Остался в одних шортах. Смуглая кожа в свете бассейна казалась тёплой, почти золотистой. Плечи, ключицы, грудь — всё, что Леон видел сегодня утром, но сейчас, в этом свете, под лёгким градусом, с каплями конденсата на шее — выглядело иначе. Леон смотрел и не мог отвести взгляд. — Ты чего уставился? — спросил Сэнди. — Просто… — Идёшь? — Я в футболке! — А ты разденься. Леон стянул футболку через голову, бросил рядом с рубашкой Сэнди. Встал. — Прыгаем? — Ага. — На счёт три? — На счёт три. — Раз. — Два. — Три! Они прыгнули почти одновременно. Вода обожгла прохладой, но не холодом. Тёплая, мягкая, она приняла их, обтекла плечи, грудь, спины. Леон вынырнул, отфыркиваясь, и сразу услышал смех Сэнди. — Ты чего смеёшься? — Ты похож на мокрую собаку. — Сам ты собака! Сэнди подплыл ближе. Вода доходила им до груди, мягко покачивая. — Помнишь? — спросил он. — Что? — Как мы стояли. В бассейне. — Помню. — И что было потом? — Кольт заорал. — А если бы не заорал? Леон замер. — Ты бы… — Что? — Ты бы меня поцеловал? Сэнди шагнул ближе. Теперь между ними было совсем мало места. Леон чувствовал его дыхание, смешанное с запахом хлорки и мяты. — Я тебя поцеловал. — Врёшь. — Хочешь проверить? Леон смотрел на его губы. Секунду. Две. Три. В голове шумело, сердце колотилось где-то в горле. — Ага. Сэнди наклонился и поцеловал. Не быстро. Медленно. Тепло. Так, как тогда, но теперь Леон был трезвым — ну, почти — и запомнил каждую секунду.  Губы, язык, дыхание. Руки, скользнувшие по спине, притянувшие ближе. Вода, мягко покачивающая их обоих.  Леон обхватил его ногами, прижимая к себе, талию крепко, плавно. Сэнди в ответ положил руки на поясницу и ягодицы Леона, помогая удерживать и создавая удобный контакт. Вода мягко качала их, тела сливались, сердце колотилось. Поцелуй растянулся, каждый вдох, каждое движение было ощутимо. — Эй! — донёсся голос с террасы. — Трахайтесь в номере, а не здесь! Они отстранились, рассмеялись. Леон уткнулся лицом в плечо Сэнди, чувствуя, как тот тоже смеётся — беззвучно, но всем телом. — Ну что, — сказал Сэнди, — «идём трахаться в номер?» Леон резко поднял голову, его лицо покраснело от смущения. — Это была шутка? — Как знать. — — — — В номере было темно. Только свет из окна — луна отражалась в море, и её сияние просачивалось сквозь шторы, оставляя на полу серебристые полосы. Сэнди закрыл дверь. Повернулся к Леону. Тот стоял мокрый, в одних шортах, волосы прилипли ко лбу, по лицу стекали капли. Полотенце он так и держал в руке, забыв вытереться. — Иди сюда, — сказал Сэнди. Леон подошёл. Сэнди взял его лицо в ладони. Кожа была прохладной после воды, но под пальцами быстро нагревалась. Большими пальцами провёл по скулам, по влажным щекам. — Ты красивый, — сказал он тихо. Голос был низким, тёплым. — Врёшь. — Не вру. И поцеловал. Долго. Глубоко. Так, что у Леона подкосились ноги. Сэнди подхватил его, не отрываясь от губ. Шаг назад, ещё шаг. Кровать. Они упали на прохладные простыни. Леон сверху, Сэнди снизу. Влажные, мокрые, пахнущие хлоркой и морем. — Ты дрожишь, — сказал Сэнди, медленно проводя рукой по спине Леона. — Не дрожу. — Дрожишь. — Это от холода. Сэнди усмехнулся. Его ладонь скользнула от лопаток вниз, чуть задержавшись на пояснице. Кожа под пальцами была тёплая, каждая точка ощущалась особенно остро. Леон едва заметно вздрогнул, словно от неожиданной щекотки или слишком чувствительной зоны, и инстинктивно прижался ближе. — Согрею, — тихо сказал он. Леон выдохнул, уткнулся лицом ему в шею, дыша в такт его дыханию. Запах моря, мяты и ванили проникал в голову, и сердце билось быстрее. — Сэнди? — М? — Я тебя очень люблю. — Я знаю. — И ты меня. — Знаю. — Это странно. — Что? — Что у меня есть ты. Сэнди крепче обнял его. Руки легли на спину, прижали ближе. Леон почувствовал тепло его тела, ощущение полной близости и доверия, но в воздухе висела пауза — та граница, которая не была пересечена. — — — — Тгк: https://t.me/twittiki Если не получается перейти, то ссылку можно найти у меня в профиле, в разделе «о себе». Или по названию в ТГ «мыльный анал» Простите меня, грешную, я все-таки думаю сделать постельную сцену. Но у вас есть время меня отговорить…(наверное)