На грани

Прошло около 3-х месяцев     Полицейский участок пах бумагой, старым кофе и чем-то еще, возможно усталостью сотрудников, которая впитывается в стены и остается там годами. Коридор был слишком узким для такого количества мыслей.   Стив стоял, прислонившись к стене плечом, и смотрел в одну точку, но на самом деле ничего не видел перед собой. Люди проходили мимо, кто-то что-то говорил, бесконечные хлопки дверей, все это сливалось в гул, который раздражал и одновременно спасал, не давая сосредоточиться на главном.   Парень держал в руках синюю папку так крепко, будто если ослабит хватку, то все это просто рассыплется. Она уже не выглядела первозданно красивой, о чем свидетельствовали прилично замятые края.   Три месяца.  Три месяца беготни, очередей, подписей, разговоров, униженно спокойных просьб к людям, которые смотрели на него как на очередного парня, решившего поиграть в «ответственного». Он сам иногда так на себя смотрел, но только не сегодня. Сегодня все должно было уже наконец-то сдвинуться с мертвой точки.   И все равно внутри сидело это тупое, упрямое сомнение, которое не уходило до конца. И все равно он не был готов окончательно, или ему просто начало так казаться. Каждый день он пытался бороться с собой и задать лишь один честный вопрос «а правильно ли он делает?», и в душе надеялся, что правильно.    Шаги он услышал раньше, чем увидел ее, и почему-то сразу понял, кто это. Мелисса неторопливо и даже как-то немного осторожно, но в то же время уверенно, вышла из-за поворота, не глядя по сторонам, со свертком бумаг под рукой, в своей привычной черной куртке, с тем же жестким и собранным взглядом, который за эти месяцы стал только холоднее. Она заметила его не сразу, но когда заметила, то на маленькую долю секунды, остановилась, и Стив в свою очередь окончательно оторвался от своих мыслей и поднял голову. Он не ожидал ее увидеть сегодня, хотя прекрасно знал, что здесь ее территория, поэтому не слишком сильно удивился.    — Привет, — слишком спокойно поздоровалась Мел, не скрывая легкой улыбки от встречи.   — Привет, — кивнул Харрингтон и приветствие прозвучало достаточно ровно, без интонации, но между ними будто что-то сдвинулось, как если случайно задеть старую рану. И они в моменте оба это почувствовали. Как будто слишком мало времени прошло с последней их встречи, и на секунду как-то стало слишком неловко. По-настоящему неловко.    — Ты, наверное, к Джиму? — спросила Росс, наконец-то возвращая себе контроль, стараясь больше не вдаваться в лирику, догадываясь зачем Стив пожаловал с утра пораньше в полицейский участок.    — Да. Мы договаривались, — спокойно и твердо ответил парень и поднял папку чуть выше, переводя на нее взгляд, как будто это объясняло все.   — Он уехал, — Мелисса посмотрела на немного потрепанную синюю папку в его руках, и в ее взгляде промелькнуло понимание и легкое сочувствие. — Рано утром. В Индиану, — лишь добавила она, вспоминая, как пару часов назад Хоппер влетел к ней в кабинет, и потребовав незамедлительно пару нужных отчетов, неаккуратно сгребая все, вылетел как пуля, сказав, что дело срочное и когда он вернется, не знает.    — Что значит уехал? – Стив отреагировал не сразу, будто бы слова до него дошли не сразу.    — Срочное дело, — девушка растеряно чуть пожала плечами, смотря как меняется его выражение лица, — И, судя по тому, как он собирался… Это может и не на день.   На несколько секунд между ними повисла звенящая тишина, но гул коридора стал ощутимо громче. Стив лишь опустил взгляд на папку, и потом снова посмотрел на Мел, и в этот момент в его взгляде что-то треснуло, то ли от злости, то ли от разочарования, не сильно, но достаточно заметно. В коридоре было тесно, люди проходили мимо, кто-то говорил, где-то хлопнула дверь — и все это делало момент еще более неудобным, чем он был сам по себе.   — Черт, мы же договаривались на сегодня, он мне обещал, — парень провел рукой по своим растрепанным волосам, которые выглядели последние месяца так, будто он вспоминал о них от случая к случаю, и выдохнул через зубы. — Мне нужно передать это сегодня, Мелисса, — прочеканил Стив каждое слово, он почти никогда не называл ее имя полностью, и она это услышала, каждую букву. От чего девушке стало не по себе, а внутри что-то неприятно сжалось, и она понимала от чего. От того, что он больше не воспринимал ее как родного человека, с которым был когда-то близок.    — Я догадываюсь, — сказала Мел понимающе тише, и это было почти по-настоящему. Он снова посмотрел на нее, и в этом взгляде было слишком много всего сразу. Пока в какой-то момент между ними не проскочил офицер, случайно расталкивая впопыхах их по сторонам, так что бумаги из их рук чуть не вылетели.    — Пойдём, — девушка не выдержала первой и кивнула в сторону двери. — Здесь не место.    Стив посмотрел на нее, но больше ничего не ответил, а лишь покорно последовал за ней, осознавая, что еще минута в этом душном и тесном коридоре, и он кого-нибудь точно убьет. К тому же его вопрос так и не был решен, и ему срочно нужно было хотя бы, чтобы девушка смогла передать бумаги Джиму.   Кабинет был небольшой, почти пустой, с тусклым светом и окном, которое выходило на серую парковку. Все выглядело временным, как будто здесь никто не сидит, только проходит. Она сразу закрыла дверь, и шум коридора сразу стал глухим.   — У тебя теперь свой кабинет? — осмотрев старую мебель, вскинул брови Харрингтон переводя взгляд на девушку.    — Да, — кивнула Мелисса, также неторопливо обходя стол, — Теперь я вместо Брайта.    После того, как девушка произнесла знакомую фамилию, на лицах обоих молниеносно отразилось некая неловкость и сочувствие, как будто каждый снова вспомнил, что произошло несколько месяцев назад.    Стив в свою очередь сел на стул, не раздумывая, и папка легла на стол чуть громче, чем нужно. Мелисса осталась стоять на секунду дольше, посмотрев на него, но потом села напротив, попутно скидывая свои бумаги в ящик. Между ними — стол, небольшое расстояние, но ощущалось как что-то большее, и слишком недосказанное.   — Я передам бумаги Джиму, — наконец-то сказала Росс, глядя не на него, а на папку.   — Когда? – резко и немного бесцеремонно перебил ее Стив, в ожидании ответа, чувствуя, как начинает закипать от сложившейся ситуации, хотя девушка была не виновата в ней, и он это прекрасно понимал, но сдерживался с трудом.   — Как только он вернется, — спокойно ответила Мел, игнорируя его неприятный тон.    — Когда он вернется?   — Я не знаю, — девушка подняла глаза от стола и посмотрела на него, ответив максимально честно, на что он лишь как-то сдавленно кивнул, но казалось, что не принял ответ.    Пауза растянулась, а Стив отвел взгляд, параллельно обдумывая все варианты из доступных, но не успел он задать насущный вопрос брюнетке, как она нарушила тишину первой.    — Ты правда все решил? — спросила Росс с небольшим интересом, в надежде услышать ответ на вопрос от него самого. Она была в курсе всей ситуации, так как Хоппер не раз просил ее подать нужные запросы и знал, что у Мелиссы есть нужные связи, тем более теперь, когда ее повысили, так оно и было, она никогда не отказывала, а наоборот старалась сделать как можно больше. Но она до сих пор так и не осознала всю серьезность его намерений, будто бы это было не про него.    — Что именно? — Стив оторвался и перевел взгляд на девушку, не понимая, что именно она имеет ввиду.    — Все это, — Мел кивнула на папку, а затем снова посмотрела на него, продолжив спрашивать, — Ты действительно хочешь ее забрать?   — Я уже почти забрал, — кивнул он, усмехнувшись, но в его смешке так и не было радости, а лишь какая-то нервозность. И на секунду повисла тишина, но Стив продолжил, — Они не отдают ее просто так, — добавил он чуть тише, потирая пальцами глаза.   — Расскажи, — Мелисса чуть наклонилась к нему вперед, тоже пытаясь понять, что он имеет ввиду.   