Рубины, Сталь, Обсидиан.

Зеленое зарево за спиной Великого Исхода не гасло три дня. Даже когда Королевская Гавань скрылась за горизонтом, небо на юге оставалось цвета гнилой желчи и изумрудов. Дикий огонь сделал свою работу: он не просто уничтожил город, он выжег саму возможность жизни в нем на десятилетия. Колонна беженцев и солдат растянулась на многие мили. Пятьсот тысяч душ двигались на Север по Королевскому тракту. Это была самая медленная и самая уязвимая армия в истории мира. Но над этой армией, словно три живых созвездия, кружили тени. Никс парила на Лирфаер в вышине, где воздух был настолько холодным, что иней покрывал её доспехи. Серебряная драконица выросла до размеров небольшого галеона; её движения стали более мощными, а голос — ещё более музыкальным. Никс чувствовала каждый взмах крыльев как свой собственный. После магии Висеньи её мужское тело стало гибким и послушным, оно больше не сопротивлялось её воле. — Ты видишь их? — раздался в её голове голос Джона. — Тень следует за нами по лесам, — ответила Никс через связь. — Они не нападают. Они ждут. Джон летел на Роузфир чуть западнее. Голубая драконица, несмотря на рану, двигалась грациозно, оставляя за собой шлейф ледяных искр. Робб на Блудфросте замыкал шествие. Алый дракон был самым нетерпеливым — он то и дело пикировал к лесу, выжигая подозрительные скопления теней. На земле. Арьергард. Джейме Ланнистер ехал рядом с Тирионом. Карлик сидел в специально сконструированном седле на пони, потягивая вино, которое уже начало замерзать в мехах. — Знаешь, брат, — Тирион посмотрел на небо, где серебряная искра разрезала тучи. — Если бы мне сказали год назад, что я буду участвовать в уничтожении собственного дома под предводительством всадников на драконах, я бы попросил добавки того, что курит мейстер Пицель. — Мир сломался, Тирион, — Джейме поправил плащ. — И Никс — единственная, кто пытается склеить осколки. — Она… или он… это впечатляет, — Тирион хитро прищурился. — Я видел, как ты на неё смотришь, Джейме. В Тронном зале, когда свет меча раскрыл её суть. Ты ведь знал, верно? Знал, что наш «лорд Сэнд» — это… леди. — Я люблю её, Тирион. И мне плевать на форму, которую выбрали для неё Боги. — Ланнистеры всегда выбирали самых сложных женщин, — вздохнул Тирион. — Но ты превзошел даже нашего отца. Сумеречный лес. Деймон Таргариен лениво жевал призрачное яблоко, наблюдая за маршем через озеро. — Пятьсот тысяч ртов, Рейгар. Они съедят всё зерно в Речных землях раньше, чем дойдут до Рва Кейлин. Твои дети — великие всадники, но они паршивые интенданты. — У них есть Мандерли и его флот, — спокойно ответил Рейгар. — Корабли Станниса и Вимана везут провизию к Белой Гавани. Они справятся. — Глядите! — Брандон Старк указал на северную часть озера. — Они подходят к Перешейку. Скоро они встретят Хоуленда Рида. Мейгор Жестокий нахмурился. — Рид… Маленький болотный житель. Он единственный из живых, кто знает тайну Башни Радости от начала до конца. И он единственный, кто поймет, почему Никс носит это тело. — Он ждет их, — прошептала Лианна. — Болотные львы уже окружили тракт. Они не дадут мертвецам зайти в тыл через болота. Перешеек. Граница Севера. Когда колонна достигла туманных берегов Перешейка, воздух изменился. Запах гари сменился запахом тины, моха и древней, скрытой магии. Здесь, среди топей, где дороги сужались до узких полосок земли, Стаю ждали. Никс направила Лирфаер вниз, приземлившись на небольшом холме у дороги. Джейме и Робб тут же прискакали к ней. Джон опустился на Роузфир чуть поодаль. Из тумана, словно соткавшись из самой воды, вышел невысокий человек в одежде из серо-зеленой кожи. Его лицо было испещрено морщинами, как кора старого дерева, а глаза светились мудростью и печалью. Хоуленд Рид. Он не преклонил колено. Он просто долго смотрел на Никс, затем на Джона. Его взгляд был направлен прямо в их души. — Я ждал вас двадцать лет, — тихим голосом произнес лорд Сероводья. — С того самого дня, как Нед Старк вышел из Башни с двумя младенцами на руках. Никс сошла с дракона. Рассвет на её поясе тихо звякнул. — Ты знаешь, кто мы, лорд Рид. — Я знаю, что ты — дочь моей подруги Эшары и моего господина Брандона, — Хоуленд подошел ближе, и его взгляд смягчился. — И я вижу, что Боги вернули тебе не только жизнь, но и право быть мечом. Он повернулся к Джону. — Джейхерис. Сын Лианны. Дракон в шкуре волка. Север готов встретить своего истинного Короля. Но Король Ночи уже пробил брешь в Восточном Дозоре. Стена пала, дети. Тишина, последовавшая за этими словами, была страшнее грохота Дикого огня. — Пала? — прошептал Джон, сжимая рукоять меча. — Как? — Он привел своего ледяного зверя, — Хоуленд посмотрел на небо. — Рог Джорамуна был лишь легендой, но у Него есть магия, способная крошить лед. Мертвецы уже в Дрожащем море. Винтерфелл — ваша последняя крепость. Никс посмотрела на братьев. Больше не было времени на исход. Больше не было времени на политику. — Мы летим вперед, — скомандовала она. — Робб, Джон — на драконов. Джейме, веди армию через Перешеек, Хоуленд укажет тропы. Мы должны быть в Винтерфелле раньше, чем ледяной шторм накроет наш дом.