И он ей рассказал ей, как обстояли дела все эти три месяца, сначала сухо, потом уже более эмоционально, будто бы снова мог доверять ей.   — Ее перевели в обычный приют, — сказал Стив, сцепив руки. — Сначала в один, потом сразу в другой. Формально, как «оставленного ребенка без установленных родственников», — он вздохнул и продолжил, — Никаких документов о том, откуда она, никакой истории, вообще ничего, просто чистый лист… Удобно, я еле нашел ее. Потом эта бесконечная возня с документами, сначала одно, потом другое, — он резко выдохнул переводя дух, чувствуя, как все внутри вновь кипит от злости, но закрыв на секунду глаза, снова продолжил, — Я пытался сам во всем этом разобраться, честно пытался, но это оказалось так сложно, поэтому пришлось обращаться к Хопперу, он уже все это проходил и я точно знаю, что он может мне помочь… — Стив перевел взгляд на девушку и пристально посмотрел на нее, — Или ты.    Мелисса слушала слишком внимательно, не перебивая, и кивнув головой, когда он обратился к ней.  Он все еще смотрел на нее, и на секунду все стало слишком, и он отвернул голову в сторону, словно не мог выдержать собственных эмоций.   — В приюте постоянно говорят, что она спокойная, — продолжил он, начиная неосознанно сжимать пальцы в кулаки. — Почти не плачет. Это плохо.   — Почему? – Мел нахмурилась, но на лице все еще играла тоска и сочувствие.    — Потому что дети в пять месяцев должны плакать, — Стив сжал руки сильнее, — А она… Просто лежит и смотрит. На меня или на кого-то другого, — добавил он почти шепотом.    — Она узнает тебя? — Мел тяжело вздохнула, но продолжила спрашивать.   — Я думаю… Да, — Харрингтон едва заметно кивнул головой, и на секунду повисла пауза, после чего он все же добавил, — Или мне просто хочется так думать.     Резкая тишина снова заполнила комнату, но Мелисса снова первая нарушила ее: — Ты же понимаешь, что военные отпустили ее, и это очень странно, — сказала она вдруг.   — Почему? — Стив сразу поднял голову и посмотрел на нее, будто бы она сейчас собиралась разрушить все своими дальнейшими репликами.    — Доктор Кей и вся ее шайка просто так не отпустили бы такого ребенка в обычную жизнь, – Росс медленно сложила руки на столе, смотря в его обеспокоенные широко раскрытые глаза, — И есть два варианта, — Мел показала на пальцах, — Либо девочка уже «пустышка», что доказывает нам то, как быстро ее «стерли» из системы, либо…    — Ребенок — это не «стереть», — на выдохе перебил ее Стив, стараясь не думать слишком глубоко о ее словах, но не мог, потому что она говорила ему те вещи, которые он уже обсуждал с Джимом.    — Для тебя да, для них — нет, — спокойно сказала Мел, видя, как он начинает заводиться и сжимать челюсть. — По их данным, — продолжила она тише, — Что мне удалось нарыть, у нее нет отклонений, никаких признаков… Никаких способностей.   — И ты веришь? — Стив замер в ожидании ее честного ответа.    — Я хочу верить, — Мел долго смотрела на него, прежде чем ответить, но зато ее слова прозвучали без преувеличения честно. —Потому что, в противном случае, они вернутся.    — А если они ошиблись?    — И тут, как раз, мы говорим о втором варианте, — Росс расцепила руки, — Ты же помнишь какая поднялась шумиха с Интерполом, что все что они натворили, кануло в никуда, и они просто отпустили ее, чтобы посмотреть, что будет, потому что им было уже не до этого, — тяжело вздохнула Мелисса смотря на парня, который закрыл глаза и обреченно кивнул. — Хоппер тоже думает, что все это прикрытие, и все временно. И хорошо, что она просто жива.    — Отлично, — лишь растеряно ответил Стив, открывая глаза, чувствуя, как перед глазами все начинает слишком быстро плыть.    — Но, в любом случае, пока она вне системы, — девушка снова кивнула и после паузы добавила, — И это шанс.   — Я должен ее забрать, — он тоже медленно кивнул ей в ответ, и это уже прозвучало не как вопрос, а как просто факт, на что девушка смотрела и понимала, что отступать он точно не будет.   Мел все еще смотрела на него, и в этот момент в ее взгляде проскочила вся боль, живая и настоящая. От произошедшего и от того, что она увидела сегодня и лишь убедилась в правильности своего решения.    Стив слегка наклонился вперед, и положив руку сначала на стол, а затем осторожно на ладонь девушки, как будто больше не имел права: — Мелисса, пожалуйста, — он не повышал голоса, но в нем было все, от просьбы до бессилия, — Мне нужна помощь.   На что лишь девушка снова замерла, его рука была теплой, слишком знакомой, и слишком чужой теперь.   — Мне не справиться, — добавил он тише. — Без твоей помощи.   И вот это он сказал зря, потому что она закрыла глаза на секунду, пытаясь собраться, и не придавать этому большое значения, но выходило плохо. Она прекрасно понимала, что он делал это не потому что хотел, а потому что ему нужно было совершенно другое, и от нее ему нужна была только помощь и связи.    — Я помогу, — наконец-то ответила Росс как можно ровнее, — Конечно, помогу, — но голос все равно чуть дрогнул.   — Спасибо, — кивнул Стив и тут же убрал руку, сразу, как будто понял, что нельзя было, как будто слишком лишнее, Мел почувствовала это сильнее, чем само прикосновение. Он больше не пытался держаться. Не называл ее «Мел», не тянулся к ней, не смотрел, как раньше и от этого внутри стало холодно. И все эти жесты с его стороны были общими, он так всегда делал, когда хотел кого-то поддержать или о чем-то попросить, положив руку разве что на плечо.   Харрингтон откинулся назад, и случайно посмотрел в угол, увидев там небрежно валяющийся одинокий костыль и трость.   — Как нога? — тут же спросил он, немного нахмурившись, вспоминая то, как ужасно выглядело ее бедро после ранения, и он даже до этого не удосужился спросить о ее самочувствии, ведь вся голова у него уже была забита Энн.    — Нормально, — Мелисса немного напряглась, стараясь не думать об этом и лишь быстро ответила, смотря на стол перед собой. – Ничего критичного.    На что Стив коротко кивнул, но похоже не особо поверил в «ничего критичного».    — В общем-то, это все, что я хотел, — Харрингтон снова посмотрел на нее и встал из-за стола, неторопливо расправляя немного смятую куртку, — Я надеюсь на вас с Хоппером. Спасибо.   Мелисса лишь смогла кивнуть не в силах что-либо сказать прямо сейчас, казалось, эмоции внутри стали бесконтрольно расползаться по углам, а Стив в свою очередь уже направился к двери, но на секунду остановился, как будто хотел сказать что-то слишком важное, но так и не сказал.   — Береги себя, — тихо произнес он и его карие глаза сверкнули уже в дверном проеме, а она лишь смотрела на его спину, и только когда он почти вышел открыла рот:   — Стив… – парень остановился, но не обернулся, и она продолжила, — Она… — голос предательски дрогнул, — Она будет с тобой в безопасности. Я знаю.    И снова повисла неловкая пауза, которая ломала каждого на куски по-своему, но Стив лишь едва заметно кивнул, и выйдя, закрыл за собой дверь. А Мелисса осталась сидеть, глядя на пустое место напротив, и впервые за долгое время позволила себе на несколько минут закрыть глаза, потому что, если бы открыла, пришлось бы жить дальше. В кабинете осталось только ее дыхание, и ощущение, что это очередная точка, но не громкая, не окончательная на словах, но такая, после которой никто уже не возвращается назад.         Дверь закрылась совсем негромко, почти незаметно, но звук все равно отдался внутри слишком громко. Стив еще секунду стоял, не в силах отпустить дверную ручку, будто можно было просто открыть обратно и сказать, что он передумал. Что это ошибка, что он не готов, что пусть кто-нибудь другой, кто знает, как правильно. Но за его спиной уже была знакомая тишина квартиры. И она.   Он медленно обернулся, стараясь не переживать раньше времени. Переноска стояла на диване, немного неуклюже, будто ее поставили слишком аккуратно, боясь сделать что-то не так. Внутри — маленькое, теплое, живое существо, которое дышало, сопело, иногда шевелилось, не понимая, что мир только что стал другим. Стив сделал сначала один шаг, потом еще один и сел рядом на тот же старый диван, и только тогда осторожно наклонился, заглядывая внутрь. Энн самозабвенно и сладко спала, совсем тихо, с чуть приоткрытым ртом, сжатым кулачком у щеки, и в этом было что-то такое… Спокойное что ли, что почти не вязалось с тем, что он чувствовал. Парень лишь нервно провел рукой по лицу и напряженно выдохнул.   Мелисса сдержала свое слово, и он это понял, когда спустя несколько дней Хоппер примчался к нему на работу, со всей дури, радостно размахивая бумагами перед его лицом, оставалось разве что станцевать от счастья. И как только Стив вчитался в смысл текста в этих потрепанных, от рук Джима, листах, он не поверил своим глазам, что неужели, вся эпопея с подачей и одобрением документов, наконец-то закончилась. Одномоментно Харрингтон лишь пожалел, что не поговорил с Мелиссой раньше, ведь все можно было сразу ускорить в разы, очевидно, что у нее было гораздо больше нужных подвязок чем у Хоппера. За все это время Стив так и не смог выспаться, голова всегда была чем-то забита, то вертелись какие-то нужные и ненужные фразы из содержимого той синей папки, то в полусне появлялась Мел, которая уходила и приходила бесконечное количество раз, где каждый раз все заканчивалось по-разному – жарким примирением или же испепеляющей ссорой, то перед глазами начинала мелькать заплаканная Энн, которую он просто не мог навещать слишком часто, а те редкие встречи были слишком болезненными, она казалась ему какой-то неживой. Будто получилось так, о чем говорила Лиз, когда детей совсем не трогают, они перестают требовать внимания, и закрываются сами в себе, уже начиная с рождения. И все это, в какие-то моменты резало его без ножа. Он пытался не думать об этом, когда вновь отпрашивался с работы, чтобы посетить очередную инстанцию со злобными тетками, где требовалась какая-то очевидная подпись на бумаге. И в какой-то момент все эти действия превратились в гонку с самим собой, но где он так и не смог до конца определиться с тем, что он действительно сможет справиться с полугодовалым ребенком. Будто бы, он погорячился, и хотел просто вытащить ее оттуда, пожалеть, покачать, но так и не представлял свою дальнейшую жизнь с ней. И поэтому ему становилось страшно. Страшно от неизвестности.    С работой у него все складывалось достаточно ровно, за исключением того, что, сейчас, на месяц ему пришлось взять отпуск за свой счет, чтобы хоть как-то влиться в свою новую жизнь и наладить все базовые, уже новые, процессы для них обоих, правда, Стив не совсем представлял как это сделать на практике, в теории же все звучало очень просто и понятно. Осталось только самое главное — это найти няню для Энн, которая смотрела бы за ней, пока он занят в школе, за всей документальной суматохой, работой и посещением приюта, парень так и не успел это сделать, но очень надеялся, что за ближайший месяц все решится наилучшим образом. Покупку новой машины ему пришлось отложить на неопределенный срок, посидев и подумав, Стив сделал очевидный выбор в пользу ребенка, который вот-вот должен был оказаться дома, и все то, что пытался скопить, так и осталось лежать на «черный день». Надеясь, что все это временно Харрингтон лишь вздохнул, стараясь не жалеть о том, что придется какое-то время походить пешком, хоть сейчас это и совсем не удобно, но спасибо Лиз, которая последнее время ему помогала со всеми нюансами его новой роли и в том числе с поездками. И даже сегодня они вместе забирали Энн, хоть Стив не хотел напрягать Элизабет, и даже отказывался, но она сказала, что это лишь самая малая часть, которую она может сделать для малышки, и ей совсем не сложно довезти их на своей машине до дома, да и в целом, она всегда была готова помочь ему, и на прощанье, помахав, сказала, чтобы в случае чего, если будет нужна ее помощь – он незамедлительно позвонил.    — Ну… — наконец тихо сказал он, будто боялся ее разбудить, — Кажется, теперь ты дома.   Но девочка не ответила. И это было логично, а парень в свою очередь лишь нервно усмехнулся.   — Отличное начало, Харрингтон, — Стив откинулся на спинку дивана, на секунду закрывая глаза, и вдруг понял, насколько здесь тихо. Слишком тихо. Не так, как раньше, когда тишина была только его — его пространство, его одиночество, его порядок и беспорядок. Сейчас она была другой, она начинала давить. Потому что теперь ответственность была не только за себя. И он снова посмотрел на нее, ощущая, как неуверенная нервозность сразу застучала на кончиках пальцев. На это крошечное лицо, которое ничего не знало о нем, о его жизни, о том, что он вообще не уверен, что способен справиться.   — Я вообще… — парень запнулся, чуть наклонившись ближе к люльке, которая неподвижно так и стояла возле него, — Кажется, не понимаю, что делаю, — и прозвучало это слишком честно, без прикрас и пафоса. Он лишь осторожно и с неким интересом просунул руку внутрь и коснулся ее маленькой ладошки, и она чуть шевельнулась. И неожиданно для него сжала его палец.   Стив сразу замер, не ожидая, думая, что она слишком крепко спит и даже не среагирует, и в момент, как будто его кто-то выключил. И парень даже затаил дыхание ненадолго: — Окей… — выдохнул он совсем тихо. — Это я… Стив, — Харрингтон немного улыбнулся, — Кажется, ты все же меня запомнила, — он не отдернул руку, а наоборот, остался так, почти не двигаясь, боясь нарушить этот момент, потому что он был слишком… Важным. Слишком настоящим для него сейчас. Он вспомнил, как держал ее тогда, первый раз в больнице, когда только взял плачущую на руки, и тогда он не думал, просто делал, потому что иначе нельзя.   А сейчас… Сейчас было время думать, и это пугало больше. Стив осторожно вытащил ее из переноски. Неловко и слишком осторожно, будто она могла сломаться, и устроил у себя на руках, прижимая ближе к груди, словно этими действиями хотел доказать сам себе, что поступает правильно, поступает так, как велит ему его сердце, а не разум. Она чуть зашевелилась, но не проснулась, только сильнее уткнулась в него, и в этот момент что-то внутри него зашевелилось. Слегка, но слишком ощутимо.     — Я, наверное, облажаюсь, — продолжил он также тихо и утвердительно, глядя на нее. — Ну… не наверное, — Харрингтон усмехнулся, но в этом не было веселья. — Я точно облажаюсь, — зная самого себя, частицу «не» можно было убирать смело, и добавил после паузы, — И, не раз, — он провел пальцем по щеке девочки, где виднелось родимое пятно, осторожно, едва касаясь. — Но… Я попробую, — Стив не говорил это кому-то, он говорил это ей, и, возможно, себе. На что Энн лишь тихо вздохнула во сне. И это было все, никакого ответа, никакого подтверждения, только дыхание.   Стив аккуратно и медленно встал, все еще держа ее у груди и огляделся по дому, оценивая обстановку. Кровать — не до конца готова. Детская — наполовину собрана. Игрушки — в коробке. Вещи не разложены по местам. Куча дел, которые нужно сделать. Все это он бросил впопыхах, когда увидел заветные бумажки и так и не успел вернуться и доделать, решив, что разберется со всем в процессе.  И он, который не знает, с чего начать.   — Ладно… — парень обреченно выдохнул и пробормотал, — Мы не будем паниковать, – и после небольшой паузы добавил, — Надеюсь, ты еще поспишь, а я за это время хотя бы закончу с кроватью.    Харрингтон посмотрел на все также, по-прежнему, спящего ребенка на своих руках и направился к своей кровати, аккуратно положив ее у стенки, укрывая на всякий случай, и задержав руку на ее животе на секунду дольше, чем нужно, потом просто сел рядом, так и не в силах прекратить смотреть на нее и думать о том, что же ждет их дальше.    И сейчас он позволил себе не притворяться, что он справляется, решив, что как будет, так и будет, но он просто сделает все из всех возможных вариантов, что могло бы зависеть от него. Он был здесь, он не ушел, и возможно, этого для начала могло быть достаточно.